Право сильного

После завтрака они вышли в сад. Утро было росистым и свежим, солнце только начинало пригревать, а воздух был напоен ароматом цветущих роз. — Покажи ещё, — попросил Гарри, когда они отошли подальше от дома. — А вдруг не получится? — снова засомневался Драко. — Получится, — терпеливо сказал Гарри. — Ты же чувствуешь её. Не заставляй, просто... позволь. Драко глубоко вздохнул и протянул руку к ветке растущего неподалёку куста. На этот раз он не торопился, не пытался вытолкнуть магию наружу. Он просто... позвал. И ветка дрогнула. Сначала Гарри подумал, что показалось. Но потом один из листьев медленно, словно нехотя, оторвался от стебля и повис в воздухе. Драко смотрел на него расширенными глазами, боясь дышать. — Ты сможешь, — тихо поддержал Гарри. — Продолжай. Лист поднялся выше, покружился и плавно опустился на ладонь Драко. Тот смотрел на него, не веря своим глазам. — Я сделал это, — выдохнул он. — Я правда сделал это. Гарри хлопнул его по плечу. — А ты говорил — «не получится». Драко рассмеялся — счастливо и немного смущённо. И Гарри вдруг подумал, что давно не видел его таким. Свободным. Настоящим. — Попробуй ещё, — сказал он, подходя к раскидистому кусту белых роз. — Посмотри на эту розу. Она замёрзла в тени. Согрей её. Драко глубоко вздохнул, закрывая глаза. Он вытянул руку, и Гарри увидел, как пальцы друга мелко дрожат. Это не был страх — это было благоговение перед силой, с которой он только начинал учиться жить. — Я боюсь её спугнуть, — прошептал Драко. — Она такая... тонкая. Как натянутая нить. — Не тяни за неё, — тихо посоветовал Гарри. — Просто пожелай. Магия любит, когда её просят, а не заставляют. Драко открыл глаза. Сосредоточился на одном бутоне, покрытом капельками холодной росы. Его лицо стало серьёзным, отрешённым. Гарри почти физически ощутил, как внутри Драко пришла в движение энергия — не лавиной, как у него самого, а чистым, прозрачным ручейком. На кончиках пальцев Драко снова заплясали голубые искры. Он медленно поднёс ладонь к розе, и воздух вокруг цветка дрогнул от мягкого тепла. На глазах у Гарри капли росы на лепестках замерцали и испарились, превращаясь в лёгкое облачко пара. Бутон, ещё минуту назад плотно сжатый, вдруг дрогнул и начал раскрываться, расправляя лепестки навстречу теплу, которое исходило от рук Драко. Это был не стихийный выброс, а осознанное волшебство. Драко ахнул, отдергивая руку, но роза осталась раскрытой — живое свидетельство его воли. — Я... я сделал это? — Он обернулся к Поттеру, и его лицо сияло так ярко, что затмевало утреннее солнце. — Я просто хотел, чтобы ей стало тепло! Гарри улыбнулся, чувствуя, как в груди разливается гордость. — Видишь? Ты не просто маг, Драко. Ты чувствуешь жизнь. Твоя магия — это не только огонь и разрушение. Это... — он замялся, подбирая слово, — это изящество. Драко снова посмотрел на розу, осторожно коснулся кончиками пальцев бархатистого лепестка. — Изящество, — повторил он, и в его голосе прозвучала первая нотка той самой малфоевской уверенности, которую невозможно подделать. — Мне это нравится. — Я же говорил, — кивнул в ответ Гарри. — Ты — маг, Драко. Настоящий. Они стояли в саду, и солнце освещало их улыбающиеся лица.