Реджи: Начало

Отъехали далеко. Стрельба стихла, ветер унёс все звуки. Останавливаю дрезину в лесу, где рельсы скрываются за деревьями. Реджи скулит. Лапа болит. Снимаю повязку, смотрю. Кровь остановилась, но грязь набилась. Промываю водой, мажу какой-то мазью из аптечки. Перевязываю чистой тряпкой. Реджи лижет руку. — Терпи, — говорю. — Пройдёт. Сидим. Тишина. Только ветер в ветках. Через час трогаемся дальше. Через несколько часов лес редеет. Выезжаем в поле. Снег, редкие кусты, пустота. И посреди поля — машина. БМВ. Чёрная, старая, занесённая снегом. Стоит, как вкопанная, колёса наполовину в сугробах. Останавливаю дрезину. Выхожу. Реджи за мной. Подходим. Внутри труп. За рулём — человек. В кожаной куртке, коричневых штанах, чёрных сапогах. На лице — противогаз. Стёкла запотели, не видно глаз. Открываю дверь. Запах — есть, но слабый, мороз законсервировал тело. Вытаскиваю его наружу. Тяжёлый, мёрзлый, не гнётся. Кладу на снег. Снимаю противогаз. Лицо — мужчина, лет сорока. Глаза закрыты, кожа серая, губы синие. Умер давно. Спокойное лицо, будто просто уснул. Рядом с ним — вещмешок. Старый, армейский, потёртый. Открываю. Внутри: · Банка сгущёнки · Две банки гречневой каши · Странный прибор — похож на старый телефон, но с экраном и кнопками Кручу в руках. Тыкаю кнопку — прибор начинает трещать. Агрессивно, часто, противно. Дозиметр. Я знаю, что это. Фонит. Кидаю палку подальше в поле. Реджи бежит за ней, как всегда. Пока он ищет, оттаскиваю тело от машины. Метров на двадцать, в сторону. Треск становится реже. Но не пропадает. Возвращаюсь. Реджи уже принёс палку, сидит, ждёт. Смотрит на меня, не понимает. Осматриваю тело ещё раз. В кармане куртки — документы. Паспорт, военный билет, фотография. Женщина и двое детей. Смотрю долго. Потом беру лопату. Хоронить надо.