Перерождение: внезапная ясность

Дома в Яньши отец Гао Шэна, Гао Чанъюань, уже уволился с работы на стройке в Цюньнане и, нагруженный сумками, перебрался сюда. Дорога была тяжёлой, но внутри у него всё кипело от воодушевления. Ещё на Новый год родители семьи Чжоу уговаривали его пойти к ним в новый магазин, и в итоге всё-таки дожали. Гао Чанъюань мало что понимал в мире частного бизнеса, и рассказы о том, что можно зарабатывать по несколько тысяч в месяц, вызывали у него сомнения. Но главной причиной всё же была стройка — слишком тяжёлая работа. Жара — обжигает, дождь и снег — терпишь. Каждый день таскать, поднимать, лазить вверх-вниз без остановки. За несколько лет здоровье уже заметно сдало. К тому же в этом году на стройках в Цюньнане стало совсем туго: дома ещё строят, а зарплаты не платят, прорабы даже людей не хотят набирать — просто собирают бригады и уезжают в другие провинции. Так он окажется ещё дальше от Лиюня. По сравнению с тем, чтобы уезжать в другую провинцию, он лучше уж в Яньши — пусть зарплата и ниже, зато сын рядом, да и своё дело — свобода и полегче. К тому же, если верить словам родителей семьи Чжоу, прибыль от лавки вполне может переплюнуть его заработок на стройке. У отца Чжоу логика была простая: общепит — это постоянная запара. Они с женой целыми днями у плиты, на остальное банально не хватает рук. А всё, что связано с деньгами, — это уже не кухня, тут нужен надёжный человек. Самим всё не потянуть, а кого попало брать страшно. Лучше уж своего, проверенного. С Гао Чанъюанем они знакомы много лет, дети с детства вместе росли — кто он, что он, всё как на ладони. Во-первых, «сбежал монах — храм никуда не делся» — никуда он не денется. Во-вторых, сам по себе человек порядочный: столько лет пахал на стройке в Цюньнане, честный, работящий, репутация чистая. В итоге супруги выделили ему двадцать процентов прибыли и буквально затащили к себе. Гао Чанъюань, уже согласившись, даже засмущался — не захотел просто так брать долю. Узнав, что они ищут помещение в Яньши, он тут же отправил им тысячу четыреста юаней — всё, что у него было накоплено. С одной стороны — честный, с другой — простодушные. Такие люди, столкнувшись, не ссорятся. Отец Чжоу за эти дни уже сводил Гао Чанъюаня посмотреть выбранное помещение — тот остался доволен. Как раз заканчивали ремонт, он засучил рукава и пошёл помогать таскать мебель. Линь Цзинчжэ до этого был занят работой и учёбой, про лавку толком не знал. Когда узнал — тоже заехал посмотреть. И, честно говоря, был удивлён решительности и скорости этих «дядь и тётей». Выходит, он их раньше сильно недооценивал. Он ведь думал: чтобы изменить их судьбу и не допустить того финала из прошлой жизни, ему сначала самому нужно встать на ноги, накопить капитал. А оказалось — им просто не хватало подходящего шанса. Родители Чжоу — бывшие рабочие, но хватка у них будь здоров. По сути, кроме лёгких намёков и подталкиваний, Линь Цзинчжэ вообще не вмешивался в их дела — а бизнес у них всё равно пошёл в гору с бешеной скоростью. Новая лавка находилась недалеко от дома, на перекрёстке. Рядом — Яньшиский университет, Утунский университет и ещё несколько известных вузов. Сзади — жилой район, где они сейчас снимали квартиру. Сам район уже считался одним из крупнейших в Яньши, плюс перекрёсток выходил сразу на две центральные улицы восточной части города — поток людей гарантирован, о клиентах можно не переживать. Помещение было небольшое — пару десятков квадратов. После кухни оставалось место максимум на шесть-семь столиков. Но зато аренда низкая — как раз в пределах того, что могли потянуть родители Чжоу. И место, и цена — идеальные. Даже если бы Линь Цзинчжэ сам искал, вряд ли нашёл бы лучше. Денег у него они не просили — он и не лез. С Гао Шэном и Чжоу Хайтан он был знаком, но их родители — это уже другой уровень. В мире взрослых свои правила, и слишком много денег в отношениях — чаще зло, чем благо. Раз всё шло по плану, он спокойно отпустил ситуацию, стал «хозяином, который не вмешивается», лишь изредка узнавая новости из болтовни Дэн Мая. А Дэн Май — вечный король сплетен. Как будто у него лишние глаза и уши: любую новость, даже из самой глухой подворотни, достанет. В последнее время его больше всего занимали слухи о конфликте между Линь Цзинчжэ и Сяо Чи. Непонятно, когда это началось, но после поездки в Чанцин по всему рынку недвижимости Яньши разошёлся жирный слух: боссы «Сюньчи» и «Шиюй» разругались. Причём слухи — с деталями, с «фактами», звучат так, что хочешь не хочешь — поверишь. Говорят, всё началось с косяка в размещении во время той поездки. Типа кого-то там не уважили, задели достоинство… Короче, даже тот самый Сяо-цзун, который обычно держит лицо, якобы вышел из себя. На следующий день, мол, Дай Гаофэн вообще дверь выбивал, чтобы разнять их! А ведь обе компании — не простые: одна с тёмным, но мощным бэкграундом, другая — новая, но уже с жёсткими методами и громким именем. Если такие сцепятся — это уже не слух, это событие. По совокупности, конечно, «Сюньчи» выглядел сильнее. И народ сразу же перестал слепо верить в легенду про миллиардную перепродажу «Шиюй», начал осторожнее оценивать эту компанию. Зато завистливого шипения стало меньше. Но Дэн Май всё равно переживал. За рулём он мрачнел: — Линь-гэ… это же не правда, что вы с Сяо-цзуном разругались? «Сюньчи» уже который раз зовут вас обсудить дела, а вы всё отказываете. Почему? Проект по треугольному участку уже был подписан, шёл этап планирования. «Сюньчи» несколько раз выходили на связь — и каждый раз Линь Цзинчжэ через Дэн Мая их отшивал. Линь Цзинчжэ лениво приподнял веки, глянул вперёд: — А мне туда зачем? Проект ещё не запущен. Будем слишком часто встречаться — ещё кто-нибудь язык распустит. — Ну хоть отношения поддерживать надо, — не унимался Дэн Май. — А то народ уже чёрт знает что думает. Даже Дай-цзун недавно меня отдельно спрашивал — вы помирились или нет. «Поддерживать отношения»? Да он не об этом думает. Ему бы просто… добраться до него. Стоит вспомнить, каким Сяо Чи был при последней встрече — с этим самым «огнём желания», цепляющийся за любой шанс что-нибудь устроить — и прямо обидно за его лицо: снаружи весь такой холодный, воздержанный, а внутри… совсем другое дело. Яньши — не Чанцин: тут людей полно, глаза и уши на каждом углу, слухи разносятся моментально. Пока проект не доведён до конца, Линь Цзинчжэ и правда не хотел с ним пересекаться — мало ли кто что заметит и начнёт раздувать. Он прикрыл глаза, делая вид, что отдыхает, и махнул Дэн Маю — мол, хватит, не продолжай. Но если честно, глубоко внутри была ещё одна причина, по которой он уже несколько раз отшивал Сяо Чи: он банально боялся, что при встрече станет неловко. Мужчины — странные существа. Импульсивные, но при этом рациональные. Вот как он сам. Когда они с Сяо Чи целовались, тёрлись друг о друга — было чертовски хорошо. В тот момент он вообще не мог сопротивляться, да и, если честно, был совсем не против пойти дальше. В тот раз в гостевом доме в Чанцине — если бы Дай Гаофэн не влез — он бы уже упаковку с презервативом вскрывал. Но после всплеска, когда кровь перестаёт бурлить и голова возвращается на место, мысли тоже приходят. Первое — это их отношения. Если говорить прямо, «Сюньчи» и «Шиюй» уже в партнёрстве, и дальше деловых пересечений будет только больше. А вот такие «выходы за рамки» между людьми на уровне руководства — чёрт его знает, плюс это или мина замедленного действия. В лучшем случае — сблизит. В худшем… истории про то, как бывшие постельные партнёры превращаются во врагов, — не редкость. И тогда последствия будут куда жёстче, чем просто деловой разрыв. А если ещё учесть, какой Сяо Чи человек… Чем больше Линь Цзинчжэ об этом думал, тем меньше ему это нравилось. Да, тело Сяо Чи ему более чем заходило. Его внешность, запах, то, как он действовал — неловко, но будто врождённо умея дразнить — легко разжигали его обычно холодное тело. Та короткая, скрытая сцена в автобусе до сих пор всплывала в памяти по ночам, заставляя тело откликаться. Снять напряжение — для мужчины вещь важная. Но это не значит, что ради этого стоит лезть в риск. Если честно, Сяо Чи он до сих пор не понимал. Иногда тот ведёт себя как полный идиот, а иногда — по словам других (того же Дэн Мая, Фан Вэньхао) — человек глубины, которую не раскусишь. Слухов про него полно, спасибо местному «королю сплетен» — Линь Цзинчжэ почти всё слышал. Но вот что странно: никаких любовных или грязных историй. И это как раз делало всё ещё более подозрительным. Поэтому разум подсказывал: пока они оба не разберутся, что это вообще было, лучше держаться подальше. Кто знает, зачем Сяо Чи его зовёт? По работе — точно нет, это и дураку ясно. Если ради постели… честно? Отказываться не особо хочется. Но это уже точка невозврата. После такого их отношения уже не откатить назад. А может, наоборот — он хочет всё замять. Типа «был момент слабости, забудем и разойдёмся красиво». В таком случае тем более встречаться не стоит: достаточно пару раз отказаться — и тот сам поймёт намёк. И оба избегут неловкой сцены лицом к лицу. Он слишком много накрутил в голове — аж виски заломило. Перебрал все «за» и «против», взвесил по кругу — и только сильнее убедился: пока не видеться — это лучшее решение. Тем более что в его жизни хватает дел куда важнее, чем просто сбрасывать напряжение. После возвращения из Чанцина У Ванфэй и Лян Пи связались с Дэн Маем и договорились о новой встрече. Линь Цзинчжэ назначил её в одном из бизнес-лаунжей Яньши. У «Шиюй» пока не было собственного офиса, а обсуждать дела у себя дома — вообще не вариант. Он уже начал понимать: пора собирать компанию в систему. Дело разрастается, задач всё больше — им с Дэн Маем уже нужны люди, которые смогут разгрузить хотя бы часть работы. ****** Стартап — штука жёсткая. Особенно когда денег не хватает. Такие инвесторы, как Линь Цзинчжэ — которые сразу, чётко и без лишних игр показывают, что готовы вкладываться, — на вес золота. Лян Пи в этот раз выложился по полной: принёс с собой фактически весь пакет — как будто ставил всё на кон. Линь Цзинчжэ листал план развития проекта, который сам же в прошлый раз попросил доработать. Написано было просто и понятно. Структура ещё местами сыровата, но видно — сидели, думали, не халтурили. Технические термины он понимал не до конца, но с бизнес-логикой проблем не было. Он поднял взгляд на Лян Пи, который сидел напротив, весь на нервах: — Первый шаг — интеграция сайтов? Лян Пи быстро закивал, потом чуть замялся, пояснил: — Точнее, пакетная интеграция сервисов. Сначала собираем базу пользователей, потом разворачиваем коммуникационные функции. Для большинства людей в этой сфере такие слова пока вообще ничего не значили. А у Линь Цзинчжэ вдруг щёлкнуло — да это же по сути будущие поисковики и мессенджеры, только в зародыше. Но по тому, как говорил Лян Пи, было видно — поисковую часть они воспринимают скорее как трамплин, а не как что-то серьёзное. И это логично: сейчас пользователей компьютеров мало, максимум — облегчить ввод адресов, чтобы не вбивать URL по буквам. Кто в такое время увидит тут огромный рынок? Линь Цзинчжэ не стал давить. Уже то, что они додумались до этой идеи и начали её реализовывать, ставило их выше большинства. Объект для инвестиций — годный. Да и сумма в пределах того, что он может потянуть. Он закрыл папку и кивнул: — Нормально. — Компания зарегистрирована? Есть акционеры? Лян Пи сразу понял — всё, зашло. Сердце у него чуть не выскочило из груди: — Нет-нет! Ещё не регистрировали. Но название уже придумал — «Фэйфань Сетевые Технологии». Пока свободно! «Фэйфань», да? Линь Цзинчжэ мельком глянул на У Ванфэя — и сразу понял: у этих двоих дружба не на словах. А это для старта — фундамент. Чем крепче основатели держатся друг за друга, тем выше шанс выжить. В итоге договорились так: Линь Цзинчжэ вкладывает полтора миллиона и получает 30% «Фэйфань Сетевых Технологий». У Ванфэй и Лян Пи — по 35%. Но каждый из них выделяет по 5% своей доли участникам команды, с которыми они начинали. В итоге баланс выровнялся. Контрольный пакет Линь Цзинчжэ не получил, но его это не парило. И при всей этой «тройственной равновесии» Лян Пи всё-таки оставил себе небольшой запас — чтобы в будущем инвестор-непрофи не лез с умным видом в технические решения. Линь Цзинчжэ это заметил — и, наоборот, остался доволен. Он сам в технологиях ноль. В отличие от У Ванфэя, у которого есть мозги, но нет хватки в делах, он — чистый бизнесмен. А вот Лян Пи — идеальный управленец для такого проекта. И то, что он умеет себя подстраховать, — только плюс. В бизнесе тот, кто слишком легко отдаёт доверие, ломается от первого же ветра. ****** После завершения этой небольшой сделки — всего-то на чуть больше миллиона — Линь Цзинчжэ тут же выбросил её из головы. В последующие дни он был занят осмотром того самого треугольного участка, пытаясь на основе смутных воспоминаний скорректировать своё нынешнее видение проекта. Сам участок — чуть больше девяноста тысяч квадратных метров — для офисного здания подходил, а вот под комплексную застройку выглядел довольно неловко. К счастью, прилегающая к дороге часть и внутренний кольцевой кусок земли находились во владении «Сюньчи». Стоило лишь отрезать небольшую долю у дороги и объединить её с этими девяноста тысячами — и этот «неудобный» участок в одно мгновение превращался в идеальное место под торговый центр. Современные застройщики пока ещё толком не понимали концепции многофункциональных комплексов, но в будущем именно такие торгово-офисные гибриды станут самым популярным форматом коммерческой недвижимости. Они позволяли выжимать максимум из каждого метра земли. Поначалу их даже высмеивали — мол, не такие внушительные, как чисто торговые центры, — но преимущества раскрывались со временем. Рынок меняется стремительно. Коммерческая недвижимость даёт огромную прибыль, но и риски там соответствующие. В ближайшие десять лет ещё можно сорвать крупные куши, но затем интернет-индустрия начнёт набирать силу и серьёзно ударит по офлайн-ритейлу. Потоки посетителей в торговых центрах начнут редеть, магазины пустеть. Крупные игроки ещё смогут держаться, а вот мелкие — посыплются один за другим. И вот тогда преимущество комплексных зданий проявится в полной мере: хочешь — сохраняй торговую модель, хочешь — перепрофилируй часть под офисы. Наличие офисной составляющей станет для застройщиков самым надёжным запасным выходом. А учитывая, что в будущем земля в Яньши станет буквально на вес золота — сколько будет стоить офисное здание в самом центре делового района? Честно говоря, тут речь уже не только о деньгах — это выходит далеко за пределы того, что Линь Цзинчжэ сейчас способен точно оценить. В день, когда проект получил одобрение, он как раз подыскивал офис для «Шиюй». Услышав новость, он ни секунды не раздумывал — сразу сел в машину и поехал в «Сюньчи». Практически всё руководство было на месте. По условиям контракта «Сюньчи» вложили в этот участок свою ключевую команду разработчиков, и предстоящий проект явно всех раззадорил — даже обычно несерьёзного Ху Шаофэна. По другую сторону стола сидел Сяо Чи — с которым они давно не виделись. С того момента, как Линь Цзинчжэ появился, он чувствовал на себе его взгляд. И когда он с улыбкой здоровался с Ху Шаофэном, эта жаркая, почти ощутимая концентрация достигла пика. — Цзинчжэ, братишка! — Ху Шаофэн, как всегда без тормозов, сразу сгреб его в объятия. — Столько раз тебя звал — ни разу не вытащил! В универе тебя тоже не видно. Чем занят? — Боялся лишнего шума, чтобы не спровоцировать проблемы, — с улыбкой ответил Линь Цзинчжэ, тон безупречно нейтральный. — Да и параллельно ещё один проект обсуждал, плюс офис искал, людей набирал — вырваться просто не получалось. — Ещё один проект? — лицо Ху Шаофэна тут же оживилось. — Тебе мало рынка Яньши? Что за новая золотая жила? — Да ничего особенного, — он отмахнулся. — Вложился в небольшую IT-компанию. Что из этого выйдет — пока самому не ясно. Он сказал это между делом, просто для разговора. Большинство воспринимало интернет-бизнес как шутку. Но Ху Шаофэн вдруг изменился в лице — и даже бросил взгляд на Сяо Чи. — Вы… — спустя секунду он странно усмехнулся. — Да вы вообще… Линь Цзинчжэ не понял, о чём речь, и посмотрел на него вопросительно. Ху Шаофэн снова глянул на Сяо Чи. Тот, не отрывая взгляда от Линь Цзинчжэ, слегка кивнул. — Дело в том, — начал он, — что полгода назад Сяо Цзун тоже вложился в IT-компанию. Практически одновременно с тобой. Слишком уж совпадает. Раньше Ху Шаофэн был уверен, что Сяо Чи просто развели: за один лишь «концепт» и 40% доли вытащили почти три миллиона. Но спорить с его решениями он не мог, поэтому просто махнул рукой и забыл. А теперь — прошло всего несколько месяцев — и он снова слышит про эту сферу, причём от Линь Цзинчжэ. А уж его чутьё он не ставил под сомнение. Этот парень — из тех, кто делает шаг, просчитав двадцать вперёд. Сначала Сяо Чи, теперь Линь Цзинчжэ… это совпадение или закономерность? Или теперь умные люди массово «попадаются» на инвестиции? — И в какую компанию ты вложился? — не удержался он. — Случаем, не в ту же самую? Мысль о каком-то «едином мошенническом холдинге» уже начала у него крутиться в голове. — Нет, — покачал головой Линь Цзинчжэ. — Вы её не знаете. Маленькая компания, фактически только после моего вложения и зарегистрировалась. Называется «Фэйфань». Ху Шаофэн задумался — название ему ничего не говорило. — Тогда точно не одна и та же, — усмехнулся он. — У нас та называется «Бусю Тех». Они уже несколько лет работают. «Несколько лет» — а до сих пор сидят без денег и бегают по инвесторам. Сравнивая это с тем, как быстро выросла «Сюньчи», Ху Шаофэн всё больше скептически относился к их будущему. — «Бусю Тех»?.. Но Линь Цзинчжэ, услышав это название, внезапно замер. И взгляд, который он бросил на Сяо Чи, стал совсем другим. В отличие от «Фэйфань», которая из-за поворота судьбы в прошлой жизни вообще не успела появиться на свет и умерла ещё в зачатке, «Бусю Тех» тогдашнего мира полностью оправдывала своё имя. Её влияние давно вышло за рамки отрасли и проросло в повседневную жизнь обычных людей. Самые известные направления — мессенджеры и игры. Их сервис мгновенных сообщений с самого запуска отхватил огромный кусок интернет-рынка и встал в триаду с двумя другими гигантами, деля мир на троих. Линь Цзинчжэ даже когда-то регистрировал у них аккаунт. Благодаря экосистеме, этот аккаунт сразу открывал доступ к нескольким крупным играм «Бусю». Сам он в игры не играл, но почти все его знакомые были их ярыми фанатами. Позже, на бесчисленных экономических форумах, дочерние компании «Бусю» неизменно становились центром внимания. Линь Цзинчжэ до сих пор помнил один отчёт по отрасли — там годовая прибыль «Бусю» составила 42,2 миллиарда, и это просто выбило ему глаза. Это был признанный интернет-гигант. Такой масштаб, что даже малейшее движение CEO вызывало бурю слухов, домыслов и споров — волны расходились по всей индустрии. И вот в такую компанию… инвестировала «Сюньчи»? После сделки с «Фэйфань» Линь Цзинчжэ уже примерно понимал, как работает Сяо Чи. Если тогда ещё никому не известная «Бусю Тех» смогла получить его деньги — пусть даже не полный контроль, но доля у него точно должна быть весомая. А ведь в будущем, после нескольких раундов инвестиций, акции «Бусю» размылись настолько, что даже старые сотрудники с крошечными долями жили на дивиденды как короли. Неудивительно, что «Сюньчи» смогла так прочно удержаться на вершине рынка недвижимости. Линь Цзинчжэ про себя вздохнул. Даже начав всё заново, разрыв между людьми всё равно остаётся пропастью. Он-то думал, что вложение в «Фэйфань» — это уже шаг впереди времени. А оказалось — Сяо Чи обогнал его ещё полгода назад. И сразу выбрал цель… с таким будущим, что у неё просто не было потолка. Он в душе одновременно и мялся, и поражался, но внешне этого никак не показывал — лишь с лёгкой улыбкой бросил в сторону Сяо Чи: — Дальновидно, господин Сяо. Сяо Чи ничем не выдал себя: — Господин Линь тоже. Этот короткий обмен взглядами и словами — единственное, что произошло. Разве что взгляд у него был чуть ярче обычного, да пальцы перебирали чётки быстрее. В остальном — ни намёка на что-то лишнее. Да, их отношения уже слегка изменились… но по поведению Сяо Чи Линь Цзинчжэ так и не смог подтвердить ни одну из своих прежних догадок. Поэтому он просто вернулся в привычный режим — чисто деловой — и, заняв место, начал обсуждение проекта застройки треугольного участка. Переговоры шли гладко. Сяо Чи почти не говорил — в основном слушал доклады, лишь изредка вставляя точечные замечания. Команда разработки «Сюньчи» состояла из приглашённых из-за рубежа опытных архитекторов, и идею многофункционального комплекса они приняли с большим энтузиазмом. В Китае подобного почти не было, но в столицах некоторых развитых стран такие проекты уже давно существовали — и их преимущества были очевидны. У них уже имелся базовый опыт, а предложения Линь Цзинчжэ — свежие, с прицелом на будущее — только подогрели интерес. Несколько дизайнеров буквально загорелись идеями, обсуждение разгорелось не на шутку, и как только встреча закончилась, вся команда дружно сорвалась проверять расчёты и прорабатывать концепцию. Линь Цзинчжэ наговорился до сухости в горле, сделал глоток чая — и переместился в кабинет Сяо Чи. Повисла тишина. Сяо Чи молчал. Линь Цзинчжэ — тоже. Он полулежал на диване, держа чашку, прищурившись разглядывал Сяо Чи. Их взгляды встретились — но ни один не смог вычитать в глазах другого то, что хотел. Линь Цзинчжэ подумал, что, похоже, всё-таки угадал. По нынешнему поведению Сяо Чи он не видел никакого явного подтекста. Между так называемыми «партнёрами по постели» напряжение обычно куда более откровенное, куда более ощутимое — он, может, и сам не особо опытен, но чужие примеры видел. Раз уж у второй стороны нет намерения развивать это дальше — он тоже не станет навязываться. В конце концов, в бизнесе чем чище границы, тем легче всё держать под контролем. Разобрав бумаги, Ху Шаофэн вышел из кабинета. Линь Цзинчжэ бросил взгляд — и Дэн Май всё понял, тихо спустился вниз за машиной. В офисе остались только двое. Линь Цзинчжэ поднялся, прошёл к окну и, глядя на сероватый, ещё не до конца отстроенный Яньши внизу, на мгновение задумался. Потом решил — неловкую тему лучше не поднимать. Сделать вид, что ничего не было, и разойтись с молчаливым взаимопониманием. Приняв решение, он тихо кашлянул, собираясь попрощаться. И в этот момент в отражении стекла мелькнула тень. В следующую секунду к его спине прижалась горячая, живая температура. Густой древесный аромат заполнил пространство. Сяо Чи обнял его сзади — крепко, обеими руками обхватив за талию — и, наклонившись, мягко коснулся губами выступающей косточки у него на шее. — …?? Линь Цзинчжэ ещё не успел выйти из своих размышлений и растерянно обернулся. Сяо Чи опустил голову и легко поцеловал его у края глаза. Ни капли явного желания — только молчаливый, острый взгляд. Линь Цзинчжэ на секунду прислушался к ощущениям — и понял: никакой «реакции» сзади нет. И тогда… чего он вообще от него хочет?