Байки и их последствия

— Эй, Занка, жвачку хочешь? — после долгой паузы непринужденно спросила Рию, лениво перекатывая жевательную резинку во рту, которая послушно растянулась и превратилась в полупрозрачный пузырь.       Занка в это время перепрыгнул через старую и разрушенную железобетонную колонну, брезгливо скорчился и стряхнул с плеча грязь, зажимая нос пальцами, лишь бы не чувствовать тошнотворный смрад помойки. — Я хочу знать, в какой заднице я оказался. А жвачку нет, не хочу, — буркнул Занка, не отставая от энергичной Рию, что была гораздо позитивнее, и настрой её немного выводил Ниджику из себя. — Да ладно тебе, не так уж тут и много заброшенных домов! — девушка махнула рукой, и массивные браслеты на её запястье зазвенели так, словно смеялись над Занкой.       А затем Рию решила оглянуться. Она обернулась, глянула назад, скорчила озадаченную гримасу, немного подумала и снова посмотрела на хмурого Занку. — Ну ладно, много… Но мы пока не заблудились, это уже хорошо, правда? Здесь неподалеку заброшенный картинг, а за ним уже меньше заброшек, мы быстро до дома доберёмся, — вещала Рию, не прекращая активно жестикулировать руками, отчего её браслеты каждый раз звенели и стукались друг о друга. — Зато я теперь понимаю, почему Энджин просил меня тебя забрать. Как ты здесь вообще оказалась? — сетовал Занка, отряхивая свою одежду от пыли и убирая со штанов несколько зацепившихся колючек. — Ну и гадость… — Я здесь дедушку одного стригла. Он старенький совсем, вот я и пришла к нему лично. Он честно хороший, в нормальных условиях живёт, просто добраться отсюда и потом выйти — тот ещё квест, — соизволила объяснить Рию, беззаботно улыбаясь, словно забраться в такой район и одной пойти домой к незнакомому дедушке — обычное дело.       Занку её слова нисколько не успокоили. — Энджин знает где именно ты сейчас? — Ну да, иначе не эксплуатировал бы тебя, — хихикнула Рию и молча двинулась вперёд.       Ниджику, нагнав её, продолжил говорить. — Он опять в мастерской с Грисом, да? — Занка обошёл крупный, расколотый надвое кирпич, мечтая поскорее выйти из этого кошмара разрушенных зданий. — Ну типа, — Рию зевнула, разговоры ни о чем с Занкой ей всегда нравились. — Сегодня будешь дома или к сестре пойдешь?       Ниджику на секунду замер.       Дома.       Рию назвала съёмную двушку Энджина домом Занки. Наверное, она в самом деле была права, ибо именно там он проводил большую часть своей жизни, предпочитая скрипучий раскладной диван на кухне удобной кровати в большой квартире сестры. Именно туда Занка всегда рвался, стыдливо обманывая Кёку, которая, признаться честно, в силу загруженности на работе, понятия не имела, сколько на самом деле младший брат проводил времени вне дома.       Ещё бы. В погоне за успешной карьерой в полиции, у неё редко оставалось время на младшего брата, от которого и так отказалась вся остальная семья.       Занка Ниджику был убеждён, что и она от него не отказалась, как все остальные, лишь с целью не выставлять семью Ниджику в дурном свете как тех, кто может из-за малейшей оплошности отказаться от родного ребёнка. — Эй, Занка, — позвала его Рию и остановилась на месте, выдвинув корпус вперёд, перевесив вес на левую ногу и скрестив руки за спиной. — Чего завис? Земля вызывает Занку! — А? — оживился Ниджику, глупо похлопав глазами. — А… Наверное, дома. У Кёки ночная смена, какое-то ЧП, так что моего отсутствия она точно не заметит. — Оке-ей, — довольно протянула девушка, радостно продолжив идти. — Как думаешь, Энджин с Грисом придёт? — Он зачастил ходить с ним, они давно дружат, в конце концов, — не думая, ответил Занка, желая поскорее выйти из этого района, что усеян развалинами. Он чувствовал себя так, словно вся пыль мира осела на его коже. — Думаешь, только дружат? — лукаво молвила Рипер, сощурив зелёные глаза, глядя на Ниджику сквозь вуаль густо накрашенных ресниц. — Я ничего не думаю! — вспыхнул Занка и в одночасье выпрямил спину. — Я не хочу обсуждать личную жизнь Энджина, это слишком, знаешь ли. — Вот была бы она ещё личной… — вздохнула Рию, скрестив руки за головой, вальяжно расхаживая по кривой дорожке и пиная камни лоферами на высокой подошве, всколачивая пыль. — Не хочешь у картинга остановиться? Я устала, а на улице та-а-ак жарко… — Он ведь заброшен, там вообще можно находиться? — удивился Занка, поправив сумку Рию на плече. — Нам можно. Расслабься, немного посидим и пойдём либо домой, либо к Энджину в мастерскую, — Рию беззаботно махнула рукой, расплывшись в лёгкой располагающей улыбке.       И Занка сдался. Он не мог отказать. Не мог показаться скучным для неё. Вот и был вынужден плестись в сторону заброшенного картинга, чтобы Рию, сев на корточки, облегчённо выдохнула, перекатывая во рту всю ту же жвачку.       Занке, к слову, жвачку она всё-таки всучила.       Ниджику нехотя оглянулся по сторонам, под палящим летним солнцем перед ним развернулась жалкая картинка, состоящая из потрескавшегося асфальта, сквозь покрытие которого пробивалась трава, выцветшей и едва заметной разметки на дороге, раскиданных кое-где покрышек и… — Это ещё что за херня? — удивился Занка, глянув в другой конец старого картинга. — А? Где? Что говоришь? — Рию в любопытстве поднялась на ноги, разглядев вдали две человеческие фигуры и мотоцикл. — А, Занка, так это не херня, это люди, — сказала Рию, хихикнув и в очередной раз лопнув пузырь. — Я бы не сказал, что я ошибся, — парировал Ниджику, недовольно фыркнув и продолжив вглядываться вдаль.       И там он разглядел высокого и худощавого смуглого юношу, что кружил подле мотоцикла, словно пытался провести какой-то обряд, ну не иначе. Невысокая девушка рядом с выкрашенными в ярко-синий волосами лишь молча смотрела на это нечто.       Занка решил, что он даже молча на это смотреть не будет и обернулся на Рию. Ещё бы ему на кого-то отвлекаться, когда он в целом не имел особого желания здесь находиться. Ниджику апатично вздохнул и подпёр ладонью щёку. — Я не в восторге от того, что здесь люди. Какой псих вообще сюда байк притащит? Даже Энджин при своей порой небрежной езде бы такое не вытворил, — озвучил свои мысли вслух он, садясь на корточки рядом с подругой, следя за тем, чтобы его одежда не коснулась травы. Он потянул вверх обе штанины, спасая их от пыли и грязи. А ещё аккуратно уложил сумку Рию наземь. — Да ладно, забей, именно на таких, как этот чел, Энджин и делает деньги в мастерской, — отмахнулась Рию, тотчас забыв об этом. — Ты, кстати, так и не научился надувать пузыри из жвачки? — Эй! — Занка стушевался, отшатнулся и отвёл взор в сторону. Внезапно он забыл обо всём. — Ну… Вообще-то… Э… — Да ладно! — изумлённо воскликнула девушка, разворачиваясь к Занке. — Серьёзно? — она по-доброму засмеялась, свалилась на асфальт задницей, и внезапное дуновение ветра растрепало её рыже-красные локоны, которые она тотчас принялась приводить в порядок. — Хватит ржать! Я просто не тратил время на такое, вот и всё! — попытался оправдаться Ниджику, однако от этого стало только хуже. — Какой толк от этого? — Да забей, это просто забавно, ты ведь действительно пытался, я помню, — Рипер вновь села на корточки, отряхнула руки и джинсовые шорты от какого-то песка. Затем залезла в немного порванный карман и, ловко выудив оттуда упаковку с жвачками, протянула её Занке. — На вот, возьми, тренироваться снова будешь. — Рию! — Ниджику нехотя принял злосчастные жвачки. Клубничные, кстати. — Это глупо. У меня будто дел других нет, честное слово! — Ну а что? — она принялась водить отросшим ноготком с слезающим лаком по трещинам на асфальте. — Зан, всё нормально, ещё немного посидим и домой пойдём. Вот бы Энджин не забыл курочку купить… — Ага, иначе если он забудет, то готовить мне, — буркнул Занка. — Вот всегда так, в свою очередь он покупает что-то, а нам обязательно готовить надо…       Однако едва ли Занка в самом деле мог злиться на Энджина, он был ему благодарен за всё без исключений.       Просто бесило иногда, понимаете?       И как только Рию собиралась ответить, их внимание внезапно переключилось на тех двоих, о которых они почти позабыли.       Тот самый юноша завел байк, надавил на газ и… Что-то явно было не так.       Занка из исключительно любопытства вгляделся и попытался понять, что же его так смутило. Байк буквально дёргался на каждом повороте, от трещин на асфальте было ещё хуже, даже Рию, не так хорошо разбирающейся в этом, стало не по себе, когда до её ушей добрался странный металлический цокот.       Ниджику и вовсе всего перекосило, слушать и видеть это было физически невозможно, особенно если учесть просто безумное отсутствие шлема.       Занка вполне неплохо разбирался в мотоциклах благодаря Энджину, который учил Занку не только на мотоцикле ездить, но и чинить всякие мелкие неприятности. Не даром же он механиком работал, правильно?       Ниджику даже Кёку начал уговаривать разрешить ему сдать на права, чтобы он уже сейчас мог водить байк. И та даже почти сдалась.       Вот и смотреть на изнасилование гоночного мотоцикла на такой трассе ещё и с очевидной поломкой Занка просто не мог, несмотря на то что в мастерской у Энджина на работе успел насмотреться на многое. А ведь мотоцикл-то неплохой.       От каждого слышимого скрежета и всякой попытки незнакомца проехать ещё метр, Ниджику всего аж передёргивало.       Рию даже жалко Занку стало. Но она не прекращала молча взирать на байк. Интересно же, в конце концов!       Много так это подобие на человека, больше напоминающее сумасшедшую гориллу, разумеется, не проехало. Он остановился прямо возле Занки и Рию, рвано затормозил, спешился с мотоцикла, и теперь гнетущую тишину нарушал только стук, игнорировать который было невозможно. Ну а ещё редкие колыхания летнего ветра. — Вот блять! — крикнул он, отчаянно застонав, обращаясь к девушке позади, что неспешно шагала, держа в руках шлем, который должен был быть не в руках, а на голове, между прочим. — Кутони, всё, кажись, того… Сдох. Эй, — внезапно он прервался и пристально зыркнул аккурат на Занку.       Даже не на Рию, которая сочувствующе глядела на Ниджику. Только на Занку. — Чё пялишься? Ты вообще здесь откуда нарисовался? — воскликнул юноша, наклонив голову, и дреды его наклонились вместе с ней, заслоняя лицо.       Занка сначала даже не понял, что это с ним говорили. Потом до него начало доходить. Он в изумлении распахнул глаза. Глупо похлопал ими. А затем тотчас встал на ноги, чувствуя себя так самую малость увереннее. Брови рефлекторно свелись к переносице, а жвачка прилипла к зубам.       Рию осталась сидеть на месте, с интересом наблюдая за разворачивающимся пиздецом, надувая очередной пузырь из жвачки, постепенно теряющей вкус. — Ты это мне? Я тебя вообще трогал? — негодующе ответил Занка, жалея, что решил пойти у Рию на поводу, опасаясь остаться брошенным.       Надо было взять дело в свои руки и предложить место для отдыха поспокойнее… — Чел, ты на меня пялился, между прочим! Дыру почти просверлил! — не унимался незнакомец, параллельно развязывая фиолетовую бандану на голове, запихивая её в карман широких чёрных джинсов на низкой посадке, которые держались на его бёдрах с божьей помощью. И с помощью двух массивных ремней, крест-накрест протянутых в петельки на джинсах.       Нашёл одежду для катания на байке, называется. Хотя тут всё сошлось: и место, и одежда, и время.       Почему Занка Ниджику был таким неудачником, который без конца нарывался на фриков? — А куда мне ещё смотреть, когда у тебя над байком такая экзекуция? Смотреть аж больно, — фыркнул Занка, и руки сами собой сжались в кулаки. — Раз больно смотреть, хули продолжаешь? Ты типа разбираешься, что ли, умник? — с явной надеждой в голосе, пусть и не без издёвки, спросил он, и в этот момент к нему со спины подошла девушка, к которой он обращался ранее. — Джаббер, просто позвони Бундусу и всё, проблема решена, — подала она голос, всучив ему его же шлем. — Кутони, всё не так просто! — скорчив страдальческую гримасу пояснил названный Джаббером. — Знаешь, сколько денег я ему, оказывается, должен? А мне ещё аренду Зодилу платить за прошлый месяц!       Занка и Рию переглянулись.       Ниджику стоило безмолвно глянуть на Рию, чтобы она всё поняла и лениво поднялась с места, подтягиваясь. — Ты думаешь, что если ты в нормальную мастерскую обратишься, дешевле выйдет? — угрюмо спросила Джаббера Кутони, скрестив руки на груди. — Да, ведь… Эй, чел! — начал Вонгер, но остановился, что-то в его голове щёлкнуло, и он снова обратился к намеревающемуся уйти Занке. — Так ты чё-то шаришь или не? — Шарит, — за него зачем-то ответила Рию, и Занку словно током прошибло от ярости. Она гордо посмотрела на друга, будто рекламировать его собралась.       А ведь Рипер решила ввязаться в это всего-то из любопытства и скуки… — Рию! — недовольно выдал Занка, и лицо его стало ещё серьёзнее. — Вот зачем, а?       Вот кто просил её вмешиваться? Занке всё это было ни капли не нужно!       Рию подняла обе руки вверх, мол, сдаюсь, браслеты её вновь звякнули, и она перевела взгляд на Джаббера, который аж засиял. — Ооо! Жесть мне фортит сегодня! — Джаббер улыбнулся во все тридцать два, оголяя зубы. Он даже довольно просвистнул.       От того, как выражалось дредоголовое нечто возле мотоцикла, Ниджику уже поплохело. Настолько, что взор сам собой прицепился к лицу Джаббера. А потом к его рукам. С десятью кольцами на каждом кривоватом пальце, заканчивающимся чёрным лаком на ногтях. Потом Занка снова глянул на лицо. — С чего ты взял, что мне сейчас надо с этим возиться? — сетовал Занка, наклонив голову вбок, сурово смотря на Джаббера. — Ну-у, — протянул Вонгер и на миг правда задумался. — Пожалуйста?       Кутони обречённо вздохнула за его спиной, а Рию рядом едва сдерживала смех. — Нет, отвали, — отрезал Ниджику, предприняв очередную попытку уйти.       У Рию в это время зазвонил телефон, громко извергая из динамика «Telephone» Леди Гаги, и она поспешила ретироваться в сторону, оставляя бедного Занку с тем, что сама же и устроила. — А ты чего злой такой? Хочешь, сигаретку дам? Если у меня остались… — Джаббер принялся наспех ощупывать карманы, однако ничего, кроме банданы, там не обнаружил.       Занка в это время из чистого любопытства сел на корточки, рассматривая гоночный байк, искалеченный временем и отвратительными дорогами. — Так поможешь? — переспросил Вонгер, не желая терять последнюю надежду сэкономить. — Нет, иди убейся на этом байке, ты и так близок к этому, — съязвил Ниджику, что, на самом деле, быстро понял в чём проблема. — Ты всегда такой злой, а? Ты даже не представился, Мистер Плохое Настроение.       А на что, собственно, Джаббер рассчитывал?       Наверное на то, что ему не придётся в очередной раз насиловать свой мотоцикл на заброшенном картинге, ибо Зодил в плохом настроении. А если Зодил в плохом настроении, то это значит, что Джабберу нельзя появляться даже в его гараже, где он, собственно жил. И, на минуточку, аренду платил! Всё честно.       Вот только мир желток, а Джаббер во всём виноград, и деда с Зодилом иметь совсем не приятно.       Вот и было принято решение по тактическому отступлению, пока Зодил не перебесится в кризисе среднего возраста, который настиг его в двадцать с лишним лет. Так что Джаббер выбрался на излюбленный картинг вместе с Кутони, которая хотела бы знать, если Джаббер разобьётся, разъезжая по этой потрясающей дороге.       Ну и совершенно случайно с байком случилась очередная неприятность, а денег Бундусу он задолжал ого-го. Настолько ого-го, что мог бы полгода жить не у Зодила в гараже, а где-нибудь в доме, например, у коврика возле унитаза. Ну или в ящике с мусорным ведром. Даже выбор есть, настолько много Бундусу, механику Зодила и всей его шайки, Джаббер денег не отдавал вовремя. И он бы рад, честное слово! Но возможности финансировать, увы и ах, нет.       И ему действительно было бы в разы бюджетнее один раз обратиться к другому механику. Но раз есть возможность спросить у совсем незнакомого пацана, который пожелал ему смерти, то почему нет, когда да?       Тот самый пацан тем временем покосился на Джаббера, разглядывая его внимательнее.       На концах его длинных, отросших дредов болтались дешёвые украшения с имитацией под золото, которые бились друг о друга от каждого активного движения головой и ненароком колотили Джаббера по спине.       А ещё всё его лицо было в пирсинге: бридж, одна проколотая бровь, (вторую рассекал шрам) укус ангела на губах, а также легко было заметить шарик пирсинга на языке, когда Джаббер говорил. Ну и крыло носа, конечно. И это Занка ещё ничего не подумал про уши с туннелями и заколотыми хрящами.       Занка уверен, что это не весь его пирсинг, однако задуматься об этом он себе не позволил.       Вернее, он лишь думал, что не задумывался об этом. На деле он разглядывал Джаббера чуть дольше, чем его мотоцикл. Интересно же, что это за взбалмошное существо, которое за несколько минут сумело перевернуть планы на день Занки с ног на голову, заставив задержаться здесь. И совсем неважно, что он мог уйти в любой момент. — У меня на лице насрано? Что смотришь и молчишь? — наконец подал голос Вонгер. — Так ты поможешь? — Тебе к механику надо, гений, что я тебе тут сделаю? А главное, зачем мне это? — Но твоя подружка сказала, что ты разбираешься! Ну не будь злюкой, глянь хоть чё там, — вновь попросил Джаббер, уже из принципа желая заполучить внимание. — Много мозгов на это не надо. У тебя цепь провисла, ты этот байк будто вообще не щадишь. Её менять надо по-хорошему, но тогда ты не убьёшься, и мне будет грустно, значит не меняй, — в очередной раз съязвил Занка и направил укоризненный взгляд, полный недовольства, на Джаббера.       На Вонгера, на самом деле, довольно часто смотрели с осуждением, отвращением и ненавистью, но сейчас его почему-то особенно сильно зацепил взгляд голубых глаз, который ему словно в душу глядел.       Ну а ещё он получил желаемое внимание, так что для него это было победой. — А ты на байке ездить умеешь? Откуда такие знания вообще? Выглядишь не старше меня. Мне восемнадцать, если чё, — решил поинтересоваться Джаббер, пытаясь удовлетворить своё любопытство, пялясь на стушевавшегося юношу. — Не сказать, что… — уже хотел отрицательно ответить Ниджику, однако неожиданно решил, что позориться перед Джаббером он не станет ни за что. — А вот и умею. Прав пока нет, правда. Но я неплохо умею. Энджин научил, он и чинить научил. — Ууу, чё, прям умеешь? Тоже любитель адреналина, значит? По тебе видно, я чувствую! Иначе не говорил бы здесь со мной, а за подружкой бы пошёл. Как её там? Рию, да? Энджин это хоть кто, а? — без умолку болтал Джаббер, уже успев сделать несколько выводов о Занке, даже не зная, что Занка — это Занка. Занка Ниджику, между прочим.       Имени он от него так и не добился. Зато видел горящее пламя азарта в глазах, когда он смотрел на гоночный байк. И не только на байк, справедливости ради. Вонгер чувствовал любопытство, которое Ниджику так и не удалось скрыть. И Джаббер, когда ловил этот взор на себе, наслаждался тем, с каким негодованием и интересом одновременно на него смотрели.       Давно на него никто так не смотрел.       Даже забавно.       Хотелось ещё. Больше. Дольше. Ближе. — Я и адреналин? Ты на каких основаниях вообще этот вывод сделал? Больно умный, что ли? — фыркнул Занка, вспомнил про жвачку, прилипшую к нёбу, и перекатил её во рту, демонстративно зажевав. — По глазам вижу! — воскликнул Джаббер, лукаво сощурив глаза, которые приобрели какой-то неестественный розовый оттенок.       Занка, к слову, правда хотел ответить на вопрос, кто такой Энджин, однако в моменте понял, что ни слова произнести не может.       А ведь действительно. Кто ему Энджин? Занка понимал, что Энджин в какой-то степени дал ему куда больше, чем родной отец. Вот только назвать его так язык не поворачивался, в конце концов, даже Рию его так никогда не называла.       Энджин называл себя любимым старшим братом Занки, однако едва ли в голове Занки при словах «старший брат» всплывали хорошие ассоциации. Спасибо, Гока, помог чем смог.       Энджин и Рию — семья. Не как семья. Не замена семьи. Просто семья. И Энджин больше, чем брат. Энджин — просто Энджин. Вот и всё. Как и Рию — просто Рию.       Так как же ему тогда ответить на вопрос Джаббера?       Ответ нашёлся быстро: не отвечать и вовсе. — Так чё, сделаешь что-то или продолжишь на меня злющими глазками зыркать? — Джаббер опёрся бедром о свой мотоцикл. — Не то что бы мне не нравится…       Рию, доселе стоящая в стороне и разговаривающая по телефону, наконец сбросила трубку и мгновенно устремилась обратно к Занке, удивляясь, как у того хватило терпения остаться подле Джаббера. — Эй, Занка, — крикнула девушка, сложив ладони лодочкой у рта. — Энджин звонил, — этим она моментально привлекла его внимание, — Сказал, чтобы мы вместе сразу домой шли, у него какое-то важное объявление для нас. — Он купил курицу по акции? — предположил Ниджику. — Ой, точно, я ему забыла напомнить курочку купить! — разочарованно воскликнула Рию, подходя ближе. — Вы чё, живёте что ли вместе? Вы брат с сестрой? — бесстыдно встрял в разговор Джаббер, игнорируя существование Кутони за его спиной. Зато он узнал его имя.       Занка.       Зан-ка.       По-разному можно. Зан-Зан, например. Или... — Ну можно и так сказать! — ответила Рию Вонгеру и показала жест «палец вверх», встав около Занки.       А у Занки в голове что-то очередной раз переменилось.       Неужели его в самом деле считали семьёй?       О том, что Занка — азиат и ни капли на Рию не похож, Джаббер решил не говорить.       У него самого родной семьи не было. Только тараканы Зодила в его гараже. Сомнительная компания. — Так чё ещё с моим ненаглядным байком, кроме цепи? — Вонгер вновь обратился к тому, чьё имя он теперь знал.       Очень занимательно говорить с человеком, который так на тебя смотрел.       Будто разрушить хочет одним только взором пронзительных голубых очей.       Нахмуренные брови Занки забавно выщипаны, Джаббер аж ненавязчиво шагнул ближе, чтобы рассмотреть их. В трёх местах они прерывались, но вблизи были заметны крохотные, начинающие снова вырастать волоски.       Вонгер поправил кожаную куртку. Обернулся на Кутони, пожал плечами, мол, подожди, я тут ни при чём, оно само.       И Кутони решила позволить Джабберу немного поразвлекаться. — Такое ощущение, будто смазки твоя цепь вообще никогда не видела, — изрёк Ниджику, пока Джаббер подозрительно долго вглядывался в его лицо. — А, ну да, смазка мне не нравится… Я ваще не это… Ааа, бля! Ты про цепь! — опомнился Джаббер, когда осознал, что слишком уж он засмотрелся на черты лица Занки, начав говорить совершенно о неуместных вещах.       Занка сначала даже не понял, Что именно умудрился сказануть Джаббер. Потом зачем-то обернулся на Рию. У той лицо было с субтитрами. Оно было красноречивее любых слов. По одному лишь её взгляду можно было прочесть все её эмоции.       И тогда до Ниджику дошло. Кончики ушей покраснели, его лик перекосило в смеси отвращения, изумления и стыда. Он буквально застыл на месте, даже не зная с чего начать.       Что это вообще было?       А Джаббер будто ничего такого не сказал. Потёр затылок, почесал кожу головы и принялся теребить украшения на дредах. Его лицо живописно обрисовала широченная улыбка. Улыбался он даже глазами, которые не отрывались от Занки.       Кутони сделала жест «рукалицо» и многозначительно закатила глаза. — Фу, чел, сходи в церковь, — первой голос подала именно Рию. Она скрестила руки на груди, осуждающе смотря на донельзя довольного Джаббера. — Купи поводок и ладан, — подхватил Занка, мечтая сквозь землю провалиться. — Уголёк… Занка, уголёк… — поспешила поправить его Рию, вот только было поздно.       Джаббер разразился заливистым хохотом, случайно ударился бедром о мотоцикл, не переставая истерически ржать.       Занке стало ещё хуже.       Сначала Джаббер сказал несусветную ересь. А теперь ещё и Занка отличился.       От смеха не сдержалась и Рию, и она с Джаббером синхронно хохотала над оговоркой Занки.       Какой стыд, какой стыд… — Вы, гиены, хватит ржать! — рявкнул Занка, стыдливо прикрыв глаза. Однако он не учёл, что так их смех стал ещё явственнее. Глаза он, всё-таки, открыл.        И недовольно нахмурился. Строго зыркнул то на Рию, то на Джаббера. По очереди. — Да ладно тебе, расслабься, чел, я, вообще-то, совсем не против поводка, — Вонгер подмигнул, прикусил губу и снова заржал, когда увидел, как за секунду на лице Занки промелькнула тысяча разнообразных эмоций.       Ему столь бурная реакция точно понравилась. Джабберу всегда нравилось выводить таких людей, как Занка на яркие эмоции. Жаль только, что крайне редко ему удавалось насладиться подобным. — Ты чё… Долбоёб? — это было единственное, что всё-таки сумел из себя выдавить Ниджику, прежде чем глянуть на одиноко брошенный около мотоцикла шлем Джаббера. — Занка, ну с кем не бывает! — сквозь смех произнесла Рипер. Вот только попытка успокоить друга успехом не увенчалась. — Я? Может быть… А тебе нравится, да? — Джаббер, харе, — не выдержала Кутони, у которой, кажется, уши в трубочку свернулись от таких разговоров. — Да ладно тебе, ну кайф не ломай! — запротестовал Вонгер, даже не обернувшись на Кутони.       Ниджику молча подобрал шлем. Фиолетовый, вручную разрисованный чёрными и розовыми хаотичными мазками.       А затем он недолго посмотрел на Рию. И вновь на Джаббера. — Мне втащить тебе, я не пойму? — грозно выдал Занка, и взгляд его испещрял исключительную раздражительность. — Ооо! — нездорово, совсем не так, как того ожидал Занка, отреагировал Вонгер. Казалось, словно глаза его засияли в предвкушении. — Давай! Прям шлемом? Ударишь меня моим же шлемом? Классно!       Ниджику действительно был готов ударить раздражающего его типа, того, кто успел изрядно помотать ему нервы. Тем более после такой очевидной провокации. И голос разума верещал ему о том, что так быть не должно. Он сам же пугался своих собственных желаний. На удивление живой голос разума остановить его напор не смог.       Вот только с ним всё ещё была Рию, как-то странно посмотревшая на друга после этого. Прежде ей не доводилось видеть Занку таким рассерженным и выведенным из себя.       В удивлении широко распахнув зелёные глаза, Рипер ближе шагнула к Занке, осторожно положив руку ему на плечо. — Занка, давай ни того, не этого, не чуди.       И он сразу же обернулся на девушку под полный разочарования вздох Джаббера. — Блин, ну так неинтересно совсем! — протянул Джаббер, покрутив кольцо на указательном пальце. — Ага, спасибо, — тихо промямлила Кутони, возможно, если бы Джаббер сейчас разбился на этом байке, она бы наоборот была рада. — Нет, я не… — Ниджику снова глянул на шлем. Чужой шлем. Тот самый, которым он секунду назад намеревался ударить его обладателя.       Он что, действительно хотел это сделать?       Нет, не хотел. Хочет до сих пор, просто перед Рию ему неловко. Вот наедине бы...       А если от него откажутся?       Но Джаббер неистово бесил.       Тем, что так парировал его оговорку.       Этим же и тянул.       Но Рию за край рукава тянула сильнее.       Вот ему и пришлось выпустить шлем из рук, буквально впихнуть его Джабберу и, напоследок показав средний палец с аккуратным, тонким кольцом на нём, уйти, взяв Рию за руку. — Увидимся ещё, Занка! — крикнул ему вслед Вонгер. — Кутони, подождёшь меня ещё немного? Надо закончить одно дело… — заговорщически шепнул Вонгер, и девушка просто ушла.       Ну и ладно. Он скажет Фу забрать его байк. Тот не откажет. — Эй, Зан, чего тебя так понесло? Я понимаю, конечно, человек он не самый приятный, но не шлемом же его бить, в конце концов, — решила всё-таки спросить об этом Рию, когда они вышли за пределы заброшенного картинга. — Рию, явно не тебе мне что-то говорить об этом, — угрюмо выдал Ниджику, у которого на обратной стороне век отпечаталась гаденькая улыбочка Джаббера.       Рипер напряглась. Отпустила руку Занки и наклонила голову вниз, рыжие локоны опали на её лицо. — Зан, я тебя очень люблю. И ты не хочешь со мной ругаться, уверяю.       Занку в бок кольнуло мерзкое, тошнотворное, липкое чувство вины, которое когтями шкрябало его сердце. Теперь голос разума уже мог его остановить и подсказать как лучше поступить. — Ты со мной тоже. Давай мы просто не будем никогда это обсуждать и спокойно пойдём домой? Хочешь, в магазин зайдём? Я лапшу тебе куплю. Острую, как ты любишь, — попытался загладить свою вину за сказанное Ниджику, натянув на лик неловкую улыбку. Жвачку хотелось выплюнуть. — О, — заметно оживилась Рию, подняла голову и перехватила у Занки свою сумку, которую она чудом не забыла. — С этого надо было начинать. Так бы и сразу! Пошли. Если Энджин курочку не купит, я с тобой поделюсь.       О том что острое Занка не очень любил, он ей не стал напоминать.       Вот только Ниджику говорил бы явно не об острой лапше, если бы только знал, что всю дорогу за ними шёл никто иной, как Джаббер Вонгер.       Шёл медленно. Позади. Украдкой наблюдал, высматривал, следил, пытался запомнить дорогу, по которой они шли, воюя с топографическим кретинизмом.       Кажется, Занка недооценил степень ебанутости своего нового знакомого.

***

      Энджин, закончив говорить с Рию по телефону, сбросил звонок, устало вздохнул и вновь метнул взгляд на одинокого мальчишку, что сидел на земле около шин, прижав колени к груди и обнимая их. Его обувь была порвана, сквозь неё можно было разглядеть грязные потрёпанные носки, на одежде тоже были заплатки, кое-где просто дырочки, которые ничем не перекрывались. — Ну вот и что мне с тобой делать, а? — самого себя спросил Энджин, впихнув телефон в задний карман на штанах.       Только освободился после рабочей смены, хотел выпить пива с Грисом, а тут вот. Подгон. — Ничего не делай, оставь меня, — огрызнулся мальчик, шмыгнув носом. — Да нет, пацан, так не пойдёт. Ты ж совсем один остался, — Энджин задумчиво почесал выбритый затылок, разглядывая испачканное грязью лицо мальчишки, у которого глаза от слёз красными были, но, стоило отдать ему должное: при Энджине он ни слезинки не проронил. — Я уже решил всё. Судьба у меня, видно, такая. Не ты первый миньон, которого я забираю. Со мной пойдешь, шкет? — Ты охуел подходить к детям и пытаться их с собой забрать? Это с чего я должен верить тебе, а? Я типа должен знать, что у тебя в голове? Выглядишь стрёмно! Весь в татухах, ты сидел, что ли? — рявкнул он, совсем не скупясь на выражения. Ругательства, вылетавшие из его рта детским, не успевшим полностью сломаться голосом, звучали совсем уж нелепо.       Энджин застыл на месте с широко разинутым ртом, ошарашенно глядя на мальчика. Он уж было хотел сказать, что он расскажет его родителям, однако вовремя вспомнил, что у него не осталось никого. — Я твой спаситель, между прочим, это кто из нас ещё офигел? Я, значит, тебе предлагаю крышу над головой, а ты ещё меня в чём-то обвиняешь? Ничего я не сидел! — на миг Энджин задумался, что ему вовсе не обязательно подбирать всех детей на своём пути.       Он посмотрел на красные глаза парниши. И что-то его в самое сердце укололо, жалко было смотреть на осиротевшего мальчика, знать, что возможность помочь есть и ничего при этом не сделать.       Тогда мужчина опустился на колени, сев на корточки, чтобы быть на одном уровне с тем, кто и взгляда на него не поднимал. — Ну чего молчишь? Со мной ещё двое подростков живут. Уверен, ты поладишь с ними. Не оставлять же мне тебя одного, правильно? — изо всех сил пытаясь быть мягче, сказал Энджин, натянув на лицо улыбку. Вышло плохо. — Меня Рудо зовут, — сообщил он, завороженно взирая на чужую улыбку. — Но я с тобой никуда не пойду, усёк? — А куда пойдешь? Ты сказал, у тебя никого не осталось, — Энджин чувствовал, как всякое терпение постепенно покидало его. — Ректо, ну, папу моего, убили. Он не мой родной отец, но… — Убили? — переспросил мужчина.       Рудо кивнул.       Да уж. Энджин думал, что названного Ректо забрала болезнь или несчастный случай… Но не убийство же! — К сожалению, я не разглядел лица этого подонка…       Ага, Рудо ещё и видел, как убивали его приёмного отца.       Фулл хаус.       Чем больше подробностей узнавал Энджин, тем сильнее ему хотелось и его с собой забрать. — Ты точно не хочешь пойти со мной? Я насильно тебя не потащу. Но в органы опеки обращусь. Идёт? — Нет! — запротестовал Рудо. — Я никуда не пойду. А ещё у меня документов нет. Уйди. — Чё? — Энджин уже мысленно набрасывал гигантский список проблем с которыми ему придётся столкнуться если он действительно заберёт с собой Рудо. — Ну вот так, чего пристал ко мне? Я в трущобах жил. Это там, знаешь ли, не редкость, — фыркнул Рудо, угрюмо глянув на Энджина, отчаянно закатившего глаза. — Пацан, у тебя лучше шанса не будет. И уговаривать тебя я тоже не буду. Ты либо идёшь со мной сейчас, либо нет, — последний раз сказал Энджин и уже поднялся на ноги, собираясь уйти, периферическим зрением наблюдая за Рудо и его действиями.       А Рудо действительно задумался. Он был один. Совсем один, никому не нужный, всеми брошенный и оставленный. Идти некуда. Ректо мёртв. Единственного близкого и важного для него человека больше нет. От него остались только перчатки, скрывающие уродливые рубцы на ладонях. От воспоминаний об отце слёзы вновь предательски настигли его.       В его ситуации нужно благодарить вселенную за то, что кто-то нашёл его и действительно захотел помочь.       Рудо, однако, никому в ноги кланяться не собирался. У него всё ещё осталась гордость. Он молча поднялся на ноги, уставился на Энджина, кивнул и зашагал с ним рядом. В конце концов, сбежать он сможет всегда. В животе урчало так, что ему уже было всё равно что есть и где есть. Так может, его покормят?       Энджин устало вздохнул и закатил глаза, мысленно отмечая себе, что нужно попросить купить курочку Гриса. И попросить прийти тоже Гриса. Сейчас надо познакомить Рудо с Рию и Занкой. В магазин зайдет он не сегодня.       Сейчас нужно понять, какой из отделов его головного мозга отвечает за бесконечные решения подбирать подростков.       Сначала Рию, потом — Занка, а теперь ещё и Рудо, с которым придётся настрадаться больше, чем с ними обоими вместе взятыми.       Над Занкой хотя бы не приходилось оформлять опеку. Она была у его сестры, а родителям и старшему брату Занка не сдался.       Энджин решил, что будет решать все проблемы по мере их поступления. Для начала ему нужно хотя бы отмыть и покормить этого ребёнка. А ещё позвонить Грису, ах точно, он ведь обещал купить курочку Рию и Занке на ужин.

***

      Занка, держа в руках небольшой пакет из продуктового магазина, ввалился в квартиру, и Рию быстро закрыла за ним дверь.       Рипер тотчас почувствовала исходящий из кухни аромат столь желанной весь день курочки. Она наспех скинула с ног массивные лоферы и, оставляя Занку у входа, радостная вбежала на кухню, предвкушая приятный вечер. Энджин ведь ещё хотел поговорить с ними, да? — Энджин, здорова! А мы… Э. Здрасьте, — Рию застыла в дверном проёме, увидев у плиты Гриса, а за столом, рядом с Энджином, незнакомого мальчика.       Появление Гриса вовсе не было неожиданностью, наоборот было бы куда удивительнее, если бы его сегодня не было, слишком уж часто он ужинал с ними, а после выпивал с Энджином по кружке пива за игрой в карты. Вот только увидеть незнакомого человека за их столом она нисколько не ожидала. — Рию, ты чего застыла? — не понял Занка, которому тоже в нос ударил аромат еды и он пытался протиснуться на кухню, однако уже через миг сам застыл около Рию, удивленно таращась на неопознанный объект. — Оо, ребят, вы уже тут! — выдал Энджин, встав изо стола, вытирая руки после курицы о влажное кухонное полотенце. — Вы так быстро? — оживился Грис, поставив полный воды чайник на зажженную конфорку. — Привет, Рию, Занка. Вы как? Как день прошёл? Мне Энджин сказал, что ты, Рию, подрабатывать начала, ты такая молодец, — как ни в чём ни бывало говорил Грис, будто всё так же, как и всегда. — Ага, привет… — тихо просипел Ниджику, не в силах больше и слова молвить, настолько он был потрясён. — А кто это? — решила всё-таки спросить Рию, недоверчиво уставившись на Энджина. — Щас расскажу всё! — преребил их Энджин. — Это Рудо. Он теперь живёт с нами, — кратко изрёк он, встав сзади Рудо, словно презентовать его собрался.       Рию и Занка недоуменно переглянулись.       Рудо нехотя поднял взгляд на них. Потом снова на Энджина. Затем опять на Рию с Занкой. Энджин говорил ему о том, что с ним живут ещё двое. Но Рудо всё равно их разглядывал. Как и они его.       И молча пялились они так друг на друга до тех пор, пока не вмешался Грис, решивший, что дальше находиться в неловкой тишине невозможно. — Энджин мне самому не так давно позвонил, — начал говорить мужчина, наблюдая за чайником. — Я пришел помочь. Но, в общем, всё так и есть, он всё кратко сказал. Это Рудо, теперь он тут живёт. У него никого не осталось. Вот Энджин и привёл его. Временно он точно будет тут. А там как пойдёт, вы главное с пониманием отнеситесь ко всему, — Грис скрестил руки на груди, тряхнул головой, поправляя отросшие светлые волосы. — Да вы все ещё подружитесь! — добавил Энджин, закинул Грису руку на плечо и расплылся в широченной улыбке. — Всё норм будет, вы как, согласны? — Так круто же! — внезапно сказала Рию, в один миг сократив расстояние и приблизившись к Рудо. Она села на диван, на котором обычно спал Занка, стоящий возле стола. — Круто? — не понял Ниджику, и его аж перекосило от такой новости. Он считал, что о таком надо было предупреждать заранее. Ибо сейчас он был совершенно сбит с толку, гоняя по голове множество мыслей. — Ага! — повторила Рию и принялась разглядывать удивлённого её спонтанной реакцией Рудо. — Ты же Рудо? А я Рию! А этот недовольный — Занка. Но он не всегда такой, он классный, но у него сегодня день очень насыщенный был, он имеет право удивляться, — за Занку начала рассказывать Рию, болтая ногами, свисающими с дивана. — Да? А что такое? Что-то случилось? — поинтересовался Энджин, закидывая в рот кусочек разогретой курочки.       Грис в это время выключил закипающий чайник, разливая кипяток по нескольким чашкам с зелёным чаем в пакетиках. — Да мелочи, парня себе чуть не нашел, — беззастенчиво молвила Рипер, выудив из пакета, который принес Занка, две коробочки с лапшой быстрого приготовления, заботливо не добавляя острый соус в порцию Занки. Вместо этого оба пакетика с острым соусом отправились в её порцию.       Ниджику словно холодной водой облили от такого заявления. Он скривился в отвращении, буквально рухнул на близстоящий стул. Его сердце по ощущениям в пятки рухнуло, бешено колотясь от необъяснимого страха, что распространялся по всему его телу.       Зябкий холод овеял его, на миг Занка словно перестал существовать. Ему хотелось заткнуть уши, чтобы никогда не вспоминать, что в одном предложении упоминался Занка и какой-то мнимый парень. Фу. Парень.       У него.              У Занки.       Отвратительно, захотелось вымыть голову изнутри, чтобы никогда даже не думать о таком. Какая мерзость.       Эти слова никогда не должны были стоять в одном предложении.       Конечности похолодели. Занка сам не понимал, чем вызвана такая реакция на, казалось бы, безобидную шутку. — Рию! Неправда это! Я нарвался на крайне неприятного типа. У него хватило мозгов на заброшенном картинге разъежать на гоночном байке, он умолял меня починить. Но я ушёл, — попытался восстановить свою честь Занка в глазах Энджина и Гриса, на одном дыхании отчеканив фразу.       Однако и Энджину, и Грису было, мягко говоря, всё равно на то, что там сказала Рию и с кем встретился Занка, который вжался в стул, стыдливо глядя в пол. Они пропустили эту шутку мимо ушей, Энджин только ответить хотел, когда про байк услышал. — А где я буду спать? — внезапно спросил Рудо, не дав Энджину даже ответить на короткий рассказ Занки.       Впрочем, так было только лучше. Ниджику облегчённо выдохнул. — О… А об этом я не подумал, — Энджин действительно задумался, не переставая поедать курицу.       Вообще-то, им порой и так втроём, а чаще в четвертом — Грис, привет — было тесно. В небольшой двухкомнатной квартире они, однако, всё равно умещались: у Рию была своя комната, как и у Энджина, где всегда ночевал Грис, когда он оставался на ночь, что впрочем, было не так уж часто, ибо он уходил к себе в большинстве случаев, но вопросов всё равно не задавал никто. Не их это дело.       А Занка спал на раскладном диване на кухне. На том самом, на котором прямо сейчас сидела Рию. Оставался у Энджина он почти каждую ночь, вставая раньше обычного, чтобы успеть обратно к Кёке до её пробуждения и создать иллюзию своего присутствия дома.       Ночью ей и в голову не приходило заходить к семнадцатилетнему подростку в комнату, уж извольте.       И Занка не мог её винить за это. Он сам от неё отдалился. А она никак не пыталась восстановить контакт с братом после ссоры с родителями. Девушка она вовсе не глупая. Наверняка часто догадывалась, что брата дома нет. Но пока она не знала наверняка — не лезла. — Или Рудо, или Занка могут спать у меня, — предложил Энджин. — Сначала постелим на пол простыни и одеяла, потом я отложу с зарплаты и купим матрас. Увы, иного выбора нет. Занка привык спать на диване. Так что предлагаю Рудо поспать у меня. Когда Занка будет оставаться у сестры, диван будет в распоряжении Рудо. — Ладно уж, — сдался Занка. — Делать нечего. — Ага, — тихо буркнул Рудо. — Спасибо, что ли…       Грис потрепал Рудо по голове, радушно улыбнулся, а после почесал подбородок с недельной щетиной.       Рудо представил вместо чужой руки родную руку Ректо. Его мозолистые пальцы. Закрыл глаза и представил себя в развалюхе, в которой он раньше жил с отцом. Вместо смеха Энджина — смех Ректо. Вместо тёплых слов Гриса — слова Ректо. — Вот освоишься… И вообще всё хорошо будет. Ты главное никого здесь не бойся, — попытался приободрить мальчишку Рубион. — Здесь все тебе помочь хотят.       Рию в это время вскочила, залила лапшу кипятком, накрыла её полотенцем и уселась напротив Рудо, освобождая диван Занки, подперев подбородок ладонями. — Хочешь, я тебя подстригу? — предложила она, накручивая на палец прядку своих волос.       Рудо аж на стуле подскочил, ахнув от неожиданности. — Не надо трогать мои волосы! И мыться вы меня тоже не заставите, — уверенно изрёк он, не намереваясь сдаваться. — А мыться ты почему не будешь, а? — решил спросить Занка, угрюмо обратившись к Рудо. — А тебе какое дело, а? — рявкнул он, хмурясь.       На самом деле он всё ещё чувствовал на себе запах Ректо. Хотелось сохранить его подольше. Запомнить. Смириться с тем, что теперь его жизнь полностью изменилась. Дождаться, когда его оставят одного и наплакаться. Закрыться где-то, обнимая перчатки. — Так, ребят, хватит, — вмешался Грис, ненароком стукнув по столу чашкой с зелёным чаем, которую он поставил перед Рудо. — Сейчас с другим лучше разобраться, — начал Энджин, — У Рудо вещей совсем нет. Занка, слушай, тут вся надежда только на тебя. У тебя есть старые вещи и обувь? Я, конечно, отправлю его с Рию в сэконд. Но хотелось бы…       Договорить Энджин не успел. — Раз ты просишь, я дам ему свои старые вещи, — тихо буркнул Занка, потирая затылок. — У меня есть что-то. Надо будет к сестре пойти. Там моих старых вещей точно полно. — О, так отлично же! Спасибо, Занка, спасибо, — Энджин довольно заулыбался, похлопал Ниджику по плечу, который за секунду переменился и уже был вовсе не таким хмурым.       На самом деле, весь оставшийся вечер прошёл относительно спокойно, если можно так выразиться, учитывая количество произошедших событий. Грис, ещё немного посидев, уехал к себе, пообещав Энджину помогать с Рудо, если это нужно будет.       Рию, жадно поедая острую лапшу вместе с курочкой, с любопытством смотрела на Рудо, которого с трудом заставили поесть. Ей Рудо понравился.       Занка молча ел, не понимая, что же он чувствовал по отношению к Рудо и к тому, что теперь он живёт с ними. С Энджином и Рию. На самом деле, это только лишний раз дало ему убедиться в том, насколько они хорошие люди. Если Рудо не будет продолжать без конца огрызаться и вонять, так и быть, Занка войдёт в положение.       Даже так обстановка в квартире была семейной: Энджин смеялся, Рию рассказывала, как она планирует продолжать подрабатывать летом, а Рудо молча их слушал, посёрбывая чай. И Занке нравилось. Занке нравилось, что это место он всегда мог назвать своим домом, а этих людей — семьёй.       В голове периодически всплывал образ Джаббера. Его хитрющая гаденькая улыбочка и премерзкий гогот, когда Занка ворочался на тесном диване, вслушиваясь в каждый звук в квартире.       Из мыслей образовался хаотичный клубок, мешая Ниджику заснуть. Джаббер будто под кожу проник, иначе Занка не мог понять, что его побудило думать именно о нём перед сном. Всё это он списал лишь на то, что крайне редко встречал таких людей. Каких «таких» Занка не понял, но решил и не задумываться об этом, в конце концов, он ведь никогда больше не встретится с ним, правильно?       Кто ж знал, что Джаббер в это время, валяясь на матрасе в гараже Зодила возле тараканов, пытался предположить, в какой именно квартире жил Занка. Подъезд-то он узнал.