принцессы не должны делать это.

      «обращение к пустоте, вкратце,

моей величественной Энни,

все равно мы встретимся в конце

я как обычно буду ждать тебя в тени»

Изначально, молодая принцесса, что была лишь на пару лет младше меня, вызывала только теплые чувства, ведь с самого детства мы росли товарищами, посещали конные тренировки и это было единственным местом, где никто не напоминал о нашем столь разном положении. Энни была рыжеволосой, среднего роста девочкой с каре-зелеными глазами и прелестными щечками, её лицо в детстве было схоже с лицом миниатюрной куколки. Рыжие волосы никогда не были длиннее плеч, а лоб прикрывала прямая челка, Энни считала что длинные волосы лишь мешают играть и тренироваться, поэтому не заморачивалась о длине и прическах. Росла девушка скромной и честной, но не без детского озорства и любознательности. Она светилась от счастья, когда на состязаниях руководитель ставил нас друг против друга, и какой бы не не ожидал её результат, молодая принцесса весело смеялась и продолжала тренировки, в надежде, что когда-то, обязательно сможет обойти меня в верховой езде. Время шло, милая Энни усердно посещала тренировки, но чем старше она становилась, тем реже мы виделись из-за знатных ужинов, встреч с иностранными послами и другими уроками. Я рос и Энни росла, только вот одни лишь скачки не сумели сохранить нашу дружбу: уже подростком принцесса стала сильно ограничена в движениях, молодой Энни нужно было изучать письмо, чтение и рукоделие, чтобы суметь представить в будущем свое королевство, в то время как я проводил время с младшим братом, воспитывая его в отсутствие отца. На Энни все возлагали большие надежды, люди видели с каким трепетом она относится к жителям Альтронии, и даже я не видел на престоле никого кроме неё. Конечно, у короля Симиона были и другие дочери, но те росли невеждами, помешанными на дорогих подарках и иностранных мужчинах, что приезжали на балы в честь Его Величества. Вероятно, именно из за дурного нрава и слухов, гуляющих по королевству, никто не обременял Сьюзен и Натали ни учебой, ни придворными делами. Став единственной логичной наследницей трона, Энни упорно училась, подобно загнанной лошади она не могла расслабиться даже когда ситуация не требовала от нее неотложных решений и четких действий. Видя, как на юном лице появляются следы недосыпа, я пытался проявить заботу, невзначай намекая на прогулы конных тренировок, на что всегда получал лишь укоризненный взгляд полный ярости. Да, не мне предстояло воссесть на престол, а ей, это она изучала три языка одновременно и обучалась манерам и ходьбе, не я. Её злость оправдана, никогда бы я не смог понять того, как невыносимо ей приходится переживать каждый божий день, но мои побуждения были пропитаны любовью и сожалением, волнением и детской заботой, только вот Энни не понимала этого. У нашего дружественного союза начались проблемы, она всё чаще злилась на меня по пустякам, стоило мне пошутить или подурачиться как Энни поджимала губы и становилась ещё угрюмее обычного. Нахождение вместе причиняло нам дискомфорт. Говорили мы мало, это были дежурные фразы двух знакомых, которые выстроили перед собой невидимую непреодолимую стену формальности и холода.       В одну из летних тренировок на природе, наш учитель отлучился и я осмелился начать с Энни беседу, которую откладывал очень давно. Нам исполнилось по пятнадцать, а это значило одно - скоро молодой принцессе начнут подбирать достойного жениха. - Послушайте, юная принцесса,- начал было я, неловко причесывая своему коню гриву,- совсем скоро вам, ваша светлость, начнут искать достойную пару и я хотел бы сказать... - Полно, Вам не нужно переживать на этот счет, Тадео. Моя молодая принцесса опустила глаза на зеленую траву, держа в руках седло. Она выглядела спокойной, но брови её то сходились, то расходились у переносицы. - Я и сама в силах разобраться с этим. Простой люд не может... Тогда она перешла черту, да, конечно, я понимал, что у неё могут быть подобные мысли, но не знал что Энни скажет эти слова именно мне.

…Простой люд…

Мой отец был уважаемым человеком в королевстве, учителем, но этого было недостаточно чтобы приблизится к королевской семье. Простой люд. Никогда не забуду лицо принцессы, как презрительно приподнялась её верхняя губа во время этой роковой фразы. Мы ценили то время, что могли проводить вместе, но сейчас она смотрит на меня так же как и её сестры. Глаза этих женщин холодны и беспощадны, они не видят перед собой человека, достойного их внимания, поэтому взгляд их рассредоточен, не заинтересован. «Совершенно пусто» тогда подумал я и осознал, что у неё в душе совершенно пусто, теперь там нет места для меня. Только я хранил в сердце эти чувства, желая всегда помогать Энни и быть рядом. Для неё я не друг, обычная челядь. - Принцесса, Что же Вы говорите? Хватит! Я всего лишь переживаю за Ваше благосостояние! Меня бросило в жар от обиды, захотелось хорошенько встряхнуть её за плечи, заставить понять как сильно меня ранили эти слова, но я не мог сделать даже этого, ведь откуда не возьмись появились прислужники юной принцессы, стоило мне повысить голос выше допустимой нормы. - Принцесса! Принцесса Энни! Вам нужна помощь? Что с Вами? Остолопы неслись к нам через поле, крича что-то невнятное. Я был разочарован, что они не взяли с собой стрелы, им стоило стрелять на поражение. Энни смотрела на меня, а я смотрел на свою будущую королеву. Я был разочарован. -Тадео, вы и впрямь глупец. Хватит пустых разговоров и передайте позже учителю, что мне жаль. В сером цвете, под небом, затянувшимся тучами, её лицо всё ещё было невероятно красиво, но прежней жизни в нём не было. Не мигающие глаза, безжизненно остекленевшие, смотрели куда-то мимо, вдаль. -Принцесса?- я потянул к ней руку, но она отшатнулась от неё, будто перед ней был незнакомец. Я не мог поверить в происходящее, но когда она опустилась на корточки и аккуратно положила на землю своё седло, понял, что нашей дружбе пришел конец. Энни приказала прислуге остановиться, холодно подняв левую руку вверх, а после сняла белоснежные перчатки для езды и бросила мне в ноги, презрительно отвернув голову в сторону, на последок она сказала: - До свидания, Тадео. Успехов вам и вашему жеребцу.

«чем сильнее я закрываю глаза,

      тем отчетливее образ

      потом тем днём была гроза

      увидимся ли мы ещё хоть раз?»

-Пойди прочь! Я кричу своему братцу, который уже было вошел в мою спальню и он вздрагивает, отдергивая руку от замка словно тот раскален.        Ещё немного и мой план пошел бы прахом, ведь Саймон совершенно не умеет держать язык за зубами, а раз созрел для захвата заложницы, то стоит быть осмотрительнее и держать всё в секрете, даже от самых близких людей. Братишка остановился у двери, стыдливо опустив голову, по его шкодливому лицу видно, снова он хотел стащить мой охотничий нож. Я рассмеялся, глядя на этого вечно грязного и неугомонного паренька, с ярко голубыми глазами и волосами цвета пшеницы. Саймон растёт полной моей противоположностью, что характер, что внешность - совсем не похоже ни на меня, ни на отца. Наши с отцом волосы чернее ночи, а глаза карие, как кожура спелого каштана. Его смуглая бронзовая кожа совсем не похожа на мою бледную и болезненную. В нём полно стремления и энергии, которую не в силах сдержать даже уважаемый отец, как бы он не занимал сорванца ему всё мало, походы подавай, охоте обучай и стрельбе из лука. Братишка лучезарно улыбается и бежит в мои объятия, он смеётся и слёзно клянётся, что больше не станет входить в чужую комнату без разрешения. - Что ж, ты молодец, если правда понял свою ошибку.. - Сделав серьезное выражение лица, я запустил руку в его светлые волосы: - Если ни я, ни отец за целый год не поймаем тебя за воровством, я пойду к кузнецу и попрошу его выковать всё, что ты захочешь, договорились? Только чур не воровать. Младший просиял и уже бегал вокруг меня, словно щенок в ожидании угощений. -Конечно! - он радостно закивал, но скоро радость сменилась замешательством и он, уперев руки в бока, спросил: - Но как же мне этот год тренироваться метанию ножа?... На юном лице прослеживалась настоящая трагедия. Этот до ужаса жалостливый вид никого бы не оставил равнодушным, вот и я снова поддаюсь ему, идя Саймону на уступки, чтобы он смог прожить лучшую жизнь, полную ярких эмоций, да и не лишним будет мужчине обучаться обращению с ножом. - Буду давать тебе свой, два дня в неделю, сойдёт? - По-моему, ты самый хороший человек на земле, Тадео. - Не нужно лести, сорванец! Я улыбнулся, почувствовав как тепло становится на душе. Саймон поклонился мне с серьезным видом и перед тем как убежать добавил: - Это не лесть, братец. Для меня ты всегда будешь лучшим. Когда я остался один, меня, признаюсь, захлестнули чувства. Уже не впервые этот парниша говорит подобные фразы, совершенно не ведая о том, что творится у меня в душе. Если я и правда стал для него примером для подражания, то мне невероятно жаль, что он избрал для этого такого человека, ведь совсем скоро ему придется разочароваться в старшем Тадео. Скоро вся семья похоронит меня заживо, ведь если смогу осуществить задуманное, прослыть мне преступником, приговорённого к смертной казни.       Когда-то давно дрянная девчонка, без грамма уважения к моим чувствам смогла породить во мне ненависть и я во что бы то ни стало заставлю её извиниться за свои слова, сказанные летом на тренировочном поле. А после, услышав желаемое, я скроюсь с места преступления и покину королевство, отправлюсь странствовать по миру, пока не сыщу для себя подходящего пристанища. Месть создаёт совершенно новых людей, переродившихся за несколько мгновений в совершенного неузнаваемое дикое и неуправляемое создание полное жестоких идей. Будет ли мне спасение в Царствии Небесном? Смолгу ли зажить другой жизнью когда всё закончится? Тяжело дышать. Схватившись за ручку двери, я дышу, пытаясь привести сердцебиение в норму. Моё тело покрывается холодным потом, оно боится грядущего будущего, но что-то в сердце лелеет мысль о мести, щекоча изнанку. Не могу сдвинутся с места. Больше не владею своими конечностями, хочу плакать да только глаза совершенно сухие. Может, я не до конца прошёл превращение в безжалостное существо, неверующие в кару Божью и ужас Ада, но процесс почти завершен и через месяц, я так или иначе закончу задуманное.