Остерегайся собаки

Если я не ошибаюсь, Цю Хайтан была одной из супруг Ло Бинхэ, которая свидетельствовала о том, что Шэнь Цинцю убил её брата и устроил резню в поместье. В результате его заключили в водную тюрьму. Само собой разумеется, я бы не хотел, чтобы представители этой семьи обратили на меня внимание. От одной мысли о них у меня мурашки по коже. Трое сидели у входа в переулок. Погода была хорошей для середины осени: одни деревья уже окрасились в багряные оттенки, другие оставались зелёными. Солнце грело слишком сильно, но почти непрерывный ветерок приносил облегчение. Шэнь Юань часто смотрел на облачное небо, игнорируя прохожих и детей, похожих на него самого. Он облокотился на стену, ощущая, как прохлада камня проникает сквозь одежду. В переулке это было не так видно, но теперь, сидя снаружи, он замечал, что вывески и лица людей начинают расплываться по мере удаления. Шэнь Юань тяжело вздохнул. В прежней жизни он привык к этому, но благодаря современной медицине воспринимал как должное очки, которые постоянно были на его носу. Какой смысл переселяться в целый мир культивации, если я забрал с собой слабое тело? Вряд ли многие знают, что им нужны очки, а магазинов с ними найдётся немного. Не говоря уже о тех, кто продаст их бедному ребёнку с улицы. Юань повернулся к брату, который сидел между ним и Юэ Ци. Он не был ближе ни к одному из них. Его взгляд был устремлён на толпу, а зоркие глаза следили за руками и карманами. Юэ Ци же наблюдал за детьми, игравшими у прилавков, и за тем, как они время от времени просили у прохожих деньги или еду. Внезапно раздался шёпот, который тут же заглушил грохот копыт. Лишь одна семья могла позволить себе карету, чтобы просто проехать через деревню. Может, если я их проигнорирую, Цзю-ди и Юэ Ци поступят так же, и мы полностью обойдём сюжетную линию с Цю. Его размышления прервал звук остановившихся копыт и громкое ржание двух лошадей. Шэнь Юань мельком увидел в толпе группу детей, которые раньше играли перед лошадьми. Они вцепились друг в друга и дрожали, словно олени, ослеплённые фарами. Шэнь Юань вздохнул: Эти дети усвоят суровый урок, но мы ничего не можем с этим поделать. У нас будут такие же неприятности, если мы поможем. Он опустил голову, чтобы не смотреть на суматоху, и тут отсутствие двух мальчиков рядом заставило его в недоумении уставиться на место, где они только что сидели. Именно тогда он услышал знакомый голос, перекрывающий гул толпы. Когда Шэнь Юань снова поднял взгляд, он увидел двух охранников, по одному с каждой стороны кареты. Они хмуро смотрели на детей, и, к некоторому удивлению, перед детьми стоял мальчик постарше. Юэ Ци. — Они просто шли не в то время, пожалуйста, простите их, — заявил Юэ Ци, твёрдо стоя на месте. Один из охранников растерянно посмотрел на другого. Второй охранник шагнул вперёд: — Тогда проваливайте! Вы что, не знаете, чью карету решили задержать? Отродье! — он сплюнул. Изнутри кареты донёсся приглушённый голос, Шэнь Юань не разобрал слов, но вскоре дверца открылась, и толпа ахнула. — Почему мы остановились? — из экипажа вышел мужчина в пышном одеянии. Оно было преимущественно фиолетовым с белыми акцентами. Золотая вышивка создавала узоры в виде цветов и завитков. Его чёрные волосы были аккуратно уложены — самая безупречная причёска, которую когда-либо видел Шэнь Юань. Все волосы, за исключением нескольких прядей, были зачёсаны назад и собраны в высокий хвост, украшенный серебряной шпилькой. Шэнь Юань сразу понял, кто только что появился перед Юэ Ци. — Молодой господин, эти мальчишки были у нас на пути, — сказал один из охранников, и оба поклонились. — Почему же мы тогда просто не продолжили путь? В конце концов, всякое случается, — прошептал Цю Цзяньло стражникам. — Сэр, мы просто шли мимо, это больше не повторится. Нам правда жаль, — Юэ Ци выступил от имени детей и глубоко склонил голову. Цю Цзяньло прищурился. Он обратился к толпе: — Не стоит привлекать внимание! Пожалуйста, продолжайте свои дела! Толпа быстро разошлась, не желая навлекать на себя гнев одной из самых богатых семей в городе. Затем Цю Цзяньло махнул рукой в сторону охранников: — Схватить его. Когда охранники двинулись вперёд, камень, брошенный откуда-то издалека, пронёсся по воздуху и попал Цю Цзяньло в висок. Он резко обернулся, пытаясь разглядеть, кто его бросил. К ужасу Шэнь Юаня, прямо там стоял Шэнь Цзю и смотрел на мужчину с ненавистью. — Это ты сделал? — процедил Цю Цзяньло сквозь зубы. Шэнь Цзю открыл рот, явно собираясь насмехаться над стоящим перед ним человеком, но Шэнь Юань поспешил встать перед своим бестолковым братом. — Это я! — почти крикнул Юань. Шэнь Цзю схватил его за рукав и прошипел: — Зачем ты это сказал, чёрт возьми? Шэнь Юань потянул их обоих назад, когда Цю Цзяньло начал приближаться с мрачным интересом во взгляде. — Вы не представляете, с кем имеете дело, нам не следовало… — Юань резко замолчал, когда мужчина остановился перед близнецами. Он был примерно на голову выше их. На таком близком расстоянии Шэнь Юань почувствовал запах омеги, но в нём ощущался оттенок гнилого фрукта. Юань невольно сморщил нос от отвращения. Цю Цзяньло улыбнулся: — Кто вы такие, а? Охранники окружили их. Один схватил Шэнь Цзю за плечи, другой — Шэнь Юаня. Шэнь Цзю пытался вырваться, но безрезультатно. — Отпустите меня! Цю Цзяньло проигнорировал его крики и подошёл к Шэнь Юаню, который уже понял, что не сможет вырваться из хватки охранников. — Пара близнецов — большая редкость. — Он взял Шэнь Юаня за подбородок и поднял его голову, чтобы встретиться взглядом. Несмотря на то, что это была вторая жизнь Юаня, он никогда не оказывался в подобной ситуации. Единственная конфронтация, в которой он участвовал, происходила в разделе комментариев к плохим романам. Теперь же он был зажат в руках охранника в доспехах, чьи ладони полностью закрывали его плечи. Не говоря уже об этом Цю Цзяньло, от которого пахло ещё хуже, чем он выглядел. Руки слегка дрожали, а от улыбки молодого господина по спине Шэнь Юаня пробежал холодок. — Не трогайте его! — потребовал Шэнь Цзю, когда его ноги оторвались от земли. Он отчаянно размахивал конечностями, пытаясь найти хоть что-то, что помогло бы ему выбраться из этой ситуации. Тем временем Юэ Ци, оставив детей в стороне, вернулся и попытался вразумить молодого лорда. Вмешательство Юэ Ци словно вывело Цю Цзяньло из какого-то состояния. Его улыбка сменилась едва скрываемой гримасой. — Я прощу ваши прегрешения. — Он не дал времени даже на вздох облегчения и продолжил: — Я возьму этих двоих в качестве возмещения. Юэ Ци остолбенел: — Ч-что? Ошеломлённый, Цю Цзяньло жестом приказал двум охранникам увести близнецов. Мужчина направился к своей карете; двое охранников вскочили на лошадей. Кучер хлестнул кобыл, которые везли карету, и они двинулись в путь. Прежде чем Юэ Ци успел вымолвить хоть слово, карета и двое конных стражников умчались в сторону поместья Цю. Юэ Ци стоял один на пустой поляне; в его груди росло дурное предчувствие. Сидя верхом на лошадях, Шэнь Цзю изо всех сил сопротивлялся хватке охранников. — Прекратите, пожалуйста! — охранник ударил его по голове. Шэнь Цзю зашипел от тупой боли, вспыхнувшей в затылке. Цзю пытался найти хоть какое-то утешение в этой ситуации, хоть что-нибудь, что говорило бы о том, что с ними все будет в порядке. Он посмотрел направо, на другого конного стражника и Шэнь Юаня. Тот посмотрел на него со слезами блестящими на ресницах. Его глаза были широко раскрыты, он выглядел таким же растерянным, каким и был на самом деле. И это было еще не все, Шэнь Цзю заметил, что его нижняя губа дрожит. Каждый раз, когда лошадь ступала на неровную землю или делала какие-либо резкие движения, Шэнь Юань прикусывал губу. К тому времени, как они остановились перед воротами поместья, нижняя губа Шэнь Юаня покраснела и распухла. Небольшие участки высохшей кожи на губах были откушены или откололись сами по себе. Ворота с глухим стоном открылись, двое охранников спешились, обращаясь с мальчиками скорее как с мешком картошки, чем с хрупкими голодающими детьми. Они снова предстали перед Цю Цзяньло, который выходил из кареты с видом кота, получившего сливки. — Вымойте их и не забудьте избавиться от насекомых в волосах. Выведите их погулять после ужина. Цю Цзяньло повернулся и вошел в главный вход. Близнецов провели через боковой вход. Двери здесь были менее нарядными, чем парадные, но внутри их уже поджидали две служанки. Шэнь Юань понял, что это, скорее всего, комната для ухода за собой. Просторное помещение было заполнено мягкими подушками и ширмами, воздух был густым от аромата благовоний. Здесь было много дверей, и прежде чем Шэнь Юань успел что-то рассмотреть, их завели в комнату с горячей ванной. Из-за пара его слабые лёгкие напрягались с каждым вдохом. Он посмотрел на Шэнь Цзю, который был поражён всем, что видел вокруг. Шэнь Юань тоже мог бы восхищаться, но его не покидало ощущение, что это затишье перед бурей. Но я ведь даже не знаю, чего ожидать, смогу ли я что-то изменить в таком положении? Всё, что мне известно, — это то, что Цю Хайтан обвинила Шэнь Цзю в убийстве своего брата и поджоге поместья. Очевидно, что с Цю Цзяньло лучше не оставаться наедине… Шэнь Юань лихорадочно оглядел комнату — в ней была только одна дверь и маленькое окно, до которого было не дотянуться. Надеюсь, я успею найти выход до того, как что-нибудь случится. Две служанки, которые шли зади, начали снимать с них одежду. — П-постойте! Что вы делаете? — резко остановил их Шэнь Цзю. Горничная, державшая в руках его старую одежду, мягко посмотрела на него: — Молодой господин приказал подготовить вас к следующей встрече с ним. Она продолжила свои действия, а Шэнь Цзю возразил: — Я сам могу справиться! Горничная тихо усмехнулась: — А вы знаете, какие масла использовать вместо мыла? Шэнь Цзю замолчал, его уши покраснели от смущения. Это был конец его небольшого противостояния. Когда с них сняли одежду, служанки предложили им воспользоваться разными ванными комнатами — у хозяина их было несколько, — но близнецы наотрез отказались. В итоге их поместили в деревянную ванну, явно предназначенную для одного человека, однако они не стали высказывать свои возражения. Несмотря на мягкие слова служанок, их действия были довольно жёсткими: грубые губки соскребали омертвевшую кожу, пока она не начинала болеть и краснеть. Когда пришло время расчёсывать волосы, вода уже остыла и приобрела коричневатый оттенок. Служанки с усилием распутывали узлы в волосах. Масла помогали не слишком сильно, и в итоге горничные просто прочёсывали волосы, не утруждая себя аккуратным распутыванием кончиками расчёсок. Когда «пытка» головы закончилась, в комнату вошли другие служанки с парой одинаковых халатов — синих с белой вышивкой. Близнецы неохотно позволили им одеть себя и нанести на волосы масло, чтобы те блестели. Потребовалось ещё немного времени, чтобы собрать волосы в хвосты и уложить пряди на лицо. Шэнь Юань достал медное зеркало и пристально смотрел в него, так вот как я выгляжу? Честно говоря, я забыл, что это не мое прежнее тело, очевидно, я выглядел бы по-другому, но я почти в точности похож на Шэнь Цзю. У Шэнь Юаня были высокие скулы, как у Цзю, прямой нос с лёгкой горбинкой на конце, уши и брови. Глаза Шэнь Юаня по форме напоминали глаза Шэнь Цзю, но их внешний уголок был опущен, из-за чего взгляд казался чуть мягче. Его губы были немного полнее, а изгиб Купидона — более выраженным. Не то чтобы он так часто рассматривал губы брата, чтобы заметить разницу… или что-то в этом роде. Кожа Шэнь Юаня была чуть бледнее, менее здоровой и выглядела болезненной. Но он мог с уверенностью сказать, что они не были однояйцевыми близнецами. Ключевое различие заключалось в том, что у Шэнь Цзю были карие глаза, которые сияли, как золото, в то время как у Шэнь Юаня были темно-зеленые глаза, которые, казалось, поглощали любой свет. Служанки наконец оставили их одних в главной комнате, наполненной запахом благовоний. Хотя они уже немного привыкли к резкому аромату. Им подали две миски каши — скорее всего, еду для слуг, подумал Шэнь Юань. Но он не из тех, кто отказывается от подарка, и съел всё без возражений. Когда они закончили есть, их по-прежнему никто не беспокоил. Шэнь Юань взглянул на брата: Цзю казался почти довольным тем, что произошло за последние несколько часов. Он наконец-то был чистым, одетым в целую одежду и сытно поел. Шэнь Цзю заметил взгляд и ответил на него. Шэнь Юань же буквально дрожал от нервного напряжения. Он всё ещё не мог избавиться от ощущения, будто чьи-то пальцы тянули его за волосы. Его пальцы перестали мять одежду и начали ковырять кожу на руке. — А-Юань? Что случилось? — Брови Шэнь Цзю озабоченно приподнимаются. — Все плохо. Это плохое место. Цзю-ди, нам нужно уходить отсюда. —прошептал Шэнь Юань слегка дрожащим голосом. — Что? Почему? Они просто дали нам ванну, одежду и еду. Может, если повезёт, разрешат остаться, и мы сможем позвать Ци-гэ! — бодро говорил Шэнь Цзю, радуясь, что с ним обращаются лучше, чем с мусором на обочине. Шэнь Юань открыл рот, чтобы продолжить убеждать брата, но в этот момент дверь открылась, и появилась служанка: — Молодой господин готов вас принять. Комната, куда их привели, сочетала в себе черты кабинета и библиотеки. В центре стоял низкий чайный столик, за которым сидели Цю Цзяньло и девушка с похожими чертами лица. Когда они вошли, дама подняла голову, и её лицо озарилось широкой улыбкой: — Это они? — она повернулась к мужчине рядом и спросила, чуть ли не визжа от восторга. Цю Цзяньло лишь кивнул с лёгкой улыбкой, потягивая чай. Девушка вскочила и подбежала к мальчикам: — Ой-ой! Они такие милые! Как ты их нашёл? — на этот раз она действительно закричала, заставив Шэнь Юаня поморщиться от громкости. Она схватила Шэнь Юаня за щёки и грубо их помяла, так что они заныли. Девушка действительно была похожа на Цю Цзяньло — так похожа, что Шэнь Юань был уверен на все сто, что это его сестра, Цю Хайтан. Не говоря уже о её запахе — такой же, как у брата, но если он был гнилым фруктом, то она — перезрелым, сладость которого была невыносимой и мгновенно подавляла обоняние. На ней была удобная, но элегантная фиолетовая мантия с серебряными лилиями. Волосы были собраны в изысканный пучок, украшенный заколкой с серебряными колокольчиками. Но больше всего Шэнь Юаню не нравилось, как она с ними разговаривала — словно они были редким товаром, который трудно достать. — Считай это удачей, рад, что они тебе понравились, А-Тан, — промурлыкал Цю Цзяньло, но смотрел не на сестру, а на Шэнь Цзю. Та же мрачность вернулась, и Шэнь Юаню пришлось сдержать дрожь. Он медленно подошёл ближе к брату, в тщетной попытке спрятать его, но Шэнь Цзю не собирался этого допускать. — Как их зовут? — спросила Цю Хайтан у своего брата. Шэнь Цзю перебил его, не дав сказать: — Меня зовут Шэнь Цзю. Это мой брат Шэнь Юань. — Он фыркнул, выпятив грудь. Шэнь Юань мысленно потер лицо. Цзю-ди, я тебя люблю, но, пожалуйста, научись читать по губам. — Ой! Они разговаривают! Девушка пискнула, как будто не ожидала этого. Она села рядом с братом, снова радостно потягивая чай. — Теперь вы двое будете жить здесь, будете наняты в качестве прислуги, вам будут платить, и у вас будет крыша над головой, — просто сказал Цю Цзяньло. — Вы не будете много заниматься физическим трудом, думайте о себе как о наемных товарищах. Шэнь Юаня бесило, что взгляд этого человека ни на секунду не отрывался от тела его брата, постоянно возвращаясь к нему и обшаривая его сверху донизу, как будто он что-то упустил, когда делал это в первый раз. Иногда он делал то же самое с Шэнь Юанем, но ненадолго. Было ясно, что он уже выбрал свое любимое блюдо. Шэнь Цзю держался прямо, в нем всегда была гордость, которая исходила откуда-то из глубины души. Шэнь Юань не мог по-настоящему понять, откуда у него это взялось, у самого Юаня не было ничего подобного, он бросался бы на землю и звал свою мать, если бы это означало, что он получит то, что хотел. — Я уверен, у них был тяжелый день, А-Тан, дай им немного отдохнуть. — сказал Цю Цзяньло, вставая, разгладил складку и подошел к близнецам. — Я провожу их в новую комнату. — Он повернулся и ушел, не сказав больше ни слова, Цю Хайтан только улыбнулся и крикнул ему вслед: — Хорошо! Близнецы последовали за ним, и по пути в глубь поместья Цю Цзяньло заговорил: — Большую часть работы вы будете выполнять в одиночку. Шэнь Юань напрягся. — Вы будете жить в одной комнате, но если вы поможете друг другу привыкнуть к разлуке, у меня есть для тебя небольшая работенка, Сяо Цзю. Уже? Мы только приехали! Разве мы не можем хоть немного побыть вместе, прежде чем нас бросят в омут с головой? И почему он так выглядит?! Шэнь Цзю посмотрел на Шэнь Юаня, а затем снова повернулся к Цю Цзяньло: — Хорошо. Цю Цзяньло лишь улыбнулся ему: — Ну и ну. Шэнь Юань попытался возразить, и в его душе снова зашевелился страх: — Но... Цю Цзяньло как раз вовремя подошёл к их комнате: — Вот ты и дома, Сяо Юань. Я скоро вернусь с Сяо Цзю. Испуганный взгляд Шэнь Юаня встретился с растерянным взглядом Шэнь Цзю. Шэнь Цзю узнал испуганный взгляд, который был у его брата перед тем, как они вышли из бани. Такого выражения на его лице он никогда раньше не видел. Обычно брат был весел или старался казаться спокойным (несмотря на то, что Шэнь Цзю замечал, как он слегка поджимает губы и теребит пальцы). Шэнь Юань выглядел отчаявшимся и потерянным, когда его практически втолкнули в их комнату и захлопнули дверь прямо перед его носом. Шэнь Цзю посмотрел на омегу, стоявшего рядом с ним. С такого близкого расстояния он мог различить все нюансы его запаха: в основном это были гнилые фрукты, но также ощущался привкус железа и чего-то еще, что он пока не мог определить. Цю Цзяньло завел их в пустую комнату, развернулся и запер дверь. Молодой человек стоял спиной к Шэнь Цзю, но тот видел, как тяжело он дышит, прислонившись к двери. В его запахе появились резкие нотки. Если бы Шэнь Цзю пришлось описывать этот аромат, он бы сказал, что это прокисшее молоко. — М-молодой господин? — тихо позвал Шэнь Цзю, и Цю Цзяньло вздрогнул от этого обращения. Он медленно повернулся к мальчику, его лицо раскраснелось, зрачки расширились, дыхание стало прерывистым. — Я вижу, что у тебя был друг-альфа, — Цю Цзяньло сглотнул, прежде чем продолжить, — но ты еще не созрел... так что я могу сделать из тебя идеального жениха.