«Название»

      Стоя перед зеркалом в квартире друга и повторяя одни и те же движения раз за разом, Хенджин чувствовал странное дежавю. Динамичная музыка зацикленно играла на фоне, а Сынмин сидел на диване, пялясь в телефон и только иногда дарил короткий взгляд другу.       — Знаешь, — Хван остановился на середине комнаты и посмотрел на Кима, — мне кажется, что мы герои зацикленной симуляции и все наши действия неизменно повторяются.       — Да ну, — безучастно протянул Сынмин, продолжая утыкаться в телефон и прижимая к себе подушку, — отключить музыку?       — Не надо, — отмахнулся Хван и вновь повернулся к зеркалу.       До отборочных оставалось меньше суток, и волнение было запредельным. Хенджин уже не был таким неумехой, как в самом начале. Он уже был способен быстрее разучивать комбинации, сложность которых выше среднего, импровизировать и вовлекать аудиторию со сцены, то есть контролировать мимику. Конечно же, идеалом он всё ещё не был. Хван научился всему понемного, и из этого сложился довольно крепкий скелет его навыков. Только вот он всё ещё оставался в первую очередь скелетом, всё ещё только заготовкой танцора, просто намного более удачной, чем на прошлом отборе. Хенджин, конечно, всё ещё боялся, что всего этого окажется недостаточно и на отборе будет более блистательный новичок. Какой бы самоуверенностью он ни воспылал, подобные мысли всё равно тревожили.       — Сынмин, а если я не пройду? — Хван так резко присел на колени перед диваном, что соседи снизу, вероятно, уже начали думать о землетрясении.       — А ты собрался сдаться? — отвлекаясь от телефона, строго произнёс Сынмин.       — Нет.       — Тогда всё нормально будет. Пройдешь — молодец, по головке тебя поглажу или оставлю эту участь Минхо; не пройдешь — продолжишь катить к нему, может, по блату возьмет.       — Из тебя плохой шутник, — рассмеялся Хенджин и уткнулся в подушку дивана.       — Но, как я понимаю, — Сынмин аккуратно погладил друга по голове, жесты поддержки он проявлял редко, но всегда весьма подходяще, — отступать от завоевания сердца лидера ты не собираешься?        — Достал? — мгновенно оживился Хван.       — На столе лежат, — усмехнулся Ким так, словно даже сомневаться в том, что он не справится, было глупо.       — Спасибо! — удушающий в виде объятий было неотъемлемой частью благодарности этого парня.

***

      Отборочные в команду «RapRituals» были только вечером, но трудности для Минхо начались с самого утра. Он проверил список тех, записавшихся на это мероприятие, все ли подтвердили своё участие, сохранена ли музыка каждого на флэшку, отправлено ли место и время проведения, не забыли ли листы, скотч и маркеры. И сколько бы он ни структурировал все эти пункты, в самое последнее и важное утро стресса не избежать. У кого-то обязательно перестанет открываться файл, кто-то в последний момент откажется, а кто-то потеряется. В этот раз Минхо собрал комбо.       Первым делом его в 4 утра решили удивить огромной поэмой о стрессе, переживаниях, прочих личных проблемах, которая заканчивалась отказом от участия. Такое иногда происходило, и парень в целом был готов. Пока завтракал, Ли вычеркнул того парня из списка и убрал его трек с флэшки, чтобы не путаться. В это же время Минхо обнаружил неисправный файл и стал писать его отправителю. Увидеть ответ сразу парень и не планировал, поэтому после того, как домашние дела были закончены, он собрал оборудование и поехал на танцевальную студию. И вот уже там ему пришлось столкнуться и с «потеряшкой». Объяснять подробный путь до студии и при этом выслушивать бесконечные оправдания и извинения было выше сил Минхо.       — Феликс, ответь на сообщения участников, — отодвигая компьютер в сторону друга, произнёс он.       От Феликса же ответа не последовало. Он спокойно спал на диванчике, совершенно не помня, что приехал так рано вместе с Минхо, чтобы помогать ему. Мириться с такой наглостью парень не собирался, ведь не он просился в студию поздним вечером с неизвестного до этого адреса. Отчасти Минхо казалось, что этот парниша просто хотел похвастаться, как у него всё хорошо с тем «мистером Удачей». Этот маленький негодник постоянно упоминал своего неизвестного любовника, носил кулон-клевер от него, рассказывал о некоторых их встречах, но имени никогда не называл и не показывал фотографий. Так и вышло, что от него осталось только прозвище, которое оказалось по душе даже Феликсу.       Сначала в команде был ажиотаж насчёт личности этого мистера Удачи, все бесконечно спорили обо всём, что с ним связано, но когда все поняли, что ни одна ставка может не сыграть, быстро охладели к теме. Минхо же сделал это раньше всех.       Феликса он знал дольше всех, и этот вечно чрезмерно активный клубок энергии, крутившийся вокруг него, стал ему кем-то вроде младшего брата, которого в реальности у того никогда не было. Он чувствовал ответственность за него, чувствовал, что должен поддерживать, поэтому этим и занимался: молча, без выяснения отношений, порой с укором в глазах, но он всегда стремился понимать и уважать его решения. Постепенно, казалось, это приводило к доверию. Но каким бы уважительным, добрым и нежным старшим он ни был, позволять так нагло отлынивать этому негоднику он позволить не мог.       Минхо поднялся с пола и пошел к дивану. Начал он процесс пробуждения Феликса с долгого и пристального взгляда, который должен был дать хоть малейшее чувство дискомфорта, но, видимо, за годы, проведенные вместе, у этого парня уже иммунитет. А значит, тормошить было единственным выходом, впрочем, даже это Минхо делал достаточно осторожно.       — Ещё пять минуточек, — промычал Феликс, отмахиваясь от парня.       — Нет, вставай сейчас, — подтянув парнишку за плечи, громко произнес Минхо, пока пытался выровнять сонное тело в пространстве.       — Сейчас, — протянул он, с трудом разлепляя глаза.       — Видимо, этой ночью тебе было не до сна.       Феликс на это решил хранить молчание, но покрасневшие щеки позволяли сделать свои выводы. После этого парень молча ушел к ноутбуку, а Минхо уселся на диван.       Большая часть приготовлений уже была почти закончена. Оставалось только подготовить воду для участников, но это уже пообещал сделать их тренер Со, который с другими ребятами собирался прийти позднее. Так и выходило, что время для безделья пришло и к Минхо. Радоваться этому парню, правда, не приходилось.       На самом деле, он не особо любил подобные моменты, особенно в такие беспокойные дни, как этот. Чрезмерное спокойствие всегда наводило на мысли, полные тревог и множества «если», которые могли пойти не так. По крайней мере, раньше подобный мусор постоянно заполнял голову Минхо, когда в комнате поселялись только быстрое клацанье клавиатуры и шум кондиционера.       Удивительно, но сегодня в его голове слишком уж плотно поселился Хенджин. К его имени возвращалась каждая тревожная мысль, превращаясь в воспоминаниях о стараниях, запечатленных на коротких видео от Чимина; в его громкий смех; в его бесконечные селфи, по которым казалось, что у Хвана были лишние часы жизни, ведь человек просто не мог посещать столько мест за один день. Минхо был уверен, что этот парень и сам не до конца понимал насколько удивительный, сколько бы громких слов о своем успехе тот ни сказал. Он видел в Хенджине новичка, который подаёт большие надежды, но помимо этого, он видел в нём парня, от которого на душе становилось тепло, от сообщений которого губы растягивались в лёгкой улыбке, а руки так и хотели прикоснуться как-то более отчётливо и откровенно, чем лёгкое соприкосновение кончиков пальцев. Но Минхо привык делить своё личное отношение от взгляда хореографа, но сегодня это ощущалось слишком болезненно. Впервые он считал, что не может быть настолько же отстраненным в своих суждениях, как в случае с Чонином или с Феликсом. Возможно, он увяз в Хенджине с головой и почему-то совсем не жалел об этом. Но это не отменяло тот факт, что он боялся. Хван казался тем, кто слишком легко отдаёт себя и свои чувства в чужие руки. Он делал это слишком искренне и самозабвенно для того, кто мог просто играться с чувствами другого, для того, кто всегда преследовал какие-то свои цели. Именно поэтому Минхо просто не мог верить тревожным мыслям, ведь перед глазами всегда была лучезарность Хенджина.       Взгляд неизбежно опустился к брелку, перевешенному на спортивную сумку, только потому, что её парень таскал с собой чаще всего. Перед глазами Минхо материализовалось воспоминание, как на недавнем, почти случайном видеосозвоне с Хенджином, нашёл в этой мягкой игрушке способность говорить. Правда, эта акула была могла выдавить из себя только короткую фразу: «I love you». Но и этого было достаточно для одной из самых ярких улыбок за последнее время, а из Хвана сделать подобие варённого рака.       Кажется, в тот момент Минхо посчитал, что вполне счастлив. Ему понравился этот чертёнок с самого начала, но это не значило, что его чувства не менялись. Сначала был интерес, желание узнать, что Хенджин выкинет в следующий раз. Тогда Минхо думал о его танцевальном потенциале, но грань между этим и интересом к личности Хвана растаяла слишком уж быстро и незаметно. Возможно, это началось ещё на тех первых отборочных. Потом пришла симпатия, как к яркому человеку, взбалмошному, похожему на ураган идей и удивительной энергии. А потом, за пару разговоров, этот парень поселился рядом с сердцем Минхо, вцепившись в него так бережно, что даже неестественно для бури. Так он и полюбил, незаметно, но неотвратимо, и жалеть парню не хотелось. К тому же, одного взгляда на Хенджина хватало, чтобы понять, что чувства просто не могут быть невзаимными. Жаль, что Минхо говорить о них не умел.       Как бы странно это ни звучало, но от воспоминаний о Хване парня отвлёк он сам. Телефон Минхо загорелся от нового селфи Хенджина. На фото он сидел на своей кухне в спортивной одежде. Хоть и улыбался так же широко, как и обычно, но волнение скрыть не легко. А потом он обратил внимание на подпись, и смех сам вырвался из него, вместе с непреодолимым желанием спрятаться лицом в подушку. Сегодня с похожей целью у него справлялась ладонь.       «Готовлюсь к тому, чтобы завоевать место в твоей команде и твоё сердце». Эта фраза была странной, невероятно неловкой и будто выписанной из учебника юного пикапера, но Минхо посчитал это милым. Он представил смущённое лицо Хенджина, который наверняка уже сотню раз пожалел, что отправил нечто подобное и что не успел удалить. Хотя в духе этого парня было бы написать методичку по пикапу, поэтому такая фантазия через секунду начала даже для Минхо звучать странно. Но а в качестве ответа Ли оставалось только пожелать удачи.       — Ты чего? — недоверчиво произнёс Феликс, отрываясь от компьютера и кажется, даже немного отодвигаясь к выходу.       — Ничего, — смех прекратился, но теперь Минхо просто не мог прекратить ужасно глупо, он в этом уверен, улыбаться, глядя на миниатюрную версию снимка Хенджина.       — Странный ты какой-то в последнее время, — звучало, как обычные мысли вслух, но крупицы волнения всё равно выходили наружу.       Минхо и правда вёл себя неестественно и объясняться не планировал. Иногда ему казалось, что он стал заложником фразы: «Счастье любит тишину». Но это точно не значило, что он собирался что-то скрывать от команды, близких. Просто сейчас не был уверен, что хотел бы хоть кого-то посвящать в эти чувства. Иногда казалось, что и Хенджин не дождётся ответа такими темпами. Хотя порой парень надумывал, что тот и вовсе ничего подобного и не ждал, не взирая на свой напор. Казалось, Хван боялся этих слов даже больше его. По крайней мере, Минхо испытывал что-то подобное, хоть и не хотел признавать.       — А сам ты? — телефон был наконец выключен, а на лице лидера снова появилось спокойствие без лишних эмоций.       — По-моему, со мной всё очевидно, а вот ты таким давно не был. Поделиться, как там твои дела с Хенджином, не хочешь? Хотя в вашем случае всё слишком очевидно.       — Все подробности после того, как познакомишь со своим мистером Удачей, — в полузевке произнёс парень, вставая с дивана и направляясь к Феликсу, — Не расскажешь? — завершил фразу он, забирая ноутбук и смотря, что диалог с участником отбора был уже успешно завершён.       «Если бы Феликс занимался коммуникациями в сообществе всё было бы намного проще» — заключил Минхо, закрывая компьютер.       — Ты же знаешь, я не могу. Он не хочет, чтобы мы не афишировали это слишком сильно. Да и знакомиться с человеком, которого я назвал «старшим братом», ему не очень комфортно, — как всегда замялся Феликс, когда подобная тема всплывала.       — Именно поэтому он и кажется мутным типом, — заключил Минхо и решил снова проверить оборудование.       Вся эта история началась слишком давно, чтобы он продолжал допытываться о личности этого загадочного молодого человека. За прошедшее время этот мистер Удача успел доказать, что самое пугающее в нём — это секретность. Конечно же, в самом начале, когда Минхо ещё пускал Феликса жить к себе после ссор его с родителями, а этот вчерашний школьник, коим он оставался для парня всегда, исчезал куда-то посреди ночи, было тревожнее. Тогда скорое появление седых волос было не безосновательным страхом, и, возможно, из-за него он слишком наседал, что никому не шло на пользу. Теперь же друг хотя бы немного посвящал в свои передвижения и отношения, да и жил отдельно. К тому же Минхо не особо нравилась его роль матери-наседки, поэтому тайны Ли Феликса его с трудом, но перестали волновать.       — Что ж, когда-нибудь ты нас познакомишь, — Минхо похлопал его по плечу. Обычный жест, но он надеялся, что это сможет дать юноше понять, что он всё ещё на его стороне. Этот парень больше всех знал о том, как это важно.       Они не были членами одной семьи или хотя бы дальними родственниками, но Минхо для этого парня стал чем-то похожим за годы, проведённые рядом. Впрочем, это же можно было сказать по отношению к Феликсу. Парень слишком привык называть того «младшим братом», которого в реальности никогда не было.       Тишина и спокойствие в студии нарушились очень резко со звучным, как взрыв, хлопком двери. Чанбин, державший упаковку воды, причитал о том, что ему никто не помогает. Чонин суетился за его спиной и тоже на что-то жаловался, но за громким голосом Со его было почти не слышно. Зрелище не самое приятное, но стандартное для этого места. Как только большая часть «RapRituals» собиралась в одном месте, всё происходящее начинало быть похожим на сон сумасшедшего. Так было с самого начала, поэтому теперь Чимин на фоне всех ребят ощущался наиболее тихим, даже сейчас он просто шёл за этими двумя эпицентрами шума и оставался почти незаметным. Минхо был убеждён, что этому парню просто нужно время, чтобы раскрыться: пройдёт ещё месяц, может, полтора, и он будет не хуже Чанбина, Чонина или даже Феликса.       Наблюдая за тем, как парни выставляли бутылки, Минхо убрал ноутбук, а потом наклонился к Феликсу и произнес так, чтобы слышал только он:       — Если девочки придут в течение 20 минут, то сделаем небольшую прогонку.       — Нет, — жалобно заныл парень, но, к его сожалению, уже в следующую секунду дверь открыла Йеджи.       Сама судьба пророчила им провести небольшую тренировку перед отборами. Обычно Йеджи и Рюджин могли прийти раньше назначенного времени только когда они готовили новую хореографию. И то в тех случаях Рю чаще всего быстро куда-то уходила и возвращалась к самому началу официальной тренировки. Сегодня, видимо, был какой-то особенный день. Это не могло не радовать Минхо, а в его хорошее настроение прекрасно вписывались не только чатинг с Хенджином, но и удачная тренировка.       — Тогда решено, — поднялся он с пола, — делаем одну прогонку и ждем дальше возможных будущих участников «RapRituals».       Радость, как и ожидалось, эта новость вызвала только у одного человека — Чимина. Возможно, поэтому Минхо с их первой встречи думал, что они поладят. Иногда нужно бесчисленное количество разговоров, чтобы в итоге кто-то осознал, что перед ним правда «его человек», а порой достаточно и одного взгляда. Нечто подобное произошло и в сторону Хенджина. Когда Минхо только встретился с ним глазами, понял, что совсем скоро потонет в любви к этому парню и никакие пять свиданий его бы не спасли, они только ускоряли судьбу утопленника.       Несмотря на все недовольства и жалобы, небольшая тренировка прошла неплохо. Минхо даже почти полностью остался ей доволен. Нужно было лишь перетерпеть, пока ребята выпустят своё нытье, и включить музыку. После этого совсем скоро все полностью погрузились в танец, не осталось обидок, возмущенных возгласов и недовольства — все погрузились в работу. Каждый из них стремился к идеальному шоу и готов был вкладываться в него по полной. Возможно, без этих качеств ни один из присутствующих в этой студии не оставался бы в ней так долго. Минхо всегда требовал делать больше, чем нужно, но это распространялось и на него самого. В его понимании идеал — это то, что выполняется на 120 процентов, и он хотел, чтобы все стремились к такой планке. При этом заставлять тех, кто не желал подниматься выше 50, парень точно не собирался. Минхо уже прошел через этап, когда пытался растормошить подобных людей, брать почти всех в команду, веря, что каждый настолько же влюблен в танцы, как и он. К счастью, парню понадобилось не так много времени, чтобы осознать, что не только они ему не подходили, но и он им. От этого и следовало, что строгий отбор остался как необходимость, чтобы найти тех, кто поддерживал или будет способен поддерживать общий уровень команды.       Примерно с таких мыслей каждый раз начинался разговор «RapRituals» перед отбором.       — Дорогие друзья, напоминаю, что вербально гнобить участников может только Минхо, — с пафосом начал говорить Чанбин, — остальным же этого делать нельзя ни вербально, ни словесно.       — Ага, «мы не стремимся их оценить как танцоров, наша задача лишь понять подходят ли они нам», — процитировала Рюджин, — это было сказано уже столько раз, что невозможно не запомнить.       — Для Чимина лучше сказать, а то он слишком берет пример с Минхо, хоть и старше того, — усмехнулась Йеджи, приобнимая девушку рядом. — Впрочем, у нас есть ещё Чонин, но таких, как он, только могила исправит.       — С чего это? — встрепенулся сразу Чимин, не давая Яну вставить парочку недовольных фраз. И всё же Ли не ошибся с тем, что характер Пака более буйный, и ему нужно лишь время, чтобы и другие это поняли.       — Забей, — похлопал его по плечу Минхо и вошел в неравномерный круг из ребят. — Как и всегда, участников будет встречать Чонин, — подмигнул он другу, который уже давно начал показательно закатывать глаза, — думаю, ты и так уже запомнил, что тебе говорить, и опять намеренно этому не последуешь. А теперь готовьтесь, осталось совсем мало времени.       После синхронного кивка ребята разбрелись по своим местам. Была какая-то приятная стабильность от того, что Феликс с Йеджи встречали участников на диване, Чанбин — рядом с колонкой, Рюджин — возле двери, а Чонин — у самого порога. Теперь к ним добавился и Чимин. Он выбрал для себя облокотиться на стену прямо напротив входа, встречаясь с каждым из пришедших глазами. Минхо посчитал это интересным решением, но комментировать его никак не стал, пора было и ему занять своё.       Парень нацепил на себя черную кепку, которая всё это время мирно покоилась на сумке, и облокотился на центральную стену напротив, которой каждый из участников и будет танцевать. Минхо стал волноваться. Ни один отбор раньше не вызывал у него таких смешанных эмоций. Даже смотреть на то, как бледнеет перед ним Феликс от страха провалить, или на Чонина, который в тот день потерял свою улыбку, было не так затруднительно. Сейчас Ли был на грани тремора, то ли от предвкушения увидеть что-то интересное, то ли от странной, давно не преследующей его в такие моменты нервозности. Перед тем как отключить звук на телефоне, который ещё около месяца назад редко был вообще включен, Минхо проверил уведомления. От Хенджина сообщений не было. Кажется, в этот момент его нервозность и легкая тревога усилились.       «Это же всё не может быть из-за него», — усмешка от этой мысли спряталась в козырьке кепки, а телефон упал в карман.       Дальше всё пошло по уже знакомому сценарию. Чонин вышел к ребятам, уже столпившимся у двери. Проинформировав и попугав их, конечно же, он зашёл обратно, не закрывая за собой дверь, чтобы посмотреть, как те взаимодействуют между собой. Мелкая деталь, но из таких всегда и складывается образ человека.       В прошлый раз Хенджин казался по этому пункту одним из лучших кандидатов. У него определённо были задатки экстраверта, и в командной работе это всегда являлось плюсом. Жаль, что в тот раз Хван не дотянул по танцевальным способностям, но Минхо теперь больше нужного надеялся, что в этот раз у парня всё получится.       Сценарий же этого вечера продолжался, и Чонин снова вышел к ребятам. Уже через минуту он и толпа молодых танцоров ввалились в зал. В этой куче людей Минхо увидел и Хенджина. Он сразу бросался в глаза, даже когда был немного сонным, растрёпанным и в обычной серой толстовке со свободными спротивками. Казалось, парень переживал не меньше Минхо, вероятно, даже больше — этот уставший взгляд говорил сам за себя. Но даже в таком неприглядном виде он умудрялся выглядеть привлекательно. И так явно думал не только Минхо, а и все, кто с интересом оглядывался на Хвана. Тот же, с того момента, как заметил лидера команды, смотрел только на него, пытаясь не улыбаться так широко, как делал при каждой их встрече.       Кажется, парни смотрели друг на друга слишком долго. Иначе Минхо не мог объяснить тот факт, что Чанбин для инструктажа участников встал прямо перед ним, закрывая весь обзор своей широкой спиной.       — Всем здравствуйте, наверное, вы меня и без представления знаете, я не Линоу, — неловко повторял из прослушивания в прослушивание Чанбин, но кто-то всё ещё хихикал, возможно, поэтому тот и продолжал, — он стоит прям за моей спиной, — махнул парень. — Спасибо, что пришли на это прослушивание, и кажется, вас сегодня достаточно много, неловко даже, — усмехнулся Со и почесал затылок в своей бесячей манере, из-за которой Минхо хотелось его укусить. — Вижу здесь и знакомые, и новые лица, это хорошо, в любом случае всем рады, — хлопнул он в ладоши. — Но, пожалуй, перейдём к сути. Не переживайте слишком сильно, мы не собираемся вас гнобить или что-то в этом духе, тем более не делаем странных выводов, переходящих на личности. Нам нужно лишь понять, подходите ли вы конкретно нам. Конечно, в команде мы были бы рады каждому из вас, но сегодня её частью сможет стать только один. Желаю удачи, — кивнул Чанбин, наблюдая за тем, как все участники переглядываются между собой, а волнение уже превращалось в звон. — Сейчас же проведём небольшую разминку и продолжим.       После этой фразы, естественно, начались озадаченные переглядки, но тренер Со, как всегда, был непреклонен, и это его плюс. Через пару минут волнение утихло, и участники свободнее разошлись по студии. Всё началось с бега на месте, потом пол начал сотрясаться от их прыжков с разведением рук и ног. Наблюдая за ними, Минхо привычно сравнил ребят с лягушками, и одна из них привлекала больше всего внимания, но он старался не поддаваться. После этого шла суставная разминка: медленные наклоны шеи, круговые движения рук, скручивание корпуса с наклонами в стороны, вращение тазом и приседания-выпады. Разминка завершилась небольшой растяжкой. И только после всего этого Чанбин разрешил ребятам занять прежние места.       — Теперь вы можете распределиться между собой в каком порядке будете выступать, а потом мы начнем, — наконец блок с основной информацией завершился, и дальше только самое интересное.       Участникам понадобилось всего пару минут, чтобы разобраться с этим. Хенджин снова занял место в середине списка. Минхо забавляла осторожность этого парня после всех тех громких слов. Он давно заметил, что тот не боялся делать первый шаг, но боялся получить ответ на него. Хван смело говорил о своих намерениях, но в их исполнение не мог быть таким же резким. Возможно, в нем намного больше благоразумия, чем казалось. В этом же случае Хенджин снова воздержался от роли быть первым, отрекся от прыжка в неизвестность. И Минхо на самом деле считал это правильным.       Всего было 9 человек, считая с Хваном, и это можно было назвать рекордом со времен, когда они принимали почти всех. Несмотря на это, отбор начался хиленько. Первому не хватало скорости, из-за чего ритмичная музыка звучала на его фоне весьма глупо, или он на её, но всё зависит от восприятия. Следующая же слишком старалась успеть за бодрой электроникой, перегоняя её, и резкие комбинации теряли свой шарм. Впрочем, это было и не так критично, отчасти. Был ещё тот, кто перебарщивал с мимикой, отчего Минхо хотелось смеяться, ведь это был явный перебор. Впрочем, это не было главной проблемой того человека, ведь он и не чувствовал и пространство вокруг, чуть ли не падая на других участников. На контрасте с тем были и слишком зажатые, с отсутствующей мимикой. Помимо этого некоторые из них же выбирали для себя танцы, которые хоть и были на уровне «RapRituals», но не на уровне самого танцора, от чего ничего не получалось. Другие же брали слишком легкую хореографию, которая хоть и получалась неплохо, но уже по этому было понятно, что в команде долго продержаться те не смогут. Но это не значило, что со всеми ребятами было что-то не так: как минимум у двоих из них была стабильная база, которую испортил музыкальный выбор. Хоть и уверенности им не хватало, но они хорошо двигались, но встречаться с Ли взглядом всё же им было слишком дискомфортно. Возможно, именно это могло стать большей проблемой. Такими темпами они и дошли до середины. Хенджин снова выступал с быстрым треком, и Минхо лишь надеялся, что в этот раз парень будет за ним успевать.       А потом Хван начал двигаться и, вероятно, заставил нескольких участников пожелать уйти с отбора без его прохождения. Парень определенно не зря всё это время занимался с Чимином, ведь его движения стали четче, ярче, и в них начал зарождаться резкий и дерзкий стиль хип-хопа. Это больше не было хилым и лишь немного блистающим началом, это была уверенная почва для хорошей карьеры танцора. Теперь не было ощущения, что Хенджин двигался за музыкой, они находились в гармонии, существуя одновременно как нечто единое. Правда, парень всё ещё не мог до конца раскрепоститься и достаточно хорошо «играть» лицом, но тем не менее оно привлекало достаточно внимания, а сам он приковывал к себе одним взглядом. Хотя, возможно, так думал только Минхо, он уже не был уверен.       «Хотя грустно будет прятать такую красоту за маской», — подумал он так, словно уже знал кому отдаст место в команде, и был совершенно не уверен, что не вмешивал в это личные чувства.       Парень нахмурился и, кажется, ещё и зловеще выдохнул. Если непослушные брови и мог скрыть козырек кепки, то не разочарованные губы. Вероятно, некоторые участники после этого напугались в несколько раз сильнее. Минхо же просто надеялся, что хотя бы Хенджином это осталось незамеченным. И кажется, по спокойному, немного отчужденному выражению лица это было так.       — Следующий, — как можно мягче скомандовал Минхо. Оставалось всего четверо, чтобы решить, стоит ли брать Хвана в команду или здесь сегодня зажжется другая звезда.       Следом за Хенджином шли тоже неплохие танцоры. Вроде как в каждом из них всё было «так», но всё равно ни одного из них Минхо не мог представить частью команды, и это было плохим знаком. Самое худшее для группы — это когда её лидер и хореограф начинает к кому-то относиться по-особенному. Это ещё никогда не заканчивалось чем-то хорошим.       Выход из сложившейся ситуации был один: Минхо не будет голосовать за участника. Парень решил придерживаться этой тактики и, как только «RapRituals» взялись за телефоны, перед встревоженными лицами участников отбора, объявил об этом. Минхо, конечно же, написал своё мнение о каждом участнике довольно сухо, но не отвлекаться на поток удивлённых сообщений от товарищей было сложно.       — Я же правильно понял, что этот парень не может участвовать в голосовании, потому что «хорошо» знаком с Хенджином? — больше всех не унимался Чонин, строча сообщение за сообщением. — Реально?       — Реально, — дополнив раздражённым стикером, написала Йеджи. — Если считаешь, что это правильно, то хорошо, — теперь уже она обращалась к Минхо. — Всегда ценила твою честность. Хотя про себя могу отметить, что твой страх безоснователен, ведь я бы тоже голосовала за Хенджина. Сегодня было несколько хороших вариантов, но среди них он блистал ярче всех.       — Согласна, — вступила в обсуждение Рюджин, а Минхо начинало забавлять, что никто из участников отборочных, включая Хвана, не понимал, какая драма разворачивалась прямо перед их носом. — Хоть мне и понравился седьмой номер, ведь его техника и плавность движений для новичка, как он писал в анкете, поражает, не думаю, что он сможет быстро адаптироваться под быстрый ритм. Вероятно, ему понадобится на это несколько месяцев.       — Тоже подметил его, но девушка под вторым номером тоже была неплоха, — двумя сообщениями подхватил мысль Чимин. — У них в целом похожая проблема, хотя она скорее слишком спешит, но техника у неё есть начальная. Впрочем, у меня есть сомнения, что и она сможет быстро адаптироваться, — задумался парень и тэгнул Минхо. — Сколько у нас осталось времени для выступления с новичком?       — Две недели, — натягивая кепку ещё ниже, ответил парень.       Заявка была уже почти готова, в ней не хватало лишь одного человека. И Минхо корил себя за то, что мысленно уже вписал одно конкретное имя, что шло вразрез со всеми его принципами.       — Тогда лучший вариант — это Хенджин, — уверенно заявил Чимин.       — Хоть это и звучит неправильно с учётом того, что мы все с ним знакомы, но у него за этот срок был колоссальный прогресс, — наконец вышел из состояния шока Чанбин, чтобы что-то написать.       — Пожалуй, он единственный, кто сможет быстро и комфортно влиться в нашу команду, — поддержал Феликс.        — Даже мне понадобилось трижды приходить на отбор и ныть Минхо в плечо, чтобы попасть, — не унимался Чонин, но, кажется, на его сообщения всё равно никто не обращал внимание.       — Хенджин определённо хорош, но он всё ещё слишком боится ошибиться, — продолжала обсуждение Йеджи, — вы же видели, как он начал нервничать, когда сбился и чуть не дополнил выступление ещё парочкой ошибок.       — Думаю, для импровизации просто нужно время, — решил заметить Феликс.       — Так за кого голосуете? — прервал их Минхо, надеясь, что никто не заметил, как дрожали его пальцы.       — Хенджин, — быстро написала Рюджин.       — Поддерживаю, — следом было сообщение от Йеджи, а Минхо от взглядов товарищей всё так же прятался под козырьком кепки.       — Тоже за Хенджина, — следом был Чанбин. Феликс и Чимин поддержали это решение тоже.       В этот момент Минхо испытывал странное облегчение, будто это его сейчас выбирали, а не парня, который пообещал завоевать его сердце. Он гордился им, хоть и не считал, что имел право сейчас это открыто выражать, но он обязательно скажет это тому лично.       — Не люблю следовать за толпой, — Чонин решил нарушить идеальную статистику из одного имени, — выберу второй номер, мне кажется, она была хороша.       Только после этого он ответил в чате, как бы невзначай:       — Хенджин так Хенджин.       Все уже давно привыкли, что этот лисёнок обладал странным чувством юмора. Оно проявлялось ещё сильнее, когда на него не обращали внимания, как сейчас. Впрочем, ответ Чонина не влиял на общий результат, и Минхо чувствовал себя от этого слишком счастливым. Чтобы наверняка на его лице не появилась глупая улыбка, парень прокашлялся и тихо хлопнул в ладоши, напугав некоторых участников. Минхо влюблен и скрывать это у него слабо получалось, впрочем, как и всегда.       Взволнованные взгляды ждали ответов, и от этого всё помещение заполнилось чувством тревоги, мечтами, которые ждали своего исполнения, и надеждами, что оно случится сегодня. Так ощущался каждый отбор, и сначала от этих давящих чувств Минхо было сложно отказывать большей части людей, но показывать это было нельзя. К тому же со временем он привык.       Чанбин снова вышел вперёд, обговорив в который раз их короткий дисклеймер, потом следовала уже привычная благодарность за то, что все эти люди пришли в этот день. А Минхо не мог перестать смотреть на взволнованное лицо Хенджина. Поджатые губы и напряжённые брови — кажется, такого выражения лица у него не было даже на первом отборе. Парню хотелось быстрее его успокоить, слишком непринужденно для неспокойного сердца, прикоснувшись к его руке. Но Минхо выбирал просто смотреть: личные чувства должны оставаться личными.       В прошлые разы для того, чтобы разрядить обстановку, они говорили что-то неформальное, но благодаря Хвану от этого пришлось отказаться. Хотя ничего преступного в том разговоре, который и сейчас вызывал улыбку у Минхо, тот не видел, Чанбин настоял на более ясных границах с аудиторией. Так пришло время объявить результаты. По традиции это делал Минхо, и он правда был счастлив, что при таком условии имел причину смотреть на Хенджина, не только из-под козырька кепки.        — Официальная часть закончилась, поэтому пришло время объявить результаты, — вступил Минхо, и атмосфера мгновенно стала более напряжённой, — Хенджин, мои поздравления и добро пожаловать в команду! — удивление и радость на лице парня было видеть слишком приятно; Ли даже не ожидал, настолько сложно будет ограничиться коротким хлопком по плечу Хвана и отойти после того, как длинные пальцы забрали из его рук маленький листочек с контактами, половину из которых тот уже знал. — Наши контакты, запиши их, — смотреть на этого парня для Минхо было опасно, но оторваться невероятно сложно, поэтому в этом помог кашель Рюджин. — А теперь всем спасибо. Если хотите что-то спросить по поводу своего выступления, то обращайтесь к любому другому из команды, а я ухожу. Всем хорошего дня.       Минхо снова сдержанно улыбнулся всем присутствующим, уже поворачиваясь к выходу. На самом деле смысла в подобном не было, только поддерживание образа, чтобы не создавать толпы, которые просто хотели поговорить с ним, даже не имея чётких вопросов. К тому же он и без того преподавал в одной из танцевальных студий, хоть в последнее время в основном занимался разработкой программ и помощью другим хореографам. Именно поэтому его поведение не было нежеланием помогать новичкам, а было просто образом, который оказался наиболее безопасным и комфортным.

***

      Убегать от внимательного и слишком влюбленного взгляда Хенджина было тяжело, особенно не оборачиваясь, но Минхо справился. Сейчас он стоял в укромном местечке за зданием студии, подкармливая серого кота. Этот пушистик с удовольствием и забавным хрюканьем поедал угощение. Его Минхо заметил ещё пару дней назад, но кот оказался либо слишком пугливым, либо слишком наглым, чтобы подходить, когда у парня не было с собой вкусняшек. Благодаря такому подкупу кот даже позволил себя погладить по макушке.       Мысли о коте отвлекали от Хенджина, который был привлекательным, открытым и, кажется, влюбленным. Тревожило в нем только то, что он, будто сам не понимал, чего хотел. А Минхо не знал, готов ли он это объяснять.       — А этого кота как зовут?       «Даже тигр придёт, если сказать о нем…», — усмехнулся своим мыслям Минхо, поднимая глаза на Хвана, который стоял рядом, кажется, боясь присесть.       — Ещё никак. Может, ты дашь ему имя? — произнес парень, призывая Хенджина сесть на корточки рядом. Тот так и сделал.       — Знаешь, перед отбором я погладил его секунды три, приговаривая, чтобы он принес мне удачу, — почти шепотом говорил Хенджин, будто это было что-то личное, будто это было их маленьким секретом, — а потом он убежал, — хмыкнул Хван, а Минхо усмехнулся, продолжая гладить кота по голове, пока тот ещё позволял. — Тогда я подумал, что это провал.        — А кот оказался всё-таки удачным, — заключил Минхо так же тихо, поддерживая тон Хенджина. — Тогда будет Хэнуни, — кивнул он.       — Думаешь, это благодаря ему вы меня взяли или план соблазнения сработал?       — То есть тот факт, что твои навыки в танцах могли улучшиться, ты даже не рассматриваешь? — как только еда закончилась, кот убежал, а это значило, что ему пора было посмотреть Хвану в глаза.       Выражение лица Хенджина сложно было описать. Он волновался так, словно хотел сказать что-то, что заставит его покраснеть до самых ушей и, уткнувшись в ладони, продолжать говорить что-то очень важное, что-то, что и правда было бы только для одного человека. Минхо хотелось обнять его — не слишком крепко, но так, чтобы в этот теплый день у того появился шанс задохнуться, но он продолжал бездействовать, ожидая ответа.       Хван читался как открытая книга, особенно в такие моменты. Его чувства буквально оказывались на ладони, но всё же Минхо хотел слышать о них, а не догадываться.       — Мне кажется, что среди таких, как вы, я не имею права говорить, что в чем-то хорош, — тихо произнес Хенджин, пряча глаза в сгибе локтя.       — Что за глупость, — выдохнул Минхо и, поддавшись соблазну, положил голову на плечо парня. — Но что важнее, мне последних двух свиданий уже можно не ждать?       Хенджин рассмеялся, и удерживать голову на его плече стало уже не так удобно, но Минхо продолжал.       — А ты их ждешь?       — Может быть.       — Тогда, если я скажу, что у меня есть два билета на фестиваль электронной музыки, ты пойдешь?       — А это свидание? — наигранно задумчиво произнёс Минхо.       — Да, — со смехом выдохнул Хенджин.       — Тогда пойду.