Крокодилдо 2: Искупление

Джунгли-пожиратели начинались не постепенно. Они воздвигались стеной. Обычные, пусть и гигантские, деревья сменились сплошной бастионом из синевато-чёрной коры, с которой сочилась липкая, пахнущая гнилым мёдом смола. Воздух стал густым и сладковато-удушающим. Свет едва пробивался сквозь сплошной полог, погружая всё в вечные сумерки. Здесь не пели птицы. Здесь стоял зловещий, почти звенящий гул — гул миллионов насекомых и тихий скрежет движущихся ветвей. — Держись ближе, — предупредил Окарун, его посох был наготове. — Каждый шаг может быть последним. Они двинулись вперёд. Лианы под ногами шевелились, пытаясь обвить лодыжки. Момо шла, не глядя под ноги, её взгляд был обращён внутрь, она «считывала» враждебные намерения флоры, мягко направляя их в сторону от опасных участков. Их путь преградило дерево, с которого свисали десятки коконов, шевелящихся от внутреннего содержимого. Окарун поднял руку, останавливая группу. — Подождите. Я... знаю это место. — Он прищурился, вглядываясь в чащу. — Эти коконы... он всегда оставляет такие метки. Очищает территорию от паразитов. Крокодилдо насторожился. — Друг? — Можно и так сказать, — тень улыбки скользнула по лицу Окаруна. — Мы сражались когда-то в иных мирах, на полях сражений, что существовали лишь в коде и электрических импульсах. Он был легендой. Безупречным фехтовальщиком. Чёрным Мечником. Момо кивнула, словно слыша отголоски его воспоминаний. — Его дух... острый. Как лезвие. Он живёт здесь, в самом сердце этой чащи. Один. Пробираться к нему было испытанием. Они шли по своеобразному «коридору» среди агрессивной растительности — пути, который, как объяснила Момо, «не хочет их трогать». Вскоре они вышли на поляну. Но это была не поляна в привычном смысле. Это был зал. Гигантские корни деревьев сплетались, образуя своды и арки. Всё пространство было очищено до голой, утоптанной земли. В центре, воткнутый в землю, стоял длинный меч с тёмным клинком — Эльфийский Меч из самых глубин Аинкрада. А у одного из «столпов», спиной к ним, сидел человек в чёрном. Его пальцы бесшумно скользили по точильному камню, проводя им по лезвию короткого кинжала. Каждое движение было выверено до микрона. Он не обернулся. — Окарун. Момо. — Голос был спокойным, без эмоций. — И... чужой. Тот, чьё появление привлекло металлических стервятников. Окарун сделал шаг вперёд. — Кирито. Давно не виделись. Нам нужен твой путь. Только тогда Кирито повернул голову. Его тёмные глаза, видевшие бесчисленные битвы и потери, скользнули по Окаруну и Момо, а затем уставились на Крокодилдо. Он смотрел не на его крокодилью форму, а сквозь неё, словно видел шрамы на его душе. — Они пришли за ним, — констатировал Кирито. — Но он не их главная цель. Они ищут что-то древнее. То, что скрывается в Ядовитых Джунглях. Я чувствую их сканеры каждый день. Он встал, и его движения были плавными, как у хищной кошки. Он подошёл к Крокодилдо. — Ты носишь в себе смерть целого мира. За тобой тянется шлейф пепла. Зачем ты идешь к нему? Месть — плохой попутчик. Крокодилдо встретил его взгляд, не отводя глаз. — Не месть. Долг. Он оставил мне один приказ. Победить. Я иду его исполнить. На мгновение в глазах Кирито мелькнуло что-то знакомое — понимание. Он сам был живым орудием, рождённым для победы. — Путь через чащу смертелен. Я проведу вас до выхода. — Он повернулся и подошёл к своему мечу, выдернув его из земли одним лёгким движением. — Но помните: то, что ждёт вас дальше, гораздо страшнее. Моё лезвие не поможет вам против червей пустыни или яда финальных джунглей. Одинокий мечник присоединился к их отряду. Теперь их было четверо. Тень, два духа этого мира и легенда из цифрового прошлого, вместе шагающие в самое сердце тьмы. И для Крокодилдо это был первый луч чего-то, что он давно не чувствовал — слабой, но настоящей надежды.