Между тьмой и пустотой

Юрико пробежалась пальцами по кнопкам, машинально, быстро. Каждое нажатие ощущалось как предательство. Ее миссия была самой тяжкой - обмануть, заманить людей на верную смерть. Сколько бы лет в ней не пытались воспитать бездушие, за вранье Юрико себя особенно ненавидела.  Убить легко - просто навести ствол и метко выстрелить. Перерезать горло острым лезвием ножа. Не думая о чувствах, не думая о последствиях. В этом случае больше некого жалеть. С ложью же все иначе, она всегда имеет последствия. Плевать какие, хоть положительные, хоть отрицательные, Юрико не любит последствия. Ей по душе быстрая работа, за которую ей не нужно нести ответственность. Каждый шаг вглубь тоннелей бетонным сводом оседал на плечи. Тяжесть ощущалась в воздухе холодом, влажностью и запахом плесени. Кунникида шел позади, проверяя рацию, на каждое его слово та отвечала неразборчивым шипением. В тоннелях со связью были проблемы, этого стоило ожидать. Юрико шла впереди, будучи проводником в место из которого они не вернутся. Ей очень нравилась повисшая между ними тишина, нет лишних вопросов – не нужно на них отвечать. Девушка хрустнула костяшками затекших пальцев, разогревая ладони друг о друга. – Ты очень выросла, Юрико… – Дазай решил нарушить приятную тишину, усмехнувшись. Он впервые за его время вне мафии назвал ее полным именем, уважительно, но все еще холодно. – Но не ростом. – Тебе, вижу, нравится подчеркивать, что ты выше, – девушка прикрыла глаза, пытаясь прогнать усталость.  – Зато мне есть чем хвастаться, – он гордо вздернул подбородок, в несколько шагов догоняя Юрико. Она повернула голову, смотря на его профиль. Дазай тоже изменился, совсем незаметно, Юрико даже после пятидесяти попыток не угадала бы что поменялось, но изменения чувствовались. Она задержала взгляд на чертах его лица, стараясь выжечь их в памяти снова перед их последней встречей.  – Я скучала, – вылетело изо рта быстрее, чем мозг успел обработать. Это заставило его повернуть голову, он одарил ее почти насмешливой ухмылкой, прежде чем Юрико успела опустить голову вниз, чтобы не встретится взглядом. Глупость. Сейчас совсем не время для доброжелательных бесед. Девушка прислонила руку к лицу, будто это спасет ее от стыда и напрочь вычеркнет из жизни эту ситуацию. Тот в ответ лишь слегка хихикнул, как бы случайно задевая ее руку своей. Это заставило ее застыдиться еще больше, Юрико ощущала как ее уши горели несмотря на холод подземелья. Кунникида все еще пытался настроить рацию, совсем не вникая в их беседу. Ну и славно, чем меньше людей это услышали, тем меньше ей придется объяснять в скором будущем.  – Как мило, – тон наставнический, не смотря на улыбку. Это заставило напрячься.  Смущение и стыд мгновенно испарились от полученной моральной пощечины. Соберись. Девушка стукнула себя по переносице сжатым кулаком, не сильно, просто, чтобы привести мысли в порядок. Атмосфера снова стала унылой, липкой, засасывающей в себя все эмоции, кроме плотной, непреодолимой тоски. Они достигли тупика, Юрико повернулась спиной к выходу, отсчитывая минуты, на циферблате наручных часов. Ровно через 12 минут дверь заблокируется безвозвратно, открыть ее без приказа свыше будет невозможно. – Немного позади с права выход в общую сеть тоннелей, – девушка с тяжелым вздохом указала перед собой, переводя руку направо. – Повернув на лево в этом проходе, вы выйдете в С3. Она снова жестами показала что имела ввиду, бегло объясняя планировку выученную наизусть. Тоннели девушка изучила еще много лет назад, в них Юрико могла ориентироваться лучше всех в мафии. Поэтому именно ее и послали на это задание, возможно, она знала эти стены лучше чем Мори.  – Главный выход, – девушка указала на железную дверь у себя за спиной. – Через него вы выведете Ацуши и выйдете сами. В горле стал ком, она сглотнула его, пытаясь не поддаваться эмоциям. Юрико снова взглянула на часы, еще 6 минут. Девушка расправила плечи, переводя взгляд с Кунникиды на Дазая. Они оба стояли практически неподвижно, внимательно вслушиваясь в ее рассказ. Юрико вопросительно изогнула бровь, обхватывая себя руками от холода. – Есть еще вопросы по поводу планировки? – ее вопрос встретили отрицательные покачивания головой. – Хорошо. Сейчас открою выход. Вы ожидайте, а я пойду наверх, на позиции. Руки Юрико слегка подрагивали от волнения, она приложила ключ-карту к считывателю, снова ввела код. Замок издал протестующий звук, красные лампочки замигали, формируя крест. Девушка вскинула брови, повторяя процедуру еще раз. Результат не изменился, дверь стояла так же нерушимо, как и прежде, а на замке поблескивал крест. Юрико снова взглянула на часы, но знала, что не могла опоздать. Стрелки подтвердили, времени еще с запасом. Девушка медленно обернулась к своим спутникам, встречая их недоумевающие взгляды. На их лицах застыло выражение ожидания. Ее рука скользнула к рации, удерживая кнопку вызова. – С4, тоннели, что с выходом? – коротко и по делу. –  Все работает, – в наушнике отозвался перебивающийся шипением голос Мори. – Карта не работает, код тоже. Вы поменяли код? – девушка провела рукой по волосам, стараясь снять напряжение.  Тишину разрезал скрежет металла из глубины тоннелей, секции были изолированны друг от друга, система начинает самоуничтожение. Сверху раздался оглушительный взрыв, сопровождающийся мощным толчком, заставляющим ноги покосится. Юрико схватилась за стену, чтобы не упасть. Битва началась, Гильдия перешла в наступление. – Вот и первый «сюрприз», – протянул Дазай, склонив голову в сторону. Его взгляд задержался на коллеге, будто напоминая «я предупреждал». Юрико застыла в недоумении, все не то что пошло не по обговоренному плану, все пошло по плану, который не обсудили даже с ней. Она опустила голову вниз, ее взгляд был почти извиняющимся. Ладонь снова потянулась к бейджу с картой, скрежет закрывающихся секций тоннелей был идентичен звуку закрывающейся крышки гроба. Кунникида медленно перевел взгляд с заблокированной двери на Юрико, его глаза были наполнены дистиллированным разочарованием, гневом человека, все идеалы которого только что превратились в мусор.  Юрико не успела даже вдохнуть, чтобы произнести извинения. Рывок был настолько стремительным, что зрение смазалось. Спина с глухим ударом встретилась с холодной бетонной стеной, заставляя легкие выгнать оставшийся воздух из тела. Тяжелая ладонь Кунникиды мертвой хваткой вцепилась в плечо, в эту же секунду холодный металл ствола больно ударил по виску. – Ты знала! – это был не вопрос, это был приговор, голос дрожал, сдерживаемый бешенство. – Ты стояла здесь, краснела как девчонка, заливала о «безопасном выходе», пока твои хозяева заваривали люки! Ты заперла здесь не только нас, ты отрезала путь к отступлению всем!  – Стреляй, – голос был хриплым, но уверенным. Юрико нашла в себе силы посмотреть ему в глаза. Она не чувствовала страха, только пустоту. – Я здесь такая же пленница как и ты. Умрем вместе.  Кунникида вдавил пистолет еще сильнее, от его гнева вибрировал воздух вокруг. Смерть была так близко, что казалось, будто она стоит прямо за спиной. Наблюдает, дергает за ниточки, медленно подтягивая конец. Пробует на вкус каждую секунду, мерзко облизываясь. – Не трать патроны, – голос Дазая прозвучал спокойно, почти равнодушно. – Мертвая Юрико еще более бесполезна, чем живая. Быть может она знает обходные пути. Так ведь, Юрико? Он посмотрел сверху вниз, его взгляд отзывался холодом из подвалов для тренировок. Уголки губ девушки дернулись вверх, не улыбка, скорее судорога от ощущения холодного пота, стекающего по спине и смешивающегося с сыростью подземелья.  – Она пренебрегла нашими жизнями уже раз, почему я должен доверить ей это снова? – Кунникида и не думал отпускать, пистолет, казалось, оставлял багровый след, срастаясь с ее головой в одну цельную деталь. – Если мы здесь умрем, пусть это останется на ее совести!  Юрико метнулась к противоположной стене, используя способность, сейчас был идеальный момент, чтобы ее применить. Со скоростью, казавшейся нереальной, она впечеталась в стену напротив, немного не рассчитала.  Освободившись из его хватки, она наконец-то смогла вдохнуть полной грудью, наполнить грудь драгоценным воздухом.  – Совесть в Порту – роскошь, – выплюнула девушка, будто просто сказала интересный факт.  Юрико повисла на выступе, несколько раз ударив ногой располагающуюся на небольшой высоте наспех запаянную дверцу. После серии глухих ударов та поддалась, с грохотом, отбивающимся от стен, падая на пол.  – Шахта. Не знаю насколько сейчас безопасно выйти, так что мы можем оказаться в эпицентре, либо рядом с ним. – она вздохнула, аккуратно залезая внутрь. Юрико знала, что ее слова сейчас крайне не убедительны, но оставить их здесь она не могла себе позволить. В частности из-за Дазая, она обязана его спасти. От одной мысли о его смерти у нее дрожали руки. На чьей бы стороне он ни был, кто бы ни приказывал его придать, она не могла этого сделать.  – Я не позволю тебе предать нас еще раз, – отрезал Кунникида, все еще держа пистолет заряженным.  – Знаешь, что сказал Мори? – Юрико немного наклонилась вперед, придерживаясь руки за неровный край отверстия в стене. – Завести вас сюда, а после того как выйду заблокировать все входы и выходы. Выход не открылся даже для меня.  Она вздохнула, смотря в пустоту. За спиной снова почувствовался холодный шепот смерти, она напоминала о своем приближении запахом пороха и оружейного масла. – Я тоже должна была умереть здесь, сама на это не соглашаясь. Ты можешь стрелять, если нужно, мне в любом случае не жить. Да, я солгала, но сейчас я не могу подвернуть вас опасности. Пистолет начал медленно опускаться, Кунникида будто все еще сомневался. Это не было ее изначальной мотивацией для такой глубокой и проникновенной речи, скорее, она просто хотела вылить душу в последний раз. – Если подвергну вас опасности – стану предательницей. Если выведу – исход один. Моя смерть была спланирована. Поэтому, если хочешь жить, иди за мной. Повисла тишина, никто не хотел, или не решался ее потревожить. Только звуки битвы снаружи стали громче, напоминая о том, что время идет, действовать нужно скорее. Юрико больше не находилась под прицелом, а лицо Кунникиды исказилось горечью осознания. В шахту начали осыпаться куски бетона, будто капли дождя, что бьются о подоконник. Девушка протянула руку, уже не ожидая что кто-то за ней пойдет.  Не очень приятный конец. Она уже давно смирилась с тем, что рано или поздно по приказу ей придется отдать жизнь. Но обстоятельства заставляют ее прощаться с миром, проговаривая слова, оставлявшие на языке послевкусие гнили. Предать абсолютно всех в течение двадцати минут надо еще постараться, это была единственная задача с которой Юрико справилась на отлично. Ее ладонь крепко обвила рука Дазая. Большая, теплая она обволакивала ее шершавую, согревая полностью все тело одним своим прикосновением. Девушка уперлась ногами в стены, затягивая его в проход. Юрико мягко улыбнулась, чувствуя, что ей дали шанс искупить хоть часть своей вины перед смертью. В этой улыбке не было ни капли радости, скорее нежность, маскирующая горечь и тоску.  В пыльном проходе через время мелькнула светлая макушка. Кунникида смог доверится ей еще раз, от этого становилось только больнее. Теперь не было права на ошибку, провалившись и в этот раз, она окажется первой в списках на сожжение в аду.  – Берегите головы, – Девушка кивнула, продвигаясь в темноту. Десятилетиями забытая вентиляция встретила их огромным количеством пыли. Местами неровный и ржавый металл рвал одежду, впивался в кожу, оставляя напоминания о себе в виде ссадин. Узкое пространство казалось еще уже из-за полного отсутствия освещения, только лучи лунного света, поблескивающие на стенах впереди напоминали, что выход уже близко. Сверху потолок уничтожался взрывами, каждый удар отбивался в ушах траурным звоном колоколов. Впереди забрезжил прямоугольник серого, вечернего неба. Решетка на выходе была выбита взрывной волной. Юрико замерла у края, чувствуя на лице поток свежего воздуха, пахнущего солью и гарью. — Чисто? — коротко бросил Куникида, перехватывая пистолет. Юрико выглянула. Складской двор был затянут дымом. В тридцати метрах, за баррикадами из контейнеров, виднелись черные плащи исполнителей Мафии. Они методично «зачищали» сектор, вскидывая автоматы при малейшем движении. Дазай уже присел рядом, прищурившись от яркого после тьмы света. – Выходим быстро, там сейчас зачистка, – Юрико окинула своих спутников решительным взглядом. – Есть баррикада из мешков, забегайте туда. Я прикрою. Холодный морской воздух ударил в легкие, выжигая остатки пыли из вентиляции. Подошвы ботинок Юрико гулко застучали по бетону. Свобода была так близко — всего в нескольких метрах за штабелем досок. Дазай бежал чуть впереди, его светлый плащ развевался на ветру, как мишень. Совсем рядом, прямо над ними, если верить плану, расположился снайпер, готовый принести смерть любому, кто появится в поле его зрения. Холодный, расчетливый взгляд Мафии нашел свою цель. Ствол винтовки замер, ведя за собой бежевую фигуру детектива. – На пол! – крик сорвал связки.  Она не просто прибавила скорость — она рванулась вперед, наперерез траектории, которую уже вычислил стрелок. Воздух разорвал сухой, резкий хлопок снайперского выстрела, следом — второй. Юрико почувствовала, как её тело дернулось, будто от удара тяжелым молотом. Первый выстрел пришелся в ключицу, разворачивая её корпус, второй — в грудь, выбивая из легких остатки кислорода. Боли не было. Был только оглушительный, поглощающий жар, мгновенно разлившийся под кожей. Гравитация предала её так же легко, как Мори — она рухнула на бетон прямо перед Дазаем, преграждая ему путь. Его светлый плащ мгновенно расцвел алыми брызгами, как маками на снегу. Она лежала на холодном полу, глядя в серое, затянутое дымом небо. В голове было удивительно тихо. «Я успела», — пронеслась последняя осознанная мысль. Юрико попыталась вдохнуть, но в горле забулькало что-то теплое и соленое. – Скорее, – по слогам произнесла девушка, выдавливая из себя последние силы. – Опасно Сознание начало тонуть в вязкой черноте под отдаленные крики Йосано и треск раций. Спокойствие обволакивало тело нежной пеленой, затягивая в дымку сна. Больше нет чувства вины и поглощающей пустоты внутри, она покидает этот мир с чистой душой. Все ее грехи останутся в этих стенах, впитаются в почву вместе с ее кровью.