"Когда ты льешь свои слезы
во мне просыпается монстр"
Расписание у молодой принцессы расписано по минутам: на отдых у Энни есть только вечер и ночь с восьми часов вечера до рассвета, пока в семь утра к ней не заявятся придворные дамы с завтраком и новой чистой одежей. Я давно не видел её, не слышал ее смеха и во мне не осталось ни капли сомнений - старая, привычная моему воображению Энни бесследно исчезла. А может, это лишь эгоистичное желание опозоренного извратить её образ, представив ужасной мелочной богиней. Тем не менее, это придавало моему нутру сил идти дальше, теперь когда до назначенного дня осталось каких-то три дня, я не боюсь, руки более не дрожат, только вот во сне она всё ещё является ко мне, вопрошая для чего я делаю всё это. Отголоски прежних чувств пытаются пробиться к сердцу, но я выстроил стену, я взращивал в себе мужество и привычку идти до конца во всех своих начинаниях и это стремление несёт свои плоды. Сегодня, выйдя на разведку к замку, я заметил странную карету, она была сделана из красного дерева, в то время как королевская семья использовала кареты изготовленные из золота и шелка, чертовы богатеи, угробили столько жизней ради того чтобы перемещаться в золоте. Злость пробирает меня насквозь я и шагаю прочь от кареты, сдерживая в себе позыв покромсать её своим охотничьим ножом. В замке гости, а значит никто не заподозрит неладное, встретив у замка сына уважаемого учителя, ведь все на взводе и с нетерпением ожидают прибытия гостей. Говоря о гостях, первое, что приходит на ум это мужи из знатных семей, приезжающие дабы попытать удачу стать супругом для повзрослевшей принцессы, но сколько бы смотрин не проводилось королем Симионом, никто не сумел добиться расположения Энни, так говорили в народе, но более ошеломляющим слухом было то, что принцесса, держащая мужчин на расстоянии, влюблена в простолюдина, чьё имя и внешность остается загадкой для всех. Вздор, придуманный старыми бабками, судачащими налево и право всё, что взбредет в давно не тренируемые мозги. Эти слухи я проносил мимо ушей, но в глубине души хотелось знать правда ли то, что сердце Энни принадлежит обычному человеку, не имеющего за спиной горы золота и власти. Из мыслей меня вырвал поросячий визг, напоминающий человеческую речь: -Тадеуш..Разве сестрица не спровадила тебя давным давно? Из-за угла показалось нечто, похожее на жабу, в платье из красного щелка, то была сестра Энни - Натали. Из всех женщин Альтрони только ей позволялось носить красный и использовать на губах красный краситель, а без него, я бы скорее спутал её с торговкой, до того она разъелась и мало напоминала себя прежнюю. Снова эта женщина извратила моё имя, намереваясь показать, каким незначительным оно является, её злоба настолько бессмысленна что даже смешна, отчего моё лицо осветила лучезарная улыбка. Она медленно несла своё огромное и несуразное тело в мою сторону, тяжело выдыхая воздух через нос. Толстое лицо, напоминающее бульдожью морду, не выражало никакого уважения, ни одной положительный эмоции, только презрение и злорадство. - Добрый день, о, почтенная! - я наклонился, изображая благородный жест, в чём мне не было равных, но на это чудище лишь самодовольно фыркнуло. - Больно ты радостный. Тебя никто не приглашал, нечего ходить вокруг да около. Сегодня у нас гости, да какие! Упоминая прибывших гостей, Натали встрепенулась, прогибая грудь колесом, словно за ней кто-то наблюдает и кокетливо улыбнулась пустоте, но не увидев в округе ни души, помимо моей, она снова приняла обычное выражение: -Не пугай знать своим видом. Сгинь! Натали замахала руками, прогоняя меня с дороги, будто бы я пёс, ей Богу. - Слушаюсь. Повторно поклонившись толстой женщине лёгкого поведения, я с мягкой улыбой на лице пошел прочь, проклиная жизнь за столь неприятную встречу. Наличие золота делает из тебя человека, а без них жизнь ничего не стоит, скорее, бедняки лишь лишний рот, потребляющий дарования Божие. Скоро всё изменится, я докажу всем, что простой люд способен обойти элиту и её охрану, покажу им силу и мощь обыкновенного, работящего человека. Власть не так идеальна, как привыкли воспевать в народе, она жестока и корыстна, в особенности, их до омерзения раздутое самомнение, бесстыдно причисляющее себя чуть ли не к лику святых. Когда мне удастся добраться до господ, они признают как ничтожны их власть, ведь гордость невозможно купить серебром и золотом, точно не мою. Августовский ветерок обдувает горящие гневом щеки, что приводит к успокоению и нормализует мышление. Извилистая тропинка чуть поросла сорняками, но по ней всё еще можно добраться до тайного убежища лучшего охотника Альтронии и ноги мои ведут меня вдаль от замка, словно заколдованного. Жгучая ненависть и неудачи преследуют меня, но сегодня, я не желаю утопать в них.
***
я запомню тебя рядом с собой
а ты запомнишь?
-Мой брат! Как давно я не встречал Вас! Мой названый брат, величавый Рафаэль, чья улыбка способна растопить любую печаль, снять невыносимую душевную боль и вернуть тягу к жизни даже самому несчастному и больному душой, таким коим сейчас и я являюсь. Высокий и загорелый молодой человек вышел ко мне из за кустов с гостью милины в руках и протянул её мне, широко улыбнувшись: - Жизнь не простая сейчас, кроме этого..Я не смогу ничего предложить... Это лицо было мне знакомо с малых лет, наблюдая за становлением его личности, мне всегда было завидно, каким чистым сердцем он обладает. Всегда, каждый день, Рафаэль помогал другим, невзирая на усталость и грязь, он брался за любую работенку и никогда не жаловался, в то время как я бранился на тяжести будничных обязанностей, живя куда лучше его. Довольствуясь самой обычной одеждой, он светился от разговоров про путешествия и стремился к тому, чтобы вокруг него царил мир. В нём был Бог и эта нежная улыбка спасла не мало заблудших душ, вот только, смотря на него теперь, я не могу вообразить за что судьба посылает такому человеку столь мучительные испытания. Сейчас, от вида его дрожащих рук, мой желудок скрутило и я поспешил отвернуться в сторону, скрывая лицо полное боли, ни к чему Рафаэлю видеть мою жалость, стоит накормить его и дело с концом. - Оставьте это в доме и отправимся. Серые глаза недоверчиво сузились, но парень сделал всё так как я приказал и уже через минуту шел подле моего плеча. В воздухе повисло неловкое молчание и чем дольше мы шли, тем отчетливее я видел как сильно он переменился. От прежних пухлых щек не осталось и следа, осунувшееся лицо было болезненно серо и некрасиво, а всего каких-то полгода назад я восхищался этими мягкими чертами лица и свежем румянцем, что заливал щеки Рафаэля каждый раз стоило мне похвалить или отругать его. Дабы мир и его обитатели не обидели его, с первой нашей встречи мне хотелось стать ему ближе и обучить его основам жизни, поэтому, сбегая по ночам из дому, мы болтали до рассвета, разговаривая шепотом о чем нельзя было расспрашивать родных. Но этот раз мне не хватило мужества заговорить с ним первым, как это бывало ранее, мы не спешили начать эту тяжелую беседу, давая себе больше времени для того, чтобы подготовиться к ней. -..Как твоя родня?-Первым, начал Рафаэль, застенчиво теребя свою рубаху, он снова улыбнулся мне своими белоснежными зубами. - Всё в порядке, спасибо, что интересуетесь этим, но сейчас меня волнуете Вы, Рафаэль. Мы встретились глазами, но я не увидел в них ничего кроме привычного нежного выражения.Даже сейчас он спокоен словно удав, то время как меня проедает волнение. -Захворал я, но это не стоит внимания, брат. Парень легонько пожал плечами: - Пройдет пару недель и я обязательно пойду на поправку. На эти слова мне не удалось найти подходящего ответа, знаю ведь его характер и как он молвит что-то вроде: " не стоит утруждаться, неловко мне совсем" поэтому для себя я все решил - сколько бы Рафаэль не упирался и не отмахивался, я заставлю его принять мою помощь с мольбами или с силой - не имеет значения. Уж не знаю кто для кого стал спасением, мне нужно сберечь Рафаэля, как берегут своих младший братьев и не важно сколько денег придется отдать. В доме тихо и умиротворенно, поэтому мы без лишних проблем попали на кухню. Стащив со стола старую скатерть, я сложил в нее всё, что было под руками. Хлеб, картошка, ростки моркови, капуста, имбирь, мука, сахар, пшеница, яйца, лук и стручки гороха. - Бери всё это! - Чтоо-о-о? Вытаращившись на меня как на привидение, Рафаэль интенсивно замотал головой и хотел было выскользнуть из кухни, но я удержал его, схватив за ворот рубашки. Голову затуманила обида и злость на безрассудство друга, поэтому я с силой толкнул его, так, что он свалился с худых ног. Жалкий бродячий пёс, не знающий ласки, таким он был в моих глазах. Совсем одинокий, но такой добрый, Рафаэль был лучшим из тех, кого мне доводилось встретить, настоящим другом и братом. Он встал на ноги, отряхнул ноги и тяжело вздохнул, как трудно ему было переступить через себя и принимать мои подачки. - Чёрта с два вы сейчас уйдете отсюда! - Ну как же... Он хотел было вновь запротестовать, но я оборвал его, резко протянув ему сверток. -Возьмите,- злость отступила и мы снова снова смотрели друг на друга с былой добротой, я передал ему в руки увесистый сверток с продуктами, после обняв за загорелые плечи: -…у меня не так много просьб к вам, Рафаэль,- сказал я - знаете, нужно лишь чтобы вы были в порядке… Все эмоции, что держались в глубине сознания, поползли наружу, выливаясь из глаз соленой водой. Трудно лишаться того, что было так дорого и Рафаэль тоже неизбежно станет лишь воспоминанием. Хочется запомнить на его лице улыбку и верить, что Господь сбережет его светлую и чистую душу от недуга и прочего зла. Именно поэтому сейчас я лью перед ним слезы, пока этот совсем не сформировавшийся мужчина смотрит на меня, сложа руки в успокаивающем жесте. - Помимо всего, Рафаэль, я прошу принять от меня деньги. В моём нагрудном кармане было несколько серебряных, которых должно хватить для пары походов на базар. Парень молча принял их. Пусть жизнь не легка, куда тяжелее смотреть на страдания других живых существ. - Как поживает сестрица Энни? Почему вы так эмоциональны? Я закатил глаза и отмахнулся от глупого вопроса, ведь Рафаэль как никто другой знает о том как мы разошлись несколько лет тому назад: - Не понимаю почему вы приплетаете эту девку..и не сестрица она для нас! Посмотрите, как живёт народ принцессы и её отца, мы ведь медленно погибаем. Рафаэль прикусил губу и понимающе закивал, хоть я и догадываюсь, как его чистое сердце по сей день дорожит Энни, словно она никуда от нас не уходила. - Извините, братец, глуп я. Спасибо, Тадео, да сохранит вас Всевышний! Рафаэль взял мои руки в свои большие и мозолистые, с силой сжав их и поцеловав сухими губами. Мы распрощались на хорошей ноте и я вновь остался один, ожидая прихода ночи, в размышлениях о том, что я представляю из себя как человек. Кровать казалась невыносимо жестокой, из за чего моя спина гудела от боли и я стонал, не в силах сомкнуть глаз даже на жалкие полчаса. Распрощавшись со всеми долгами, в моем кошеле не осталось ни гроша, не осталось ничего, что могло доставить людям дискомфорт при упоминании моей личности. Пусть не вспоминают лихом, скоро их знакомый Тадео навсегда перестанет существовать, приняв злобу и ярость истинной своей частью.