Все ваше внимание

Сразу захотелось оговорить: «Том, я не какой-то там извращенец». ...Ну, возможно, немного, но исключительно в привлекательной части спектра! Извращенец в соблазнительном смысле! Никому ведь не нравятся пуритане? А небольшое сексуальное отклонение создаёт атмосферу новизны и загадочности!  Люк чуть не захлебнулся, но все-таки сдержал поток оправданий, а затем натянуто рассмеялся:  — Слушай... Это станет проблемой, только если у меня будет стоять во время стримов. Да, полный провал. Можно было не пытаться. *** В памяти ещё теплились те далёкие, счастливые времена, когда Люк был вполне обычным (пусть и крайне обаятельным) актером с ничем не примечательными сексуальными предпочтениями. С тех пор утекло много воды (полтора часа), но Люк скучал. Помнится, был конец их с Томом новогоднего стрима: распаковка фанатских подарков, поздравления, глинтвейн в эстетичных стаканах на ножке... Последний подарок предназначался Люку: небольшая плоская коробочка в обёртке с золотыми вкраплениями. Он тщетно пытался не порвать упаковку. Это не имело значения — все равно с окончанием стрима Том уберет образовавшиеся вокруг них пестрые завалы в мусорный пакет. Однако сейчас, пока тысячи зрителей наблюдали, Люк не мог отнестись к подарку небрежно. Однажды Том пошутил, что, будь у Люка возможность, он свил бы себе гнездо из блестящих лент, наклеек и переливающихся пакетиков — и это походило на правду.  — Тут внутри скотч, как всегда. Я думаю, не будет ничего страшного если... — он медленно потянул прозрачный уголок, — ...вот так, да. Ничего не рвется. Надеюсь, вам нравится смотреть, как я несколько часов расправляясь со скотчем.  — Мне кажется, в этот раз ты особенно осторожничаешь. Оттягиваешь конец стрима?  — Нет, я почти закончил. Вот он, наш подарок, я его уже-е... Да. Достал.  Люк выудил небольшую плоскую упаковку и в тот же момент (ох, что это был за момент) почувствовал, как кровь приливает к щекам. Том бегло глянул в его сторону, нахмурился, посмотрел уже внимательнее. Тишина повисла буквально на пару секунд, нарушившись искренним смехом Люка.   — Это что, чулочки?   — Чулки, — повторил за ним Том, поворачиваясь к камере. — Белые и кружевные, сорок ден. Неношеные, если у вас вдруг возник такой вопрос. Люк продемонстрировал упаковку: девушка с фарфоровой кожей позировала в платьице на фоне кровати. Из-под подола выкладывал ажурный краешек.  — Кажется, кто-то перепутал адресата? – спросил Том.  — Нет, тут мое имя на упаковке! — рассмеялся Люк. — Это для меня! Подразумевается, что я должен надеть это на кого-то? Или на себя? Чат?  Пользуясь паузой, Люк глянул на Тома, подмечая, как тот напряжен. Ситуация... И вправду была неожиданной. Но не сидеть же с каменным лицом из-за неудачной шутки? Нет, даже довольно веселой шутки. Очень веселой!  — А ты что думаешь? — спросил Люк после небольшого молчания.   — Я... Не знаю, может, такое бы понравилось пану Птачеку? Раньше мужчины носили чулки. Не уверен, что носили в четырнадцатом веке, но вполне может быть.   — Ты думаешь, ему бы пошло?  — Наверное.  — Правильный ответ был "да". Яну пошло бы все что угодно, — пошутил Люк. — И кстати… Да. Чат сказал, что чулки нужны, чтобы я их надел.  — Такие стримы ты теперь проводишь? – улыбнулся Том.  — Исключительно в качестве Новогоднего подарка! Я думаю, все ждут, что я их надену.  — Серьезно?  — Почему нет?  — Ну... — Том развел руками. — Если ты этого хочешь, то конечно.  По лицу Тома сложно было понять, как он относится к происходящему. Он чуть приподнял брови — явно удивлённо, но пока не осуждающе. Люк быстро улыбнулся, показывая, что все в порядке, и вышел за пределы обзора камеры. Том проводил его взглядом.  Люк быстро разорвал упаковку и извлёк два тонких, полупрозрачных чулка. Белые. Он не был большим экспертом, но, кажется, такие не носят на повседневной основе — скорее как элемент кинка. Ему отправили кинковые чулки. Возможно — просто если задуматься — ему не стоило соглашаться на эту идею. Хотя бы не так быстро. Выставить пост, что-то вроде "пятьсот тысяч лайков и следующий стрим я провожу в чулках", нормально побриться, собрать образ, блузу какую-нибудь... Или так ещё хуже?  Он оглянулся и обнаружил, что Том все ещё смотрит в его сторону.  — Что-то не так?  — Нет. Все в порядке. Не думал, что однажды по моей квартире будет ходить Люк Дейл в кружевных чулках.  — Обращайся, — подмигнул Люк. Он начал натягивать чулки, чувствуя себя немного неловко под чужим взглядом. Да, определенно стоило бы побриться, это даже выглядит нелепо. Нейлон тянулся почти до самых бедер и неприятно дёргал волоски. Сзади послышался комментарий:  — Ты умеешь их надевать?  — Конечно, я умею. В смысле... — Люк осекся, и уточнил: — Разве это как-то по-особому делается?  — Нужно стянуть все вместе, а потом раскатать по ноге. Иначе порвешь.  — Когда ты экспертом успел стать?  — Мне приходилось надевать колготки для роли в театре.  Люк закатил глаза, следуя чужому совету.  Том МакКей в колготках. Забавное, наверное, зрелище. Кажется, Люк даже видел пару фотографий с того самого спектакля в ленте твиттера. Брился ли для образа Том? И всё-таки с платьем чулки выглядят иначе... Черт, невозможно носить чулки с шортами и не выглядеть нелепо. Нужна юбка или платье. И что-то получше домашней футболки. Он ведь актер, и Том актер, нет никакой проблемы в том, чтобы надеть женскую одежду ради стрима... В конце концов, чем это хуже, чем изображать белку на театральном экзамене? Или Том своим недовольным взглядом хочет сказать, что женщины хуже белок?  Люк хмыкнул и покрутится перед зеркалом. Сойдёт.  — Уже иду к вам, готовьтесь вырезать этот момент на шортсы, — кинул Люк, прежде чем вновь появиться в поле зрения камеры. *** Чулки Люк не снял, так и завалился в них после стрима на диван, нога на ногу и на подлокотник. Будто места было мало — нет же! Головой лег ровнехонько на середине, подняв телефон на вытянутых руках. Он уже давно чувствовал себя здесь как дома.  Люк вообще ходить в гости любил куда больше, чем гостей принимать. Когда они встретились у Тома впервые, Люк минут двадцать разглядывал фотографии, читал названия книг на полках, валялся на всех поверхностях и рассматривал содержимое холодильника, кривясь от ящика с овощами. Как будто кота в новую квартиру впустили.  После того, как у них случился первый секс (Том не был каким-нибудь ханжой, но слово "потрахались", в отличие от Люка, не использовал), количество гостевых визитов резко увеличилось. Люк как-то сказал: "Люблю, когда мы встречаемся у тебя. Все вокруг твое, это сексуально. Обычно в играх логово делает монстра сильнее". Забавно. Может, потому Люк и не оставался надолго: чтобы кровать (и ещё диван, стол и иногда ковер) не успели превратиться из собственности Тома в "наше с Люком".  Люк вообще часто пропадал по самым разным причинам. Эти его бесчисленные стримы, путешествия, активность в социальных сетях... На комик-конах Люк часто узнавал людей по никам и радостно сообщал — это твич, это твиттер, а вон те ребята с реддита. «Они задонатили мне знаешь сколько? Попробуй угадать!». «Такие милые подарки! Покажи, что тебе подарили?» «Это ведь чье-то время! Просто чтобы мы с тобой порадовались – разве не дико?». Ох, иногда казалось, что Люк хочет забрать себе всю существующую любовь. Слава никогда ему не приедалась, и он продолжал с восторгом черпать для себя столько же, сколько отдавал.  — О чем ты задумался? — поднял взгляд Люк, покачивая носочком.  — Да... О разном. О тебе, — Том хмыкнул, подходя ближе. Погладил пальцем обтянутую белым капроном ступню. Вот кто настаивал? Надел же ведь... Том чуть-чуть пощекотал, вызвав недовольное бурчание:  — Э-эй, не отвлекай меня..  — Ты занят? Чем?  — Твичу, что если наберётся пятьсот тысяч лайков, то следующий стрим я буду вести в чулках и кошачьих ушках. Том вскинул брови. Все это было произнесено на одном выдохе и совершенно серьезно, без тени шутки или сарказма.   — Так ведь наберется, — попробовал предупредить Том.  — Пятьсот тысяч? — рассмеялся Люк. — Ну... Не знаю. Может быть.   — И что, будешь проводить стрим?  — Да. Люк повернул голову, вопросительно глядя на него снизу вверх. Во взгляде читалось чуть раздраженное нетерпение, но Том молчал. Люк вздохнул и задал вопрос сам:  — А почему ты спрашиваешь? Какая-то проблема?   — Да нет. Просто спрашиваю.  — Ревнуешь меня к аудитории?   — Нет.  — Уверен? Они такое иногда пишут — тебе бы фантазии не хватило.   — Я не ревную, — повторил Том, жалея, что начал этот разговор. — Просто... Он замялся. Люк прекратил листать галерею. "Не ревную, просто," — да уж, звучит, как будто ревнует.   — Просто? Том вздохнул.   — Как будто одеваться в чулки по требованию фантов — это довольно... Смущающе. Я имею в виду, что не каждый согласится на такое.   — М-м, тебя беспокоит, что я согласился?  — Не знаю. Я даже не уверен, что удивлен. Том сел на диван и Люк перебрался головой к нему на колени, продолжая, тем не менее, глядеть в телефон.  — Ты открытый человек, — пояснил Том. — Очень открытый. Люди чаще всего знают, что ты делаешь и где тебя найти. Я не нагнетаю, но в какой-то момент это может стать опасным. Неприятный слух, неудачная шутка, сталкеры...  — О, у меня были сталкеры, — оживился Люк. — Забавные девчонки. Я попытался с ними поговорить и объяснить все, но так, кажется, стало только интереснее за мной таскаться.   — У тебя были сталкеры? — переспросил Том. — Ты не говорил раньше.  — Да все нормально. Я пригрозил полицией и они отстали.  — Люк, это...  — Не особо хорошо, я знаю, — закатил глаза Люк. — Но все же обошлось. Том чувствовал, что должен возразить. Чувствовал, что в сложившемся тандеме на нем лежит некая обоснованная опытом ответственность. Но Люк... Было что-то, чего Том не мог себе объяснить. Причина, по которой он вел себя так странно сейчас, была глубже, чем любовь к стримам и общению. Эти видео и твиты с подтекстами, двусмысленные шуточки, переглядывания — как будто некий образ, выросший вокруг скрытой от глаз сердцевины. Ее-то Тому и хотелось нащупать.   — Знал бы я раньше, что ты проводишь стримы в чулках — смотрел бы их чаще, — пошутил Том, надеясь сбавить серьезность беседы.   — Правда? — Люк ненадолго отвлекся от телефона и глянул в его сторону. — Я подумаю над этим.  — Просто шучу.  — Я знаю. Ты бы не предложил серьезно. Подколка? Обида? Том бы не предложил, это правда. Но в голосе Люка почудилось что-то уязвленное, поэтому он спросил:  — Почему ты так решил?  — Я видел, как ты смотрел на меня сегодня. Будто я совсем с ума сошел — а это всего лишь чулки! Нашел, из-за чего переживать.  — Что? Я не переживаю.  — Да конечно, просто волнуешься за мою безопасность перед сталкерами, — фыркнул Люк, взглянул ему в глаза и смягчил тон: — Том, все нормально. Я просто не буду такие вещи на совместных стримах, окей?   — Какие вещи?  — Ну... Например, носить чулки.   — Это не ответ.  — Ты хочешь поругаться из-за этого? — выгнул бровь Люк. У Тома возникло смутное ощущение, что он вообще не управляет диалогом. Последнее, что он сейчас хотел сделать — это поругаться.  — Ты сказал, — начал он как можно спокойнее, — Что не будешь делать такие вещи на наших общих стримах. Как будто мне должно быть неприятно, когда ты делаешь такие вещи. Я пытаюсь понять, что ты имеешь в виду.  — Да блин, ты же понимаешь. Люк наконец отложил телефон в сторону и теперь смотрел вверх, ему в глаза, продолжая лежать на коленях. Этот единственный факт сохранял уверенность Тома, что они не ругаются.  — Не понимаю.   — Ну... Типа открытые. С сексуальным подтекстом, все такое.  — Разве я говорил, что мне это не нравится?  — Ты так выглядел. Блин, у тебя такое лицо было, как будто мне целый костюм из сексшопа отправили, и я его в прямом эфире на себя напялил, ещё и донаты за это попросил. Ты все слишком... Драматизируешь иногда. Том вдруг запустил пальцы в его волосы и ласково провел по голове.   — Хорошо, лично я больше не буду драматизировать. Люк явно собирался что-то сказать, но только хмыкнул в ответ и отвел взгляд. Прошло несколько мгновений, прежде чем он добавил немного тише:  — Не надо вести себя так, будто это я эмоционально реагирую. Том засмеялся:  — Я не веду. Просто соскучился, вот и все.  — Ладно. Люк выдохнул и закрыл глаза. Некоторое время они молчали. Пожалуй, это было одно из самых нежных и расслабляющих занятий — молча отдыхать рядом. Иногда в такие моменты Том писал или читал что-нибудь, параллельно гладя чужие волосы. Активностей Люку хватало и без него, но только Том видел того самого Люка Дейла с разряженной батарейкой. Он почти пожалел, когда нарушил тишину и спросил:  — Но тебе нравится так делать?  — Что? Чулки надевать? Это забавно. Мне ведь их подарили, почему бы не подурачиться.  — Я в целом. "Сексуальный подтекст и все такое".  — Да не так уж и сексуально, обычные чулки. Том остановил руку. Люк открыл глаза, глянул наверх и усмехнулся:  — Ну ладно, ладно. Эм... Это забавно. Будоражит немного. Что для кого-то из зрителей это, знаешь...  — Сексуально?  — Курва, привязался же ты к этому слову! Том мягко засмеялся и заметил:  — Ты первый его сказал.  — Разве? Окей, допустим. Да, мне приятно, что несколько тысяч человек считают меня сексуальным — а кому бы не было приятно? Нравиться людям это здорово. Как будто ты не знаешь.  — Я знаю не так, как ты. У тебя горят глаза не так как у меня, по-другому. Знаешь, как? Как когда мы снимали ту сцену.   — С поцелуем?  — Да.   — О. Кхм. Люк помолчал, слегка покраснел и вдохнул, прежде чем сказать:  — Вообще...  иногда я думаю, что было бы здорово сняться в постельной сцене. И потом посмотреть ее на стриме. Чтобы все смотрели и обсуждали, восхищались там. Такое внимание как будто немного, ну… возбуждает.  — Возбуждает? — переспросил Том удивлённо. — В смысле...  — Сексуально, да! Сексуально возбуждает.  — И когда ты чулки надеваешь — тоже? Люк заметно занервничал и сел ровно:  — Слушай, это станет проблемой, только если у меня начнет вставать на стримах!  — Что? — Да ничего, все, забыли.  Но просто так забывать эту тему Том не хотел. Он помолчал пару секунд, галантно предоставляя время подумать, а затем сказал:  — Если что, я нормально на тебя смотрел. Во время стрима. Просто немного удивлённо, но не думай, что я тебя осуждаю – многие артисты сравнивают эйфорию во время концертов с сексуальным удовлетворением, тут нечего осуждать, это распространенное явление.   — "Явление", — буркнул Люк. — Обычный… кинк. Ничего глобального. — Хорошо. Обычный кинк. Чего, интересно, он так стесняется? Что Том посчитает его озабоченным? С учетом частоты стримов… Может, немного. Но какое значение это имеет, если не оборачивается ничем плохим? Может, Люка пугало что-то, заметное только изнутри? Интенсивность собственной реакции? То, насколько мелкие вещи могут ее вызвать? Неприлично сильно хотелось расспросить побольше — хотя бы затем, чтобы понаблюдать за эмоциями. Его метания, смущение, жгучий интерес — в Люке было слишком много всего, чтобы рассматривать, и это зажигало дьявольскую искорку внутри Тома. Каждая зацепка, потенциально ведущая к возбужденному хныканью Люка делала с ним невообразимые вещи. И сейчас он не должен был упустить возможность…  — Ты что-то задумал, — заметил Люк, – У тебя глаза хитрые.  — Мне интересно, — кивнул Том. — Ты раньше не говорил об этом, а тут так стесняешься. Насколько сильно тебе нравится, эм, чужое внимание?  — Сильнее, чем ты думаешь.   — И что именно тебя возбуждает? Можно примеры? Когда тебя хвалят или делают комплименты? Люк посмотрел на него с подозрением, будто решая для себя, насколько он согласен на расспросы. Интересно, расспросы считаются для него тем самым возбуждающим вниманием? Почти ведь как интервью… К его радости, Люк быстро сдался:  — Да. Такое нравится, да. И ещё... — он замолчал, будто выбирая слова. Тень улыбки скользнула по губам. Заметив это, Том ехидно прищурился:  — У тебя же точно есть какие-то конкретные фантазии.  — Не дразнись. Иногда я думаю... что мне бы понравилось быть порноактером. Не считая всей составляющей с болезнями, насилием, восприятием окружающих в обычной жизни – нет, это ужасная часть. Но остальное мне нравится. Я бы читал комментарии под своими видео.  — А что там обычно пишут?  — Ты никогда не читал? — удивился Люк.   — А зачем?  — Потому что это возбуждает? Это часть… сути.   — Для меня нет.  Том посмотрел на его растерянное лицо и рассмеялся. Люк закатил глаза:  — О, отлично, я понял, ты не читаешь комментарии потому что тебе все равно, не то что всяким извращенцам вроде меня. Для справки: обычно там пишут, как хотели бы трахнуть актрису или актера, или дают какую-нибудь мерзкую оценку их способностей.  — "Люк Дейл хорошо сосет член" — как-то так?  — Ну уж давай подробнее, — вскинулся Люк. — Недостаточно мерзко Том замолчал на пару секунд, а затем подвинулся к нему ближе и медленно заговорил, наблюдая за реакцией:  — Люк Дейл такой умница. Так хорошо принимает в себя член, очень старательно. Почти, эм… почти рычит от жадности, берет до самого горла. Он остановился, пытаясь понять, насколько неловко это звучит, но, кажется, Люк лишился дара речи. В хорошем смысле. Том улыбнулся сам себе и продолжил уже более уверенно:  — Ему нравится, когда из него вытрахивают стоны и слезы, о, он может кончить намного больше раз, чем кажется. Да. Вам стоит дрочить ему, пока он не будет умолять о передышке, лишь затем, чтобы кончить ему в рот и продолжить. Боже, как сладко его трахают. Смотрю это видео и мечтаю оказаться на месте его партнера, чтобы выжать из Люка все.  Едва заметный до этого румянец теперь стал пунцевым.   — А ещё... Люк Дейл хорошо сосет член, — закончил Том и коротко поцеловал его.  — Ты сказал... Ты точно не читал такие комментарии?  — Может и читал, но навряд ли наслаждался ими так же, как ты.  — Ты придурок, – тихо усмехнулся Люк, отворачиваясь в сторону.  — И тебе нравится? Когда я так говорю?  — Ты же видишь, что да! Хочешь, чтобы я это много раз повторил? Том хмыкнул и сказал себе под нос: «может, и хочу». Люк тем временем встал, отошел к столу и начал собирать упаковки от подарков. Кажется, проговорил какое-то объяснение себе под нос, избегая взгляда. Зрелище было умилительное.  — Были бы у меня камин и бревна,  — пошутил Том, но Люк нахмурился, то ли не понимая, то ли только делая вид, что пропустил отсылку. В ответ Том махнул рукой и присоединился к уборке.