Розмариновый рыцарь

Рован. - Иноуэ, ты в порядке? – спросил Ичиго. - Все прекрасно. Я даже успокоилась. В смысле… не то чтобы я действительно думала, что Исида мог перейти на сторону квинси. Но услышав это непосредственно  от него, я испытала огромное облегчение. - Осторожно!– Рован резко затормозила. Над ее головой вонзилось гигантское копье, а на Иноуэ с Ичиго чуть не обрушились массивные алебарды.   Пол под ногами начал рушиться,  она оказалась внутри обломков, но смогла выбраться используя хиренкьяку, повалилась на колени,  судорожно глотая воздух. -Чад!  - закричали эти двое,  девушка увидела, что на противоположной стороне остался тот мускулистый парень. Он развернулся и крикнул что-то невнятное, затем исчез в пылу битвы. - Идем, я его вылечу, когда буду возвращаться,  - девушка продолжила путь. Все тело болело, легкие ныли от протяженного бега. - А ты? Ты зачем нам помогаешь? – спросил Ичиго ей в спину. Рован на секунду задумалась. Стоит ли им отвечать? -  Хочу спасти человека. Не более того.     Она остановилась у врат, ведущим в покои его величества, тяжело дышала, несмотря на все усилия оставаться в форме, - Мне нужно вернуться. Надеюсь, мы встретимся, когда все закончится. Она отряхнула плащ, поправила очки и направилась к лестнице, когда почувствовала теплое прикосновение женских рук. - Постой минутку, - Иноуэ сложила руки в треугольник, а вокруг Рован появился сияющий барьер. Она почувствовала разливающееся по телу тепло, дыхание выровнялось, а ссадины, оставлены еще Лихуа, пропали. Она с неподдельным удивлением смотрела на девушку. Ее впервые в жизни лечили! Не жестко, безжалостно, почти бесчеловечно, лишь бы она выжила, а мягко, аккуратно… Ее! Не она сама себя,  а ее! На несколько мгновений растерялась, но потом улыбка сама по себе расцвела на лице. - Спасибо, -  неловко протянула ей свой пистолет и блок патронов. Девушка неловко улыбнулась, но все же взяла оружие. - Увидимся, Рован-сан, - крикнула она на прощание. - Удачи, - она устремилась вниз, с новыми силами, с решимостью. Не спешила использовать хиренкьяку, все же духовные силы могут ей понадобиться.  Когда показался обрученный переход, она легко прыгнула ввысь и перелетела через пропасть. Рован не узнавала себя. Лук появлялся быстро, даже быстрее, чем она могла об этом подумать. В груди саднило, но вовсе не от боли, девушка будто бы проснулась после тысячелетнего сна. Будто с нее сняли пелену. Так свободно она себя не чувствовала со времен Кольца Лавин. Рован приземлилась на колено, тут же выстрелила ближайшему стражу в голову,  а затем еще и еще. С небывалой до того легкостью она извлекала из воздуха духовную энергию,  воплощала в стрелы, набиралась сил для исцеления. Грохот стражей-гигантов постепенно затих, последний рухнул на пол, подняв волну пыли. - Чад?! – она убрала лук и начала искать юношу. - Кто это? – послышалось неподалеку. - Я проводник, ты ранен?  - она перескочила через тело гиганта. Нашла его и еще одного низкорослого мужичка лежащими на полу. - Квинси! – тут же вскочил он и направил на нее рогатку. Рован даже усмехнулась его наивности. - Погоди, она не тронет, - успокоил того Чад. - Если понадобится помощь, то я  буду ниже,  - резкая вспышка головной боли пронзила ее. Чья это ряцу? Неужели Ичиго! Если это так, то она сделал правильный выбор, поставив на кон все. У нее оставалось чертовски мало времени. Как можно чаще начала использовать хиренкьяку, чередуя перемещение с быстрым бегом. Лишь бы успеть. Только бы успеть… Наконец она услышала звуки битвы, голоса ели различались. Она лишь мельком рассмотрела ситуацию: Урю пытался на локтях утолсти от Хашвальта, который уже занес меч. Не было ни времени, ни возможностей выбирать, так что она просто решила положиться на собственное тело и… - Вы все одинаковые… - Нет, - только и успела вскрикнуть она, врезавшись в плечо Хашвальту, тот повалился вместе с ней на пол, явно не ожидал такого простого удара. Рован перекувыркнулась, встала на локтях и достала оставшийся пистолет. Стрелять в него бесполезно, она только себе хуже сделает, но задержать уж точно сможет. Обогнула колонну,  пока тот поднимался, и, все так же держа его на мушке, хотела было начать лечить Исиду, но тот только отмахнулся. - Ты говорил, что весы наполняются моими решениями. Что же, я решил быть рядом с ними не ради выгоды или получения силы. Это не было не правильным или неправильным решением. Я просто их выбрал, потому что они мои друзья, - и без того злое лицо Хашвальта исказила жуткая гримаса гнева. Точно. Рован мысленно порадовалась, что Исида смог задеть его за живое, может хоть так он вынесет урок. - Хашвальт, - она спокойно взглянула ему в глаза, улыбнувшись самой искренней улыбкой, подобной той, которую лишь однажды она видела у другого, почти забытого, но дорого человека - Ты уже сам не знаешь, за что сражаешься.   - Ясно. Значит, когда его величество столь милостиво принял вас двоих обратно, вы даже не думали отплатить ему там же, - она заметила, как сильно он сжал меч, готовясь к удару. Зазвенели колокола. Рован подняла голову и ослепла. Свет лился с неба, синий, холодный, безжалостный. Услышала, как рядом рухнул Хашвальт. Она услышала, как его тело рухнуло с глухим стуком. Рован в панике уронила пистолет, ее руки затряслись, а рассудок помутился. Нет! Только не сейчас! Истинный ужас застыл в ее глазах. Так быть не должно! Ну почему? Почему? Рован не помнила, как Аунсвелен кончился. Только помнила, как на трясущихся ногах подбежала к нему, как, заливаясь слезами, пыталась хоть как-то сохранить ему угасающую жизнь. А он продолжал что-то бредить про высшую честь, пользу, которую его смерть принесет. Рован упрямо била его в грудь, чтобы тот заткнулся и позволил ей продолжить работу, но тот сделал только хуже, обменявшись ранами с Урю. - Проваливай!  - злобно крикнула девушка, ей не нужны были свидетели... Она чувствовала, что его сердцебиение угасает, несмотря на все ее действия. Что-то не так? Почему сердце перестает биться, она прильнула к его груди. В голове у Рован всплыли слова Лихуа: « я едва вытащила ту штуку у тебя из сердца». Оправданный это риск? Но если она ничего не сделает, то наврятли узнает. Девушка расстегнула его мундир, подняла с пола меч, на секунду задумалась, быть может, он очнется… Но нет. Она поставила острие на солнечное сплетение, чуть ниже сердца и, что есть сил, надавила.  С омерзительным звуком меч прошел через его грудь, вонзился в пол. Рован не раз оперировала людей. Но чтобы так – никогда. Девушка вынула оружие, отшвырнула прочь и склонилась над Хашвальтом. Та штука в сердце… вновь пронеслось у нее в голове. Она несмело засунула руку в рану. Сквозь хрящи нащупала сердце, то едва билось. По ощущениям в левом желудочке осело что-то твердое, инородное. Оно в такт биения вздыбилось вверх, а затем вновь упало. Рован вздохнула,  создала внутри тела стрелу, которая раскроила желудочек, схватила инородный предмет и вынула его, выкинула и начала залечивать раны. Допустила пробитие легочной плевры в двух местах, также задела левое легкое, куда уже затекла кровь. Сначала закрыла рану в желудочке, чтобы не допускать еще большую кровопотерю, приступила к легкому, и только потом к плевре, полностью закрывая рану. Она прислушалась к пульсу. Тот стал сильнее, не решаясь делать сердечно-легочную реанимацию, она выждала еще.  Минуты тянулись медленно, словно часы. Где-то в городе еще слышался грохот, сверху сыпалась побелка от мощных ударов ряцу. Юго кратко застонал в ее руках… Рован без сил упала рядом. Теперь точно все кончено.