Anyway, we'll all die

Уилл отправил письмо во вторник… в среду он проверил почту два раза. в четверг пять. письмо не может прийти так быстро, а ответ тем более. в пятницу он перестал считать, сколько раз проверял. если считать можно сойти с ума. а он уже почти… он просыпался ночью и первым делом думал: «может сегодня?» потом вспоминал, что почта работает с восьми. смотрел на часы. три часа ночи. четыре. пять. в шесть он переставал пытаться заснуть. просто лежал и смотрел в потолок. представлял, как Майк читает его письмо. какие у Майка глаза в этот момент. злится? удивляется? выкидывает в мусорку? письмо должно идти примерно 3-4 дня. значит в субботу точно прийдет. Уилл купил билет на поезд в субботу. ответа физически не могло поступить за такое короткое время. не важно. Уилл все равно поедет. ему нужно…  ему нужно просто увидеть. просто оказаться рядом. даже если Майк прогонит. хотя бы увидеть его лицо. хотя бы раз. последний раз. в голове слишком много сомнений. а вдруг Майк не примет его снова. вдруг у Майка уже кто-то… нет. что если Майк уже живет в другом городе… вдруг он обманул Уилла… нет. не может быть. Уилл едет. в поезде смотрит в окно. перед глазами мелькают пейзажи, смены ландшафта, но он ничего не замечает. в голове прокручивает одно и то же «что я скажу? а если он прогонит? а если он не один…». стоило подготовить речь. как бы Уилл не пытался сделать этого, в голове была только каша. и вопросы о том, выслушает ли его Майк. руки дрожат. он сжимает кулаки. вспоминает как рисовал Майка. как плакал над рисунками. как прижимал их к лицу.  как шептал в подушку его имя по ночам. как ненавидел себя за это на следующее утро. как снова рисовал. как снова плакал. бесконечный круг. и сейчас поезд везет его к финалу этого круга.  или к началу нового? нет. он должен выслушать. это нельзя оставить просто так… важно только одно, рассказать Майку все, о чем он так боялся говорить. ждать больше нельзя. это невыносимо … Уилл стоит у двери. долго. очень долго. поднимает руку, опускает. снова поднимает. сердце колотится так сильно, кажется будто оно готово выпрыгнуть… бьется так, что аж тошнит. он чувствует вкус желчи во рту. глотает. снова поднимает руку. ладонь вспотела. он вытирает о джинсы. пробует снова. пальцы дрожат так, что он не может постучать ровно… получается какой-то неровный, больной стук. если не сделает сейчас, убежит. а убегать больше нельзя. «что я ему скажу?» «а если он не откроет?» «если его нет дома?» внутри тишина. такая долгая, что Уилл уже начинает поворачиваться. думает: «ну вот. я опоздал. его нет. или он не хочет. или он знал, что я приеду и специально…» щелчок замка. Майк открывает. он выглядит… плохо. очень плохо. под глазами синяки, одежда мятая, как будто он спит в ней неделю. худой… полутощий… на лице небольшие порезы от бритья. ему все еще плохо. Уилл замечает впалые щеки, как торчат ключицы, как трясутся руки Майка, когда он держится за дверь. и внутри все переворачивается. не от отвращения, а от того, как сильно он все еще хочет касаться этого тела. даже такого. особенно такого. они смотрят друг на друга.  секунду. две. три.  глаза Майка бегают. он не верит. он смотрит на Уилла, потом за его спину, будто проверяет, не снится ли ему это. потом снова на Уилла. рот приоткрывается, но слов нет. … Майк запускает Уилла во внутрь. говорить на пороге неправильно. Уилл заходит. Майк закрывает за ним дверь.  звук закрывающейся двери громкий. слишком громкий. Уилл вздрагивает. Майк замечает это и замирает. смотрит на ручку двери. потом переводит взгляд на Уилла. — ты… ты правда здесь? — голос хриплый, простуженный. или просто давно не использовался. Уилл кивает. язык прилип к небу. он не может выдавить ни слова. и теперь… Уилл все таки начинает говорить. с запинками, с повторами, с паузами. ему страшно, его трясет… но сказать нужно. — Майк… я… я… я пытался. ты даже не представляешь как я пытался. и сколько я пытался. я искал других… правда искал. я думал, если… если найду кого-то похожего станет хоть немного легче. хоть чуть чуть… легче не становилось. они все… они все не ты. понимаешь? они смотрят на меня, а я вижу тебя. они говорят, а я слышу тебя. … я — голос срывается. он сглатывает. горло сжимается. слова застревают, но он выдавливает их силой, потому что если остановится сейчас, больше никогда не сможет. — я люблю тебя. правда люблю. и… я больше не могу держать это в себе. это ломает меня. разрывает изнутри. я не могу больше… просто. просто. … скажи мне уйти, и я уйду. но если есть хоть один шанс… хоть один… я… в горле встает ком. такой огромный, что дышать больно. Уилл замолкает. просто стоит и смотрит на Майка. ждет приговора. Майк не дает ему договорить. — ты думаешь я встречался с Оди, потому что любил ее?  пауза.  эта пауза длится вечность. Майк смотрит куда-то в стену. потом переводит взгляд на Уилла. и в этом взгляде… столько боли, что Уиллу хочется закрыть глаза. — я встречался с ней, потому что боялся. боятся смотреть в твою сторону. боялся, что если позволю себе хоть на секунду подумать о тебе… не как о друге… то я уже не смогу остановиться. а ты… ты был моим лучшим другом. ты был единственным кого я ни за что не мог потерять. и я думал… если я спрячу это достаточно глубоко оно умрет. думал, если я начну встречаться с Оди, я забуду об этом. что перестану смотреть на тебя так. что стану нормальным… он проводит рукой по лицу. устало. разбито. — но оно не умерло. оно просто жрало меня изнутри. каждый день, когда ты был рядом. каждый день, когда я видел тебя. когда ты улыбался. когда ты касался меня. случайно, по-дружески. а я хотел, чтобы ты касался иначе. я так хотел, что готов был умереть. но я думал… я думал, что я один такой. что ты… что ты никогда… он подходит ближе. — а потом… а потом… ты признался нам тогда, и сказал, что твои чувства к парню не взаимны… и я понял, что это точно не может быть обо мне. что у тебя есть кто-то другой. что я… голос срывается. Майк замолкает. смотрит в пол. плечи трясутся. он касается лица Уилла. осторожно. так осторожно, будто он может исчезнуть. пальцы холодные. дрожат. гладят скулу, словно проверяют, настоящий ли. Уилл чувствует, как от этого прикосновения по телу идет ток. как волосы на затылке встают дыбом. — я люблю тебя, Уилл. я всегда любил. всегда. только тебя. Майк приблизился еще ближе. слишком близко. их дыхание смешивалось. слишком… слишком… Уилл видит каждую ресницу Майка. видит, как блестят его глаза. влажно, больно, отчаянно. видит, как губы дрожат. и понимает: это происходит на самом деле. это не сон. это не очередной рисунок, к которому можно прижаться щекой. — Майк… — шепчет Уилл. — я… он не договаривает. потому что слов больше нет. есть только это: Майк рядом. Майк смотрит на него так, как Уилл всегда мечтал. Майк только что сказал «люблю». Уилл тянется к Майку. и сам начинает поцелуй. его руки осторожно ложатся на щеки Майка. кожа под пальцами горячая. шершавая. живая. настоящая. Уилл чувствует, как Майк выдыхает ему в губы. судорожно, всхлипывающе. как его руки впиваются в спину, притягивают ближе, будто боятся отпустить. и Уилл целует его. не красиво. просто прижимается губами и не может оторваться. потому что это все. это то, ради чего он рисовал ночами. то, ради чего плакал в подушку. то, ради чего он ехал сюда, не зная, примет ли Майк его или пошлет. Майк отвечает. жадно. отчаянно. кусает губу, заглатывает стон, который Уилл даже не заметил, что издал. их зубы сталкиваются, это больно, но Уиллу плевать. он хочет эту боль. он хочет все, что Майк готов дать. — не уходи, — шепчет Майк в его губы. — пожалуйста. никогда не уходи. Уилл чувствует, как по щеке Майка течет слеза. или по своей. он уже не различает. — нет, нет, нет, — отвечает он. — я никуда… Майк целует его снова. жадно. глубоко. Уилл чувствует, как руки Майка сжимают его спину, притягивают ближе. еще ближе. не хватает. не хватает. они целуются у двери. долго. бесконечно долго. Уилл забывает дышать. забывает, как его зовут. помнит только одно: Майк. Майк. Майк. ноги подкашиваются. они оба оседают, но не отрываются друг от друга. трутся друг о друга, не в силах остановиться. Уилл чувствует, как Майк возбужден. и сам, наверное, такой же. это не важно. важно только то, что они здесь. кровать где-то там. они добираются до нее. падают. не разрывая поцелуя. Майк нависает сверху. смотрит. глаза дикие, влажные, голодные. — ты здесь, — шепчет он. — ты правда здесь. Уилл не отвечает. только тянется вверх, ловит его губы снова. они целуются. снова. и снова. и снова. Уилл теряет счет времени. минуты? часы? неважно. Майк отрывается от его губ. начинает целовать лицо. лоб. веки. переносицу. щеки. уголок губ. сначала осторожно, будто пробует на вкус. потом жадно, будто не может насытиться. потом спускается ниже. подбородок. Уилл запрокидывает голову, открывая шею. Майк принимает этот подарок. целует шею. сначала нежно. потом сильнее. потом всасывает кожу, оставляет метки. Уилл чувствует, как кровь приливает к этим местам. как они горят. как хочется, чтобы Майк пометил его всего. чтобы никто никогда не усомнился, чей он. — Майк, — выдыхает Уилл. имя как молитва. как единственное слово, которое он вообще знает. Майк целует ключицы. Уилл гладит его спину. проводит ладонями по лопаткам, чувствует, как мышцы перекатываются под кожей. сжимает плечи. слишком сильно. Майк выдыхает от боли, но не останавливается. Уилл тут же расслабляет пальцы, гладит нежно, извиняясь. но Майк ловит его руку и прижимает обратно. сильнее. пальцы Майка расстегивают рубашку Уилла. дрожат. никак не могут справиться с пуговицами. Уилл слышит его сбивчивое дыхание, чувствует, как трясутся руки. и это… самое прекрасное, что он когда-либо чувствовал. Уилл приподнимается сам. поддается вперед. помогает стянуть рубашку с плеч. и Майк снова целует его. уже грудь. целует шею, ключицы, грудину. спускается к соскам. Уилл выгибается сам, вжимается в него, подставляется. ему нужно больше. всегда больше. Майк обводит сосок языком, потом втягивает в рот. Уилл стонет. всхлипывает. хватает Майка за волосы, прижимает сильнее. — да, — шепчет он. — пожалуйста. пожалуйста. он не знает, о чем просит. просто просит. просто хочет, чтобы Майк не останавливался. никогда. Уилл запускает руки под футболку Майка. касается горячей кожи. Майк отстраняется ровно настолько, чтобы стянуть ее через голову. и снова возвращается. снова целует грудь Уилла. они трутся друг о друга. бессознательно. живот к животу. пах к паху. трение недостаточно. всегда недостаточно. Уилл вжимается сильнее, хочет провалиться сквозь кожу, стать частью Майка. Майк отвечает тем же. двигается навстречу. ритм сбивается, дыхание сбивается, все сбивается. потом Майк спускается ниже. целует живот. проводит языком по дорожке волос вниз... Уилл хватает его за плечи. тянет. пытается спустить еще ниже. Майк усмехается. Уилл чувствует это кожей, и подчиняется. Уилл трогает Майка везде, до чего может дотянуться. спину. поясницу. бедра. осторожно. но иногда сжимает пальцы слишком сильно, оставляя синяки. и тут же гладит, успокаивая. Майк не против. Майк, кажется, вообще ничего не против. Майк стягивает с Уилла джинсы. неуклюже. торопливо. Уилл помогает, избавляясь от всего, что мешает. потом Майк стягивает свои. и снова возвращается. целует бедро. внутреннюю сторону. нежную кожу. Уилл вздрагивает. чувствует, как член дергается в предвкушении. Майк целует пах. дышит там. горячо. влажно. почти касается. почти. Уилл стонет, выгибается, пытается насадиться сам. — Майк, — хрипит он. — Майк, пожалуйста. пожалуйста… Майк отстраняется. Уилл хочет закричать от потери. но видит, как Майк тянется к прикроватной тумбочке. роется там. находит вазелин. старую банку, пыльную, забытую. Уиллу плевать. Уиллу нужно только одно. Майк смотрит на него. спрашивает взглядом. Уилл кивает. да. да. да. пальцы Майка скользят.  сначала по бедру. по животу. дразнят. Уилл хочет убить его за эту пытку.  потом внутри.. один палец. Уилл зажмуривается. чувствует, как тело принимает. привыкает. просит больше. Майк двигает пальцем медленно. осторожно. Уилл сжимает простыни. терпит. ждет. второй палец. уже легче. уже лучше. Майк массирует внутри, ищет что-то. находит. Уилл выгибается дугой, вскрикивает. ноги трясутся. он почти кончает от одного только этого. — еще, — шепчет он. — Майк, еще. пожалуйста. Майк добавляет третий. растягивает. Уилл всхлипывает. имя Майка срывается с губ снова и снова. молитва. мантра. единственное, что имеет значение. — теперь, — просит Уилл. — теперь. пожалуйста. Майк убирает пальцы. Уилл чувствует пустоту. секунду. потом Майк оказывается сверху. смотрит в глаза. спрашивает снова. Уилл тянет его за плечи вниз. Майк входит. медленно. осторожно. Уилл чувствует каждое движение, каждый миллиметр. это много. это слишком. это недостаточно. он подается бедрами навстречу, заставляя Майка войти глубже. резче. грубее. Майк стонет. срывается. начинает двигаться быстрее. Уилл хватает его за спину. впивается ногтями. притягивает ближе. каждый толчок ближе. каждый толчок глубже. Уилл чувствует, как теряет себя. как растворяется. как становится только этим: телом, принимающим Майка. потом Уилл ловит руки Майка. те, что сжимают его бедра. и тянет их вверх. к своей шее. Майк не понимает сначала. но Уилл настаивает. прижимает ладони Майка к своему горлу. сжимает их своими пальцами. давит. — да, — выдыхает он. Майк замирает на секунду. смотрит. глаза темные, дикие. потом сжимает пальцы сам. Уилл чувствует, как воздух перекрывается. как в глазах темнеет. как каждое движение Майка внутри отдается вспышками. боль от сдавленной шеи смешивается с удовольствием, усиливает его в тысячу раз. Уилл кончает почти сразу. с криком. с именем Майка на губах. Майк выходит через несколько толчков. кончает на живот Уилла. горячо. липко. Уилл чувствует каждую каплю. они лежат. тяжело дышат. Уилл все еще чувствует руки Майка на своей шее. чувствует его внутри. даже когда его там нет. Майк откидывается на спину. смотрит в потолок. молчит долго. потом поворачивается к Уиллу. — останься, — говорит он. не спрашивает. утверждает. — навсегда. я запру дверь, и ключ будет только у меня. Уилл смотрит на него. на этого человека, который только что был в нем. который только что держал его за горло. который предлагает ему клетку. он думает о мире снаружи. и… этот мир не нужен ему без Майка. нужен только Майк. только они. только это. остальное больше неважно.  потом смотрит на Майка. на его разбитое, прекрасное лицо. на руки, которые касались его везде. на тело, которое только что дарило ему небо. — да, — отвечает Уилл. — да. Майк кивает. он лежит рядом. не обнимает. просто лежит. их плечи соприкасаются. достаточно. Уилл смотрит в потолок. слушает дыхание Майка. чувствует, как сперма засыхает на животе. как саднит шея там, где давили пальцы. как ноет тело внутри. он улыбается. наконец-то дома.