Душа в анабиозе

Порт Беловодье кипел от количества народу. Здесь были и купцы, и ратники, и гвардейцы и обычные жители, провожающие близких в дальние края. Иллуги стоял возле корабля и нервно постукивал пальцем по локтю, осматривая своих товарищей. Они весело перебрасывались словами и закупали припасы у торговцев. Смех, шум прибоя, голоса — всё слилось в один звук, нервирующий ратника. На мгновение он потерял себя в пространстве мира, забыв где он и почему, сознание словно оторвалось от реальности. Ратник потер глаза и постарался дышать спокойно, возвращая контроль над разумом. — Иллуги? Ты в порядке? Отец обеспокоенно посмотрел на юношу. Его руки потянулись к плечу сына, словно в любой момент готовился поймать его. Иллуги открыл глаза и вымученно улыбнулся. — Всё хорошо, просто не привык к такой... Активности, — он поджал губы, осмотрев вновь толпу и борясь с ощущением размытости в мыслях. — Понимаю. Скоро вас посадят на корабль, там сможешь отдохнуть, — ладонь успокаивающе похлопала по плечу. В выражении лица Старшины мелькнуло сомнение: брови нахмурились, а взгляд помрачнел, покосившись куда-то в сторону. Иллуги заметил перемену, и внутри закопошилось беспокойство. — Отец? — Почти шёпотом обратился ратник, привлекая внимание. — Что-то случилось? — Всё в порядке... Заметив всё растущее волнение в Иллуги, Никита осёкся. — Прости, я не хотел тебя зря тревожить. Мне есть что тебе рассказать перед отплытием. — Что? На пристани внезапно поднялся шум, гвардейцы загалдели и обернулись куда-то в толпу, недовольно скривив лица. Ратник со Старшиной одновременно посмотрели в сторону. Над головами толпы мелькнула макушка тёмно-синих волос. — Прибыл... — выдохнул Иллуги и нахмурился, не совсем понимая, рад он тому, что гвардеец не отказался за неделю от должности, или недоволен его появлению. В мыслях всплыл разговор недельной давности, и внутреннее противоречие всё сильнее стало перевешиваться. Однако сознание вернулось к сказанной отцом фразе. Ратник резко обернулся и в ожидании уставился на Старшину: — Что ты хотел мне сказать? Тот напряжённо вздохнул и медленно перевёл взгляд на сына. — Насколько хорошо ты помнишь день, когда твои родители..? — Никита замолчал, не желая договаривать предложение. В горле у Иллуги встал тяжёлый ком. Смутные картинки в мгновение пролетели в мыслях. Кровь, страх, крики, размытые силуэты падающие навзничь. Ратнику понадобилось время, чтобы заглушить воспоминания. Прошлое, как волна, отступило и скрылось в глубинах души. — Смутно помню. Лишь ощущения и размытые картинки. К чему ты спросил? Горло пересохло и голос треснул, пока Иллуги отвечал, но, прокашлявшись, вернул его в норму. — Я знаю, ты проводил расследование по поводу произошедшего в тот день. Но в отчётах была изменена одна деталь. Краем глаза Старшина и ратник заметили медленное приближение Флинса. Тот целенаправленно шёл к ним, игнорируя своих товарищей, недовольно обсуждавших его за спиной. — И что же изменили? — Иллуги недовольно сощурил глаза, ощущая прилив раздражения. — Место, где ты родился и где произошло то событие была не деревня на окраинах Снежной. Это был Нод-Край. Иллуги ошарашенно отшатнулся и уставился всеми глазами на отца, хаотично осматривая его на признаки шутки, лжи, ошибки — чего угодно. — Я из Нод-Края?.. Но почему...? Как?.. — Отчёты были изменены для безопасности всех спасённых в той бойне детей. Я не видел смысла об этом говорить, пока это не коснулось тебя напрямую. Прости меня... В первые удары сердца Иллуги ошарашенно смотрел на отца, пытаясь осмыслить сказанное. Однако длилось это недолго. Руки юноши потянулись к Никите в желании обнять, но он быстро остановился, ощутив на себе взгляд гвардейца. Лёгкая улыбка дрогнула на губах ратника. — Тебе не нужно извиняться. Думаю, на твоём месте я поступил бы также. Звук шагов гвардейца стал отчётливее. Иллуги отпустил Старшину и обернулся с непроницаемым выражением лица к Флинсу, приветствуя его. Маска безразличия скрыла бурю эмоций, бушующую внутри юноши от только что полученной новости. — Господин Иллуги, рад вас приветствовать, — с обыкновенной своей холодной улыбкой гвардеец отдал лёгкий поклон, приложив руку к сердцу. — Приветствую, господин Флинс. Мы отправляемся? — Всё верно. Ратники готовы? Иллуги переглянулся со Старшиной. Тот кивнул и поднял руку вверх: — Товарищи ратники, пришло время отправляться! Десяток человек развернулись и поспешили собраться в строй перед стоящей близ корабля троицы. Через минуту ратники уже стояли по стойке смирно перед старшиной и новоиспечённым командиром отряда. Гвардейцы зашептались и недовольно стали переминаться с ноги на ногу, поглядывая на Флинса. — Гвардейцы, в строй! — Крикнул Кирилл, оглядываясь на своих товарищей. В строй гвардия встала неохотно и лишь спустя минуты три. Взглянув на эту “организованность”, Иллуги недовольно нахмурил брови. Произошедшее сулило большие проблемы в будущем. Ратник покосился на Флинса, ожидая от него какой-либо реакции, но тот лишь безучастно смотрел на своих подчинённых. — Товарищи бойцы, корабль давно готов. Когда отправляемся? — Со стороны корабля разнёсся недовольный мужской голос. Капитан, нахмурившись, смотрел с борта вниз и потягивал трубку. Старшина обернулся и показал рукой “пять минут”, на что мужчина удовлетворительно кивнул и скрылся, махнув рукой матросам. — Не забывай, что ты теперь командир объединённого отряда, — Никита с улыбкой и тоской посмотрел на своего сына и положил ему руку на плечо. — Неси с честью этот титул и не сомневайся ни в чём. Я буду ждать тебя обратно домой. — Спасибо, Старшина. Я сделаю всё, что в моих силах, чтобы каждый вернулся домой в здравии. В сердце Иллуги резко разверзлась пустота. Он искренне хотел верить в свои слова, но знал, что жизнь непредсказуемая штука. Тот, кто сегодня с улыбкой садится на корабль, может уже не вернуться. Ему остаётся лишь бросить все силы, чтобы каждый боец вернулся обратно. Наконец, отвернувшись от отца, юноша посмотрел на гвардейца. — Отдавайте приказ, господин Флинс. — Я? — Конечно. Вы выше по социальному статусу, — Иллуги удивлённо поднял брови, заметив замешательство Кирилла. Флинс выдержал на ратнике долгий задумчивый взгляд, прежде чем развернуться к бойцам. — Я хочу сделать небольшое обращение, прежде чем мы отправимся, — гвардеец медленно обвёл взглядом каждого в строю. — С этого момента вы, ратники и гвардейцы, единый отряд. Отныне между вами нет разделения, так как от нашего сотрудничества зависит успех миссии и жизнь каждого в строю. Если мы собираемся вернуться домой в целостности и сохранности, то необходимо работать сообща. Я, Кирилл Флинс, и Иллуги — теперь ваши командиры, имеющие равные полномочия, несмотря на разницу в статусе. Наши приказы неоспоримы, и любой, кто посмеет их ослушаться или проигнорировать, будет обвинён в диверсии. Лица отрядовцев стали серьёзными и никто больше не перешёптывался, однако было видно, как многие всё ещё недовольны находиться рядом друг с другом. Флинс обернулся к Иллуги и кивнул ему, передавая право голоса. Юноша удивлённо смотрел на гвардейца, пока его сердце не начало слишком часто отбивать удары от осознания, что теперь он правда командир и должен подобрать слова как для ратников, так и для гвардейцев. К счастью, первые смотрели на него с одобрением и немой поддержкой. — Я полностью поддерживаю слова товарища командира и надеюсь на вашу благоразумность, — Иллуги выпрямился и задержался взглядом на лице каждого члена отряда. — Отбросьте на время распри и предвзятость, перед нами стоит масштабная задача, на которую может повлиять малейшая деталь. Давайте сделаем всё, чтобы вернуться домой всем составом. А теперь прошу всех на корабль, мы отправляемся в Нод-Край! Вольно! Ратники с гвардейцами одобрительно загалдели, постепенно присматриваясь друг к другу. Нестройным шагом бойцы направились на борт. Флинс легонько хлопнул Иллуги по плечу и, одобрительно кивнув, пошёл вслед за отрядовцами. Ратник, в последний раз обернувшись на отца, поймал его гордый и довольный взгляд. Они кивнули друг другу и разошлись. Скоро их будут разделять тысячи километров.

***

Корабль медленно покачивался на волнах, преодолевая морские просторы. Иллуги всматривался в горизонт, перебирая в руках верёвки и сплетая их в замысловатое плетение. Нод-Край… Слова отца не выходили из головы. Настроение было мрачнее тучи, а на душе неспокойно. Он плыл не просто на задание. Он плыл на свою Родину. Иллуги не знал, чем это может обернуться для него, как сложится судьба, но у него не было иного выбора, как просто принять новое знание. С губ сорвался тяжёлый вздох. Иллуги уткнулся головой в руки и поёжился от холодного ветра, задувающего под ночную рубашку. — Всё хорошо… Ничего не изменилось, ты всё тот же… — Шептал ратник, стараясь себя успокоить. Шум воды и покачивание на волнах успокаивали и тревожили одновременно. Ночное небо над головой отражалось в водной глади и притягивало взгляд. Иллуги уткнулся в одну точку, наблюдая за размеренным движением жизни. На корабле было тихо, все спали и набирались сил. Один только ратник не мог найти себе покоя. — Господин Иллуги? Юноша удивлённо обернулся. К нему медленно и чересчур бесшумно подходил Флинс, всё ещё одетый в форму, а не ночную рубаху. — Решили прогуляться, господин Флинс? — Иллуги повернулся к гвардейцу всем корпусом и облокотился на борт, продолжая плетение. Взгляд Кирилла задержался на руках ратника, держащих верёвки. Гвардеец заинтересованно склонил голову, но решил не комментировать свои наблюдения. — Можно сказать, это мой небольшой ритуал перед сном. А вы? Отчего не спите? — Если я скажу, что переживаю о предстоящей миссии, что вы обо мне подумаете? — Что вы ответственный человек, нелишённый чувств. Однако… — Флинс подошёл к Иллуги и облокотился на борт на расстоянии вытянутой руки от него, — что именно вас тревожит? Иллуги покачал головой. Врать он не хотел из своих принципов, но и отвечать не собирался. — Не забивайте голову. Флинс прищурился, но спустя мгновение покосился в сторону и скрестил руки на груди. — Прошу прощения за излишнее любопытство. Тогда позвольте задать другой вопрос? Ратник кивнул и опустил взгляд на плетение. Верёвка закончилась и теперь в его руках была мягкая версия цепочки. В какой-то степени это было похоже на браслет, поэтому Иллуги связал концы и осмотрел своё творение. — Вы когда-нибудь были в Нод-Крае? Плетение бесшумно упало под ноги ратнику. Тот быстрым движением поднял его, стараясь скрыть волнение. — Был. — Значит, вам знакомы те края? — Флинс вопросительно поднял бровь, с непониманием глядя на внезапно разнервничавшегося собеседника. — Не сказал бы. Я уже не помню что там да как. — Вот как… Повисла неловкая тишина. Без размеренных действий руками Иллуги стало некомфортно. Плетения были его методом успокоения, но теперь, когда верёвка закончилась, он не знал, куда деть себя. Флинс же смотрел безразличным взглядом на ночное небо, пока наконец вновь не перевёл взгляд на руки ратника. Ладонь гвардейца скользнула в карман формы и через секунду на ней лежала пара синих шнурков. — Простите мне моё бестактное поведение, но… — Холодная улыбка, скрывающая истинные эмоции, вновь растеклась на губах Флинса. — Могу я попросить вас сплести такое же сплетение? Кирилл ладонью указал на “браслет” из верёвки в руках Иллуги. Брови ратника удивлённо подлетели, а рот в немом шоке приоткрылся. Он переводил взгляд с ладони гвардейца на своё плетение и обратно, ожидая подвоха. — Зачем вам?.. — Просто коллекционирую интересные вещи, особенно ручной работы. — Флинс постучал пальцем по броши на груди, сделанной из аметиста и какого-то недорогого металла. Работа была искусной, но непохожей на мастерство ювелира высшего класса. — Эту брошь я попросил сделать своего товарища гвардейца, когда я только вступил на службу. Его родители потомственные военные, поэтому украшения стали его редким, но любимым хобби. От него я узнал много интересного о драгоценностях. Иллуги с интересом выслушал собеседника и протянул ладонь к двум шнуркам, аккуратно беря их в пальцы. Случайно коснувшись мизинцем пальцев Кирилла, он дёрнул рукой, словно получил разряд тока. Уже по заученным движениями Иллуги принялся плести, невольно наслаждаясь качеством материала шнурков. — Не хочу вас расстраивать, но это не моё хобби и не какое-то мастерство. Просто в детстве по книжкам научился плетению, а потом это стало привычкой, чтобы успокаиваться. — От воспоминаний уголок рта Иллуги легонько дёрнулся. — Мне это неважно. — Флинс внимательно следил за движениями пальцев Иллуги, опустив руки и сомкнув ладони замком. — Для меня интересно то, какие чувства и мысли вкладывает человек в дело. Даже если я не способен их понять… — Это... Поражает, — ратник на мгновение замер, словно забыл как дальше продолжается плетение, но вскоре вернулся в темп. Его взгляд стал более сосредоточенным, а движения увереннее. — Удивляетесь, что аристократ интересуется чужими чувствами? — Отчасти... Не каждый то дворянин и простолюдин думает о таком. Просто не ожидал такого. Флинс поднял глаза и скользнул взглядом по лицу Иллуги, словно в поисках чего-то. На одно малейшее, совсем краткое мгновение уголки губ гвардейца дрогнули в подобие улыбки. — Готово, — ратник воодушевлённо поднял перед собой плетение и поймал взгляд Флинса. Повисла небольшая тишина, пока Кирилл рассматривал работу. Он подошёл ближе и протянул руку к ладони Иллуги. С особой бережностью гвардеец взял пальцами плетение, стараясь не касаться чужой ладони. Иллуги застыл, наблюдая как товарищ внимательно осматривает каждый изгиб, проводит пальцами по материалу и сосредоточенно хмурится. — Спасибо, — кивнув, Флинс убрал плетение во внутренний карман формы и перевёл взгляд на ратника. В его взгляде было что-то новое. Нечто, что появляется, когда человек узнаёт тебя лучше. Иллуги растерянно смотрел на Кирилла, пока ситуация не стала казаться до жути неловкой. Он отвернулся и поёжился от холода. Глаза начали болеть от внезапной сонливости. — Прошу прощения, но я, наверное, отправлюсь на боковую, — подавляя зевок, ратник вновь обернулся к товарищу. Флинс пристально смотрел вдаль, о чём-то глубоко задумавшись. Он не сразу отреагировал на слова Иллуги и, лишь после того, как ратник сделал уже первый шаг в сторону кают, обратил внимание и кивнул. — Спасибо вам за приятную беседу и вашу работу. Я смог узнать вас получше, — гвардеец посмотрел прямо в глаза товарищу, но тот быстро отвёл взгляд и поспешил прочь. — Спокойной ночи, господин Флинс. — Спокойной ночи, Иллуги...