последняя встреча.

Дребезжащий звук школьного звонка разнесся по всему коридору, оповещая, что еще один урок был позади. Дверь кабинета с грохотом распахнулась, едва не слетев с петель, и из кабинета пулей вылетел парень, сбивая все на своем пути: кого-то задел плечом, кого-то толкнул, перед кем-то даже не извинился - ни перед школьниками, ни перед учителями, ни перед уборщицей, которую он чуть не опрокинул вместе с шваброй. Он бежал, не останавливаясь. Дыхание сбилось уже на середине пути - прогулянные уроки физкультуры напоминали о себе даже в такой важный момент. Времени остановиться, отдохнуть, дать себе передышку не было. Ему нужно было найти его. И вдруг он увидел. Среди серой массы учеников мелькнула светлая, шелковистая макушка. Сердце забилось чаще, прибавляя сил. Нельзя терять ни минуты, ни секунды. Он бросился в толпу, расталкивая школьников в стороны. Недовольные возгласы послышались в спину. Куча оскорблений и ругани билось о голову и тут же разбивалось об пол. Нет смысла обращать внимание. Вылетев из толпы, парень кое-как удержался на ватных ногах от бега. Сердце неимоверно колотилось внутри груди, готовое вот-вот выпрыгнуть из нее и пластом упасть на холодный кафель. - Эллиот! - окликнул он, пытаясь отдышаться. Блондин обернулся на голос. И не только он. Десятки школьных глаз уставились на них, кто-то даже замедлил шаг, почти окружив двоих, стоящих в центре коридора. Столько внимания давило на плечи тяжелым грузом. Эллиот моргнул, узнав окликнувшего. Серые волосы прилипли к вспотевшему лбу, грудь тяжело вздымалась, а в глазах застыло что-то отчаянное, почти безумное. Шанс попытался вдохнуть поглубже, но легкие будто сжались в спазме. Он открыл рот, но звук не вышел - только сиплый выдох. Толпа вокруг них начала шептаться, кто-то даже тыкался пальцем. - давай отойдем, - Шанс подхватил его за локоть, потянув в сторону подоконника, подальше от любопытных глаз. Здесь было чуть тише, хотя гул коридора все равно проникал сквозь тонкую стену. Парень прислонился спиной к холодному подоконнику, закрыл глаза на секунду, пытаясь успокоить сердцебиение. - я думал, не найду тебя - выдохнул он наконец - что у тебя с телефоном? Почему ты не брал трубку? Повисла пауза. Эллиот поспешно похлопал себя по карманам, потом по вторым, и виновато отвел взгляд в сторону: - дома оставил... так в чем дело? Школьный звонок вновь прозвенел, призывая учеников расходиться по кабинетам, но оба остались стоять на месте. Их уроки закончились, они ничего не теряли. Блондин терпеливо ждал ответа и объяснений ситуации, почему Шанс искал его, почему позволил себе бегать по коридорам, его голова склонилась на бок, и солнечный свет из окна падал на его светлые волосы, делая их золотыми. - ты уезжаешь. - наконец выдавил парень, тихо, почти шепотом. Эллиот дернулся, будто от обжигающей пощечины. - это... - блондин запнулся, провел рукой по затылку, пытаясь подобрать правильные слова в такой ситуации. Он умалчивал, не хотел, чтобы Шанс знал об этом. - я хотел сказать. Честно. Просто не знал... как... - когда? - сегодня. Сегодня вечером. Всего несколько часов. Для кого-то это целая вечность. Для них сейчас - мгновение, которое сжималось до размера песчинки. Шанс поднял глаза. В них блестело что-то, чему Эллиот предпочел бы не верить. - и ты посмел молчать? - я боялся, - признается Билдер тихо. - думал, если не говорить, то этого не случится. Глупо. Детский лепет лишь течет из его уст, но это прозвучало до мурашек честно. Где-то хлопнула дверь класса. Коридор опустел, только редкие опоздавшие пробегали мимо, даже не взглянув в их сторону. Двое у подоконника остались в своем мире. - ты поэтому бежал? - спросил Эллиот, присаживаясь на подоконник и жестом приглашая друга сесть рядом. - чтобы спросить? - чтобы увидеть. - Шанс опускается рядом. Их плечи соприкоснулись. - пока ты еще здесь. Повисла тишина. Где-то в конце коридора заливисто засмеялась компания девчонок, но этот звук казался доносящимся из другого измерения. Здесь время текло иначе - тягуче, как холодный мед. - куда? - спрашивает шанс и взгляд его не отрывается от нежных голубых глаз Эллиота. - другой город. Тысяча километров отсюда. - тысяча... он опускает его руку, откидывает голову назад, переводя взгляд на потолок. Интересно, какая карта у той тысячи километров? - значит... - вновь начал Шанс медленно. - все, что мы строили: дружба, разговоры до утра, мои дурацкие шутки, над которыми ты смеялся — все это просто закончится? Эллиот молчит. Он смотрел на свои руки, сложенные на коленях, и молчал. - эй, - сероволосый толкает его плечом. - я с тобой говорю. - а что я должен ответить? - голос блондина дрогнул. Он резко повернулся к нему. В глазах блестело что-то мокрое, но он сдерживался изо всех сил. - я не хочу уезжать, Шанс. Каждое утро я просыпаюсь и думаю: “опять придется делать вид, что все нормально”. Эллиот осекся, сжал челюсть. - я не знаю, как буду жить без тебя - выплюнул он, будто признание жгло ему губы. - я не знаю, как буду жить без того, кто называет меня дураком, без того, кто молча сидит рядом, когда мне плохо. Без того, кто просто есть. Шанс замер. Он знал Эллиота и его семью несколько лет. Несколько лет их крепкой дружбы: ночевки с приставкой, совместные прогулки, первый настоящий разговор о том, что страшно и больно, первая выкуренная тайком сигарета. Одна на двоих. Несколько лет и ни разу Эллиот не говорил так. Ни разу не открывался с такой стороны. Шанс вдруг дернулся и притянул его к себе, обнимая крепко, до хруста. Эллиот замер на секунду, а потом уткнулся лицом в плечо друга - или не друга? - и выдохнул, позволяя себе наконец расслабиться в этих руках. Плечо, в которое уткнулся Эллиот, быстро намокло, и Шанс сделал вид, что не замечает. Вместо этого он просто прижался щекой к светлым волосам, вдыхая знакомый запах. Мелочь. Глупая, незначительная мелочь, но сейчас она отозвалась в груди такой острой, почти физической болью, что Шанс зажмурился. Тысяча километров. Это не просто цифра. Это невозможность вдохнуть тот самый запах. Пустота в переписках по ночам. Утро без кофе из автомата, который на самом деле отвратительный, но Эллиот всегда брал два стаканчика, потому что знал: Шанс не выспался и ему нужно проснуться. сероволосый сильнее сжал объятия, будто пытался удержать, впечатать в себя каждую секунду этого момента. Ладонь чувствовала, как вздрагивают лопатки блондина от беззвучных всхлипов. Должно быть стыдно плакать в школьном коридоре, где в любую минуту кто-то может выйти, но стыд разбился о ту самую правду. Шанс протянул руку и коснулся щеки Эллиота. Тот вздрогнул, но не отстранился. Кожа была горячей, влажной от слез, и под пальцами чувствовался пульс - частый, испуганный и живой. - я не знаю, что делать, - признался он. Голос прозвучал глухо, будто из глубокого колодца. - я никогда не думал, что ты... что ты можешь исчезнуть. Эллиот накрывает его ладонь своей, прижимая к щеке плотнее, глаза закрылись, дыхание выровнялось. Слово без имени, которое они оба понимали одинаково. Оно витало между ними годами, пряталось за шутками, маскировалось под обычную дружбу, а теперь вылезло наружу. Огромное и неудобное, и требовало ответа. Эллиот приоткрыл глаза, и в них плескалась такая смесь надежды и обреченности, что у Шанса перехватило дыхание. - а что бы изменилось? - спросил он тихо. - все. - Шанс горько усмехается. - Мы бы не тратили время на дурацкие игры, не притворялись, что нам все равно когда кто-то из нас с кем-то встречается, не делали вид, что ночные разговоры до утра — это просто разговоры. Но я боялся. - наконец он признался. - думал, если скажу, ты отдалишься. Испугаешься. Уйдешь. - а теперь? - теперь ты все равно уходишь. И я жалею, что молчал. Эллиот дернулся, будто хотел что-то сказать, но Шанс приложил палец к его губам. Теплые, сухие, чуть потрескавшиеся. Он смотрел на него, не отрываясь, впитывая каждую деталь. Как солнечный свет играет в зрачках, как пальцы сжимаются в кулак, а потом расслабляются, как вздымается грудь под школьной красной рубашкой. Время текло медленно. Где-то за окном пролетела стая птиц, и тени от них мелькнули по их лицам, делая похожими на кинокадры. Они запоминали друг друга. Этот свет. Эти тени. Запоминали друг друга. Шанс потянулся вперед. Медленно, давая блондину возможность отстраниться, если он пожелает, но он смиренно ждет. Нежный поцелуй коснулся его лба - легко, почти невесомо, будто ставил печать на этом моменте. За окном светило солнце. В коридоре было тихо, а они сидели на холодном подоконнике и мир вокруг перестал существовать. Остались только двое. И несколько часов впереди.