***
— Джеймс будет в ужасе, когда увидит этот твой облик. — О, я знаю, — довольно протянул Гарри, разглядывая в зеркале своё новое человеческое лицо. Чтобы не походить на внебрачного сына Гарри из этой ветки и всё ещё оставить часть своей внешности, Гарри решил просто смешать черты Лили и Сириуса, оставив совсем немного от Джеймса. Теперь его волосы были такого же рыжего цвета, как у матери, но длина, текстура и кудри были скопированы у Сириуса. Высокие скулы и угловой подбородок сгладились, немного, округившись - черты матери, - нос же всё ещё принадлежал Джейми, как и цвет кожи. Создавать это тело было очень весело. Когда-то давно Лили рассказывала ему: её связь с Сириусом была очень крепкой. Они так сильно дружили, что Джеймс даже начал ревновать, а Сириуса это так забавляло, что он нарочно подбегал к Лили, обнимал её и говорил Джеймсу прямо в лицо: «Ты не заслуживаешь моей прекрасной девочки - я украду её у тебя!». Конечно, это была шутка. Связь Сириуса с Лили была скорее братско-сестринской и сугубо платонической, но Джеймса безумно раздражала эта приставучесть Сириуса к его жене. Он даже уходил дуться в одиночестве. Представить лицо отца, когда он покажет облик буквально слияния Лили и Сириуса? Ооо, это будет великолепное зрелище. — Не смей показывать им это сама, я хочу увидеть его лицо. Смерть молчала, но Гарри и без слов ощутил её веселье. Смерть - злорадна, никогда не стоит об этом забывать. Усмехнувшись ей, Гарри откинул непривычно длинную прядь за плечо, наконец отворачиваясь от зеркала. Веселье в зелёных глазах потухло, уступив место серьёзности. — Я обдумывал всю ситуацию... Что случилось с Джаспером в моей ветке? Он так же одинок? Смерть повела плечами и из тьмы её капюшона послышался вздох. — Нет. В твоей ветке пара Джаспера - Элис. Бри там убили Вольтури. Плечи Гарри опустились, расслабляясь. Морщины разгладились и он задумчиво промычал, взглянув в окно его нового (временного) дома. Был ли у него предназначенный судьбой избранник в родной ветке? Он пару раз задавался этим вопросом последние несколько дней, обдумывая всю ситуацию. Неужели там не существовало ни одного подходящего человека? С Джинни не удалось, Джаспер имел Элис... Были ли ещё варианты? Или Мисс Судьба даже не рассматривала ему подходящего человека? Решила ли она исправить это сейчас просто из интереса, как поведёт себя Гарри? — Сколько сейчас времени в Италии? — уклончиво поинтересовался он, пока невидимая мантия проявилась на его плечах, лаская дымчатыми щупальцами его кожу. Он решил не зацикливаться на этом. — Имеет ли это смысл? — Нет, — ухмыльнулся Гарри, испаряясь. Имеет ли смысл время, когда те, к кому ты наведываешься - вампиры?***
Создание новой личности было несложным, просто затратным по времени. Посетить МАКУСА было легко, когда никто ныне живущий не способен заметить его. Скопировать пару документов и вписать вымышленные данные - сущий пустяк. А добавить нужным людям пару небольших воспоминаний - всё равно что удариться пальцем: слегка неприятно, но быстро забывается. С его выходом за пределы МАКУСА в этом мире официально появился Гарри Игнотус Певерелл, завершивший Ильверморни на факультете Вампус. Гарри раздумывал ещё над Птица-громом, но решил придерживаться своей старой истории Гриффиндорца-воина. Работёнки было ещё много, поэтому парень отправился в саму школу, чтобы добавить в архив свои документы и распространить несколько расплывчатых воспоминаний о своей личности учителям и нескольким старшим Вампусцам. Хоть какие-то слушки должны о нём ходить ради маскировки. Просто был не слишком общительным с другими курсами, дружил только с парочкой человек на своём - уже выпустившемся - курсе и был сосредоточен на учёбе. Это объясняло, почему за пределами Вампуса мало кто его помнил. Размяв плечи с усталым вздохом, Гарри телепортировался в Италию. Вольтерра встретила его жарким, влажным воздухом и прекрасными старинными пейзажами. Город, построенный кланом Вольтури, был прекрасен. Сняв с себя невидимость и скрыв мантию, оставаясь в повседневной одежде, Гарри вдохнул полной грудью смесь запахов свежесваренного кофе, выпечки, томатов и базилика. Вечерело, солнце почти скрылось за горизонтом, окрашивая величественные здания в ярко-оранжевый. Решив пешком добраться до Палаццо Веккьо, он медленно шёл по полу-заполненным улочкам, разглядывая колорит местных жителей, замечая даже нескольких хладных на рынке с людьми. Вот чему Гарри точно научился, так это разглядывать красоту в мелочах: простая улочка с прохожими уже выглядела великолепно для туриста вроде него, а местные жители видят это каждый день. Видят и не замечают удивительную красоту из-за привычности картины. Тихо напевая спокойную мелодию, Гарри буквально впитывал эту тёплую оживлённую атмосферу, медленным шагом огибая прохожих. Он чувствовал ответные взгляды на себе, но игнорировал пытливых вампирчиков, целенаправленно ступая к средневековому замку, в подземельях которых и обитают самые древние из них. При входе в Палаццо Веккьо Гарри остановился, ощутив крепкую хватку на своём плече. Красные глаза сверкнули в надвигающейся тьме, выглядя достаточно агрессивно, правда Гарри никогда не был восприимчив к злым взорам. Володя на себе ощутил эту не пробиваемость. Вампирчик, кажется, разозлился, заметив его смешок. — Ты знаешь, куда идёшь, букашка? Я убью тебя, — прошипел он, крепче сжимая плечо. Будь Гарри обычным человек - кость бы раздробилась от хватки, однако его это лишь веселило. Давно ему не угрожали идиоты, а? — Аро, ты не будешь против, если я избавлюсь от нескольких кровососущих червячков на пути к тебе или всё-таки это нарушит договор с волшебниками? — со снисходительной усмешкой поинтересовался Гарри, смотря не на скалящегося преследователя, а на замок. — Я бы не советовал развязывать войну между нашими народами, синьор... Простите, как вас величать? — из тьмы прохода начал образовываться древний вампир с внешностью почти прозрачной, «меловой» кожей и длинными чёрными волосами. Его дружелюбный облик был тошнотворно обманчив, но Гарри не раз за все свои путешествия встречался с ним, поэтому знал, как поступать. Легко смахнув руку скалящегося вампирчика с плеча, Гарри приторно сладко улыбнулся вампиру и протянул ему свою ладонь. — Ну что ты, Аро, мы оба занятые люди, поэтому почему бы сразу не перейти к делу? — О, — с показным удивлением и скрытой настороженностью Вольтури взглянул на протянутую ладонь и вернул взгляд к зелёным глазам. Он несколько секунд поразмышлял и, видимо, интерес победил в игре разума, поэтому Аро вновь «очаровательно» улыбнулся. — Конечно, приятно иметь с вами дело! Когда прохладная ладонь соприкоснулась с тёплой, Гарри наблюдал за тем, как Аро погружается в его воспоминания. Конечно, фальшивые. Каким бы сильным Аро ни был, но ему не якшаться с учеником Смерти, так что вампирчик сейчас лицезреет выдуманную историю жизни Гарри Певерелла. Из самого важного - это недавно проведённый ритуал, в ходе которого побочно Гарри так же случайно узнал о существовании своего предназначенного вампира. Для всего мира прошло всего несколько секунд, а для Аро и Гарри - пару часов самых ярких воспоминаний Гарри Певерелла. Когда Вольтури открыл глаза в следующий раз, его взгляд изменился с настороженного наблюдения в любопытное спокойствие. — Интересный вы человек, — протянул Аро, разглядывая молодого мага напротив себя новым взглядом. — Не хотите остаться на чашечку чая? — Спасибо за предложение, но у меня столько дел. Не каждый день узнаёшь, что у тебя есть духовная пара и шанс к бессмертию без превращения, не так ли? — Конечно, — посмеялся вампир, прикрыв рот рукой. — Но всё же не будете против навестить меня когда у вас всё выйдет? Конечно, Синьора Хейла можно будет взять с собой! И Мессер Таннер, пожалуйста! Как раз посмотрим, как девочка приспосабливается к новой жизни. Гарри широко улыбался, кивая. — Я обязательно навещу своё новое правительство - вас - позже. Моё дело - предупредить о своих намерениях с представителем вашего народа. До встречи, Аро. — Удачного пути, Сеньор Певерелл! Гарри аппарировал на другой конец города, чтобы не раскрывать Вольтури свои настоящие силы, и только после ещё нескольких аппараций за пределы их досягаемости, телепортировался в Америку, в свой временной дом в Форксе. Улыбка быстро сползла с лица; лицо скривилось от раздражения. Гарри пришлось раскрыть ему «легенду о бессмертии потомка Певерелл через дары Смерти», чтобы Вольтури не требовали от него перевоплощения. Гарри мог бы, на самом деле, но это слишком муторно. Создать человеческую оболочку для себя легко, но создать буквально настоящего человека и вселить в пустое тело свою душу, чтобы оно могло преобразиться в ходока при укусе? Изнуряюще для одной лишь жизни. Долгой конечно, но всё ещё малозначительной - во всём его будущем пути - жизни. Да и привыкать к функции жажды крови, при этом поддерживая животную диету Карлайла? Гарри больше не настолько жертвеннен, чтобы мириться со всем этим ради покоя других вампиров. Возможно Джаспер и принял бы его нежелание пить животную кровь, но Карлайл и некоторые другие личности - нет. А портить отношения ковена с Джаспером он не хотел. В Форксе уже было шесть утра. Вздохнув, Гарри взмахом руки переоделся в вязаный свитер - любовь к которым у него появилась после упрямых стараний Молли - и брюки с кроссовками. До школы ещё два часа, но у него ещё была работа. Телепортировавшись в здание, Гарри подложил свои документы и немного подправил память директору и секретарю в администрации: всего лишь добавил пару воспоминаний о том, как ранее к ним поступила просьба о зачислении нового ученика, и о том, что он уже заглядывал в не приёмный день, чтобы заполнить анкету. Ничего особенного. Завершив все свои дела, Гарри вернулся домой и позавтракал, прежде чем взять ключи от байка со шлемом. Лучше приехать немного раньше, чем большинство, но и не раньше Калленов. Он почти хихикал от мысли, что хочет повторить тот самый клишированный момент из романтических книг малышки Роуз, где «главный герой посмотрел на главную героиню и перестал видеть мир вокруг. Она стала его миром». Раньше он считал её увлечение подобного рода литературой чём-то странным (девочки, что с них взять) и нереалистичным, но теперь сам же и пытается испытать нечто подобное. Всё-таки запечатление в каком-то смысле тоже считается «любовью с первого взгляда», верно? Удобно уместившись на своей красавице, Гарри заправил волосы за уши и надел на голову шлем, напевая. Дорога до школы занимала всего несколько минут, поэтому он немного поездил по улочкам, запоминая округу, после чего всё-таки заехал на парковку возле администрации. Ему повезло, ждать не пришлось, одна из машин Калленов въехала буквально за ним, он успел лишь выключить зажигание. Убедившись, что среди этих вампирчиков есть тот самый, Гарри соскользнул с байка, перекинув через него ногу. Несколько ранних пташек уже следили за ним и тут половина Калленов присоединилась к ним. Гарри спрятал улыбку, чтобы не выдать своего интереса, и снял шлем, немного встряхнув волосами. Школьники зашушукались - это не было чем-то удивительным в его жизнях, - но главное в этом было пожирающее ощущение взгляда. Не затягивая эту небольшую паузу до драматизма, зелёные глаза встретились с золотистыми, после чего узелок внутри него затянулся и дёрнулся. Между их душами возникла тонкая, хрупкая нить связи - всё ещё такая слабая, что её можно оборвать неловким движением, но уже не менее значимая. Мягко улыбнувшись Джасперу, его взгляд непроизвольно смягчился от такого растерянного вида вампира. Будь у него собачьи уши, Гарри уверен, они уже жалобно бы жались к макушке, выпрашивая ласки. В него было легко влюбиться, не так ли? Гарри думает, что понадобится совсем немного времени, чтобы подтвердить эту теорию. Ощутив приближение других вампиров, Гарри взглянул на серую Вольво и быстро юркнул, незаметно исчезая в здании администрации. Пусть Джаспер немного потомится в этих ощущениях, ему будет полезно. Гарри и так столько уже сделал ради него, теперь пришла очередь вампира строить путь к его сердцу. Улыбка не сходила у него с лица до самого последнего урока перед обедом. Урока, совместного с Джаспером.