третий лишний

утром вставать было страшно. Честер проснулся от громкого голоса матери — она явно была не в духе. слова были приглушенные. но интонация чувствовалась — вот сейчас Честер проснется и тоже пиздюлей получит! ее тон был злым. очень злым. малинововолосый замер на спине, уставившись в потолок. сердце колотилось где-то в горле. он почти не двигался, боясь издать лишний звук, боясь привлечь внимание раньше времени. в голове проносились мысли одна страшнее другой. Эдгар рассказал Фэнгу. Фэнг рассказал родителям. он зажмурился, чувствуя, как к щекам приливает жар. стыд и страх смешались в груди. сейчас войдут. начнут орать. Честер лежал неподвижно. почти не дыша. каждая секунда ожидания растягивалась в минуту. а то и больше но вместо тяжелых шагов к его комнате он услышал продолжение разговора на кухне. отец что-то говорил спокойно, мать отвечала — все еще зло, но уже не так громко. малинововолосый прислушался. — ...в душе нашел, — донеслось до него. — ты вообще нормальный такое раскидывать?! — я не раскидываю, — голос мужчины звучал глухо, но спокойно. слишком спокойно для того, кто только что получил претензии. — это не моя. — а чья?! — мать почти кричала, но уже не так, как раньше. в её голосе появились нотки растерянности. — Фэнга? я ему говорила, чтоб он... — Фэнг вроде бросил, — перебил отец. — давно уже. на кухне повисла пауза. Честер замер, чувствуя, как эта пауза тянется к нему щупальцами. — тогда Честера спроси, — наконец сказала мать, и в её голосе снова зазвенел металл. — он у нас любитель... — Честер не курит, — отрезал отец. — я бы заметил. Чес мысленно выдохнул. — дай сюда, — сказал он спокойно. шаги. потом тишина, нарушаемая только негромким щелчком — зажигалку открыли и закрыли. — вроде моя, — вдруг произнес отец с ленцой в голосе. — потерял, наверное, когда... ну, в прошлый раз. — твоя? — мать явно не ожидала такого поворота. — ага. сэтарая. я думал, выкинул уже. а оно вон где завалялось. снова щелчок. затем тяжелый вздох. — ладно, — голос отца стал будничным. – с кем не бывает Честер лежал на спине, уставившись в потолок. сердце всё ещё колотилось где-то в районе горла, но теперь это было не от страха. облегчение накатило волной. не Эдгар. не рассказал. он медленно выдохнул, чувствуя, как отпускает каждая мышца. пальцы, вцепившиеся в одеяло, разжались. плечи опустились. вовернув голову, Честер уставился на стеллаж. на нем все так же стояла старая коробка с краской для волос. розовая, пыльная, забытая. когда-то он пользовался ей, когда только начинал. сейчас она была ему не нужна. он перешёл на тоник — мягче, ярче, да и оттенок совсем другой. вообще-то волосы у него от природы светлые. почти пепельные. Чес провёл рукой по волосам, чувствуя под пальцами мягкие пряди. вчера он мыл голову и пользовался тоником. цвет получился особенно красивым. успокоившись, он встал с постели. заправил ее и направился на кухню. если не знать, что была ссоры, то даже и не подумаешь о ней, глядя на родителей, которые обнимаются. синеволосый же пьет кофе и с кем то переписывается. – а где Эдгар? – он домой ушел, пока ты спал. сердце кольнуло неприятно. он надеялся. но на что? что тот будет сидеть за столом, как вчера, и пить чай, и смотреть на него? что снова спросит что-нибудь с ленцой в голосе? — а чего ты такой кислый? — Фэнг прищурился, вглядываясь в лицо брата. — недоспал? — нормально всё, — буркнул малинововолосый, отворачиваясь к чайнику. — просто... думал, он позавтракает с нами. — ну, у него своя жизнь, — синеволосый снова уткнулся в телефон, но в голосе послышалась легкая насмешка. — ты так переживаешь, будто он твой парень, а не мой. сердце пропустило удар. Чес замер на секунду, вцепившись в ручку чайника. потом заставил себя расслабиться и усмехнуться. так как делал всегда, когда хотел скрыть правду. — мечтать не вредно, — бросил он через плечо. — просто вежливость. в конце концов, он гость. — он уже почти живет здесь, — лениво заметил старший. — ладно, не парься. он сказал, может, вечером заглянет. малинововолосый кивнул, делая вид, что занят чаем. — а он... — начал Честер и замолчал, не зная, как сформулировать вопрос. — что? — Фэнг поднял голову. — ничего. забыл, — буркнул Чес, делая глоток обжигающего чая. Фэнг пожал плечами и снова уставился в экран. родители переместились в гостиную, оставив их вдвоем. на кухне повисла тишина. Честер сидел, смотрел в кружку и думал. он ушел, но сказал, что забежит. значит, вернется. может, сегодня. может, завтра. он подождет. умеет ждать. в голове всплыло вчерашнее. мокрые черные волосы, вода на губах, этот взгляд сквозь стекло и вопрос: «нравится смотреть?» малинововолосый почувствовал, как к щекам приливает жар, и быстро допил чай, чтобы скрыть смущение. — ладно, — сказал он, поднимаясь. — пойду к себе. — иди, — кивнул Фэнг, даже не поднимая головы. вечером Фэнг и Эдгар лежали на диване. синеволосый развалился, привалившись к подлокотнику, а черноволосый устроился у него на груди, лениво перебирая пальцами край его толстовки. на журнальном столике остывал чай, в телевизоре что-то шло фоном, но никто не смотрел. Честер сидел в кресле напротив и делал вид, что листает ленту в телефоне. не листал. он смотрел. как пальцы Эдгара скользят по ткани, как Фэнг время от времени проводит ладонью по его спине, как тот щурится. довольно. – хочу быть на его месте, — сжалось внутри. — хочу, чтобы он так лежал на мне. тело заныло. малинововолосый отложил телефон, потянулся, будто разминая затекшую шею, и поднялся. — тесно тут у вас, — буркнул он, подходя к дивану. Фэнг приподнял бровь, но подвинулся. Альтовский приоткрыл один глаз, скользнул взглядом по малиновой макушке и снова прикрыл, чуть заметно улыбнувшись. Чес плюхнулся на край, якобы нечаянно прижавшись бедром к ногам Эдгара. тот не отдернулся. тогда Честер «случайно» оперся рукой рядом с его плечом, почти нависнув сверху. — ты че ерзаешь? — лениво спросил синеволосый, не открывая глаз. — Не ерзаю, — малинововолосый пересел чуть ближе, теперь его бок касался плеча Эдгара. тот не шелохнулся. только пальцы на груди Фэнга замерли на секунду. Чес потянулся за пультом на столике. нагнулся, и его волосы почти коснулись щеки Эдгара. пахло мятой и чем-то теплым, эдгаровским. у Честера перехватило дыхание. он выпрямился, но остался сидеть вплотную. теперь его плечо плотно прижималось к плечу Эдгара, а бедро упиралось в его бедро. черноволосый не отодвинулся. наоборот, чуть повернул голову, и тнплое дыхание коснулось шеи Честера. — ты че, — вдруг раздался голос Фэнга, — влюбился в него? Честер дернулся. Русанов открыл глаза и смотрел на брата с ленивой усмешкой, но в глубине синих глаз мелькнуло что-то настороженное. — как мартовский кот трёшься, — добавил он, и голос его звучал насмешливо, но слишком пристально. у Честера внутри всё оборвалось. он замер, чувствуя, как кровь отливает от лица, а потом приливает обратно жаром. — чего? — выдавил он, стараясь, чтобы голос звучал возмущённо, а не панически. — я просто сел. диван же... — диван большой, — Фэнг усмехнулся, но глаза не улыбались. — а ты прям вжался в него. Альтовский не шевелился. только поднял ресницы и посмотрел на Честера. в глазах плясали блики от экрана, и в них было что-то теплое, почти разрешающее. — места мало, — буркнул младший, пытаясь отодвинуться, но Эдгар вдруг положил руку ему на колено. легко, почти невесомо, но это было так неожиданно, что малинововолосый застыл. — сиди уже, — сказал Эдгар спокойно, глядя куда-то в стену. Фэнг хмыкнул, но в его глазах что-то изменилось. усмешка стала шире, но острота пропала. он перевел взгляд на Эдгара, потом снова на брата. — ладно, — протянул он, — оставайся. он закрыл глаза и снова устроил голову на подлокотнике. Честер сидел, не смея дышать, чувствуя на своём колене пальцы Эдгара. тот не убирал руку. наоборот, чуть сжал, и Честеру показалось, что в этом пожатии было что-то большее. рн перевёл взгляд на Эдгара. тот улыбался. медленно, краешком губ, глядя куда-то в угол дивана, но малинововолосый знал — эта улыбка для него. и от этой улыбки у него закружилась голова. и захотелось мурлыкать. или кричать. или схватить его за руку и утащить в свою комнату. но он просто сидел, чувствуя чужое тепло, и ждал.