Право сильного

Гарри сидел на скамье в дальнем углу сада, глядя на звёзды, перемигивающиеся в темнеющем небе. В голове всё ещё пульсировало увиденное – золотистый ореол вокруг Северуса, его любовь, такая огромная, что у Гарри до сих пор перехватывало дыхание. Звук шагов по гравию заставил его обернуться. Драко шёл медленно, опустив глаза, и явно не ожидал увидеть здесь кого-то. Заметив Гарри, он на мгновение замер, но потом опустился на скамью рядом. – Тоже не выдержал в четырёх стенах? – тихо спросил он, глядя перед собой. Гарри кивнул, хотя понимал: причины у них были разные. Какое-то время они сидели молча. Где-то в кустах пел соловей, ветер шелестел листвой, а в доме за их спинами тёплым светом горели окна. – Гарри, – вдруг начал Драко, и в его голосе появилась та редкая, непривычная уязвимость, которую он позволял себе только с другом. – Тот эльф... Никс... Он принёс вещи моей мамы. Перстень, фамильный. Я должен был его надеть, но... – он вздрогнул и порывисто сжал кулаки. – Он обжёг меня. Как чужого. Гарри молчал, чувствуя, как внутри всё сжимается от сочувствия и одновременно от невозможности сказать правду. – Снейп сказал, что попробует зелье, – продолжил Драко. – Экспериментальное. Чтобы снять блок. Но вдруг оно не сработает? Вдруг станет хуже? Я только нашёл... – он запнулся, подбирая слово, – ...свою семью. Люциуса. А если я снова всё потеряю? Гарри положил руку ему на плечо. Единственное, что мог сделать сейчас – быть рядом. – Драко, – тихо сказал он, – ты сильнее, чем думаешь. Мы оба это знаем. Ты выжил в приюте. Ты выдержал Клеща. Ты справишься и с этим. – Откуда ты знаешь? – горько усмехнулся Драко. – Ты не понимаешь. Ты не носишь чужую фамилию. Ты не смотришь на свой род и не чувствуешь себя самозванцем. Гарри стиснул зубы. Если бы Драко знал, если бы Гарри мог сказать... Но он не мог. Северус не разрешал. И это разрывало изнутри. – Я знаю одно, – сказал он вместо этого, – Люциус смотрит на тебя не как на чужого. Он смотрит на тебя, как... смотрят на самое дорогое. Я видел это сегодня. Ты для него не просто племянник. Ты – кровь. Его кровь. Драко повернулся к нему, и его глаза влажно заблестели. – Правда? – Правда. Они снова замолчали. Гарри чувствовал, как Драко постепенно успокаивается. – Знаешь, Поттер, – он искоса взглянул на друга, – если бы нам недели две назад в приюте кто сказал, что скоро мы будем сидеть в частном саду Мэнора и всерьёз обсуждать, чьё «экспериментальное зелье» круче и чей опекун загадочнее... я бы решил, что он отравился тухлой овсянкой Флетчера. Гарри фыркнул. – О да. Или что главной нашей проблемой будет не «как не получить по загривку за немытый пол», а «как правильно держать осанку перед Лордом». Драко улыбнулся уже свободнее, и напряжение исчезло совсем, уступив место той самой приютской солидарности, которая держала их на плаву все эти годы. – Господа! – раздался вдруг звонкий голосок, и из кустов появилась Лула. – Господа Гарри и Драко! Господин Люциус и господин Северус просят вас обоих подняться в малую гостиную. Немедленно. Мальчики переглянулись. – Обоих? – переспросил Драко. – Обоих-обоих! – подтвердила Лула и исчезла с хлопком. Гарри почувствовал, как сердце пропустило удар. Северус зовёт его. В гостиную, где сейчас Люциус и скоро будет Драко. Или... не только в гостиную? Драко, судя по лицу, думал о том же, и в его взгляде мелькнуло понимание, смешанное с лёгкой завистью. – Пошли, Поттер, – он поднялся и протянул руку, помогая Гарри встать. – Похоже, твой черёд настал. Гарри сглотнул, чувствуя, как внутри разгорается тот самый жар, к которому он уже привык. Они пошли к дому, и на полпути Драко вдруг, шутя, толкнул его плечом. Гарри толкнул в ответ. Совсем как в приюте. Только теперь – дома.