Сломанный механизм

      В кабинете стояла тишина. Она не оглушала, а наоборот — предвкушала. Помещение было залито светом из окна. Прямо перед окном стоял круглый стол, за которым сейчас — в столице — собрались офицеры и капитаны всех защитных дивизий. За столом были все, кто мог повлиять на безопасность всего человечества.       Тишину нарушил Дот Пиксис — командующий гарнизоном: — Учитывая немногочисленное количество новичков, ты еще рассчитываешь на пополнение, Эрвин? — он улыбнулся и хрипнул.       Эрвин не ответил, а лишь хмуро сжал брови. — Несмотря на ваш язык, вы правы, — Шадис кивнул. — В этом году новобранцев действительно недостаточно, чтобы распределить во все отряды равное количество людей. Я уже молчу про то, что часть из них может только подметать полигон.       Найл Док — командир военной полиции — молча анализировал ситуацию, понимая, что большинство бойцов всегда будут выбирать его отряд и полицию, так как в столице жизнь просто лучше и проще, но от этого не легче политической ситуации в целом, как и королю. Каждый год по великой удаче в новобранцах разведки оказывается до пяти солдат, но не более. Люди боятся. А до столицы далеко. До столицы страх не дойдет. — Мы всегда были и будем в меньшинстве, но это нас не пугает и не останавливает, — отрезает Эрвин. — Мы готовы взять ровно столько бойцов, сколько к нам захотят.       Леви осматривает каждого из высокопоставленных лиц и давится приступом тошноты. Все они — голодающие, каждый из которых пытается выбить себе больший кусок пирога. И как обычно это бывает — сытый тот, кто ближе к королю.       Всё это собрание не имеет никакого смысла и, по мнению Аккермана, является лишь актом показушничества и очередным проявлением дурацкого режима, который они обязаны соблюдать.       За столом начался спор. — Давайте я немного разбавлю этот разговор тем, что в корпусе есть весьма способный механик, — Шадис сложил руки на груди. — Навыки отменные, физической подготовки не хватает, но за два месяца натренирован лучше, чем некоторые за года. — И что же, позволь спросить, этот механик тебе такого починил? — Пиксис потёр усы и улыбнулся во всю ширь. — Рекламируешь ремесленников? — Это действительно не то, о чем нам сейчас стоит думать. Базово останавливаемся на старом подходе — первая десятка имеет выбор, остальных — поровну. Прости, Эрвин, но мы не можем сейчас по-другому, — Найл уперся руками в стол закрыл глаза, выдохнул, а потом посмотрел на Эрвина. Тот кивнул.       Леви тяжело вздохнул и чуть не бросил вслух: «Показуха», но что-то его остановило.

***

      На улице стояла духота, и любое дуновение ветра казалось спасительным. Грейс расправилась с последним УПМ для показательной тренировки и с усилием выгнула спину. Жизнь здесь оказалась не сахар, но и она сладкого не искала.       Почти сразу тогда, в Крольве, она пошла искать того офицера, который предложил ей работу. Нашла она его довольно быстро в ближайшей таверне — и на удачу — еще не выпившим. На слова он был скуп, но упоминания «мастерской кадетского корпуса» хватило, чтобы тут же принять предложение. На следующий же день они отправились в дорогу к другой части стены Роза, где располагалось учреждение.       При прощании с мамой и сестрой чувствовалась грусть, но слезы не приходили. Почему-то печаль окутала её только внешне, а нутро заполнилось легкостью. То ли от напутствий Тони, то ли от гордости в глазах матери — Грейс не знала. Но уезжать не было тяжело — ей хотелось уехать.       Сразу после приезда девушку познакомили с Китом Шадисом — инструктором корпуса и не самым приятным человеком. Тот явно за словом в карман не лез и сразу назвал Грейс «пигалицей», что лишь возомнила о себе что-то. Её же это не обидело — наоборот — раззадорило.       И хоть этого задора хватило только на первую неделю разгребания целого ангара с оборудованием, она не сдалась и закончила с каждым устройством, что там лежало.       Время было уже заполночь.       Стол завален деталями — конца не видно. В глазах уже было мутно, отвертка скользила меж пальцев. В конце концов сон пересилил девушку, и та отключилась прямо за столом.       На утро её разбудил крик Шадиса на одного из кадетов. — Опоздал? Тогда сдохнешь первым, — голос Шадиса был хриплый и злой.       Грейс проморгалась, растянула спину и тут же продолжила ковырять то устройство, что лежало перед ней. Работа не закончена.       Первое время в неё прилетало всё.       Починить УПМ? Конечно, новый ремесленник.       Настроить троссы на тренировочных качелях? Ай, пусть мастер этим занимается.       Убрать территорию перед мастерской? Ну, твои же владения.       Это убивало, но не останавливало. Хотелось большего.       Когда Грейс начала уже в порядке живой очереди чинить только УПМы кадетов, в один из дней, к ней подошел Шадис, с которым она уже успела найти общий язык. — Ты вообще хочешь чего? — Ну, вообще от горячего супа не отказалась бы, это предложение? — Ты сейчас лишнюю партию получишь с такими выходками, я про жизнь твою.       Таким образом Грейс Лефевр стала полноценным кадетом учебного корпуса на особых условиях. — Ты всё равно здесь ошиваешься, так может хоть станешь толковым солдатом, — презрительно, едко. — Или только железки чинить умеешь?       Она лишь удивленно моргнула и получила молчаливый кивок и начало внутреннего осознания. Не сказать, что Грейс была в плохой физической форме, но явно хуже остальных. В конце концов по мастерской кросса не пробежишь.       На силовых тренировках и на отработке рукопашного боя девушка страдала. Страдала так, что её было жаль даже самому никчемному кадету, но она не сдавалась. Зато на тренировках с УПМ ей не было равных, когда все только пересекали отметки в полпути, Грейс уже заканчивала маршрут и шла работать над теми же УМП, которые только что использовались.       Сложно сказать, что помимо этого находилось еще свободное время, но в такие короткие моменты Грейс не упускала шанса натренировать себя больше. Ей казалось ничтожно малым то, что она делает. Ведь, если что-то ломает УПМ — она должна сломать это первой.       Нужно быть готовым к встрече с теми, кто ломает людей.

***

      Кадеты старались построиться в хоть какую-то ровную шеренгу в несколько рядов, но получалось довольно скудно. Шадис устало потирал переносицу и прикрикивал на каких-то ребят, которым посчастливилось стоять ближе к нему. Грейс стояла рядом с инструктором и проверяла свой УМП: катушка в целостности и смазана, гарпун не смещён, пружина натянута.       Она могла быть уверенной в себе только, если уверена в оборудовании на ней. Девушка никогда не снимала УПМ, ведь готовой нужно быть всегда и ко всему, даже в помещении. Шадис несколько раз ругался, что она разгуливает по корпусам в устройстве, но Грейс вежливо игнорировала эти нападки, потому что знала, что сможет совладать с устройством и в ограниченном пространстве.       Позади них на возвышающемся деревянном подмостке стояли офицеры — те же, что были на общем собрании. Они внимательно наблюдали за кадетами, которые должны были сейчас пройти трассу на устройстве маневрирования, продемонстрировав свои лучшие навыки.       Маршрут состоял из участка с деревьями, деревянными фигурами титанов и имитацией городских стен.       Грейс всё подкалывала Шадиса, что кадеты не могут успокоится, и вертела инструментом в руке. Она называла его универсалка, потому что внутри были спрятаны инструменты первой необходимости: нож, отвертка, гаечный ключ. Когда Шадис начал речь, она спрятала универсалку в набедренный карман. — С этого момента вы больше не кадеты! Вы — солдаты! — Кит говорил громко, с басом и привычной ему хрипотцой. — За вами наблюдают лучшие в своём деле, так покажите им, что вы способны стать лучше их самих! — Да, сэр!       Толпа громко ответила в унисон. Прогремел залп и клубы зеленого дыма заполонили округу.       Эрвин тихо похлопал и взглянул на девушку, стояющую рядом с Шадисом. Она не стояла в рядах кадетов, не готовилась к прохождению маршрута. Кто она? — Шадис говорил о ней на собрании, — Леви убрал волосы со лба и посмотрел на неё же. — Неужели ты забыл о такой забавной детали. — А ты смотрю запомнил, — сьязвил Эрвин. — Посмотри, на ней УПМ выглядит лучше любого из наших. — Да, он не похож на мой или твой. Еще постоянно вертела этой штукой в руке.       Внезапно среди гула голосов и скрежета троссов раздался крик. Внимание всех устремилось на источник — один из кадетов повис на дереве и запутался в веревке своего УПМ. Одна из петель оказалась на шее и медленно затягивалась.       Никто не шелохнулся.       Солдат должен уметь сам себя спасти или на поле боя ему конец.       Грейс же уже оказалась на месте инцидента. Успел ли кто-то понять, откуда и как она так быстро оказалась рядом, неизвестно. Она срезала веревку у шеи, другой рукой спустила троссом паренька на землю и тут же начала копаться в его УПМ. С такого расстояния офицерам не было видно, что именно она делает, но Грейс прекрасно понимала что произошло. Пружина ослабла и выкинула трос раньше времени, по той же причине трос нельзя было вернуть обратно через нажатие рычага — парень бы задохнулся на месте, потому что не знал, что его УПМ неисправен.       После пары минут солдат неловко поблагодарил спасительницу и продолжил свой маршрут. Грейс же вернулась двумя рывками к Шадису и доложила обстановку. Тот опустил какую-то шутку и похвалу, чему девушка явно была рада. — Кажется, на них ты тоже произвела впечатление, — подмечает Шадис. — Но в бою он бы уже сдох.       Грейс неловко смеется, чешет затылок и оборачивается, осматривая помост с офицерами.       Взгляд Леви цепляется за грязные руки, но идеально чистую форму, чистое снаряжение и такое же чистое белоснежное лицо.       Странное сочетание, учитывая её издержки деятельности и такие способности.       Он чуть повернул голову и зацепил легкий взгляд желтых глаз.       «Выпендрёжница» — думает Леви.       Будто её сильно было это нужно. Зачем бросилась вперёд всех ещё и из-за такой чепухи.       «Один из разведки? УПМ доживает свою жизнь» — подметила Грейс.              Крепления смещены, у него свой стиль движения и хвата. Давно летает?       Лефевр отворачивается, Аккерман тоже. А вот Эрвин продолжает пронзительно изучать девушку взглядом и подмечать для себя какие-то уникальные и известные только ему детали.       Почему её УПМ выглядит по-другому? Почему она так виртуозно действовала? Почему только она ринулась спасать солдата? Кто она? Почему стоит рядом с Шадисом?

***

      В том же зале, где все собирались впервые, вновь сидят офицеры, обсуждая оставшихся новобранцев и их распределение. Отбор был тяжелым, потом что после первого десятка людей практически не осталось. — У меня также еще новости: поставка нового УПМ затруднена за счёт того, что старые ломаются быстрее, чем их успевают делать, — холодно отчеканил Найл Док. — Люди гибнут. — Это угроза для всех нас, — поддерживает Шадис. — Не хочу острить в такой момент, но, если городским корпусам это может не сильно испортить условия, то разведке придётся несладко, — Пиксис впервые не язвит и просто смотрит на Эрвина. Тот молчал. — Будем ходить пешком, — отчеканил Леви стоящий около стены, облокотившись на неё. Голова закинута наверх, глаза закрыты, руки сложены на груди. — Очень остроумно, лейтенант Аккерман, но напомните, пожалуйста, что вы вообще здесь делаете? — Найл не выдержал напряжения и со злостью повысил голос. — Лейтенант Леви является моей правой рукой и, будет вам известно, его слово имеет такой же вес, как и моё, — Эрвин был спокоен и уверен. — Несмотря на то, что это ударит по нашим возможностям и экономике, я думаю мы можем найти решение уже сейчас, отыскав хорошего мастера-ремесленника. — Они же на дороге валяются, их подобрать можно везде, да? — игриво произнес Шадис. — Не трогайте девчонку, она только мне кадетский корпус весь починила. — А что девчонка-то сразу, понравилась, да? — Пиксис посмеялся с лица Шадиса. — Если устройств не останется, то следующие, кто будет вас защищать это ваши кадеты с вилами.       Леви холодно отрезает последнюю фразу и выходит в коридор, дожидаясь Эрвина уже там.

***

      Эрвин вышел следом почти сразу, все так же задумчиво глядя перед собой. — Её нужно забрать, — тихо проговорил он. Леви рядом усмехнулся. — Ты даже не знаешь, что она может. Может просто хочешь себе побольше девочек привлечь?       Эрвин зло посмотрел на товарища, но тот резко остановился. Эрвин повернул голову обратно.       Перед ними стояла та, которую они обсуждали. Грейс не изменилась после тренировочного поля и направлялась к Шадису за дальнейшими указаниями после отбытия новобранцев. — Ты солдат? — Эрвин не выдерживает. — Нет, — отвечает та. — Ошибаешься.       Грейс окинула его смирительным взглядом, мельком взглянула на солдата рядом — не бросит ли он какую глупую фразу — обошла их и продолжила свой путь до Шадиса.       Леви был удивлён наличием надетого УПМ в помещении. Форма такая же идеальная, а лицо белоснежное. Руки были чистые. — Эрвин, ты решил сразу выглядеть идиотом?