Затмить всех.

Десять фигур — Виктория, Джессика и восемь бойцов — ровным строем прошагали через поле, усеянное мёртвыми волчьими телами и тлеющими останками вражеских вампиров. Воздух вокруг плыл от запаха гари, крови и дурманного манящего аромата. Сладкого, человеческого, пропитанного страхом Беллы Свон. Что как магнит тянул бойцов. Диего позволил себе глухо рычать, держа за руку Бри. Подруга, обычно тихая, дышала жадно, как оголодавший зверь. Том и Джен облизывали губы, их взгляды были прикованы к единственному человеку в этом месте. Фред непроизвольно сглатывал ядовитую слюну. Остальные, не скрываясь нюхали воздух, что услужливый ветер нес прямо к ним. Едва они подошли, как их встретил душераздирающий вой. Из густого подлеска, перескакивая валуны, выпрыгнул юный Сэт Клируотер. Его волчья форма была заметно меньше, чем у взрослых сородичей — не меховой гигант с поляны, а скорее нескладный подросток-оборотень, может, чуть крупнее ирландского волкодава. В его атаке не было ни грамма тактики — только отчаянное беспомощное горе. Он не успел даже приблизиться. — Не тратьте время, — презрительно бросила Джессика. Стив, Стейси и Джо, гнусно ухмыляясь, скользнули навстречу зверю с почти хореографической синхронностью. Стив поймал прыжок волка, приняв удар на себя, при этом умело хватая и зажимая руками волчью пасть. Стейси и Джо с двух сторон одновременно ударили в беззащитные худые бока. Оглушительно захрустело — волчонку разом сломали все рёбра. А затем переломили хребет, пока худое, длиннолапое тело не обмякло. Последний, тихий вздох вырвался из тощей груди и Сэт затих, безвольно распластавшись на земле. Эдвард и Белла словно манекены застыли под толстым стволом большой сосны. Девушка едва держалась на ногах, зажимая руками рот, с глазами, белыми от ужаса. Едва бывшая «подружка» подошла ближе , Белла съехала вниз по стволу и съежилась в клубок , не в силах больше смотреть на мёртвого волчонка и зубасто-улыбчивую Джесс. Эдвард ничего не сказал и не сделал. Он не кинулся поднимать на ноги возлюбленную. Он просто смотрел. Его топазовые глаза, ранее полные боли и муки, теперь были пусты. Он увидел достаточно на сегодня: смерть волков и маленького Сэта, бойню и пепелище, где сгорела его семья, и десяток пар алых глаз, что взирали на него с нескрываемым торжеством. Джессика встала перед ними. Её всегда босые ноги, вспошь в тёмных полосах пепла, что остались от Карлайла и Эсме, уверенно ступали по мёрзлой земле. — Эдвард, — сказала она торжественно. — Мы пришли за твоей любимой игрушкой. И за тобой. Девушка с улыбкой обвела взглядом своих бойцов. Своих ветеранов. — Ну, кто хочет первым попробовать «награду»? Рев и предвкушающий смех, прокатившийся по рядам бойцов, был красноречивее любых слов. Они почти чувствовали вкус сладкой крови на своих языках. Виктория, стоявшая чуть поодаль, нежно улыбнулась Эдварду, глядя на его пустое, прекрасное лицо. Впервые за последние два года её собственная ярость и боль утихли, сменившись глубоким удовлетворением. Теперь он знает, что такое потерять любимых. Он уже сломлен, мёртв изнутри. И сейчас он потеряет последнее, что ему дорого. А потом и сам отправится вслед за своей идеальной семейкой. Эдвард наконец очнулся, медленно поднял и отвёл Беллу себе за спину, принимая боевую стойку. Но это был жест обречённого. Кольцо победителей сомкнулось вокруг них. Бегство было невозможно. Эдвард понимал, что это конец. И для него, и для всей его истории, которая началась с того дня, когда он отверг нахальное предложение болтливой девчонки в школьном коридоре, а также защитил от залетного охотника-бродяги свою первую любовь. — Белла Свон, — произнесла торжественно Джессика, — наша долгожданная конфетка для самых достойных. Однако сегодня достойны все. Храбрейшими и сильнейшими были все вы. А значит каждый достоин своей доли. Но аккуратно, ребят, не стоит по-варварски зря проливать такую славную кровь. Она благосклонно кивнула своей пастве. Ошеломлённый такой чудовищностью Эдвард даже не мог ничего сделать. Сара и Джо, словно читая мысли Джессики, одновременно ударили, отсекая последнему из Калленов ступни, чтобы он не сбежал. Виктория пинком по остаткам голени поставила его на колени, Джессика хладнокровно заломила его правую руку за спину, выворачивая её и не давая ему выпрямиться. Затем Виктория без всяких церемоний просто вырвала его левую руку из сустава и бросила в сторону. Одной рукой она вцепилась в огрызок его плеча, другой вздернула наверх за подбородок его голову. Джессика справа резко дёрнула его за волосы, не позволяя отвести взгляд. Беззащитную Беллу мгновенно окружили голодные вампиры. Каменные ледяные руки неожиданно бережно схватили дрожащую девушку за плечи и руки. Её тихий вскрик и рыдания были сразу заглушены довольным урчанием нескольких глоток. Никто не дрался и не огрызался. Бойцы просто пили. Кто-то быстрее, кто-то медленнее. Каждому доставалось разочаровающе мало, но каждый искренне наслаждался своей порцией. Виктория почти с умилением смотрела на жадно пьющих «деток». Затем наклонилась к бьющемуся в агонии Эдварду и прошептала: — Ты мог по настоящему спасти её. Обратить её. Даровать силу и вечность. И она пала бы в сегодняшнем бою как воительница, а не... — она бросила короткий взгляд на обескровленное тело, — ...как кусок еды. Но ты слишком эгоистичен и труслив, чтобы разделить с ней реальную вечную жизнь. Ты избалованный высокомерный мальчишка, что хотел играть в героя для хрупкой человеческой девочки. И ты закономерно проиграл. Ты подвёл всех: семью, которую не смог защитить, и её, которую обрёк на позорную смерть. Спасибо тебе, Эдвард. Своёй глупостью и ничтожеством ты почтил память моего Джеймса. Джессика не говорила ничего. Она лишь смотрела на него сверху вниз, и широко солнечно улыбалась. И лишь её мысли, которые эмпат слышал с пронзительной ясностью, зазубренной пилой распиливали его разум: «Ты мог быть со мной повежливей, высокомерный ты ублюдок. Мог даже притвориться, что я не пустое место. Но ты выбрал быть говнюком. И её. Эту серую, унылую моль. Хотя знаешь? Я теперь даже рада. Благодаря вам с Беллочкой, я нашла нечто большее. Настоящую семью. Силу. Признание и смысл жизни. Кстати, не в курсе, как там поживает верный золотой ретривер твоей блядоватой пассии? Ладно, можешь не отвечать. Сама с Майком разберусь». Обезумевший от невыносимости происходящего, Эдвард рванулся из последних сил. Но в этом не было больше нужды. Джессика с Викторией больше не удерживали его. По инерции Эдвард пролетел вперёд, упал на левый безрукий бок, потом рывком поднялся на единственной руке и ползком, помогая себе обрубками ног, добрался до мёртвой Беллы. Склонившись на её белым безжизненным лицом, он в последний раз закричал. — Прощай, Эдвард Каллен! — рассмеялась за его спиной Виктория. Она взяла его голову в свои руки и одним движением оторвала её от тела. Джессика вслед за ней быстро оторвала то немногое, что осталось от его конечностей и бросила их на дёргающися торс. Виктория добавила к пазлу его голову. Услужливая Стейси подала зажигалку. Вспыхнувшее пламя жадно пожрало останки Эдварда Каллена, превращая в пепел всю его боль, его любовь, его вечную жизнь.