Роковая встреча

Звук пощёчины ещё несколько секунд висел в воздухе, словно застрял между столами кафе. Эмили тяжело дышала. Ладонь горела, сердце колотилось так, что казалось, оно вот-вот вырвется из груди. Несколько мужчин у двери замерли, не смея шевельнуться. Их взгляды были прикованы к Джексону — никто никогда не позволял себе поднять на него руку. В кафе повисла тяжёлая тишина, густая, почти осязаемая, как дым от сигарет, которого здесь не было, но который, казалось, витал в воздухе. Эмили первой нарушила её: — Не смейте больше ко мне прикасаться! — её голос дрожал, но был твёрдым, прямым. — Вы понимаете, что делаете?! Джексон медленно провёл рукой по щеке, где ещё ощущалась лёгкая боль от пощёчины. Место слегка покраснело, но лицо оставалось холодным и непоколебимым, словно выточено из камня. Он посмотрел на неё и тихо усмехнулся, и это усмешка, которой не коснулась улыбка, а которая могла обжечь. — Успокоилась? — спросил он ровно, без намёка на раздражение. Эмили вспыхнула: — Успокоилась?! — её голос резал воздух. — Вы ворвались в моё кафе, истекали кровью, вели себя как… — она замялась, но глаза её сверкали. — И ещё… вы меня поцеловали! Джексон слегка приподнял бровь, едва заметная тень улыбки скользнула по губам. Он сам, казалось, удивлён этой дерзостью, этой смелостью маленькой девушки, что стояла перед ним. — Да. — Его голос был ровным, холодным, как металл. — И что? — Вы ненормальный! — выпалила она, дрожа от гнева. — Вы даже не понимаете, кто я и что это значит! Он шагнул ближе. Её взгляд невольно поднялся. Джексон почти два метра роста, широкие плечи, мощные мышцы, татуировки, холодная уверенность. Эмили — маленькая, хрупкая, на уровне его груди. Контраст делал её одновременно уязвимой и вызовом. — И? — спокойно спросил Джексон. — Я вижу, что ты дерзкая. Это… забавно. Эмили сжала кулаки: — Если ещё раз хотя бы приблизитесь ко мне — я вызову полицию! — Полицию? — переспросил он с лёгкой усмешкой. — Попробуй. — И у меня есть парень! — почти задыхаясь, выкрикнула она, надеясь, что это остановит его. — Твой парень… — сказал Джексон тихо, разгадывая её мимику. — Для меня не помеха. Её глаза расширились: — Как?! — прошептала она. — Вы даже не знаете, кто он! Он пожал плечами: — И что с того? Это ничего не меняет. Эмили замерла. Потом резко сказала, хватая куртку со спинки стула: — Знаете что? Убирайтесь из моего кафе! Джексон не спешил отвечать. Он наблюдал за ней, впитывая каждое движение, каждую искру её протеста. Маленькая и слабая по сравнению с ним, но глаза её горели, движения быстрые и решительные. — Маленькая, — пробормотал он себе под нос, — но с огнём внутри. Эмили развернулась и быстро вышла. Колокольчик прозвенел, и она исчезла в ночи. В кафе снова воцарилась тишина. — Босс… — сказал высокий крепкий парень у окна. Это был Лео, правая рука Джексона. — Проблема улажена. Что теперь? Джексон поднялся, рост и мощь ещё более заметны на фоне пустого кафе. Он опёрся на спинку стула, руки скрещены на груди, взгляд направлен на дверь, за которой только что скрылась Эмили. Внутри него росло любопытство, странное чувство, которое он не испытывал давно — смесь интереса и опасности. Она — вызов. И это было интригующе. — Найдите всё о ней, — сказал он тихо, но каждое слово звучало как приговор. — Имя, фамилию, семью, связи, любой след. Я хочу всё. Лео слегка приподнял бровь: — Босс… вы серьёзно? — Да, — холодно ответил Джексон. Его взгляд стал лезвием. — Всё. Он снова посмотрел на дверь, где ещё несколько секунд назад стояла маленькая, но бесстрашная девушка. — Маленькая… но с огнём внутри. Лео кивнул, понимая: это не игра. Джексон был опасен, а эта девочка — загадка, которую он не мог игнорировать. Он медленно сел обратно, спина прямая, взгляд на пустой улице. Город дышал тенями, шепотом, а в его голове она — маленькая, упрямая и хрупкая, но с внутренним огнём, который заставлял его сердце биться сильнее, чем это положено.

***

Эмили ворвалась в квартиру, сердце ещё колотилось после встречи с Джексоном. Она резко закрыла дверь, присела на диван, стараясь восстановить дыхание. На диване сидел Мэттью — её кареглазый шатен. Привычная лёгкая улыбка, телефон в руках, пальцы бегали по экрану. — Эмили! — воскликнул он, заметив её. Радость и раздражение смешались в голосе. — Ты куда пропала? Опоздала… Она села рядом, стараясь сохранить вид спокойствия. В мыслях повторяла: «Тебе не нужно знать о бандитах». Телефон Мэттью завибрировал. На экране вспыхнуло имя Кэти. Эмили взглянула на него, насмешливо: — Кто это? Мэттью вздохнул и откинул телефон в сторону: — Да так… начальница не дает спокойно отдохнуть, уже нашла 2 новых клиентов, которых нужно защищать завтра в судье . Она не стала еще сильнее углубляться в объяснения. — Давай на следующей неделе распишемся, — сказал Мэттью неожиданно серьёзно. Эмили улыбнулась: — Согласна. — Обещаешь? — наклонился он к ней. — Обещаю. — Она прижалась к нему, чувствуя тепло, радость и безопасность. Но за спиной Мэттью украдкой написал сообщение: — Скоро приеду. Эмили ничего не заметила. Её мысли были поглощены радостью и планами на будущее.

***

На следующий день Эмили проснулась рано. Подойдя к «Лунному кафе», облегчённо заметила: дверь закрыта, внутри пусто, свет мягко струился из окон. — Всё хорошо… — тихо выдохнула она, облегчение растеклось по телу. Вошла, включила свет, вдохнула аромат кофе и свежей выпечки, расставила столы, готовясь к рабочему дню. Почти забыла о вчерашней опасности. День шёл своим чередом. Люди приходили и уходили. Эмили ощущала относительную безопасность. Когда она несла кофе к одному из столиков, расслабленно улыбаясь, к ней подошёл молодой парень: — Вот ваш кофе, — сказала она, ставя чашку. Вдруг его рука схватила её за запястье. — Проведи со мной ночь — 200 баксов, — тихо сказал он, с жёсткой угрозой в голосе. — Отпустите меня! — закричала Эмили, сердце бешено стучало. Он сжал её руку ещё сильнее. Боль пронзила ладонь. В этот момент пуля попала прямо в плечо парню. Он вскрикнул, отпустил Эмили и упал, сжимая рану. Дверь кафе резко распахнулась. На пороге стоял Джексон со свитой. Глаза холодные, движения точные и быстрые. Свита выстроилась вокруг, словно живые стены. Эмили замерла, дрожа от страха и облегчения одновременно. Парень на диване не понимал, что произошло. Джексон сделал шаг вперёд. Глаза непоколебимые, холодные. Эмили поняла: она снова оказалась в мире Джексона — мире силы, власти и опасности, от которой невозможно убежать. Джексон замер на месте, взгляд его холодный, как лед, но внутри буря. Каждое движение, каждый жест — расчётливый и точный, но сердце билося быстрее. Он смотрел на Эмили. Маленькая, хрупкая, но с огнём внутри. Она дрожала, но не от страха совсем — скорее от той странной смеси ужаса и возбуждения, что появляется, когда человек сталкивается с чем-то совершенно чужим и одновременно притягательным. Он видел, как её глаза расширились, как дрожит подбородок, как напряжены пальцы. И с каждым мгновением он чувствовал — эта девушка не просто случайная прохожая. Она — вызов. Прямо перед ним, маленькая и смелая. Свита вокруг него двигалась как единый организм, оцепив помещение, но он почти не замечал их сейчас. Его внимание полностью сосредоточено на ней. Он слышал, как учащённо бьётся её сердце, чувствовал напряжение её дыхания. Он сделал шаг вперёд. Почти не двигаясь, он обнял её — осторожно, но настолько уверенно, что она ощутила всю тяжесть его присутствия. Она замерла, тело будто оцепенело от его силы, а разум пытался сообразить, что происходит. — Спокойно, — тихо сказал он, его голос был мягким, но с оттенком железной уверенности. — Ты в безопасности. Эмили с трудом дышала. Её глаза метались, она ощущала его руки, силу, которая могла бы сломать её одним движением, но вместо этого удерживала и защищала. Внутри Джексона росло странное чувство — не только интерес, но и… почти что влюблённость. Он видел её дерзость, её смелость, её огонь, который не пытался скрывать. Он знал, что должен найти о ней всё, и в то же время… не хотелось отпускать. Он отпустил её на мгновение, чтобы взять телефон. Быстрый взгляд — сообщение, короткий ответ, и снова его руки на ней, словно проверка: она настоящая, живёт и дышит, и её мир теперь перекрещивается с его. — Маленькая, — пробормотал он тихо себе под нос, почти как заклинание, — но огонь твой слишком яркий, чтобы пройти мимо. Эмили, чувствуя его силу и внимание, пыталась отодвинуться, сердце стучало бешено, но тело словно не слушалось. И тогда он наклонился ближе, губы почти коснулись её волос, дыхание тёплое и тяжёлое. — Никто больше не тронет тебя сегодня, — сказал он, и это была не просто фраза — это был приказ, обещание, которое можно было услышать только, когда мир вокруг замирает. Она хотела что-то сказать, но слова застряли в горле. Вместо этого Джексон сделал то, чего она совсем не ожидала — поцеловал её. Резко, внезапно, но не грубо. Поцелуй был как вспышка — взрыв и одновременно молчание, мгновение, в котором исчезали страхи и опасность. Она замерла, глаза раскрыты широко. Всё вокруг будто отступило, остались только они и этот момент. Когда он отстранился, дыхание тяжёлое, руки ещё ощущались на её талии, сердце Эмили стучало так, что казалось, его слышит весь город. Она хотела кричать, сопротивляться, и в то же время… понимала, что впервые за долгие часы её жизнь ощутила другую стихию — ту, что опасна, тёмна, но невероятно притягательна. Джексон посмотрел на неё снова. Холодный, непоколебимый, но с едва заметной искрой, которая не должна была существовать. — Ты можешь убежать, — сказал он тихо, — но часть тебя уже не сможет. Её взгляд метнулся к двери, к улице, к пустому кафе, но она знала: этот человек оставил след в её мире. След, который невозможно стереть. Он отпустил её, но не полностью — плечи оставались близко, дыхание чувствовалось, как давление. Она понимала одно: этот мир, эта тьма, эта сила — теперь часть её жизни, и она сама ещё не понимает, как сильно это её зацепило. Свита вокруг Джексона замерла, ожидая его следующего шага. Он просто посмотрел на них, кивнул, и всё было сказано без слов: опасность, власть и контроль — его элементы, её — загадка. Эмили, наконец, отшатнувшись, огляделась. Сердце всё ещё бешено стучало, а разум пытался втиснуть всё это в рамки понимания. Но понимания не было — был только Джексон, его мир, и тот огонь, который теперь не мог быть погашен