Новогодние каникулы Кати

Комната Марины, залитая мягким утренним светом. Катя сидит на диване, закутавшись в плед поверх своей новой заячьей кофты. В руках у неё большая кружка с чаем, от которой поднимается пар. На журнальном столике пульт от телевизора. Резкий, пронзительный звонок телефона. Марина, заспанная и в пижаме, вылетает из кухни, на ходу вытирая руки полотенцем. Марина: Это Лилия Павловна! Кать, тише, притворись спящей, а то она по голосу поймет, что мы вчера до ночи шлялись! Марина принимает трубку, Голос Лилии Павловны прорывается сквозь динамик, как ледокол сквозь арктические льды. Лилия Павловна: Марина! Ну наконец-то! Вы там что, до обеда дрыхнете? Слушай внимательно: я уже всё обсудила с тётей Зиной, гости разъезжаются. Я буду на центральном вокзале сегодня в 18:00. Электричка ждать не станет! Передашь мне Катеньку прямо на перроне, из рук в руки, поняла? И проверь, чтобы она шапку не забыла! Марина: (покорным голосом) Да-да, Лилия Павловна… Конечно. В шесть вечера у третьего вагона. Всё поняла, не волнуйтесь, Катя в целости и сохранности. Звук: Короткие гудки. Марина выдыхает и падает в кресло рядом с Катей. Марина: Ух… Ну что, слышала? У нас есть время до вечера. Часов до четырех погуляем, закроем все долги перед твоей совестью, и - на вокзал. Катя: (грустно помешивая чай ложечкой) В шесть… Значит, сказка заканчивается. Опять школа, опять эти серые сугробы… Марина: Сказка не заканчивается, она просто переезжает в другой филиал! У тебя в рюкзаке будет секретное оружие - те самые карандаши, которые мы сейчас пойдем покупать. Это ли не магия? Катя: (встрепенувшись, ставя кружку на стол) Точно! Карандаши! Марин, пошли скорее. Я не хочу выбирать в спешке. Мне нужно что-то… ну, чтобы он сразу понял: это не просто подарок. Марина: Тогда допивай свой чай и бегом одеваться. Город дает нам последний шанс на великие свершения! Катя вскакивает, её грусть моментально сменяется решимостью. Она быстро натягивает ботинки, проверяет, на месте ли кошелек с деньгами из свинюшки, и смотрит в окно на залитый солнцем город. Катя (мысли): Шесть вечера. Третий вагон. Но до этого момента… я должна успеть сделать самое главное. Музыка становится бодрее и энергичнее. Катя и Марина выбегают из квартиры, впереди - финальный рывок по магазинам. *** Фасад огромного здания, украшенного неоновыми вывесками и движущимися фигурами сказочных персонажей. Над входом огромными буквами горит: МИР ЧУДЕС. Стилистика мода здесь достигает пика: всё сверкает, цвета сочные, а снежинки в воздухе кажутся искрящимся конфетти. Марина: Опа! Кать, глянь-ка. Мы как раз мимо проходим. Это же тот самый Мир Чудес! Там внутри чего только нет: от японских роботов до профессиональных красок. Заглянем? Чисто присмотреть «снаряды» для твоего примирения? Катя: (остановившись и задрав голову вверх) Ого… Он такой огромный! Марин, я думала, такие магазины только в мультиках бывают. Там правда есть всё-всё? Марина: (толкая плечом тяжелую стеклянную дверь) И даже больше! Пошли, не стой столбом, а то нас сейчас толпа школьников занесет внутрь вместо швейцаров. Громкий колокольчик над дверью и резкая смена музыки на веселый, праздничный оркестр. Внутри - настоящий лабиринт из полок, заставленных яркими коробками. Катя: (оглядываясь по сторонам, в полном шоке) Мама дорогая… Тут можно заблудиться и выйти только к следующему Новому году! Смотри, Марин, там целая гора плюшевых медведей! А вон там… это что, железная дорога через весь зал?! Катя идет по проходу, едва успевая крутить головой. В ярком освещении магазина её розовая кофта с ушками смотрится здесь как влитая - она сама сейчас похожа на сказочную героиню. Марина: Не отвлекайся на медведей, Катерина! Нам нужен отдел творчества. Он где-то в глубине, за рядами с конструкторами. Ищи глазами вывеску с палитрой! Катя (мысли): Как же тут круто… Катя замечает впереди стеллаж, забитый профессиональными блокнотами в кожаных переплетах и рядами разноцветных карандашей, которые уходят куда-то под потолок. Катя: Марин! Кажется, нашла! Смотри, вон там! Марина: Ну всё, приехали. Доставай свою заначку, Катька. Сейчас будем выбирать то, что заставит твоего художника поверить в новогодние чудеса. Катя: (решительно сжимая кулак с кошельком) Да… Самое лучшее. Чтобы он понял - я не просто змея в розовой шкурке. Я… я правда хочу, чтобы он продолжал рисовать. Катя подходит к стенду с карандашами, и её глаза начинают лихорадочно бегать по ценникам и названиям брендов. Это её главный момент - момент выбора подарка, который изменит всё. Полки уставлены рядами баночек с гуашью, тюбиками акрила и бесконечными стаканами с карандашами всех цветов радуги. Катя медленно идет вдоль витрин, и её взгляд внезапно замирает. Катя: Марин... Смотри. Это же... это же ОН. Камера крупным планом показывает роскошный набор: тяжелый альбом в твердом черном переплете с плотной, чуть шероховатой бумагой, на которой так и хочется оставить первый штрих. Рядом с ним - деревянный пенал, в котором ровными рядами лежат профессиональные кисти и кюветы с акварелью, сверкающие, как драгоценные камни. Марина: (присвистнув) Ого, Катька, у тебя губа не дура! Это же профессиональный набор. С такой бумагой и красками даже я, наверное, шедевр нарисую. Но цена... Ты уверена? Это же почти все твои накопления. Катя достает свой кошелек. В голове на мгновение всплывает образ тех самых японских маркеров, о которых она мечтала на свой день рождения. Она смотрит на деньги, которые собирала, и снова переводит взгляд на альбом. Катя (мысли): Маркеры... Ну и ладно. У меня уже есть подарок - эта крутая кофта с ушками, город, Марина. Я уже счастлива. А Антон? Катя: (решительно выкладывая купюры на прилавок) Да. Пусть теперь будет так. Мне эти деньги уже не дадут счастья, а ему они... они подарят целый мир. Я хочу, чтобы у него тоже было что-то особенное в этом году. Марина: (с нескрываемым уважением) Ну, Смирнова... Растешь. Ладно, девушка-кассир, упакуйте нам это покрасивее. Чтобы сразу было видно - вещь с душой! Шуршание подарочной бумаги, звон кассового аппарата. Катя берет в руки увесистый пакет. На душе становится удивительно легко, будто вместе с этими деньгами она отдала частичку той злой колючки, которая жила в ней раньше. Катя: Всё. Теперь я готова возвращаться. Марина: Ну, тогда курс на вокзал! Время поджимает, а Лилия Павловна не любит ждать. Смена кадра: Улица города. Катя идет к вокзалу, прижимая пакет к груди, как самое большое сокровище. В её розовой кофте, она выглядит такой маленькой, но такой решительной. Огни города отражаются в её глазах, и теперь в них нет ни капли той змеиной холодности. Катя (мысли): Потерпи, Петров. Еще пара часов и ты увидишь, что чудеса случаются даже в нашем лесу. И привозит их... обычная девчонка из соседнего дома.... *** Гудок далекого поезда. Перрон вокзала. Огромные электронные часы показывают 17:45. Воздух пропитан запахом железной дороги, морозного вечера и близкого расставания. Огромная синяя электричка замерла у платформы, тяжело вздыхая паром. Марина: Ну всё... Твой карета подана, сейчас превратится в тыкву и укатит тебя обратно в леса. Катя: (крепко прижимая к себе пакет с подарком для Антона) Марин... Спасибо тебе. За всё. За кофту, за змей, за какао... и за то, что вправила мне мозги. Я будто за эти два дня прожила целую жизнь. Марина: (сгребая Катю в охапку) Да ладно тебе, сестренка! Главное - не кисни там. И помни: ты не змея, ты - человек в очень крутой кофте. Пиши мне, поняла? И расскажи потом, как там твой очкарик отреагировал на твой подарок. Резкий хлопок двери вагона. Из тамбура, как вихрь, вылетает Лилия Павловна с неизменным чемоданом и боевым выражением лица. Лилия Павловна: Марина! Катерина! Ну наконец-то! Я уже испереживалась, что вы в пробке застряли. Так, живо в вагон, места займем, пока толпа не набежала! Катя: (тихо смеясь, подмигивая Марине) Всё нормально, мам. Марина: До свидания, Лилия Павловна! Катька, пока! С Рождеством! Катя запрыгивает на высокую подножку вагона. Она оборачивается и машет рукой сестре, которая остается на перроне ярким пятном. Двери с шипением закрываются. Смена кадра: Внутри электрички. Катя сидит у окна, прижавшись лбом к стеклу. Катя (мысли): Город уплывает... Огни, кафе, кино... Всё остается там. Но у меня есть этот пакет. И у меня есть это странное, новое чувство внутри. Катя смотрит на свое отражение в темном стекле. На фоне пролетающих мимо черных деревьев её розовая кофта светится теплом. Она больше не боится темноты за окном. Свет в салоне приглушен, лишь редкие лампы отбрасывают желтые блики на заиндевевшие окна. Лилия Павловна, утомленная дорогой и разговорами, тихо посапывает рядом, прислонившись головой к спинке сиденья. Слышен только размеренный, убаюкивающий стук колес: ту-дух... ту-дух... Катя сидит у окна, обняв свой рюкзак, в котором бережно спрятан подарок для Антона. Она смотрит, как огни редких полустанков разрезают ночную тьму, и чувствует, как её окутывает странное, тягучее тепло. Катя (мысли): Странно всё это... Ещё несколько дней назад я думала только о том, как бы сбежать из этого леса. А сейчас... сейчас я не могу дождаться, когда электричка затормозит на нашей станции. Перед глазами Кати снова всплывает лицо Антона. Но теперь это не просто очкарик или жертва для шуток. Она вспоминает, как он смотрит на снег - завороженно и чисто. Как он поправляет очки, когда волнуется. И как от одного упоминания его имени у неё внутри всё переворачивается, будто она падает в сугроб с высокой качели. Катя (мысли): Кого я обманываю? Марина сразу всё поняла... И змеи в музее всё поняли. И даже эта дурацкая розовая кофта с ушками, кажется, знает правду. Катя прижимается щекой к мягкому рукаву своей новой кофты. Она чувствует его запах - смесь парфюма Марины и морозного воздуха. Ей вдруг становится так легко, будто она сбросила с плеч тяжелый старый панцирь. Катя (мысли): Да... Я влюбилась. В этого странного, тихого мальчишку с альбомом. Влюбилась по самые заячьи ушки. И это... это совсем не страшно. Это как будто в посёлке наконец-то наступила настоящая весна, прямо посреди января. Она закрывает глаза, и на её губах играет едва заметная, по-настоящему добрая улыбка. Впервые за долгое время в её голове нет ни одной язвительной шутки. Только тихий шепот колес, обещающий встречу. Катя (мысли): Скоро буду, Антон... Спи спокойно. Я везу тебе подарок. И себя... другую. Голова Кати медленно склоняется на плечо. Мерное покачивание вагона окончательно усыпляет её. Ей снится не темный лес и не черные тени, а яркий летний солнечный день, где она и Антон сидят на скамейке, и он рисует её - в этой самой розовой кофте, с улыбкой, которая греет сильнее любого солнца. Звук: Музыка затихает до нежного колыбельного перезвона. Экран медленно гаснет, оставляя лишь светлую полоску лунного света на подоконнике вагона. Текст на экране: Сладких снов, Катя. Твоя настоящая история только начинается. КОНЕЦ.