Разрушить любой ценой

      Когда я снова проснулся, за окном было уже темно. Морозный ветер пробирался через щели в оконной раме, и в помещение становилось зябко. Я вздрогнул, пытаясь сесть. Одеяло тут же свалилось. Голова снова кружилась, и очень сильно хотелось пить. Белобрысого хорька рядом не было. Этот садист, похоже, свалил. Ну, это и хорошо, а-то зная его, опять вольет снотворное, или очередную дозу отравы.       Нужно было сходить в ванную комнату. И я еле поднялся с кровати. Меня шатало. То ли от яда, толи от все еще действующего снотворного. Добравшись до ванной комнаты, я еле смог добраться до уборной. Голова кружилась с такой силой, что начинало даже тошнить. Через силу, после уборной, я добрался до раковины, трясущимися ладонями открывая краны. Набирая полные ладони ледяной влаги, я промокал лицо, пытаясь сбросить с себя навязчивую сонливость.       Раз, два, три… После третьей горсти, я наконец-то смог разлепить глаза и посмотреть в зеркало. Наконец-то сфокусировав свое зрение, я выругался. В зеркале на меня смотрел не самый сексуальный житель дворца, а живой труп. В гроб краше кладут. Огромные синяки под глазами, кости, обтянутые кожей. Волосы похожие на воронье гнездо. Губы сухие, с местами засохшей крови. Нос распух. Горло перевязано на огромное количество слоев бинтов. И через ткань виднеется светящееся мазь от яда. Голый торс окружают многочисленные сполохи от когтей. Похоже, эта тварь хотела вспороть мне еще и живот. — Проклятье… — я долбанул кулаком по стеклянной поверхности зеркала. Вреда отражению не принесло, а вот кулак заболел. — Не порть мебель, хвостатый… — тихо проговорил сзади меня любимый голос. Я посмотрел на очень тихо вошедшую девушку сквозь отражение, еле улыбнувшись. — Привет… — сил ерничать не было. Она вернулась с дежурства, и это уже был бальзам на душу. — Хвост, ты похож на зомби. — Сам вижу… — Я хотел еще что-то добавить, но не смог.       Ведь в этот момент, она обняла меня за спину, прижавшись лицом к моей обнаженной спине. Слов не было. И в этом было столько нежности и интима, сколько не было даже при самом бурном проведении ночи. Я ледяной ладошкой, накрыл ее ладонь, обнимающую меня за торс. Ее ладони были горячие. Ее пшеничные пряди, приятно щекотали мою спину. Просто от невольной близости, мне становилось легче. — Если ты еще хоть один раз, попробуешь отдать концы, я тебя лично из-под земли достану. Достану, чтобы самолично укокошить… Тебе — ясно?               И знаете, я впервые в жизни был растерян. Никогда раньше обо мне не волновались. Она не волновалась. Да это не правда, не может быть, чтобы сама Харука Тено угрожала расправой, за встречу с клыками йомы. — Ничего… не могу… обещать… — еле выдохнул я. Горло не давало даже вдохнуть полной грудью. Боль сковывала связки. Голос был очень хриплый, глухой. Еле слышный. Йома хорошо постаралась в этот раз. Вреда от нее было в пять раз больше чем в прошлый раз. — Знаешь, я не буду отрицать, — она не поднимала лица, не отпускала меня, продолжая обнимать. Ее голос был очень тихий, но я хорошо слышал ее. Слышал каждое слово, и не мог в это поверить, — …меня тянет к тебе, тянет, Коу, а ты смеешь так играть со смертью…       И это было больше чем признание в любви. Это было сильнее любых громких фраз. Я понимал ее сейчас как никто другой. Понимал, и не мог поверить в это. Ее тянуло ко мне не меньше чем меня к ней. Это было взаимно. И если только это, правда… ведь есть целых пятьдесят процентов в этих чувствах — обман магии обручальных колец.       Она отпустила меня, отстраняясь, но лишь для того чтобы обнять за шею и невесомо коснуться губами моих губ. Это был поцелуй полный боли, отчаянья и страха. Словно в нем она заключала весь тот ужас, что испытала, увидев мое поражение под клыками этой твари. Она то и дело видела перед глазами все это как на замедленной пленке, и злилась на саму себя, что не смогла оттолкнуть меня. Перехватить, или свалить на землю, оттолкнув от демона.       От ее поцелуя я невольно зашатался. Я хотел ответить ей, обнять, прижать к своей груди, но сил у меня толком не было, и я с инстинктивно схватился рукой за раковину, боясь упасть. Я пытался отвечать на ее поцелуй, но это давалось мне с трудом. И блондинка это почувствовала, так же резко отстранившись, словно и не давала волю своим чувствам. — Тебе нужно поесть. Вызвать прислугу? — Нет… я…смогу… сходить… на ужин…- еле выдохнул я. На самом деле, мне хотелось свободы. Меня угнетало это заточение в четырех стенах. Мне не хотелось, чтобы со мной сюсюкались. Это меня всегда злило. Жив — значит все нормально. Отойду.

***

      Через минут двадцать, мы и, правда, присутствовали в главной зале дворца. Играла тихая музыка. Расслабленные фрейлины ее Величества развлекали присутствующих не замысловатым гавотом, сменяя друг друга в линии пируэта. Ятен сидел рядом с принцессой. Он не притрагивался к еде, хмуро смотря на меня. Похоже, наш Целитель был зол, что я встал с кровати без его разрешения.       Оливия лишь что-то тихо шептала ему, успокаивая. И эти тихие фразы, не скрывали их отношений. А ведь и, правда, вот не слушаю его, делаю все наперекор. А он ведь без пяти минут король нашей планеты. И тогда уже, я ослушаться этого белобрысого хорька не смогу. Чревато будет подземной темницей. Ну, или в госпитале привяжет к кровати.       Я усмехнулся собственным мыслям, аккуратно откусывая тост. Есть было трудно. При проглатывание даже крохотного кусочка, горло обдавало такой острой болью, что темнено в глазах. Но, не есть я не мог. Мне нужны были силы, чтобы прийти в себя. Харука сидела отдельно от меня, переговариваясь со своей лучшей подругой. Мичиру улыбалась ей, в чем-то соглашаясь. Она наклонялась к ней так близко, что окружающие не могли услышать и звука. Меня это злило. Я ревновал. Все знают их отношения, ничему удивляться нельзя. А Тайки похоже это не волновало. Очкарик пил кофе, сидя рядом со мной. У него перед тарелкой лежала стопка книг, и он даже сейчас не отвлекался от каких-то расчетов, то и дело, выписывая какие-то формулы на листок пергамента.       Я сделал еще одну попытку откусить тост и закашлялся, глотать стало вообще невозможно. Боль стала сильнее, она просто пронизывала меня насквозь. А мой личный надсмотрщик видимо этого и ждал. Хиллир резко вышел из-за стола, обходя все пустые места, устремляясь ко мне как маньяк. Честное слово. — Я же сказал тебе лежать! Максимум пить воду! — Вот реально, в такие минуты, мне хотелось придушить хорька самолично. Носится со мной как с писанной торбой. —Еще… хоть… слово… и… я… тебя… прибью… — Прохрипел я, пропуская тот факт, что по губам вместо апельсинового сока, потекла алая струйка крови. Я этого даже не понял, но Хилер как раз был прав. Разорванное горло не желало сдаваться. Яд не давал заживать. — Оливия, он безнадежен, — О! А теперь он шел с козырей, ябедничать и взывать к помощи принцессу, герой.       Оливия нахмурилась. Девушка, похоже, не разделяла моего оптимизма и соглашалась со всеми доводами своего блондина. — Что ты предлагаешь теперь? — Волос нимф не справляется, швы расходятся. — Я так растерялся, что пропустил тот момент, когда Ятен уже стал смотреть мою повязку, отмечая следы вновь проступившей крови и на ней. — Я не знаю, — Ятен был растерян. Единственное, что он мог сейчас сделать, это снова усыпить меня, отнести в больничное крыло и издеваться, пытая всевозможными сочетаниями противоядий. — Все нормально… — Я провел салфеткой по губам, стирая противные следы алых дорожек. — Да отстать… ты. уже… от. меня… привязался… — Я попытался оттолкнуть Целителя от себя, но это не получалось. Голова снова «поехала». Яд вновь пробирался в кровь. — Я думаю, если волосы нимфы этот яд разъедает, остается только горячий источник Какиоку.       Тайки поправил очки, смотря задумчиво на нас. Я продолжал попытки оттолкнуть от себя Целителя, а тот наоборот, пытался меня замучить какими-то дурно пахнущими склянками. — Иногда мне кажется, у них и без телевизора весело… — Харука сложила руки, на груди внимательно следя за нашими разборками с прилипалой старшим братом. Она улыбалась, похоже, мою супругу не особо и волновало, что моя многострадальная шея не лечится. —Ты знаешь, дорогая, а мне в такие моменты не хватает попкорна… — подтвердила утвердительно Мичиру. Вот она суть аутеров, не помочь так повеселиться. И нет бы посочувствовать, разбежался.       Оливия видимо их веселье не поддерживала, вставая на сторону возлюбленного. Испуганно поджимая губы. — Горячий источник? — Переспросил Ятен, покосившись на меня. Он отрицательно покачал головой. — Тектонические соли затянуть может, и помогут, но трехдневную скачку он не осилит… — Говори… за… себя… — еще одна попытка оттолкнуть взбесившегося Целителя, и вместо спасения, очередная гадость влита мне в горло. — Я думаю, — вновь начал Тайки, откладывая в сторону свои записи, -… нужно будет открыть портал.… Это единственное средство, которое полностью исцеляет от любого яда. Нам нужно оказаться там как можно скорее. —Сколько тебе потребуется времени для создания портала? — Вновь переспросила принцесса. — Около одного часа. — Тайки, снял очки, положив их рядом с книгами, и потер уставшие глаза. — Я… с ним… не поеду…! — Еще одна попытка отделаться от блондина. — Да больно мне надо! Вот пусть Тайки и едет с тобой, у меня и в больничном крыле хватает дел! — Похоже, было, что Целитель обиделся. — Творец, думаю, Целитель прав, вы с Нептун их сопроводите…

***

      Это было одно из самых необычных мест на нашей планете. Не просто необычных, это было родовое место правителей Кинмоку. В последний раз, мы выбирались сюда с Оливией примерно лет пять — шесть назад.        Небольшое озеро необычного бирюзового цвета с температурой воды около тридцати четырех градусов. Вокруг лишь заросли оливкового дерева, бамбука и дикого винограда. Рядом никаких поселений, лишь горы. Останавливались мы в старинной деревянной усадьбе, которая напоминала японские землянки тридцатых годов прошлого века. Высокий каменный забор, скрывал внутреннее убранство дворика. Усадьба делилась на три невысоких конструкции, окружающих по середине тот самый источник. Озеро в центре территории.       Здесь же находились небольшие конюшни, и старинные бани, напоминающие хамам. Обычно, мы приезжали примерно на неделю, чтобы оздоровиться. Вода в источнике было лечебная, волшебная. Даже не сама вода, а белоснежная глина, которую добывали со дна озера. Именно эта глина и была, наполнила тектоническими солями способными исцелить от любого яда. Прислуги здесь не было. Если мы ехали отдыхать, то принцесса настаивала на полном наборе своих помощников, фрейлин, поваров. Мы же от этого отказались.       Тайки набрал с собой целые две сумки провизии, огромный саквояж с целебными снадобьями Ятена, с полным подробным описанием, что и когда мне пить. Оливия отпустила нас на целых пять дней. Охрану дворца и столицы, в этот раз взял на себя сам Целитель, психанув на меня по полной. А мне это только на руку, достал по первое число.       Телепорт сработал почти в десять вечера, открывая дверь через пространство прямо в стене большого зала. Ровно в десять вечера двадцатого января дверь откроется обратно, соединяя горячий источник с дворцом. — Предупреждаю… мучить…. себя не дам… — Хрипло пробубнил я, кивая головой на тот самый саквояж Целителя в руках Творца. — Расслабься, я думаю, все эти склянки не нужны… — Тайки по очереди занес сумки в главный из трех сооружений дом, относя их на незамысловатую кухню. Погода была зимняя, но вот это защищенное со всех сторон место было достаточно теплое. Примерно десять — пятнадцать градусов тепла, никакого снега. А на мостовых площадках вокруг озера примерно градусов двадцать. — А утопить его можно там? — Тено усмехнулась, смотря на Тайки с нескрываемым интересом. — Не получится, Харука, вода соленая. — Тайки принял правила игры. — Обидно, — девушка улыбнулась, скидывая на каменную софу свою укороченную куртку и спортивную сумку с которой и перенеслась на нашу планету. — Дорогая, какие у тебя мысли садистские на ночь, глядя, — Мичиру тоже скинула на софу верхнюю одежду, начиная зажигать смоляные лампы. — Изверги… — Но, обидно не было. Наоборот, в этом вся Харука. Было бы слишком удивительно, если бы она пропустила очередную порцию усмешек в мою сторону. Я отвернулся от них поспешив открыть дверь во внутренний дворик, где и находилось то самое озеро. Тот самый горячий источник Какиоку.       Воздух вокруг был очищенный, свежий, с нотками запаха серы и морского бриза одновременно. Двигаться было трудно, горло сковывало. Сил не было. Я осторожно дошел до того самого моста, осторожно придерживаясь за ограждение, чтобы сесть. Я сбросил в сторону сапоги, и носки, заворачивая форменные брюки по колени, блаженно опуская ноги в воду. На всей планете зима, суровые морозы, а здесь тепло. Словно весенний вечер вступал в свои права. — Ты лучше полностью зайди в воду, шею нужно погрузить в источник. — Тайки подошел почти бесшумно, облокачиваясь об перила моста, смотря зачарованно в воду. Он успел зажечь четыре фонаря по периметру источника, и поставил несколько масляных ламп на крыльце. Освещения хватало. — Прямо… сейчас… — так же еле шевеля губами, хрипло проговорил я. — Думаю, да, — Тайки кивнул, — Ятен сказал все пять дней мучить тебя. Поэтому, выбирай. Или источник, или склянки… — меня передернуло. Лучше было искупаться, чем гадости Целителя, которыми меня можно замучить. — Ладно… А вы? — У нас на это пять дней. Сейчас я пойду продукты спущу в подвал, и определюсь где чьи комнаты. — Оставь нам нашу спальню, возьмите себе комнату Какю. — Как хочешь, — Творец развернулся, оставляя меня одного на улице.       Ну, ладно, раз выбора нет. Кое как поднявшись на ноги, я еле стащил с себя брюки, скидывая их прямо под деревья. Трясущимися ладонями, я кое как расстегнул все эти долбанные крючки военного камзола, сбрасывая и его под кроны вечнозеленых олив, оставаясь лишь в нижнем белье. Я прекрасно помнил противное ощущение, когда вода источника обволакивает тебя. Я гнал от себя это ощущение, но лучше так, чем сдохнуть, от яда.       Осторожно ступив на первую ступеньку лестницы в воду, я стал держаться за перила, аккуратно опускаясь в горячую воду. Жарко, очень жарко. Один шаг, два, три… я заходил постепенно в источник, морщась от шипящих ощущений. Каждый порез едко зашипел, каждые полосы от когтей приносили противные ощущения. Соль держала на поверхности, не позволяя залезть с головой в воду. Еще несколько шагов, и я оказался в воде уже по плечи. Еще немного, и горячая влага охватила меня до подбородка. Горло обхватило нереальным жаром. Зашипело, забурлило. — Какого… — я выругался, поджимая губы. Ноги подкашивало, и я ощутил, как просто начинаю опадать в воду лицом вниз. Но соленая влага не давала мне захлебнуться. Я резко дернулся, ложась на воду спиной, опускаясь практически целиком в воду, оставляя лишь лицо не внутри солевого раствора. Вода, которая попадала на шею, начинала бурлить, светиться, волшебство источника уничтожало яд.       Я закрыл глаза, отдаваясь на волю магии момента, зная, что утонуть невозможно. Яркие звезды светились на ночном небе, они вновь начинали что-то мне шептать. Они ругали меня, они осуждали меня. Они предупреждали о чем-то, но я не понимал, лишь мысленно успокаивая их. Благодаря за поддержку. Свет звезд касался моего лица, играя, щекоча. Звезды, мои покровители, мои господа… Я раб их силы, я сам впитываю их лик, учась слышать их голос. Файтер черпала силы от звезд, и я сам купался в ней с головой… — Не захлебнулся еще? — вырвал меня из бездны разговора с моими покровителями голос Харуки. Я совершенно не слышал, как она подошла к мостику. — Размечталась… — Я не открывал глаз, продолжая погружаться в горячую воду, отдаваясь на волю целебной воды. — Ты здесь уже больше часа… — Она пропустила мой ответ мимо ушей, вздыхая. — Я тебя потеряла… — Потеряла? — Я дернулся на ее голос, садясь прямо в воде, на глинное дно, открывая глаза. —Да, они уже легли спать… Сказали изучать источник и все горные ущелья будут завтра. — Блондинка как-то лениво улыбнулась мне.       Я даже не понял, что прошел уже целый час. Я целый час находился в этой воде, практически засыпая от усталости и отсутствии сил. Волшебный источник насыщал меня, обволакивал. И если вначале все щепало, то теперь уже я наслаждался теплой водой, и прохладным ветерком, играючи скользившим по моему лицу, по прилипших ко лбу волосам. — Тогда иди ко мне… — Я посмотрел на нее снизу вверх, ладонью проводя по бирюзовой поверхности источника. — Коу, Ты даже при смерти будешь думать о пошлостях… — Блондинка криво усмехнулась, но не отказалась от этого предложения, аккуратно расстегивая молнию на своей спортивной олимпийки. Пару мгновений, и она уже спускалась ко мне в воду. На ней было надето лишь черное белье, которое выгодно подчеркивало все изгибы ее спортивного тела. И если бы я мог сейчас…. Но… моих сил хватило лишь притянуть ее к себе в воду, заставляя сесть рядом. Она положила голову мне на плече, как и я, закрывая блаженно глаза.