«Название»

      В тот день больше ничего интересного не произошло, за исключением короткой переписки с Чонином, после которой парень с Хваном, в общем-то, и не связывался. А вот Чимин — совсем другое дело. Уже через два дня он позвал парня танцевать на какой-то спортивной площадке в то время, когда рассветом даже ещё не пахло. Домов поблизости не было, поэтому громкая музыка уж точно не могла кому-то помешать, а значит, и Хенджина спасать было некому. В тот день от Чимина он уползал. Одного занятия с этим парнем Хвану хватило, чтобы понять, что все его прошлые тренировки были лишь лёгкой разминкой, которые чудом возымели хоть какое-то влияние на его навыки.       Было тяжело, но это не значило, что Хенджин планировал сдаваться. В этот раз не только собственные, в разы меньшие, ожидания лежали на его плечах, но и Чимина, который слишком уж поверил в него. Теперь у парня совсем не осталось шансов отступить от этой странной, импульсивной идеи. Он, конечно, всегда танцевал, если пьяное дрыганье так можно было назвать, но никогда прежде не планировал заниматься этим так серьёзно. Тот фестиваль и правда перевернул его жизнь с ног на голову, и, кажется, только сейчас парень осознал, насколько это стало серьёзно. Он, конечно, много тренировался и старался и до этого момента, но тогда это всё ещё оставалось шуткой, глупым ребячеством, появившимся из странной маниакальной идеи и уверенности в её реализации. Хоть и звучит серьёзно, но на деле раньше в случае неудачи Хван бы просто переключился на что-то другое и жил бы дальше. Теперь же он был слишком серьёзен, чтобы так сдаться.       Хенджин сам не заметил, как встречался с Чимином уже в пятый раз. И так же незаметно он стал узнавать этого парня. Оказалось, что тот долгое время занимался танцами, когда был подростком. Если быть точнее, то сначала был балет с детства, именно там Пак привык к изматывающим тренировкам и приобрёл свою грацию, которой не мог перестать восхищаться Хенджин. Потом подрос и перешёл в более современный вид танца. А там бросил, резко и без какой-либо причины, решил стать «серьёзным» взрослым, поэтому пытался уйти в менеджмент по настоянию отца, но душа этого не перенесла. Теперь же парню предстояло открывать себя заново. Хенджин и раньше питал восхищение к Чимину, но, узнав всё это, в душе поселилось настоящее уважение.       Очередная тренировка с этим парнем закончилась гудящими ногами. Уже какое-то время они занимались не на случайных спортивных площадках или в парках, а в зале, который снимал танцор для себя. Именно благодаря этому Хенджин открыл небольшое кафе во французском стиле, находящееся в соседнем здании от зала. Точнее, туда его привёл Чимин, сказав, что юноша прошёл «посвящение». На дальнейшие уточняющие вопросы Хвана об этом самом «посвящении» Пак не отвечал, оставив того в области загадок и тайн своей души.       За это время парни в целом сильно сблизились, и оказалось, что Чимин не такой уж высокомерный и заносчивый, как показалось изначально Хенджину. У него даже появилось желание познакомить того с Сынмином, но пока это были просто планы. Расстраивало только то, что больше ни с кем из «RapRituals» так и не удалось сблизиться, да даже связаться.       — Тебе серьёзно Чонин больше не писал? — отпивая пару глотков кофе, спросил Чимин, но глаза его были направлены куда-то в совсем другую сторону.       — Нет, — пожал плечами Хенджин и из любопытства посмотрел в ту же сторону, там он увидел только новое меню. — Решил что-то кроме кофе взять?       — Что?       — Ты всё продолжаешь на меню смотреть.       — Да, думаю, ты слишком аппетитно ешь панкейки. Тоже пойду возьму, — и парень, правда, встал и пошёл заказать панкейки в шоколаде, будто его основной целью не был бариста.       На самом деле, Хенджин понял о не самом ровном дыхании Чимина в сторону этого «кофевара» с вечно перевёрнутым бейджиком, уже давно, но делал вид, будто ничего не замечал. Было что-то забавное в том, чтобы подталкивать эту парочку друг к другу, притворяясь дураком.       Пару минут, и Пак вернулся за столик. Они приходили в это кафе довольно рано, когда посетителей ещё почти не было, поэтому Хван просто не понимал, почему парень не пользовался моментом, чтобы поговорить с тем бариста подольше. Иногда он начинал думать, что Чимин больший идиот, чем он сам, но тому о подобных мыслях знать было необязательно.       — И правда вкусно, — произнёс танцор, съев кусочек панкейка.       — Не просто же так их постоянно заказываю, — кивнул Хенджин в ответ. — А что у вас сейчас в команде происходит? Не мешают наши занятия?       — Пока нет, — немного подумав, ответил он, размахивая вилкой. — Сейчас довольно мало тренировок, потому что Чанбин, Минхо и Йеджи выбирают что-то для нового проекта. Но мне кажется, что скоро с тобой точно кто-то свяжется.       — Мне остаётся только верить твоим словам, — усмехнулся Хенджин, доедая последний кусочек своего не самого полезного завтрака.       Остальная его часть прошла за непринуждёнными разговорами о погоде, планах на выходные, желании выпить где-то вечерком, мешая всё это с ненавязчивой критикой навыков Хвана, которые медленно поднимались. Впрочем, к последнему парень уже привык и почти не обижался.       А потом парни разошлись. Чимин отправился по своим делам, а Хенджин — в сторону медленно растущей фигуры на велосипеде. Этот нелюбитель общественного транспорта и машин, способный позволить себе покупку и то, и другое, но всегда выбирающий крутить педали несколько кварталов, уж точно мог выдержать и маленький дружеский подкол. Хван почти побежал к Сынмину навстречу, не обращая внимания на гудящие ноги. Друг же продолжал пыхтеть, крутя педали, и не прекратил даже когда они поравнялись. Разве что поехал чуть медленнее, позволяя следовать уже за собой вслед быстрым шагом.       «И кто ещё здесь над кем шутит», — думал Хенджин, но от своего плана не отказывался.       — Молодой человек, — начал он, — молодой человек, а вы случайно не велосипедист?       — Велосипедист, а как узнал? — ещё немного замедляясь, произнёс Сынмин, и было удивительно, как он ещё не потерял равновесие.       — Я думал, что ты ответишь «нет», — цокнул парень.       — Ты и без странных подкатов можешь со мной прокатиться, — парень затормозил специально так, чтобы Хенджин снова пробежал немного дальше.       — Так неинтересно, — надулся Хван. — Садиться не будешь?       Если Хенджин ответит «нет», то Ким и правда бы просто поехал дальше, и когда решил бы затормозить — совсем не ясно. Именно поэтому, пока спрашивали, он быстро согласился и уже перевешивал рюкзак вперёд, ведь безопасный способ езды был не в его стиле. Спина Сынмина, хоть и была тощей, но довольно надёжной, поэтому Хван как можно удобнее уселся на свою законную железную «сидушку» и, ухватившись за неё же рукой, уперся в чужую спину своей же.       — Какой же ты тяжёлый, — ворчал друг, а Хенджин уже отвлёкся на сообщения.       Чонин звал вечером в какую-то забегаловку, но ухмыляющиеся смайлики в конце явно намекали, что встреча не наедине.       — Сынмин, у меня сегодня прекрасный день, — протянул парень, заставляя друга немного петлять. У их ранних встреч больше плюсов для случайных прохожих, которым повезло не оказаться на пути велосипеда.       — С разбитыми коленями он бы стал ещё лучше, — бурчал Сынмин, выравниваясь.       — Теперь у меня есть шанс сблизиться с Минхо.       — А я смотрю, ты не оставил план по соблазнению. Думаешь, без него не справишься? — усмехнулся друг, сворачивая с главной улицы.       — Одно другому не помешает, — пожал плечами Хван и тут же схватился за багажник и второй рукой, чтобы не упасть.       Хенджин не знал, куда они едут, но был уверен, что с Сынмином там будет весело.

***

      Изначально Хван планировал немного пошататься с другом, где бы тот захотел, а потом направиться домой, в душ, поменять одежду и спокойно отправиться на вечерние посиделки. В этих планах, конечно, не было пункта «заходить в каждые самые маленькие магазинчики в поисках мороженого, о котором знали только Ким Сынмин и неизвестный из комментариев в интернете, а потом случайно увидеть необычный кактус и на протяжении получаса участвовать в дебатах, стоит ли его покупать другу». Того самого мороженого они так и не нашли, но зато попробовали какой-то новый фруктовый лёд и пополнили коллекцию кактусов Сынмина, которым и так принадлежала целая комната. Впрочем, этот форс-мажор, который таковым был только для Хенджина, планы парня не слишком сильно изменил. Он, как и хотел, вернулся домой, сходил в душ, переоделся в свою новую чёрную рубашку и потом до места встречи уже бежал. И в тот момент, когда Хенджин чувствовал себя парнем, сошедшим с постера какой-то дорамы, он точно ни о чём не жалел.       Возле небольшого, но явно не самого забытого заведения парня уже ждал Чонин. Со стороны тот выглядел немного нервным, и Хенджину только оставалось надеяться, что к этому его опоздание не имело никакого отношения. Хотя некоторые сомнения присутствовали.       — Ты чего так долго? — поинтересовался Чонин, отправив что-то щелчком в мусорку. — Прихорашивался?       — Не люблю появляться в неприглядном свете, — кивнул Хван.       Кажется, парню понравился этот ответ. Было совершенно очевидно, что сам-то он вряд ли оделся в первый попавшийся комплект и выбежал на место. Этот модник просто не смог бы так с собой поступить.       Заведение оказалось довольно стандартным: несколько небольших столиков на четыре человека в середине и ближе к стенам места для больших компаний, также почти над каждым из этих столов была газовая труба, а в углублении стола прятался гриль. Всё помещение заполнилось шумом, чужими голосами, смехом, шкворчанием мяса, и в этом терялась тихая приятная мелодия. Возможно, это было не самое лучшее место, но оно было доступным, а поэтому и атмосфера здесь была подобающая. Приемлемые столы по чистоте и размеру, а на небольшие жирные пятна можно было и закрыть глаза, к тому же они удивительно быстро стирались под тряпками официантов, которые носились из стороны в сторону. Запах жареного мяса и алкоголя смешивались в ощущение, что пьяная драка между абсолютно незнакомыми людьми была слишком близка. В общем, всё в этом месте было слишком знакомым для Хенджина, поэтому и нравилось ему. В колледже парня постоянно звали на подобные посиделки, а он всегда шёл: достаточно было просто отправить адрес. В то время Хван не слишком задумывался о том, кто и куда его звал, ему просто нравилось быть с кем-то. Теперь же он был уверен, что стал разборчивее в людях.       В дальней части кафе расположилась очередная шумная компания, напевающая какую-то популярную песню, только все лица там были Хвану знакомы. Основной угол веселья был сосредоточен в стороне Йеджи и Феликса, к которым в этот раз присоединился и Чанбин. Вокалисты из них были неплохие, но вряд ли хоть кто-то в этом заведении хотел это оценивать. Такими же невольными гостями данного концерта казались Рюджин с Минхо, но на их лицах не было ничего даже отдалённо похожего на недовольство. Чимин, похоже, был в считаных секундах от того, чтобы это трио превратить в квартет.       С экрана на парня всегда смотрели уверенные, серьёзные, иногда даже хмурые герои хореографического безумия, а теперь они были слишком живыми, слишком настоящими. Хван и подумать не мог, что когда-то сможет увидеть их такими, и это создавало странный когнитивный диссонанс. Он всё ещё наблюдал за творцами, но они оказались чем-то большим, чем их творчество — простыми людьми. Вроде бы совершенно очевидная мысль, но почему-то её он никогда не осознавал полностью.       — Вроде, когда я уходил, вас ещё не так сильно несло. Что изменилось за это время? — почти смеясь, произнёс Чонин и отодвинул стул для себя и Хенджина.       — Думали, что ты в дыму своём потерялся и тебя можно не ждать, — ответила Рюджин парню, но при этом не отводила взгляд от Хенджина.       — Можно было и по-другому показать своё беспокойство, — совсем беззлобно улыбнулся парень, протягивая стакан занявшему своё место Хвану.       — Ёнбок, не нужно так драматизировать, — протянул Чанбин, хлопая Чонина по спине, явно целясь в плечо и очевидно промахиваясь.       — Ёнбок с другой стороны, — просто уточнил парень под заливистый смех Феликса у другого плеча Чанбина, а вот его лицо казалось слишком уж озадаченным.       — Прости меня, — драматично протянул мужчина и уткнулся в плечо Чонина, который уже и не пытался выбраться из этой хватки чересчур накачанных рук.       Хаос творился вокруг, и Хенджина он даже радовал. В этих людях бурлила жизнь, и это радовало ещё больше. Но при этом хаос творился и в душе парня. Личные представления об этих ребятах стремительно разрушались, и ему определенно нравилось. Он продолжал себя ощущать слишком особенным, ведь практически ничего не сделал, чтобы оказаться в этом месте, поэтому одновременно чувствовал и тревогу. В голове Хвана каждую секунду появлялась мысль, что в любой момент всё вокруг окажется простым сном, извращенной фантазией, которая по ошибке стала казаться реальностью. Но даже так он был счастлив оказаться здесь.       Его мысль были прервал немного вялый, но уверенный тычок в бок. Рядом сидел Чимин, которого от обилия новых впечатлений Хенджин и не сразу заметил. Впрочем, Пака это и не особо волновало. Он просто притянул парня чуть ближе к себе и как можно тише произнес тому на ухо:       — Я же говорил, что сегодня что-то будет.       К великой забаве Хвана, парень, опьянённый моментом и, конечно же, алкоголем, совсем не понимал, что все попытки секретничать казались намного страннее. Но видимо, никому до этого не было особого дела. Все вокруг смеялись, продолжали пить и переключились на какую-то отдалённую тему, состоящую из их локальных приколов. Даже Рюджин перестала на него так выжидающе смотреть. Только глаза Минхо напротив остались на нем. В них не было вражды, наоборот, читалось какое-то странное веселье, хоть яркой улыбкой его лицо не было награждено. Кажется, ему было интересно, но что конкретно, ещё не ясно. И как раз это заставляло волноваться Хенджина только больше, мучаясь от ожидания чего-то неизвестного.       — Важнее сейчас то, что твой друг, которого мы все ждали, оказался тем самым парнем с прослушивание, — неожиданно заметила Йеджи. — Прости, напомни своё имя?       — Он Хенджин, — перед тем, как парень успел ответить, за него это сделал Минхо, даже не отрываясь от жарки мяса, которым и занимался до этого.       За их столом раздалось одобрительное и протяжное «о», мешавшееся со смешками. Хорошо это или плохо, Хван не знал, но вот его сердце определенно забилось быстрее от того, что его запомнил не какой-то случайный человек из клуба, кафе, может быть, участник того прослушивания, а именно его организатор. В первый раз за это время Хенджин не корил себя за ту странную выходку.       «Возможно, идиотом быть и не так плохо», — пронеслось в голове парня вместе с надеждой, что его лицо сейчас не напоминало помидор.       — Но всё-таки, Чонин, не хочешь это объяснить? — убрав за ухо длинные рыжие волосы, вернулась к прошлой теме Йеджи.       — Мне показалось, что будет весело сюда его привести. К тому же утром он жаловался Чимину, что хотел бы с кем-то выпить. Решил, что наша компания не такая уж и плохая, — объяснял парень, разлегшись на неудобном стуле, как на пуховом диване.       В этот же момент перед Хенджином стукнули тарелкой. Рюджин, которая казалась здесь самой трезвой, решила немного позаботиться об их неожиданном госте. Но в этой ситуации странной казалась её лёгкая усмешка.       — В своё оправдание скажу, что думал, что он посмелее будет, — в этот раз Феликс прервал своё молчание словами, а не смехом.       — Какая жалость, — пожала плечами Рюджин. — Два победителя, четыре лузера. Я таких ем на завтрак.       Пока Хенджин не понимал, что происходило и пытался найти ответы в лице Чимина, под недовольное бормотание остальных. Но это не особо возымело успеха, парень также наблюдал за происходящим. Тогда Хвану оставалось только ждать и смотреть внимательно перед собой. А там был только уголок спокойствия и полного умиротворения. Минхо был словно герой боевика, который на секунду присел за трапезу, пока все вокруг дрались и кидались вещами. Ему только не хватала спокойной музыки на фоне, впрочем, она вроде была, просто её плохо слышно. Он продолжал тщательно обжаривать довольно неплохой кусочек мяса, а когда решил, что тот готов, привстал со своего стула и положил его в тарелку Хенджину. Что делать в такой неожиданно смущающей ситуации, парень не знал, поэтому решил просто залить в себя немного алкоголя. Этим «немного» оказался весь стакан.       — Ешь давай, — усмехнувшись, одними губами произнёс Минхо.       А пока никто особо не обратил внимания на эти действия, Линоу быстро нашёл что-то в кармане и положил это возле Рюджин. Как только он убрал руку, небольшая пачка денег рассыпалась по столу.       — Нет, вот это было реально очень высокомерно, — ткнув парня в руку, произнесла, а точнее почти пропела, Йеджи.       — Чтобы ты знала, я ставил на Чонина, — немного сочувственно посмотрел на неё Минхо. — А вот на меня ставить — это изначально было глупо. Знаешь, как кидать мяч в пропасть и надеяться, что он прикатится к твоим ногам.       — Но в этом был смысл, — недовольно промычал Феликс.       — Только если бы он был жутким сталкером, — спокойно произнёс Минхо.       Хенджин же продолжал совершенно ничего не понимать и просто пытаться привлечь внимание к своей немой просьбе объяснений со стороны парней по оба его плеча. Чонин, казалось, был больше заинтересован ссорой перед собой и будто только для неё Хвана и позвал, а вот Чимин постепенно иногда всё же смотрел на него.       — Они спорили, с кем первым ты сблизишься из команды, — тихо произнёс Пак, чтобы никто не решил прерывать обсуждение, чья ставка была лучше. — Рюджин и Чонин поставили, что со мной; про Минхо ты уже слышал; а вот все остальные ставили как раз на него.       — Удивительно, что никто не подумал, что я вообще ни с кем сближаться не буду, — с усмешкой произнёс Хенджин. До этого он и не подозревал, что создал такое общительное впечатление.       — Вот я также подумал, — тихо посмеялся Чимин.       Развязка этой ситуации была простой: каждый отдал свою ставку, и они продолжили вечер. Просто небольшой дружеский спор, который действовал странно сплочающе на каждого из команды. Хенджин же из него понял лишь то, что отношений у их лидера не было. Как эту информацию он будет использовать, парень ещё не придумал, но уже был уверен, что заслужит осуждающий взгляд Сынмина.       По мере продолжения вечера Хван узнал, что его звали не на самое начало их встречи, и теперь ответ, почему все уже были такими пьяными к его приходу, нашёлся сам собой. Вот только цели Чонина казались всё более размытыми. Этот хитрый лис явно что-то замышлял, но даже с такими подозрениями Хенджин просто собирался расслабиться.       Следующие пару часов были наполнены весельем и, казалось, бесконечным потоком выпивки. Все были так добры к нему, и парень почти забыл, что совсем недавно эти люди даже о его существовании не догадывались. Не так давно он был всего лишь одним из десятков или сотен комментариев, который редко даже лайка удостаивался. Теперь же он сидел среди них и почти уверял себя, что всегда был в этой компании, старый друг, о котором почему-то никогда не упоминали и с которым не связывались, но он всегда был рядом с ними. Хван, правда, ещё не до конца понял, такие чувства — это реальность или эффект от выпивки.       За это время Хенджин много смотрел на Минхо, но их взгляды редко пересекались. Видимо, он был парню не так уж и интересен, и у Хвана серьёзный синдром главного героя. Наблюдая за Линоу, он понял, что, несмотря на свою холодную и малоэмоциональную оболочку, он казался заботливее каждого из присутствующих. Именно Минхо готовил для всех этот ужин, следил за запасами алкоголя, а также за тем, чтобы никто не перепил. Последнее было делать особенно сложно: каждый из команды слишком вошёл во вкус, и это стало уже соревнованием, кто кого споит быстрее. И в этой игре самым азартным игроком оказался Феликс, который почти каждого уговаривал пить с собой на скорость, но соглашался с ним только Чанбин, которого, в свою очередь, к этому подталкивал уже Чонин. Йеджи, конечно, тоже хотела принять в этом участие, но её останавливала Рюджин, в какой-то момент подсевшая рядом. Впрочем, это не особо помогало продлить время её трезвости.       Как бы отстраненно Хенджин ни пытался быть в этой ситуации, он уже давно перестал считать, сколько стаканов выпил. К этому прибавилось и то, что за громкостью своего голоса он тоже следить перестал. Парень смеялся со всеми, поддерживал все диалоги, даже когда совершенно не разбирался в их сути. Кажется, даже анекдоты успел начать рассказывать. Вероятно, как раз в этот момент Хенджин окончательно осмелел.       — Эй, — резко прикрикнул Хван, потирая лицо. Он не обратился к кому-то конкретному, но Минхо заинтересованно посмотрел прямо на него, и щеки парня начинали краснеть уже далеко не от выпивки. — Я тебе не интересен?       Парень зашел с козырей, но даже так добился лишь того, что на лице Линоу появилась легкая улыбка, остаток усмешки. Тот долго смотрел, а потом молча переложил очередной мясной кусочек в тарелку Хенджина, прикрыв того листом салата. Реакция была слишком странной. И кажется, ей заинтересовались все за столом, ведь впервые за вечер полностью затихли.       — В каком смысле? — спокойно спросил Минхо.       — В каком тебе удобнее, — пока смелость не сползла с него вместе с потом, быстро ответил Хван.       — Ну, — протянул парень, — ты точно не скучный, — произнес он и, как бы не прятал, но улыбка его становилась всё шире.       — Тогда почему ты не хочешь со мной общаться? — Хенджин не то что сказал, а скорее проскулил.       — Не знаю. Может быть, ты слишком пошлый? — было ощущение, что Минхо шутил, но для Хвана в этом состоянии это было слишком серьезно.       Теперь он уже пожалел о своём поведении на прослушивании. Возможно, он и не знал о чувстве стыда перед толпами, но когда такой человек, как перед ним, говорил, что это было слишком, оно неожиданно оживало. Кто угодно мог считать Хенджина пошлым клоуном, но только не Минхо. Парню даже дышать стало тяжелее после этого. А ведь он ещё толком и не знал человека, который всё это время спокойно просидел напротив, несмотря на то, как Хван был ему отвратителен. Возможно, он был слишком драматичным, но тем не менее уже убедил себя в этом умозаключении. В таком состоянии парень даже не мог отличить добродушную улыбку Минхо, которая не предвещала ничего плохого, от издевательской ухмылки.       Впрочем, раскрутить эти тревожные мысли, подкреплённые нетрезвым мозгом, не вышло, ведь вокруг уже успел подняться смех. К тому же Хенджин не успел начать думать, что это над ним, ведь Йеджи уже тянула Минхо за плечо, чуть ли не ложась на Рюджин.       — То есть порноактёр был совсем не пошлым, а потрясти жопой — это перебор? — смеялась она.       — Да, между прочим, — продолжая улыбаться, говорил Минхо, не сопротивляясь тому, как его тело тянули из стороны в сторону. Он даже выглядел не особенно расстроенным.       — Ага, большего праведника даже в церкви не найдёшь, — продолжала девушка.       — Между прочим, ты просто не знаешь, как в этой индустрии популярны костюмы католических священников.       — И после этого Хенджин чересчур пошлый? — возмутился за всех Чанбин. — Он же просто милашка!       После этого все вновь рассмеялись. Было в этом что-то странное, но Хенджин всё равно к ним присоединился. И в этом положении он продолжал искать ответы в глазах напротив, которые останавливались на ком угодно, но не на нём. И даже так, в странной надежде, Хван продолжал упорно смотреть на Минхо, казалось, ещё немного — и глаза могли бы правда выпасть. А потом лидер команды резко повернулся к нему, и на его лице расцвела самая тёплая из увиденных за вечер улыбок. Хенджин даже не был уверен, что она могла принадлежать человеку, скорее чему-то неземному, волшебному, ведь от неё сердце парня начало стучать, как барабанная установка, по которой не переставая били с бешеной скоростью. Но, видимо, Минхо совсем не планировал останавливаться на этом и игриво подмигнул Хвану. Стул под ним ещё никогда не казался таким неустойчивым. И, вероятно, парень бы точно упал, если бы не неожиданно появившаяся рука Чонина.       Хенджин не успел не то что что-то сказать, он даже понять не успел, когда Минхо уже вставал с места и поднимал свой стакан со сладкой газировкой, как оказалось:       — Выпьем же за то, чтобы в следующий раз прошёл Хенджин!       Это заявление встретили одобрительными возгласами и очередным поднятием стакана. Вот только Хван слышал всё это будто через стеклянную оболочку, которая не пропускала ни звуки, ни прикосновения по его плечам со стороны Чонина и Чимина. Хенджин только и мог, что неотрывно следить за Минхо: за его лёгкой улыбкой, за слегка вьющимися волосами, которые, вероятно, просто растрепались, за тем, как Линоу держал стакан, будто с дорогим виски; за тем каким далёким и недоступным он был ровно настолько же, как и простым, лёгким на общение и близким, который никогда не оттолкнёт протянутую руку. Хван совершенно не понимал его, но как же ему нравился этот парень.       А после этого для Хенджина следовали ещё пара часов выпивки и веселья, которые уместились в 45 минут. К этому времени заведение совсем опустело, а уставшие сотрудники с явной неприязнью поглядывали на шумный столик, но возмущения с их стороны не было.       Потом для Хвана был еле допитый стакан, смех в самое ухо, с чьей стороны он уже не разбирал, и неприятная боль в районе лба. После этого наступила темнота, мешавшаяся с резким переходом от душного помещения, пропитанного такими же пьяницами, как и он сам, к прохладному воздуху и лёгкому ветру, который ощутимо бился о разгорячённое лицо. Вместе с этим парень почувствовал чужие руки, прислоняющие его к холодной стене.       — Сука, — протянул голос Чонина где-то справа, — только не говори, что ты уснул, — раздражённо продолжал он.       — Не скажу, — наконец разгадывая загадку темноты перед собой, Хенджин открыл глаза.       — Какое облегчение, — выдохнул Чонин и прислонился к стене рядом.       На небе уже даже не осталось намёков на солнце. Кажется, кровожадные пасти горизонта проглотили его уже достаточно давно, а никто из них в своей праздности и не заметил, как пропала жизненно необходимая лампочка. Хенджин точно не знал, что конкретно наводило его на философские размышления о цикличности бытия, в котором эта пасть с ярким рассветом обязательно выплюнет солнце обратно, но он точно знал, что все сейчас расходились.       Тротуар перед забегаловкой освещался тёплым, немного желтоватым светом из здания, под ним волосы Йеджи выглядели ещё более рыжими, чем до этого. Почему-то в этом состоянии Хенджин видел что-то волшебное в их неоднородном блеске, уходящем в холодную тень и складку тёмных штанов Рюджин. Она, в отличие от Йеджи, выглядела почти трезвой и пыталась привести ту в чувство, иногда гладя девушку по голове. Чуть дальше Чанбин старался поставить Чимина на ноги и чуть ли не тащил его в нужную сторону. Оказалось, что парни живут почти в одном районе, поэтому более устойчивый «тренер Со», как все резко начали называть его в этот вечер, решил отвести бедолагу домой.       — Всем хорошей дороги, — громко произнёс Чанбин, уходя, при этом удобнее перехватывая парня под боком.       — Всем хорошего… — с трудом промямлил Чимин и поплёлся вместе со своим спутником.       Дальше по всей улице туда-сюда носился Минхо, пытающийся поймать такси, а Феликс хвостиком бегал за ним. Это было даже немного забавно со стороны Хенджина, хотя тот и не замечал, что парни так близки. С одной стороны, его это умиляло, а с другой — на душе всё ещё что-то покоя не давало. И об этом «чём-то» Хван думать просто не хотел.       — А они близки… — открыв рот, Хенджин заглотил и едкий дым, который почему-то раньше не замечал, и закашлялся.       Он повернулся к Чонину, который активно гонял дым из лёгких и обратно. Курить Хван бросил довольно давно, месяца три назад — по его меркам это внушительный срок, а поэтому искушение это было страшным. Хенджин бросил, чтобы продолжить заниматься танцами, ведь очень быстро начинал задыхаться. Именно поэтому просто не понимал, как I.N держался на том невероятном уровне с этой зависимостью. Возможно, он завидовал.       — Да Феликс ему почти как младший брат, — снова затягиваясь, произнёс Чонин. — Но даже его Минхо с трудом взял в команду, поэтому без тренировок ты к нам не попадёшь, — усмехнулся он.       — А у тебя какая цель в нашем сближении? — этот вопрос мучил парня весь вечер, но на самом деле Хенджин не собирался его задавать так сразу.       — Мне кажется, ваш интерес не такой уж невзаимный, — усмехнулся Чонин и, сделав ещё одну едкую затяжку, выбросил окурок в ближайшую урну. — Просто его личные траблы после всего, что было в прошлом, не дают ему делать более активные шаги.       — А что было в прошлом?       — Ну, я не настолько ещё решил его сливать. Сам спросишь когда-нибудь, — усмехнулся Чонин, а потом лёгким движением оттолкнулся от стены и направился к девушкам. — Йеджи, Рюджин, я с вами поеду.       — С нами и Феликс собирался поехать, — ответила Рюджин, и хотелось бы отметить, что она, как и Чонин, казались трезвее всех, несмотря на то, сколько выпили.       — Что? Феликс?.. — зашевелилась Йеджи, но её сразу же забавно успокоила девушка, почти окончательно растрепав длинные волосы.       В этот же момент подбежал Минхо, сообщая, что всё-таки смог поймать такси и уже усадил туда Феликса, который уж очень не хотел покидать компанию. Хенджин наблюдал за тем, как Рюджин с Чонином пытались перенести к машине одну девушку, которая оказалась в этом состоянии изворотливее Чимина и постоянно старалась прилечь к земле, беспорядочно хихикая. Потом, уже когда девушки были усажены, Хван заметил, как парни переговаривались, загадочно оглядываясь на него. В этот момент парень инстинктивно захотел выпрямиться, но побоялся потерять равновесие.       Как только машина уехала, Минхо направился к нему. Хенджин точно не поняла, волнение или тошнота подступили к горлу, но ощущения были неприятными. В любом случае, сейчас парень мог лишь смотреть на молодого человека перед собой, который приближался.       — Теперь и нам пора ехать. Пошли, — протягивая руку, чтобы Хван опирался на неё для равновесия, проговорил он.       — Ты уже успел ещё одно такси поймать? — причин не принять помощь Хенджин в себе не нашёл.       — Нет, я на своей. Не зря же не пил сегодня.       — А тогда почему всех остальных не подвез? — парень правда был в сомнениях, природу которых до сих пор не понимал, но даже с учётом этого продолжал идти к неплохой и симпатичной на вид чёрной машине.       — Не знаю. Они отказались, — усмехнулся он, — почему-то.       Минхо произнёс это, будто причина такого поведения команды для него совершенно очевидна, но вот только не для Хенджина. Он, в свою очередь, отчего-то неожиданно набрался робости и не нашёл в себе смелости спросить об этом. Возможно, всему виной тот факт, что он перепил. Именно поэтому довольно легко залез на переднее сиденье, когда ему открыли дверь. Ещё пару минут, и дверь со стороны водителя тоже захлопнулась.       — Сможешь вбить свой адрес или продиктуешь?       — Давай лучше ты сначала домой доедешь… — моментально Хенджин стал чувствовать себя неловко и мял воротник рубашки, не зная куда деть руки.       — А к себе ты как? На автопилоте поедешь? — мягко рассмеялся Минхо. Хвану оставалось только ойкнуть и вбить адрес в навигатор на телефоне Линоу. В этот момент ему очень хотелось и свой номер вбить, но на сегодня лимит смелости в нём был исчерпан. Именно поэтому парень просто поставил телефон и отвернулся к окну, в темноте которого всё ещё отражался образ Минхо.       Они молча ехали по пустым улицам города, на которых почти никого не было. Огни фонарей и редких светофоров иногда освещали лицо парня, который почти прислонился к стеклу, лишь бы не рассматривать этот образ с водительского сиденья. Кажется, от алкоголя и этого лёгкого качания машины парня постепенно утягивало в сон.       — Тебе не понравилось с нами? — неожиданно заговорил Минхо.       — Нет, всё было круто, — продолжая прислоняться к прохладному стеклу, борясь со сном и расплывающимся асфальтом снаружи, произнёс Хван.       — Тогда тебе со мной некомфортно?       После этого вопроса тиски памяти сдавили голову Хенджина. Они толком не общались с Минхо, хотя со всеми остальными он болтал достаточно много и без особых сложностей. С лидером же он обменивался исключительно взглядами. Удивительно, но мысль, что он случайно начал игнорировать Минхо, казалась страшнее, чем если бы было наоборот.       — Мне просто показалось, что ты меня ненавидишь, — сегодня Хван был слишком честным. Кажется, утром он об этом точно пожалеет, поэтому Сынмин должен уже направляться в его дом, желательно по одному сообщению.       — Как ты вообще до этого додумался? — неожиданно рассмеялся Минхо, делая очередной поворот на уже знакомые для Хенджина улицы. — Извини, если заставил так себя чувствовать. Я бы правда был не против пообщаться с тобой в другой атмосфере и уж точно не как с человеком, который просто хочет попасть в мою команду.       Голова Хенджина методично билась о стекло, Минхо продолжал что-то говорить, а парень ему что-то отвечал, но вот сознание Хвана уже давно спало в тёплой кроватке. И было оно объято явно не ремнём безопасности, а тонким одеялом.