Круги распада

Владыка эмоций, Богиня Икшель была рождена из мысли о вечности,

Создания ее, обогащенные духом стихий - вспыльчивые, яркие

разрушительные.

Облекла она в формы дышащие - силу огня, трепет воздуха

плавность воды и плотность земли.

Так явились в мир маги — пылающие чувствами, единые с дыханием природы

Песни отшельников о Богине Икшель.

Глава первая.

Рыночный город.

Дешевле чем вода из родника! Слаще чем поцелуи любимой ! Всего медяк и чашка свежего кофе ваша! – яростный рев торговца, упрямо рвался сквозь распахнутое окно и терзал уши. С трудом открыв глаза, Солейн яростно выругалась и поспешно встала с кровати. Крики, разбудившие ее было невозможно игнорировать, проще было смириться и пойти навстречу новому дню. Мысли роились в сознании, слишком многие они опутывали её существо. Было на удивление солнечно и светло для столь раннего утра, свет пробивался сквозь изношенные занавески, застревал в сложном рисунке паутины, что виднелась в углах комнаты, и щекотал нос солнечными зайчиками. Оглядевшись в своей довольно скудно обставленной комнате, она раздраженно обвела взглядом покосившийся стол, что подпирали два разномастных стула, пестрый ковер с изображением лесного пейзажа и горестно вздохнула – все вокруг казалось приевшимся и статичным. Из приоткрытого окна снова послышался раздражающий гомон, рыночная площадь проснулась уже давно, торговля набирала обороты. Теперь девушка смогла четче различить стук копыт, тонкие голоса ребятни, что носилась по палаткам без дела, призывные оклики торгашей и грозное стучание каблуков городской стражи. Мягко потянувшись и подойдя к зеркалу, одиноко висящему возле ветхой двери, она критично осмотрела свое отражение: На вид ей можно было дать около двадцати пяти оборотов светила, может чуть больше за счет едва заметных складок в уголках губ. Русая, худощавая девушка, с россыпью веснушек на носу, с пристальным, немного даже недовольным взглядом зеленых глаз. Симпатичная, но не сильно примечательная. Быстро одевшись в повседневную одежду - серое платье, расшитое простыми цветочными узорами, разноцветная жилетка торговца и мягкие коричневые сапоги, Солейн уверенно направилась к деревянной, старой двери – ей нетерпелось выйти из комнаты и вдохнуть свежий утренний воздух. Она прекрасно понимала что может считаться везучей: родившись в сердце континета Саврия – она была достаточно свободна, из-за удаления от религиозной столицы - Галии. Сам город был успешен в торговле, в простонародье его даже называли Рыночный город . Это обеспечило спокойную жизнь и для ее родителей, ныне уже почивших, и для нее самой, единственной наследницы довольно прибыльной ремесленной лавки. Весело усмехнувшись своим мыслям, она вышла за пределы комнаты, сразу попадая в узкий, захламленный различными коробками коридор. Тонкие деревянные стены пропахли различными специями, красками и пылью, осевшей здесь, казалось, навсегда. Там было уже довольно шумно и людно, приходили и уходили мастера, принесшие на продажу новые поделки и товары, бренчала посудой и что-то недовольно бормотала кухарка за углом. Откуда-то доносился плач ребенка. Сморщив лоб, Солейн быстро вышла на улицу, в неприметный переулок за домом, ей ужасно хотелось скрыться от суеты и уйти подальше от детского крика. Наконец выйдя из дома, девушка радостно вздохнула полной грудью, избавившись от давления ветхих стен она почувствовала себя иначе: яркие крыши палаток возвращали радость жизни, запах свежей листвы и выпечки с корицей побуждал на свершения и заряжал энергией дня. Солейн была узнаваемой личностью в кругах лавочников и мастеров, поскольку помимо владения лавкой она увлекалась поиском необычных и волшебных товаров. Дело это было довольно опасное, и не совсем законное поэтому она тесно общалась с тайными магическими лавками и сторонилась церкви. В гильдии же ремесленников она была на хорошем счету, но не рвалась к вершинам власти, оставив все управленческие вопросы на своего управляющего Марка и его жену - Глорию, которые работали тут еще со времен открытия лавки. Она подставила лицо под яркий солнечный свет, с упоением вдыхая горький аромат кофе, что доносился из лавки напротив, – тягущий и насыщенный он манил заглянуть и насладиться приятным напитком, а судя по температуре на улице, день обещал быть потным и жарким. О, Солейн, девочка моя! - пожилой, с лицом покрытым сеточкой тонких морщин лавочник, приветливо и открыто улыбнулся, заметив ее – ты как всегда пришла на запах моего бодрящего напитка? – старик неуклюже подмигнул ей и почти сразу протянул глиняный стакан, наполненный свежесваренным пряным кофе. Не говори, Фурхад, единственная утренняя радость выпить чашечку твоего волшебного варева, да насладиться беседой с приятным человеком – Солейн с благодарностью взяла напиток и сразу же сделала глоток, не сдержав радостного вздоха. Ну, конечно, ты так говоришь, чтобы старика порадовать, не иначе – Фурхад хитро прищурился – а знаешь, что у нас все шепчутся про прорицателя, что сегодня на площади дает выступление? Уже даже часть лавочников позакрывались и побежали смотреть – он радостно потирал руки предвкушая реакцию на столь необычную новость. Солейн растерянно распахнула глаза – Прорицатель? А разве такое можно устраивать? Разве Прорицание не часть магических способностей? – она недоуменно посмотрела на старика, продолжая отпивать сладкий кофе. -Эй, девочка, да всем все равно, прорицатель этот, как говорят, пользуется покровительством двора. – Фурхад театрально закатил глаза, пощипывая мелкую, сальную бородёнку - Для высшего света он скорее шут, чем угроза церкви. Поблагодарив старика за кофе девушка неспешно прошла пару знакомых с детства проулков, обратив внимание на витрину лавки старьевщика – вдруг что–то необычное, достойное ее коллекции появилось у дряхлого старика, что так охотно торговал с ней, но нет, сегодня удача молчала. Разочарованная, она миновала праздно шатающихся стражников, вооруженных мушкетами, и вышла на большую площадь у фонтана, посвященного Богу Галилу. Фонтан был довольно претензиозным по меркам Малана - в три человеческих роста высотой, он изображал верховного бога континента, вставшего во весь рост и ломающего волшебный посох голыми руками. Несмотря на явный назидательный смысл и совсем не тонкий намек на изгнание магов с континента - фонтан был на удивление красив. Тонкие элементы узоров на посохе, почти живое, классически суровое лицо Бога и рубашка на его плечах, выполненная из редкого белого мрамора, - искусная работа мастера сделала свое дело, жители города любили этот фонтан, и считали его произведением искусства. Вокруг фонтана были установлены посты паладинов – каменные площадки небольшого размера, на которых устремив взгляд в никуда стояли големы – механические стражи порядка, ростом выше среднего человеческого с плохо отлитыми, безэмоциональными лицами - они были изготовлены из сплава металлов, а привести их в движение могли только церковники. На площади, как и ожидалось было много народу, но внимание девушки привлек странного вида парень, очень уж напомаженный, не похожий на здешнего. Он стоял на импровизированном помосте, сбоку от фонтана, и вещал что-то парочке горожан, которые столпились вокруг сцены и взволнованно охали и перешептывались. Вел он себя достаточно театрально, но не пел и не танцевал, как принято у менестрелей. Ей стало интересно узнать, чем же привлек людей этот парнишка, и какие вел речи ранним утром, в будний день, в столь отдалённом от центра месте. Подойдя поближе она услышала, как несколько горожан спорили между собой. -Да какой из него прорицатель? Ни усов, ни возраста должного, ни приличного шатра, обычный проходимец это, я тебе говорю! – агрессивно, брызгая слюной кричал мелкий, пухлый лавочник, весь заросший волосами. Ему степенно отвечал широкоплечий кузнец, но тоже нервничал - постоянно потирал свои большие ладони и приглаживал курчавые, рыжие волосы - Вообще ничего не знаешь, деревенщина, это из самой столицы малый. Феррид его зовут, он между прочим самим придворным гадал, а они его за правду и прогнали взашей. Им там эта правда не больно-то и нравится, во малый и ездит теперь по городам, предсказывает, и между прочим, говорят почти все сбывается! Интересно, а почему этот малый не на рынке впаривает свои пророчества подумала Солейн, тут он явно много не заработает, а если прячется от паладинов, то больно недалеко от столицы, да и связь с придворными . . . странная история. На сцене тем временем, молодой, черноволосый и черноглазый парнишка, невысокого роста продолжал рекламировать себя - Всего за пять медяков, я, самый известный прорицатель всего континента, Феррид, предскажу вам вашу судьбу и уберегу от ошибок - разве это не стоит того? Подходите и узнаете что ожидает вас за поворотом жизни, обратите судьбу себе на пользу, ну же дорогие жители Малана, неужели вам жаль каких-то пяти медяков? – парень уверенно обводил толпу взглядом, словно высматривая что-то и показательно вышагивал выпятив тщедушную грудь. Солейн стало немного неловко и смешно - он был похож на петуха, и это вызывало скорее насмешку, чем симпатию. Волнение в группе людей нарастало, мужики неуверенно переминались с ноги на ногу, тетки о чем-то шептались, куча подростков перебирала монеты и подбадривала друг друга, было очевидно - идти первым никто не хотел. Солейн показалось странным, что у мальчугана не было подсадной утки — для таких «гадателей» это была обычная практика - человек в толпе, который вышел бы первым и подтолкнул остальных заплатить за представление. Хотя парочку незнакомцев она углядела. Немного в стороне от основного скопления городских жителей стояли парень и девушка. Она обратила на них внимание по манере держаться, оба стояли уверенно, не сутулясь, и не обращали внимания на провидца, вместо этого внимательно оглядывая толпу, как будто в ожидании чего-то. Как она могла заметить оба были неплохо экипированы, она видела как минимум меч у парня, обмотанный тканью, скорее всего для маскировки, и пару кинжалов на поясе у девушки. Засмотревшись на незнакомцев, она не сразу поняла, что проклятый провидец обратился непосредственно к ней, прерывая гомон толпы раздался голос Феррида «Эй, красотка, — крикнул он, — неужто ты не желаешь узнать свою судьбу за несчастные пять медяков?» Казалось, что он безобиден и мил, но в его темно-карих глазах проглядывало нечто иное, щуплый и изящный теперь он напоминал Солейн уже не яркого петуха а юркую крысу. Неожиданно на его лицо набежала тень ужаса, и как будто борясь с собой, он попытался отвести от нее взгляд и опустить руку, но не смог. Она ясно видела, что ему неуютно и страшно, его глаза засветились ярко-красным огнем, лицо потеряло всякое выражение, и только рука продолжала указывать на нее, немного дрожа. «Ну здравствуй, — произнес он странно глубоким и холодным голосом. — Мы ждали тебя, и наконец ты тут. Все сбывается. Все приходит в движение. Отрадно. » Девушка в растерянности попыталась осмотреться, у нее возникло странное чувство потерянности при первых звуках голоса, как будто она только что проснулась и находится в легкой дымке сновидений. Боковым зрением она видела как люди не двигаются, не моргают, и будто бы даже не дышат – мир словно застыл. Яркое утреннее солнце перестало светить, на коже ощущался холод и она явно видела пар своего дыхания. Запахи и ощущения как будто притупились. Голова не слушалась, она не могла повернуться - взгляд остался прикован к прорицателю. А при попытке пошевелить руками, ничего не произошло - руки даже не дернулись, это пугало, но она заставила себя вновь обратить внимание на мальчика. « Ты не поймешь дитя. И это не кара, это милость. Твое участие необходимо. Твое присутствие важно. Ты должна вернуть все на свои круги. Ты решение. » – прорицатель, вернее неизвестное существо говорившее его устами произносил короткие, отрывистые фразы, смысл которых уловливался с трудом. Лицо мальчика было все так же неподвижно, но глаза разгорались все ярче с каждым словом. Солейн решила попробовать сказать что-то, но не смогла даже открыть рта, как из глаз и ушей Феррида пошла кровь. Он вновь заговорил: « Этот сосуд слишком слаб. Плохо. У тебя есть путь, и есть время. Путь будет долгим, времени очень мало. Не пойдешь по нему - все погибнет. Пойдешь - сохранишь хоть что-то. Твои спутники найдут тебя. Не отказывайся от их помощи, и сама помоги им. Мы еще встретим тебя, дитя. » Без всякого предупреждения прорицатель упал, и вокруг снова стало шумно. Солейн снова могла двигаться, и ощутила как за краткое время замерзло все ее тело. Она видела как непонимающе толпа смотрит на постамент на котором валяется прорицатель, как парочка на которую она ранее обратила внимание кинула на нее нечитаемый вгляд и пошла разгонять толпу. Парень начал расталкивать людей стоявших вплотную к помосту, высокий и плотный он легко рассекал людской поток - «Ну все, ну все, видите малец утомился, давайте расходитесь. Сегодня он уже явно ничего не предскажет. Нечего тут толпиться, ничего интересного. » « Дык, а с чего ему утомится-то? Никому и не предсказал, а уже валяется. Тфу на вас, только время свое зазря потратила - причитала какая-то, одетая в старое разноцветное тряпье, старуха. Солейн была в замешательстве - что это было? На представление не похоже, на пророчество тоже. В голове у нее не было ни одной дельной мысли. Во что и главное как она вляпалась? Благо никого из священников или паладинов не было рядом, они бы во всем углядели святотатство и магию, и тогда и прорицателю, и ей заодно, мало бы не показалось. Девушка решила что на сегодня приключений хватит, и надо бы побыстрее отсюда валить. Быстрым шагом, Солейн пошла в сторону переулка, ведущего прямиком на рыночную площадь, но не успела сделать и пары шагов как ее придержали за локоть. « Извините девушка, а как вас зовут, простите за грубость?» - сзади нее возвышался тот самый парень, блондин с серыми глазами, он легонько придерживал ее за локоть, пытаясь, как он наверное думал, беззаботно улыбаться. Но беззаботности что в его глазах, что в его позе девушка не увидела, скорее он был напряжен, и вторая его рука находилась уж очень близко к замаскированному мечу. « А что за господин изволит спрашивать? - Солейн вырвала руку из захвата и развернулась к парню полностью. Этот день становился страннее с каждым часом, она начинала уже по настоящему нервничать. «Мое имя Альвен, госпожа. » - молодой человек немного поклонился, но все еще выглядел не слишком дружелюбно. «Мне ничего не говорит ни ваше имя, ни то дуратское представление, что вы устроили на сцене. Вы явно не местные, и я не вижу причин называть вам свое имя, при всем уважении господин Альвен» - говоря это, она старалась чтобы голос звучал не столь грубо и вызывающе, но судя по тому как Альвен прищурился, у нее это выходило плохо. « Я могу и иначе представиться, коль вам угодно. Альвен Савр, брат короля и второй глава гильдии защитников нашего королевства, к вашим услугам. Могу ли я теперь узнать ваше имя?»