Глава 1: «Совет Десяти. Голодные взгляды на карту».
28 апреля 2026 г., 21:20
Где-то глубоко под поверхностью Пангеи, на глубине, где даже дворфы не решались прокладывать свои туннели, раскинулась Цитадель Набат, сердце Демонического Совета Десяти.
Пространство было колоссальным. Настолько огромным, что противоположную стену едва можно было различить сквозь полумрак. Редкие окна бойницы, прорубленные в толще камня, открывали вид на нижние уровни, бесконечные лабиринты лабораторий, где сутулые фигуры технодемонов в противогазах копошились вокруг древних машин. В воздухе, подчиняясь невидимым течениям, парили чёрные кристаллы самых причудливых форм — от гладких сфер до ветвистых деревьев. Время от времени между ними проскакивала арка плазмы, с тихим треском освещая гигантскую пещеру багрово-синей вспышкой.
И в самом низу, на дне этой бездны, лежало Оно.
Тараск-Координатор. Древнее оружие Тёмных Времён.
Монстр был массивным его тело занимало добрую треть видимого пространства. Мощные, словно колонны древнего храма, конечности покоились на каменном полу, продавленном под их тяжестью. Всё тело покрывала грубая, рельефная чешуя, напоминавшая не столько кожу, сколько горную породу. Каждый щиток был размером с человеческий дом. Голова Тараска, покоящаяся на сложенных передних лапах, казалась хищной и невероятно древней: морду венчали извивающиеся, как застывшие молнии рога. И девять глаз с каждой стороны восемнадцать тускло мерцающих оранжевых огней смотрели в никуда, ибо существо спало вечным, неспокойным сном.
Лицо чудовища закрывала грубая железная пластина, намертво приклёпанная к черепу тысячами заклёпок печать, сдерживающая пробуждение. На правой передней конечности установлено устройство, похожее на радиовышку, опутанное гофрированными трубами, из которых медленно, словно по венам, пульсировала алая энергия.
А на спине Тараска, возвышаясь над его собственной головой, стоял замок. Не украшение а настоящая крепость, с башнями, стенами и бойницами. Цитадель на цитадели.
На высоте трёхсот-четырехсот метров, прямо напротив морды гиганта, из стены выступала огромная консольная платформа. С неё открывался лучший вид на пробуждение Апокалипсиса.
Именно там сегодня собрался Совет Десяти.
***
Десять фигур за массивным столом из того же чёрного металла. Те, кто не поместился за столом, стояли позади, в полумраке, их глаза горели огнями разного цвета от угольно-красных до болотно-зелёных. Их кожа была глубокого, насыщенного синего цвета. Четверо демонов-воинов выделялись даже на фоне остальных. Их рога не были спилены, как у уважающих себя дипломатов, а торчали вверх — мощные, разветвлённые, словно кроны вековых дубов. — Двенадцатый раз за последние сто лет наш продовольственный резерв опустел до критической отметки — голос одного из них, Горрака. — Это происходит каждую тысячу лет. И каждый раз мы собираемся, говорим, спорим… и ничего не меняем. Он встал, его массивная фигура нависла над столом. Когти с шипением царапнули металл. — Люди плодятся, как кролики. Их земли плодородны, их скот жирен, а их склады ломятся от зерна, которое они не съедят за десять жизней. А наши дети голодают. — Восстановление справедливости — тихо, почти шепотом, добавил другой воин Зулл, Его рога были испещрены зарубками, каждый шрам на роге означал поверженного врага. — Они забыли, кто правил этими землями до того, как их предки-изгнанники приползли сюда с хнычущими богами-недоносками. Третий воин, Вортек, не произнёс ни слова. Он просто смотрел на карту, разложенную на столе, на земли людей, отмеченные золотыми контурами городов и серебряными линиями рек. Его взгляд был голодным. Только четвёртый, Ксавьер, сидел молча, сложив руки на груди. Его рога были самыми длинными и самыми изогнутыми. Он ждал. Возражения были, но тонули в нарастающем шуме. — Мы торгуем с ними! — подал голос демон с аккуратно спиленными рогами, одетый в расшитую золотом мантию. Его звали Малкаш. — Контракты на поставку мано-кристаллов, взаимное признание территорий… — Твои контракты не накормят наших детей! — рявкнул Горрак. — Твои контракты это позолоченная клетка, в которую нас загнали. Мы отдаём им силу они дают нам крохи. А сами жиреют! — Есть и другие пути — попытался вмешаться маг в чёрной мантии с посохом, инкрустированным черепами. Техноман Феран. — Мы можем адаптировать технологии Тараска для переработки неорганической материи в… — Мы ждали твою «адаптацию» триста лет! — отрезал Горрак. — Хватит! Четыре голоса «за» уже есть. Он повернулся к остальным. Демоны-торговцы потупили взгляды, маги-учёные переглянулись. Двое из них, более осторожные, попытались было возразить, но Вортек просто положил свою огромную ладонь на стол, и металл под ней прогнулся. Шестой, седьмой, восьмой голоса присоединились нехотя, но безмолвно. Девятый, старейший маг, демон с седой бородой и одним глазом, закрыл глаза и кивнул. — Решение принято. Пробуждение Тараска — объявил Горрак. Гул внизу стал громче. Кристаллы в воздухе замерцали чаще, дуги плазмы стали длиннее. Но Горрак не закончил. Он повернулся к краю платформы, где у самого обрыва, скрестив руки на груди, стоял демон, не участвовавший в голосовании. Он был одет не в воинские доспехи, не в мантию учёного, не в роскошь торговца. На нём был строгий смокинг с галстуком-бабочкой, идеально отглаженный, без единой складки. Его рога были спилены до гладких, закрытых чёрными колпачками культей. — Калхар — обратился к нему Горрак. — Контроль над процессом за тобой. Армию поведём мы. Но путы, сдерживающие Зверя, держишь ты. Совет доверяет тебе. Тишина на платформе стала абсолютной. Даже гул Тараска, казалось, притих. Калхар не обернулся. Он продолжал смотреть вниз, на гигантское тело спящего монстра. — Контроль. Забавное слово. Вы думаете, что я буду контролировать его. А на самом деле… я просто буду рядом, когда он проснётся и отдам поводок вам. Он повернул голову, и в свете очередной плазменной дуги стало видно его лицо, бледное с глубокими морщинами, без возраста. В его глазах, тёмных, как дно Бездны, не было ни воинственного пыла, ни учёного любопытства. Только спокойная, ледяная уверенность существа, которое уже видело, чем заканчиваются такие решения. — Приступайте к пробуждению — сказал Калхар. — Я встречу Зверя, когда он откроет глаза.***
В глубинной лаборатории, среди древних машин, чьё назначение давно стёрлось из памяти даже самых старых демонов, технодемоны в противогазах засуетились у пульта. Тараск-Координатор не был просто чудовищем. Это была машина. Живая, дышащая, мыслящая но всё же машина. Геомагическое «корректирующее» орудие, созданное в Тёмные Времена, когда реальность сотрясали войны между архетипами. Его задача была проста, снести всё на своём пути: войска, города и другие машины разрушения. — Активация первичных контуров — проскрежетал главный технодемон, вставляя в пульт последний мано-кристалл. — Подача энергии от Сердца Осени… стабильна. Руны на железной пластине, закрывающей лицо Тараска, начали светиться. Сначала тускло, затем всё ярче. Багровый свет залил пещеру, отражаясь от чёрных кристаллов в воздухе. Глубоко внизу, в недрах гигантского тела, что-то щёлкнуло. Затем загудело. И, наконец дрожь. Она прошла сквозь камень, сквозь плоть, сквозь саму ткань реальности. Даже на платформе Совета, за сотни метров, она ощущалась как лёгкое, но неумолимое биение пульса. — Просыпается — прошептал Веллар-Ир, и в его голосе впервые прозвучал не страх, а благоговение. Восемнадцать оранжевых глаз Тараска медленно открылись. Демоны-учёные в лаборатории замерли, а затем разразились торжествующими криками. Воины на платформе, включая Кархар-Тока, плотоядно улыбнулись. Только Калхар стоял неподвижно, глядя на пробуждающегося гиганта. В его вертикальных зрачках отражался багровый свет. — Спи — тихо сказал он, хотя никто не мог его услышать. — Спи, пока можешь. Когда ты проснёшься полностью… мир изменится. Тараск медленно поднял голову. Железная пластина на его морде треснула.
