«вспомни, лололошка!»

Комнату заполнил звук, что напоминал питье горячего с не сильной горечью кофе. Взгляд был полностью сфокусирован на бумагах, что не аккуратно лежали на столе. Некоторые бумаги были запачканы в каплях напитка, но тот кто его пил, видимо вовсе не замечал это, либо ему просто было плевать, кто его будет будет критиковать?. . . . . Лололошка конечно же. — Джон. Ну . . . Эээ . . . Может ты меня все же отпустишь? — сказал Ло, виляя ногами свесив их с кушетки, что поменяла свое местоположение, теперь она стоит возле Джона. Когда Лололошка все же проснулся, он так же не увидел кашу на столе, а тарелка с огрызками как и всегда никуда не делась. Тогда он решил все же поднять этот вопрос, пошел он значит к Джону, он ведь тут всем заведует? Пришел, рассказал, а потом когда Джон все же поднял глаза с бумаги на столе, раскрыл их так, что они чуть не выпали! Резко поднялся с супер крутого кресла и быстро подбежал к Ло. Осмотрел его лицо, глаза и нос, а после посмотрел на то место — где ему вытащили один очень важный орган. Не понятно, почему он посмотрел именно туда, как он увидел? Или может он вообще имел что-то другое? - нет, вовсе нет. На футболке была кровь, алая яркая кровь Лололошки, появилась она там во время операции. И по какой то не понятной причине Джон сразу же начал спрашивать про похищение, операцию, амнезию и много что другое. Держа Ло двумя руками за плечи, он от паники обнял его, начав слушать его сердцебиение. Ло тогда врезал ему не сильную пощечину, от чего Джо сразу же пришел в себя. Так и случилось это, Лололошка рассказал абсолютно все что с ним произошло, даже самые малые детали. Он описал все чувства, и даже слезы чуть не выступили на его глазах. Не выступили конечно, но Джон кажется ходячий рентген. И совсем Лололошка забыл про то — зачем пришел. Просто сидел, и уговаривал Джона отпустить его, уверяя, что никто его не украдёт и ничто его не потревожит. Вообще, Лололошка даже говорил Джону что это все шутка, пытаясь все так же отпустить его на волю. Все безысходно, Джон не верит в шутку, точнее наоборот, а Лололошка не может уйти, потому что дверь заперта. — Лололошка, у тебя ничего не получится. Я вот не понимаю, красотка, вроде создал для тебя все что ты хотел. Укрытие, еду, безопасность и победу в этих ваших . . . Прятках. — Харрис все так же не отрываясь от бумаг и ручки отказывал Ло в его, иногда жалобной а иногда грозной, просьбе. — Если ты продолжишь до меня докапываться — мне придется принять более не приятные для тебя меры. Хочешь, я могу закрыть тебя в кухне, что думаешь, а? - красотка. — наконец оторвался Харрис от текста, посмотрев на Ло не довольным взглядом, или более . . . издевательским. — Ну хорошо! Давай же: запри меня в кухне! Я просто вломлюсь через дверь обратно, со входом в кабинет я сделаю тоже самое. — Джон снова вернулся к бумагам, проигнорировав угрозу Лололошки. — Ну и? И вообще, почему ты не можешь просто поговорить с этим неприятным типом? Что, духа не хватает, или воли? Ты совсем меня не ценишь! Даже не обращаешь внимание на мои жалобы, не обращаешь внимания на мою безопасность. Просто решил игнорировать меня и запереть у себя в кабинете, я что для тебя никто? Ну даа, конечно, тебе ведь твои бумажки и лаборатория нужна больше чем я, она ведь для тебя важнее! — Лололошка. Ответь на вопрос: ты как относишься к нашим отношениям? Считаешь, что я тебе друг? Мы просто люди, знакомые, я просто помогаю тебе из-за жалости. Или ты хочешь чтобы все было как раньше? Хочешь умереть раньше своего срока? Ну раз так, тогда пошел ты от сюда. — Что . . ? — Я говорю, пошел. от. сюда. — . . . Уже через несколько секунд Лололошка стоял за дверью, снова его выперли, и снова Джон. Ло пытался докричаться и попросить прощенья, хотел все исправить, или даже . . . вернуться в прошлое и исправить эту ошибку. Что же будет теперь? Куда ему идти, как жить? — Джон! А-а как же наш . . . Поцелуй?! Это просто было издевательство надо мной, или ты хочешь сказать что это все было враньём? . . . Джон, ну, пожалуйста, прости пожалуйста . . . — пытаясь докричаться до Джона, он даже упомянул ту ситуацию, решил видимо напомнить ему его настоящее отношение к нему. Но сейчас без чувственный, по мнению Лололошки, Харрис занят более важным для него делом. Осторожно, бессмысленно и пусто гулял Ло по коридорам. Глядел он на каждую девушку, что имела волосы синего цвета, без еды не один день у него начало темнеть в глазах. Но тот все же держался. Ло даже не обратил внимание на то что он не ест, обращал внимание только на то что каши нет, и почему ее нет. Но на последствия из-за отсутствия пищи он не имел ни малейшей мысли. Каждая не счастливица на которую он смотрел, казалась ему чем то более знакомым чем просто любая подопытная. Такое странное чувство его преследовало всю дорогу . . . Такое, как зависнуть на грани отключения, когда тело уже просит сна, а сознание насильно удерживается включённым. Голова плывёт, сердце бьётся слишком громко, воздуха будто не хватает. Ло ждёт падения, как спасения, но его не происходит. Нельзя ни расслабиться, ни потерять сознание. Только застрять между, не умереть, и не жить дальше. Тут он резко остановился, оставил свой взгляд бегущим в конец бесконечного коридора. А из того же конца шла обеспокоенная и воистину знакомая синеволосая Лололошке девушка, глаза ее бегали по каждому углу в коридоре, но после резко зафиксировались на Лололошке, раскрывшись. Тот так же резко остановился, посмотрел на нее более живым взглядом чем раньше и сделал тревожный шаг назад. Ло сразу же вспомнил все что происходило из их последней встречи, весь этот ужас, весь этот кошмар, только из-за той проклятой Райи, скорее всего. Ведь если она была с тем, кто создал для тебя проблему в одном союзе, то значит, что ей тоже нельзя доверять? Та лишь медленно подошла, поздоровались и улыбнулась мне, улыбнулась пытаясь расправить губы вверх, не показывая того факта чо она полностью разрушила доверие к самой себе, лишь одной встречи. И вовсе не понятно, какие ее намерения, может, это вовсе не ее вина? Может, она работает на Ровоама? Ответ мы конечно же узнаем попозже, например, когда сам Лололошка задумается о намерениях Райи Абер. — Райя Абер. — Ло смотрит на нее, чуть поднимая глаза дабы быть на одном уровне. — Лололошка, здравствуй, как твои дела? — долго будешь строить из себя добрую? Хватит, я уже знаю к чему приведет этот диалог, и ты, я уверен, тоже. — Лололошка попытался отогнать от себя Райю, а после скрыться, ведь если они за одно с Кэлхуном то жизни ему не видать. — прости. Знаешь, я всегда задумывалась, а зачем я все же это сделала? Я ведь могла лишь соврать, и тогда бы не было этой всей постыдной неразберихи. — Райя смотрит на Лололошку, пытаясь попросить прощенья. — . . . — извини ещё раз, Лололошка. — . . . — ах, извини, ты наверное не хочешь меня видеть. Я уйду . . . Извини. — Райя Абер обошла меня и пошла мимо, стараясь не задеть никого из тех кто также почти бессмысленно ходил по коридору. . . Райя Абер остановилась позади меня, надеясь на то что Лололошка ее не замечает. Она воистину хотела остаться без того греха на душе, но лишь тратила свои драгоценные извинения в пустую, понимая это, и наплевав. — расскажи про меня Ровоаму Кэлхуну, скажи что я ближайшее время буду находится в своей камере, я вернусь туда. — Лололошка пробормотал, обращаясь к Райе Абер. После чего не оборачиваясь в ее сторону пошел к себе в комнату. Лололошка бродил, бродил, бродил. Бродил, но не долго. Дойдя до своей камеры он лишь отчаянно оглядел ее, задумывая о будущем что с ним случится. Скорее всего, без присмотра Джона Дейви Харриса он умрет из-за ученых, может станет подопытной крысой, может просто умрет по причине своей "болезни". А кто знает? Джодах? - нет. Он не знает, почему? - . . . А с чего он должен знать. Этот самозванец бог вовсе не смотрит в будущее, это даже звучит смехотворно с его уст, по какой но не понятной причине. Дверь он открыл, в комнату вошёл, тогда он не соврал. Он обречён на насмешки, боль, мучения. Он проиграл пари, выхода нет. Представьте, что ваша ситуация сейчас — самое худшее что произошло с вами в этой жизни. Вы можете из нее выбраться, что-то исправить, жить дальше нормально. И это все по небольшой цене! Лишь прийти к человеку и умолять его о прощении, разве это сложно? - бывают ситуации и похуже, по этому нет. Но . . . нет желания, не хочется спасать себя, когда знаешь, что обречён на скорую смерть. Что несмотря на последние свои годы, их осталось вовсе не пятьдесят пять, не шестьдесят. А лишь один год, один грёбаный год который ты и так просрал в хлам. Можно было бы провести его хотябы хорошо, чем в уколах и ранках от холодного скальпеля, так ещё и вдобавок в насмешках от человека, пари с которым ты проиграл. Целый год в мучениях, и возможности исправления, ну разве не мечта? Слышны глухие шаги, впрочем как и всегда. В ушах слабо звенит, голова пульсирует, тоже, все как всегда. Ло выбрался из сидевшего положения, направился на дверь. А в чем вообще смысл проводить год хорошо? Можно же сделать все наоборот, разочароваться в жизни, в людях, в себе. А потом сократить этот срок на благо себе, чтобы постоянно не жить в напряжении . . . Тогда ведь и в надежде что все мелькает нет смысла? Эту надежду уже давно затуманили мысли о сокращении срока своей жизни, Лололошка раньше лишь не замечал этот туман . . . Даже тогда, после последней реальности. Снова смотря в небо, вглядываясь в глаза кукловода в небе, что так и жаждали новых приключений. Уже хотелось просто завалиться в кровать, какой смысл спасать мир, если можно с ним просто покончить. Ни это ли лучший конец? Ни это ли лучшее облегчение? Намного приятнее будет смотреть вечные милые и веселые сны, где будут все друзья Ло, все мечты, все желания. Зачем спасать что-то, когда проблемы с этим появляются каждый день? - в чем смысл жить с проблемами, если можно не жить без них. Избавить не признанного спасателя от мира будет для всех лучше, потому что таких как он, Лололошка — больше не будет. Тогда с этими проблемами мир погибнет, и нечего будет спасать, нечего будет решать. "Джодах трус, не хочет все делать сам. Джодах наглый, он только создаёт проблемы, заставляя меня их все решать, втирая мне то что это я виноват. Ну конечно, это я виноват, это Я виноват, я сам создаю эти проблемы и сам их решаю. Я сам нахожу проблемы чтобы их решить, а не меня заставляют это делать. Окетра трусиха, она глупая. Прикрывается только тем что якобы помогает мне. Джон уже всех заебал, своим существованием. Прикрывается своим умом, автоматонами, но что он блять сделал? Он только создал эти проблемы, чтобы моему кукловоду не было скучно, чтоб этот всевышний сверху ребеночек мог поиграть. Он никак не помог, только ходячая энциклопедия. Все вы блять раздатчики заданий в какой нибудь тупой игре со странным сюжетом, которые считают меня друзьями, только потому что я мальчик на побегушках и ради нашей дружбы пойду на все. Хуй вам, какие вы мне друзья, если считаете нас друзьями только из-за помощи когда то и сейчас. Джодах мне не друг, он бог петух который во всем обвиняет меня, сам создавая проблемы. Окетра мне не подруга, она ничего не сделала, ничего. Джон мне не друг, он только создаёт проблемы для меня по своей прихоти, чтобы потом создать несколько милых сцен для того чтобы я его простил. Постоянно втягивает меня в тупые приключения, ещё и задаёт вопросы "хочешь?", у меня, блять, будто бы выбор есть. Вы же . . . Вы же мои друзья, я вам не откажу, вы все мои друзья, я вас . . . люблю." Лололошка медленно открывает дверь. Перед ним ещё одна дверь, он медленно открывает и вторую дверь. Смотря на коридор, вглядываясь в каждого что прошел мимо, он сделал несколько шагов вперёд. А после пошел увереннее. Лололошка держал путь к кабинету Джона Дейви Харриса, все же хотел что-то изменить, все же хотел подлить масла в надежду. Перед лицом сверкает табличка с именем. Дверь открыта, может закрыта, ещё не понятно. Лололошка не стучится, открывает дверь. — Джон . . ? — Ло входит в кабинет. — Джон. — никто не откликается, возможно Джон ушел в кухню. — Джо-он! Ты меня слышишь? — Лололошка не до конца вошёл в кабинет, дверь лишь немного приоткрыта, а глаза направлены на дверь что ведёт в кухню Харриса. Через несколько секунд терпение лопается, Лололошка входит в кабинет. На столе разбросаны бумаги, кофе пролито на несколько из них. Стул откатился в угол комнаты, металлическая корзинка с канцелярией валяется на полу, ручки и карандаши раскиданы по всей комнате. Кушетка стоит неровно, кто-то толкнул ее, от чего она двинулась. Ваза с яблоками разбита, я док в ней не было. По всей комнате царит лишь один бардак, Джона нигде нет. Ло решает пройти в кухню. — Джон, прошу, ответь. Не шути так, если ты здесь, то скажи. — ноги Ло немного тряслись. Там где Джон — никогда не может быть настолько грязно. Лололошка проходит в каморку. Она абсолютно пуста. Руки падают, та самая надежда почти угасает. Джона нет, теперь поздно извиняться. Но . . . В голову Лололошки резко приходит мысль. Он вспомнил, как Джон проводил время с Линдой Вермут. Возможно сейчас он там, это одна из догадок Лололошки. Выйдя из кабинета он сразу же направился к правой стене, там и была дверь что вела в кабинет Линды Вермут. Лололошка резко открывает дверь, смотрит на девушку что когда то видел ранее. Видел, когда то когда случайно застал Джона что развлекался с ней и Линдой. — извините! — о, Л- . . . Л- . . . Эээ . . . Здравствуйте? — девушка напряглась и встала со стула. — здравствуйте, здесь где нибудь случайно не прячется Джон Дейви Харрис!? Если вы не знайте, то это генеральный директор!! — Лололошка сильно взволновался, что аж взлетел. Джон, он и вправду был ему важен? — таак, под столом? Под стулом? В холодильнике? Нигде нету!!! ДЖОН ПОТЕРЯЛСЯ!!!!!! — извините, молодой человек. Вы ищите генерального директора? Здесь? В холодильнике? — девушка подошла к Ло, взяла его за плечи дабы успокоить его пыл. — я не знаю где он находится, зато . . . Могу предложить для начала познакомиться, вы не против? — ах, серьезно? Что-то вы, мадам, кажетесь мне слишком доброй для того кто работает в этом проклятом месте. Вы хотите меня прогнать в камеру? — Лололошка закатил глаза, вовсе не обращая внимания на хватку. — ох . . . Я Линда Вермут, а . . . Стоп. — что? Вы не Линда Вермут, Линда Вермут меня знает, и она не выглядит так! — Ло задумался, а после оторвал руки Линды от своих плеч и откинулся подальше от девушки. — к-кто вы такая?! — так, послушай, бл- блин. Скорее, идём за мной! — что? Зачем? Куда?? — Линда Вермут схватила Лололошку за руку, и быстро вылетела из кабинета, сразу же побежав по пути к камере Ло. — огосподичтопроисходит!?!?!?! — БЫСТРЕЕ БЕГИ БАБАЙКА ПОЙМАЕТ! — О НЕТ. такими темпами и скоростью Лололошка и Линда Вермут прибежали к камере Ло. Перед ними встала такая картина: прямо перед дверью в камеру стоит Джон Дейви Харрис и Ровоам Кэлхун. Они смотрят на друг друга, каждый из них не понимает почему он здесь. — Ровоам Кэлхун. Даже не пытайтесь мне соврать, я уже знаю. Зачем вам Лололошка? Зачем вам его копия? — проговорил Джон, держа одной рукой ручку двери, а вторую свесив вниз. Пока Ровоам стоял и смотрел на Джона абсолютно без понятия. Он вовсе не боялся, он ведь не знал, что с Ло ничего нельзя делать. Но знал, что если его номер в таблице подопытных не свободен, то использовать его в своих целях как Крысу нельзя. По этому все же ждал похвалы. — слушайте, Джон Дейви Харрис. Ээ, понимаете, я лишь, я просто . . . Лололошка! И . . . Миссис Линда Вермут? — Ровоам повернулся и вопросительно посмотрел на тех, кто недавно прибежал. Линда толкнула Джона от двери, открыла ее, а после запихнула туда Лололошку. Он, оказавшись там, чуть не упал. Посмотрел на дверь, даже не попытался выйти, очевидно что это бесполезно. А после сдался, его мозг сегодня слишком переработал. Лололошка, укутавшись в одеяло, снова остался один. Снова один, в пустой комнате.