Подражатель

Время близилось к полуночи. После напряженного разговора в Discord про убийцу Катя так и не смогла уснуть. Она сидела на своей кровати, обхватив колени руками, и смотрела в окно. Улицы были пустынны из-за комендантского часа, освещаемые лишь тусклым светом фонарей. Вдруг внизу, прямо под её окнами, мелькнула тень. Сердце Кати ушло в пятки. Кто-то шел вдоль стены дома. Она прильнула к стеклу, затаив дыхание. Фигура вышла под свет фонаря — это оказался обычный мужчина в куртке, который, озираясь, торопливо семенил к соседнему подъезду, видимо возвращаясь с ночной смены и нарушая режим. Катя с облегчением выдохнула. Обычный прохожий. У неё просто разыгралась паранойя. Она легла обратно, пытаясь успокоиться. В квартире стояла гробовая тишина. Родители спали в соседней комнате. В 02:15 тишину разорвал резкий, пронзительный звонок домашнего телефона, стоящего в коридоре. Катя вздрогнула. Кому в здравом уме придет в голову звонить на старый стационарный телефон в два часа ночи? Она на цыпочках вышла в темный коридор. Телефон продолжал надрываться. Катя сняла трубку. На том конце не было гудков — только странное механическое шипение, а затем зазвучал холодный автоматизированный мужской голос, похожий на запись автоответчика. — Это официальное сообщение от департамента полиции. Мы получили информацию о том, что в вашем районе находится преступник. К сожалению, телефонная связь будет отключена для ремонтных работ. Вот шаги для обеспечения вашей безопасности, если к вам проникнет злоумышленник. Спрячьтесь и не бродите по дому. Оставайтесь в одной комнате. Ждите, пока злоумышленник покинет дом. Если злоумышленник увидит вас, то… Запись внезапно прервалась жутким статическим треском. Следующая фраза была произнесена совершенно другим голосом — тоже человеческим, но звучала так, словно аудиодорожку пустили задом наперёд. Звуки ломались, захлебывались, превращаясь в неразборчивое бульканье и скрежет: — Оцил ешав тёврозар но. Каждый человек в их районе в эту самую секунду держал трубку и слышал этот бессмысленный набор звуков. Но мозг Кати натренированный в детстве когда она играла в перевёртыши, сложил их в правильном порядке. В её голове отчетливо прозвучала фраза: «Он разорвёт ваше лицо». Голос из телефона снова стал ровным и бездушным: — Надеюсь, вы готовы к последствиям во время инцидента со злоумышленником. Раздались гудки. Связь оборвалась. Катя стояла в кромешной темноте, не в силах положить трубку. И тут она услышала это. Из соседней квартиры донесся глухой стук, а затем едва уловимый скрип половиц. Кто-то ходил там. Кто-то проверял квартиры в их подъезде, одну за другой. Паника накрыла её с головой. Разум отключился, уступив место первобытному ужасу. — Мама! Папа! Проснитесь! Он здесь! Мама!!! Её крик эхом разнесся по тихой квартире и вылетел на лестничную клетку. Скрип в соседней квартире мгновенно прекратился. Катя услышала, как щелкнул замок их собственной входной двери — он открылся так легко, словно его и не было. Злоумышленник был в другой квартире, но Катя сама позвала его. Сама привлекла его внимание своей истерикой. Из спальни донесся сонный голос матери: — Катя? Что случилось? Кто там… Голос оборвался на полуслове. Не было ни крика, ни звуков борьбы, ни грохота мебели. Только жуткий влажный хруст и короткий всхлип отца. А затем снова воцарилась идеальная, мертвая тишина. Катя зажала рот обеими руками, заливаясь слезами. Она на негнущихся ногах попятилась назад, в свою комнату. Ей нужно было кому-то написать — в группу, Диме, в полицию. Она схватила мобильный телефон, но на экране горело: «Нет сети». Ремонтные работы, как и обещали. Вдруг стационарный телефон в коридоре снова ожил. Раздался громкий, почти веселый звонок, который в этой тишине казался оглушительным взрывом. Катя метнулась к аппарату и сорвала трубку, лишь бы прекратить этот звук. — Телефонная линия восстановлена. Спасибо за ваше терпение. Теперь мы можем снова принимать звонки. Она бросила трубку, но было поздно. Он услышал. Катя метнулась к своей кровати и юркнула под неё, забившись в самый дальний угол, прижавшись щекой к холодному полу. Она зажмурилась, умоляя, чтобы всё это оказалось кошмаром. Дверь в её комнату медленно открылась. Не было слышно шагов. Ни скрипа пола, ни шороха одежды, ни дыхания. Злоумышленник двигался абсолютно беззвучно. Катя приоткрыла глаза и увидела то, что заставило её кровь заледенеть. В тусклом свете, падающем из окна, она увидела его ноги. Они были полностью черными. Это была не обувь и не ткань. Это была сама кожа — или то, что её заменяло. Этот цвет не поглощал свет, как тень, он просто был матово-черным, неестественным, чужеродным. Существо стояло прямо перед её кроватью. Две минуты тянулись как вечность. Злоумышленник бесшумно перемещался по комнате. И вдруг вдалеке, с улицы, раздался нарастающий вой полицейских сирен. Соседи снизу, разбуженные криком Кати и странным звонком, успели вызвать патруль. Сирены выли всё громче. Существо замерло. Катя на мгновение подумала, что спасена. Что оно сейчас уйдет. Но черные ноги внезапно развернулись и подошли вплотную к краю кровати. В комнате было слишком темно, и Катя не видела его лица — только кромешную тьму там, где должен был быть силуэт. Кровать — тяжелая дубовая кровать с матрасом — вдруг плавно оторвалась от пола. Существо подняло её одной рукой без малейших усилий, словно она была картонной. Катя даже не успела закричать. Вторая рука метнулась во мрак. Раздался резкий, неестественный хруст позвонков. Существо так же плавно и бесшумно опустило кровать на место. Оно аккуратно положило тело Кати так, чтобы её ноги наполовину торчали из-под кровати — идеальная инсценировка того, будто её с силой вытащили оттуда в процессе борьбы. Никаких следов поднятой мебели. Когда первые патрульные, выломав дверь, ворвались в квартиру с фонариками и автоматами наперевес, внутри были только мертвые тела. Всех жильцов дома немедленно эвакуировали под конвоем спецназа. Люди в панике выбегали на улицу, кутаясь в одеяла. Но никто из них — ни один человек в этом доме — не видел внешности злоумышленника. Все сидели взаперти, парализованные страхом и странным звонком. Существо растворилось в ночи так же тихо, как и пришло. Жильцов сопровождала полиция, а злоумышленник оставлся на свободе.