Nullify the Magic

***

Кабинет главы Портовой Мафии в Йокогаме утопал в полумраке. За панорамным окном медленно догорали предзакатные сумерки. Внизу, в порту, зажигались тусклые огни грузовых кранов, а по темной воде залива тянулись длинные смазанные блики. В самом помещении горела лишь одна настольная лампа, отбрасывая густую тень на массивный стол из темного дерева. Размеренно тикали напольные часы в углу, подчеркивая глухую тишину. Огай Мори сидел в своем кресле, спокойно сложив пальцы домиком. На его губах застыла привычная вежливая улыбка — пустая и ничего не выражающая. Чуть в стороне, на дорогом паркете, устроилась маленькая Элис. Она увлеченно рисовала восковыми мелками, шумно выводя на дереве неровные багровые круги. Напротив Мори в глубоком кожаном кресле сидел человек, который выглядел здесь максимально чужеродно. Альбус Дамблдор, облаченный в длинную мантию глубокого пурпурного цвета с вышитыми серебряными полумесяцами, неторопливо потягивал чай. Его седая борода почти касалась краев фарфора, а очки-половинки отражали огни далекого порта. Сама чашка в его руке не остывала — над ней непрерывно вился тонкий, едва заметный шлейф пара, а воздух вокруг старика едва уловимо пах озоном и сухой старой бумагой. — Я ожидал увидеть совсем другое место, — мягко произнес Дамблдор. Его голос звучал тепло и размеренно, контрастируя с холодом комнаты. — Более... кричащее, возможно. — Разочарованы, директор? — Мори чуть наклонил голову набок. — Скорее... удивлен, — старик поставил чашку на блюдце. С легким фарфоровым щелчком пар над ней на мгновение замер. — Ваша Йокогама — поразительный город. Живой. Но в воздухе чувствуется напряжение, которое не под силу измерить ни одному прибору. — Люди часто путают силу с показной роскошью и суетой, — ровным тоном ответил Мори, проигнорировав замечание о городе. — Я предпочитаю, чтобы в моем кабинете люди сначала расслаблялись, а потом начали бояться. Это помогает в бизнесе. Но давайте ближе к делу. Мои подчиненные еще молоды. У самой стены, куда практически не доходил свет лампы, стоял Накахара Чуя. Его пальцы в черной кожаной перчатке нервно выстукивали быстрый ритм по собственному предплечью. От присутствия этого иностранца внутренний зверь Чуи, Арахабаки, глухо и недовольно ворочался, заставляя парня оставаться в постоянном напряжении. — Мори-сан, я до сих пор не понимаю, зачем мы тратим время, — резко бросил Чуя. Его голос прозвучал как щелчок кнута. — Если этот старик уже договорил, я могу просто показать ему выход. Быстро. — Чуя-кун, не хами гостю, это портит репутацию организации, — лениво отозвался Осаму Дазай. Он полулежал в соседнем кресле, закинув ногу за ногу. В свои пятнадцать Дазай выглядел ходячим недоразумением: свежие бинты на шее, плотная повязка, полностью закрывающая правый глаз, и абсолютная, глубокая скука в осанке. В пальцах он лениво вертел тонкий медицинский скальпель, явно утащенный со стола Мори. Лезвие опасно порхало между его фаланг. — Директор проделал долгий путь из самой Британии, чтобы рассказать нам сказку про волшебство, — Дазай притворно вздохнул, поймав скальпель за рукоятку. — Это же ужасно романтично. Я бы даже предложил ему парный суицид, но, боюсь, магия лишена всякого изящества. Слишком много предсказуемых эффектов. Дамблдор медленно перевел взгляд на Дазая. Его добродушное выражение лица осталось прежним, но за стеклами очков промелькнуло нечто тяжелое, вековое. — Наш мир сейчас переживает тяжелые времена, мистер Дазай, — спокойно ответил директор. — Один темный маг пытается вернуть себе абсолютную власть. Его главная цель — мальчик по имени Гарри Поттер. Ему тоже пятнадцать лет. Гарри вырос слишком рано. Ему пришлось столкнуться с вещами, к которым ребенок не должен иметь отношения. Мне нужно, чтобы он выжил. Дазай на секунду перестал крутить лезвие. Он прищурился, внимательно разглядывая старика, а затем слегка наклонился вперед. — Странно, — неожиданно произнес он. Дамблдор понимающе кивнул: — Почему же? — Вы ни разу не спросили, чего хочет сам Гарри, — Дазай криво усмехнулся. — Зато несколько раз сказали, что он должен выжить. Просто показалось, что вы говорите о нем как об очень удобном инструменте. В кабинете воцарилась тишина. Было слышно только, как мелок Элис с тихим скрипом чертит очередной круг на полу. Мори скользнул по Дазаю быстрым, оценивающим взглядом — мальчик, как и всегда, бил точно в цель, обнажая чужие скрытые мотивы. Дамблдор не ответил теплой улыбкой на этот выпад. Его взгляд стал пронзительным, изучающим. — Те, кого используют вслепую — инструменты, мистер Дазай, — тихо, но веско возразил директор. — Но те, кто берет на себя бремя добровольно, становятся защитниками. Иногда грань между ними тонка, но человек всегда выбирает сам. Дазай лениво скосил глаз на босса, уловив, что старик не так прост и не собирается оправдываться. Мори едва заметно кивнул, позволяя словам Дамблдора раствориться в тишине, после чего нажал кнопку на столе. На стене позади него загорелся проектор. На экране развернулась подробная чернильная карта старинного замка, окруженного горами. К удивлению Чуи, крошечные фигурки на этой карте двигались, словно живые. — Итак, детали контракта, — Мори заговорил собранно и сухо. — Вы отправляетесь в Хогвартс под видом студентов по обмену из Японии. Ваша официальная легенда — закрытая школа «Теневого пути». Директор обеспечит документы и ваше зачисление на пятый курс. Палочки, которые вам выдадут — это пустышки, просто куски дерева со встроенными микропередатчиками Портовой Мафии. Они будут резонировать с вашей энергией эсперов, имитируя местное колдовство. Применять способности открыто в их первозданном виде категорически запрещено. Мори выдержал короткую паузу. — Ваши задачи. Первая — скрытая охрана Гарри Поттера. Вы должны стать его тенями. Вторая — контрразведка. В школе будет находиться инспектор Министерства, Долорес Амбридж. Она станет главной проблемой внутри школы. Остальное Дазай поймет сам. Она не должна узнать, кто вы такие, иначе вас ждет казнь по их законам. И третья задача — ликвидация угроз. Если на школу нападут — действуйте без ограничений. Череп волшебника ломается так же легко, как и любого другого человека, Чуя-кун. — Школа... — Дазай вдруг тихо рассмеялся, и в этом смехе послышались опасные нотки. — Представляешь, Чуя? Нам снова придется учить уроки, сдавать домашние задания и возиться с котлами. Интересно, тебя распределят на Пуффендуй? Остроконечная шляпа визуально добавит тебе пару сантиметров роста, может, тогда тебя наконец перестанут путать с младшеклассником. — Заткнись, скумбрия! — Чуя мгновенно вспыхнул. — Я тебя сейчас прямо в это окно распределю! Мори-са-ан, это издевательство! Мы — исполнительные члены Мафии, а не няньки для очкастого придурка в замке! У меня в порту дел на месяц вперед, а вы меня отправляете учить латынь?! — Это приказ, Чуя-кун, — голос Мори мгновенно утратил всякую мягкость. Тяжелая, невидимая аура Босса Портовой Мафии опустилась на комнату, мгновенно подавив едва начавшую проявляться багровую способность Чуи. Посуда на столе перестала вибрировать. Чуя стиснул зубы и опустил голову, тяжело дыша. — Это выгодно для организации, — ровно продолжил Мори. — Магический рынок Европы закрыт для чужаков. Если мы поможем директору, Портовая Мафия получит монополию на поставки магических артефактов в Азию. Именно поэтому этот приказ получили вы. Мори выложил на стол два плотных конверта из желтоватого пергамента с фальшивыми документами и билетами. — Если вас раскроют, Мафия от вас открестится. Вопросы? Дазай поднялся с кресла. Его темный плащ колыхнулся. Он подошел к столу и взял конверты. Тонкие, покрытые бинтами пальцы коснулись пергамента. Бумага ответила легким, едва ощутимым покалыванием магического следа. Но стоило Дазаю сжать конверты плотнее, как покалывание мгновенно исчезло — врожденная способность «Неполноценный человек» стерла чужую энергию без остатка, оставив в руках лишь обычную, мертвую бумагу. Юноша ничего не сказал, лишь спрятал документы во внутренний карман. — Что ж, директор, — Дазай повернулся к Дамблдору, и на его лице снова появилась фальшивая улыбка. — Надеюсь, ваш Поттер переживет знакомство с нами. Чуя лишь раздраженно фыркнул, поправил свою черную шляпу и быстрыми шагами направился к выходу из кабинета. Дазай ленивой походкой пошел следом. Тяжелая дубовая дверь со щелчком закрылась. Дамблдор проводил их долгим взглядом. — Они действительно такие, как написано в отчетах? — тихо спросил он. Мори спокойно налил себе чай. Над его чашкой пар, в отличие от гостевой, вел себя послушно и рассеивался по законам физики. — Даже хуже. Дамблдор едва заметно наклонил голову. — Хорошо. Мори поднял на него взор. — Признаться, директор, меня до сих пор интересует один вопрос. Почему именно они? Дамблдор не ответил сразу. Он подошел к панорамному окну и несколько секунд молча смотрел на вечернюю Йокогаму. — Иногда, чтобы победить чудовище... — наконец произнес он, — приходится доверить меч тому, кто сам способен стать чудовищем. Мори молча наблюдал за гостем, подперев подбородок ладонью. — Значит... вам нужны не защитники. Вам нужны исполнители, которые сделают то, на что ваши люди никогда не решатся. Директор лишь слегка усмехнулся своему отражению в стекле. — Иногда полезнее иметь рядом тех, кто не связан правилами моего мира, господин Мори. Он повернулся. Мори выдержал паузу, обдумывая ответ волшебника, а затем медленно поставил чашку на блюдце. — Хм... Значит, вы выбрали их задолго до нашей встречи. И договор с Портовой Мафией был нужен лишь для того, чтобы получить мое согласие? Лицо Дамблдора приняло загадочное выражение: — Назовем это... взаимовыгодным сотрудничеством. Мори тихо хмыкнул. В его глазах мелькнул холодный отблеск. — Теперь многое стало понятнее. — Он поднялся из-за стола и протянул руку. — В таком случае наш договор остается в силе. Дамблдор ответил на рукопожатие. — Благодарю за содействие, господин Мори. — Берегите не моих людей, директор, — уголки губ Мори поползли вверх, и в его облике прорезалось нечто хищное. — Берегите своих учеников. В кабинете повисла тишина. Дамблдор медленно кивнул, принимая предупреждение. — До встречи. Он развернулся и вышел из кабинета. Дверь тихо и плотно закрылась. Мори еще несколько секунд смотрел ей вслед. — Какой опасный старик... — негромко произнес он в пустоту. Элис, не отрываясь от своего рисунка, вдруг тихо проговорила: — Ринтаро... Мори посмотрел на девочку. Она медленно подняла на него взгляд своих больших, неестественно застывших голубых глаз. — Этот дедушка улыбается так же страшно, как ты. Мори несколько секунд молчал, глядя на новые багровые круги, покрывавшие паркет, а затем тихо, искренне рассмеялся. За панорамным окном окончательно погас последний луч солнца, погружая Йокогаму в ночную тьму.