Лжец

      В полумраке бара вино в бокалах казалось черным, белые занавески – серыми, а выражение лиц двух собеседников мрачным и даже злым.       -… думаешь, он вытянет сделку? – спросил один – невысокий, худой, одетый во что-то светлое и многослойное.       – На упрямстве – он гору стянет с места, – второй нехорошо ухмыльнулся, отпивая глоток и прикрывая глаза.       Мужчина был дорого и со вкусом одет, на указательном пальце плотно сидела тяжелая печатка с неразличимым сейчас гербом. Черные волосы уложены в строгой деловой стрижке, ни один волос не выбивался. Он покачал бокал, показав тяжелый браслет на запястье под манжетой рубашки, и продолжил:       – Поэтому надо присмотреть, чтобы все шло, как запланировано. И приглядывать за Кхайеном. Он бывает действительно непредсказуем. Лучше перестраховаться. До конца года мы подпишем еще пять контрактов на фрахтовые поставки…       – Ой-ой, не надо, – светлый замахал руками. – Слишком много информации для моей тупой головы. Мне проще по приказам: копать от сюда и до сюда. Сказано, присмотреть за Кхайеном – я присмотрю. Если не будет выступать, то и приближаться не буду сильно. Кто еще в его команде?       – Ван Сяо, его помощник и правая рука, – собеседник снова отпил. – Он не глуп, давно рядом с Кхайеном и …       Светлый вдруг засмеялся.       – Нет уж, за секретарями сам присматривай. Я возьмусь за рыбку покрупнее. Может, его уложить в больничку?       – Это на крайний случай. Не надо его трогать всерьез, еще лучше следить с расстояния. Пока. Слишком много кругов на воде пойдет, собьемся все отслеживать. До подписания сделки – будь аккуратен. Потом решим, что делать.       – Просто образцовый партнер, – с немаленькой долей сарказма протянул светлый, крутя бокал и не притрагиваясь к напитку.       – Деньги на кону большие, так что – все средства хороши.       – Как скажешь, начальник, ты босс, – светлый хмыкнул, поставил бокал и поднялся. – Тогда пойду посплю и закажу билеты на самолет.       Бесшумно ступая, он покинул бар, оставив собеседника одного. Тот пересел на мягкий диван, свободно откидываясь на спинку, вытащил телефон из кармана и разблокировал. В сообщениях мигало уведомление. Тронув всплывший баннер, он пробежал глазами короткое предложение.       «Жди гостей», – написал он в ответ.       «И неприятностей» – откликнулся чат. – «Когда вы двое перестанете работать втемную и всем лгать, еще и меня впутывать?»       «Когда ты согласишься на мое предложение. Обещаю, расскажу всем и все»       «Мудак», – чатовое окошко и потемнело – второй участник вышел из приложения.       Усмехнувшись, мужчина вздохнул и убрал телефон с карман.                     – Босс, у нас небольшая проблема.       Кхайен Пханават оторвался от чтения набившего оскомину документа, свернул окно на лэптопе и с ненавистью уставился в монитор компьютера. Оттуда на него смотрел все тот же файл, плюс еще несколько, которые требовали срочного внимания, если он не хочет потом разбираться с поставщиками. Последнее время у него сложилось стойкое ощущение, что кто-то откровенно и целенаправленно, хотя и не особо крупно, гадит его бизнесу.       – Проблема? – Кхайен повернул голову к вошедшему помощнику, хмурясь. – Что случилось?       Ван Сяо, на половину китаец, от природы обладал невыразительным лицом, а профессия и вовсе добавила ему суровости в чертах, сковав их одним выражением равнодушия примерно на любую ситуацию, но сейчас углы губ мужчины явно подрагивали в улыбке.       – Недовольный клиент. Говорит, у нас слишком скучные шлюхи.       Кхайен на миг потерял дар речи. Это что-то новенькое в его практике. Управление ночным клубом не требовало его личного участия, не являлось основным бизнесом, но Кхайену просто нравилось разбираться в людях, а алкоголь и фривольна атмосфера частенько развязывали зыки, снимали маски и отрывали истинную суть. К тому же, под такой удобной ширмой было удобно прятать настоящий бизнес. Многие до сих пор не догадывались, что смешливый, крепкий и веселый хозяин занимается отнюдь не бухгалтерскими отчетами и отслеживанием количества посетителей в прайм-тайм и пиковые дни.       – Ты серьезно? – Кхайен стащил очки, потер переносицу и еще раз внимательно посмотрел на помощника.       Ван Сяо кивнул, уже не пряча ухмылку.       – Мне показалось, вам надо развеяться. Очень забавный клиент.       – Пьян?       – В меру, – кивнул Ван Сяо. – Он угостил почти всех свободных парней и девушек за баром, потом попросил крейзи-меню и каталог.       – Отдельная комната?       – Сейчас да, – Ван Сяо негромко фыркнул. – Мы сделали скидку. Но теперь клиент заявляет, что ему смертельно скучно с нашими мальчиками. Довел Уилла до слез придирками. Самое смешное, босс, он, походу, разбирается в том, что говорит. Или бывший хост, или работал в сфере управления.       – Сходить глянуть? – Кхайен тяжело поднялся.       Последняя сделка шла тяжело и пила его кровь уже вторую неделю. Китайские партнеры упирались рогами во все, что подставлялось, требовали скидку, потом еще раз скидку, пытались сбить процент и требовать понижение доли Пханавата на территории Китая. Основной покупатель, под которого налаживалась цепочка поставок через три границы шуток вообще не понимал, не хотел слышать о проблемах и требовал, чтобы контракт был заключен как можно скорее, что дало бы ему свободных выход на азиатские рынки. Но они буксовали, делая нервы и головную боль всем. Кхайен уже готов был все бросить, сказав старшему брату, что тот может сам расхлебывать эту кашу, но гордость и не позволяла. Отступи он однажды, Тхайен Пханават больше никогда не доверит ему самостоятельно вести дела. А это чревато полным контролем.       – Сходите, вам нужна разрядка.       Ван Сяо кивнул на лэптоп.       Кхайен хмыкнул, закатал повыше рукава рубашки, потом подумал, снял ее вовсе, оставшись в обтягивающей майке. Отвлечься так отвлечься. Все равно ничего путного сегодня он уже не родит, хоть до утра проторчи.       Танцпол основного зала был забит танцующими людьми. Кхайен в свое время запретил пускать танцующих с бокалами в мешанину разноцветного света и звука, избегая сюрпризов с разбитым сие4клом – теперь красотки на каблуках свободно скидывали их у столиков, мелькали босые ноги и короткие юбки. Мужики, сидевший у бара и за первым рядом столиком одобрительно улыбались, выбирая «жертву» на ночь. Или наоборот. Кому как повезет. На балконах тоже танцевали. Высокие «клетки» с танцорами привлекали внимание, разжигали страсть и сердца. Пройдя верхом, Кхайен спустился на средний уровень, нырнув в освещенный пурпурным и синим коридор. В глубине его мерцали несколько экранов, демонстрируя сменяющие ракурсы танцпола. Звук музыки приглушался, взрываясь другим и новым каждый раз, когда официанты или гости открывали тяжелые изолированные двери частных комнат.       Ван Сяо проводил босса до одной в самом конце коридора. Помещение не предусматривало больше десяти человек, казалось скромным по размеру и его наполнял аромат спело черешни, смешанный с легким мятным привкусом алкоголя. На столе, мерцая, рядком стояли коктейли, часть не тронута, часть явно отпита.       Ослепительно белым пятном на диванчике выделялась тонкая фигура. Кхайен бегло оценил гостя. Не сильно молод. Явно около тридцати, возможно даже чуть старше. Ровесники, плюс-минус. Худой, но с достаточно широкими развернутыми плечами. Отметив чертовски узкую талию, Кхайен внезапно для себя глотнул. Его маленькая слабость – тонкий пояс, естественный, не из-за перекаченных плеч. Короткая рубашка едва прикрывала худой живот гостя, ноги пропорционально длинные невысокому росту покоились на краю столика. Один светлый кроссовой упирался в столешницу, вторая нога лежала сверху, расслабленная. Лица Кхайен не видел из-за низко надвинутой на глаза кепки, только подбородок и нижнюю сейчас недовольно кривящуюся губу. Рядом на диванчике сидел Ран – один из самых красивых танцоров заведения и по совместительству постельный «друг» Кхайен. Юноша частенько последнее время нам екал на большее, чем исключительно секс, но Кхайену было тупо некогда разбираться с капризным красивым ребенком, он был не готов брать на себя ответственность и не хотел никого рядом на постоянной основе. Опасно, оттягивает резервы и требует слишком серьезного выбора. Ран не смог бы понять все, чем жил Кхайен, а вести двойную игру Пханавату претило – опять же, слишком большой и ненужных расход энергии. Его китайцы трахали в мозг. Довольно на этом.       Ран был явно расстроен. Интересно, что успел сказать ему гость? Музыка в комнате был приглушена почти до минимума, но клиент говорил так тихо, почти шептал, что Кхайен от двери не мог разобрать слова. Только спустя долгую минуту до Кхайена дошло, что гость говорит по-английски, бегло, с легким акцентом, но сильно слэнгует, проходясь по заведению и танцорам и жалуясь, что ему скучно.       – Может, я смогу помочь? – громко спросил Кхайен, останавливаясь перед столом.       Ран вздрогнул, поднял на него полные признательности глаза и заулыбался.       – Хмм? – гость приподнялся, снял кепку и уставился на мужчину.       У гостя оказались светлые, почти белые волосы и пьяным в дым, дымного же оттенка, глаза. Про себя Кхайен отметил, что это линзы, а волосы осветлены… но вряд ли они изначально темные. Черты лица европейские, скорее даже славянские, чуть мягкие, но с возрастом обострились скулы. И идеальные губы. Были. Четкие контур в углу уродовал тонкий росчерк шрама. Что самое интересное – не портил. Скорее придавал шарма. Три тонких белых шрама пересекали скулу. Кхайен, привычный к ранениям, не смог сходу определить, что оставило эти следы. Для ножа слишком широко, для пули слишком узко и чисто. В проколотых ушах покачивались сразу четыре сережки – три в одном, одна в другом. Образ не мягкий, странный и по-своему очень притягательный.       Пока Кин рассматривал капризничающего гостя, тот рассматривал его. Откровенно раздевая взглядом. На простые джинсы гость поморщился, зато долго рассматривал майку и кулон на ней, потом залип на шее и наконец посмотрел в глаза.       – Ты точно не хост, – заявил он очевидное, заставив Кхайен рассмеяться.       – Верно. Позволите? – он жестом указал на диван.       – Валяй, – гость кивнул, нахмурился, сосредоточив мутный взгляд на Ране переправил бокал в правую руку и помахал парню. – Пока-пока.       – Кхайен, – Ран неуверенно глянул на владельца клуба, но тот лишь нетерпеливо мотнул головой.       Дверь открылась и закрылась, оставив их вдвоем. Гость шумно глотнул из бокала остатки «Маргариты», поморщился и кивнул на место рядом с собой.       – Не стой столбом, раз пришел.       – Чем тебе не угодили здешние хосты? – спросил в лоб Кхайен, разваливаясь на удобном диване и вплотную придвигая колено к белой джинсе.       Гость заинтересованно скосил взгляд и одобрительно хмыкнул.       – Скучные они, – поставив пустой бокал на столик, он вытянул из-под спины подушку, нагло развернулся, устроившись фактически на Кхайене. Голова уютно устроилась на плече, худая горячая спина прижалась к груди, а зад точно уместился между расставленных ног – Кхайен толком даже не успел отследить, когда плавная пьяная расслабленность сменилась быстрым четким рывком. – Разговор шаблонный, улыбаются без огонька. Хоть бы дурь, что ль, выдавали им перед сменой. Ну скукота. Трахнуть и забыть тут же. Никакого удовольствия.       – Боюсь спросить, – Кхайен провел кончиками пальцев по открытой шее, нащупывая пульсирующую вену – пульсировала она ритмично, не частила хаотично – гость был расслаблен, слегка возбужден, но головы явно не терял, – что тебе доставляет удовольствие? Да еще и под дурью.       – Но-но! – смуглый палец ткнул Кхайена в бедро. – Я без дури сегодня, просто немножко отдыхаю. Так вот – удивить то могут? Вот я же тебя удивил?       Не то слово, про себя подумал Кхайен, но вслух не сказал ни слова. Он прекрасно понимал, о чем толкует незнакомый гость. Все приедается, со временем эмоции тускнеют… и действительно, скука становится частой напарницей. У Кхайен жизнь сложная и «веселая», но он понимал. И чем его такого удивить?       Хмыкнув, он быстро собрался, пропустил руку под колени полулежащего на нем мужчины. Не спрашивая ни разрешения, ни желания, молча взвалил его на плечо, удивившись, что тонкое тело оказалось увесистым, и вышел из частной комнаты. Гость покладисто затих, позволяя себя тащить, только слегка сполз, перехватился, обняв Кхайена ногами за пояс и уткнувшись в шею. Держался крепко и умело, не сковывая движения, не давя и вообще очень органично. Кхайен пропустил удивленно отвесивших челюсти официантов с напитками, следом таких же обалдевших хостов, одним из которых оказался Ран, открыл отпечатком дверь в конце коридора перед выходом на кухню и шагнул в свою берлогу. Мимо кабинета, там нечему удивляться, мимо небольшого бара – хватит уже этому, а ему и вовсе допинг не нужен.       – Ты тут живешь? – спросил гость, лениво приподнявшись на локтях после того, как Кхайен сбросил его на разобранную кровать – прибираться утром было откровенно лень, особенно если утро началось за полдень.       – Иногда, – ответил он с ухмылкой, ставя колено на матрас и наклоняясь ближе.       – Даже не спросишь, снизу или сверху? – гость внезапно шало улыбнулся, показав островатые клыки.       Шрам причудливым образом искривлял улыбку, делая ее жутковатой и пошло-сексуальной одновременно.       – Снизу, – ухмыльнулся Кхайен. – Хостами ты побрезговал, теперь вариантов нет.       – О как, – весело фыркнул гость, сбрасывая светлые мокасины и вольготно откидываясь на подушки. – Так, пожалуй, и впрямь не будет скучно.       Кхайен на пробу провел носом по светлой в легкой карамели загара шее. От незнакомца пахло необычно, какими-то специями. Не женственно, но и не круто-мужской горечью. Гость благодарно вздохнул, обнимая его за шею, запуская одну пятерню в волосы. Он выгнулся, давя второй рукой и понукая Кхайена прижаться к нему грудью. Кулон попал между телами, вставая н острое ребро. Легкая боль прошла сладкой судорогой вверх и откатилась вниз. Кхайен открыл рот, провел языком по солоноватой коже и со вкусом прикусил под ухом. Еще один благодарный тихий вздох, совсем легкий отголосок стона.       – Осторожнее, – нормальным голосом сказал гость, обхватывая бедра Кхайена коленями. – Шея моя эрогенная зона.       – Я заметил, – хмыкнул мужчина, приподнимаясь и глядя в мутные глаза. – Следы оставлять можно?       – Пофег, – глаза сощурились, руки снова пришли в движения, ныряя под майку Кхайена и глядя по бокам и животу.       – Тогда держись крепче, – на Кхайена снизошло адски игривое настроение.       В таком состоянии его ненавидели почти все сексуальные партнеры, независимо от пола и возраста. Он выматывал, кусал, вел себя неадекватно и удерживался на грани жестокости только каким-то чудом. Сегодня чудо грозилось уйти в отставку… потому что укусы в шею завели незнакомца так, что он внезапно подхватил безумие, начав кусаться в ответ, попадая в нужные места.       Под одеждой оказалось крепкое, ухоженное и жилистое тело. Загар проявил еще много шрамов, не таких красивых и ровных, как на лице, но складывающихся в странную карту. Левая часть груди и плечо, правое бедро, голень и стопа. По высокому подъему рваные отметины превращались в тонкие аккуратные следы швов. Кхайен отмечал все краем сознания, с рвением исследователя проходясь руками, зубами и языком по всему. Гость гнулся под его руками, не следуя, а скорее сопровождая – подстраивался, обнимал в ответ – из руки скользили по друг другу в едином ритме. Губы путешествовали вверх-вниз по груди, зубы задевали небольшие светлые соски. Стоило сжать их крепче, раздавался тот самый грудной вздох-стон, спина гостя гнулась сильнее, он улыбался своим эмоциям, подзадоривая продолжать и продолжать.       Прижав его все весом, Кхайен на миг застыл, запрокинув голову. Хостам не запрещалось целоваться, но многие клиенты предпочитали избегать поцелуев в губы, по каким-то причинам считая их неуместными. Пф! Минет уместен – в язык нет? Странные люди. Но Кхайен все же медлил, ожидая разрешения.       Гость приподнял ресницы, моргнул, недоумевая, отчего девятибалльный шторм вдруг приостановился.       – Гулять так гулять, – хмыкнул он, верно истолковав вопросительный взгляд. – Глупо отказываться от такого.       Губы были такими же твердыми, как и тело, требовательными и очень умелыми. Движения скупые и четкие. Приподнявшись, гость потерся животом о Кхайена.       – Давит, снимай давай.       Тот рассмеялся в поцелуй. Извернувшись, он подцепил белые боксеры и стащил последний кусок ткани с тела под собой. Очень красивый, пропорциональный и внезапно нежно сливочный член прижался к животу, вздрагивал и требовал внимания.       Кхайен встал, рассматривая во все глаза внезапную добычу. Хорош. Без сладости, не мальчик, не лишен изящества, балансируя на размытой грани мужества и утонченности. Эта блядская талия, обхватить одной рукой… совершенно гладкая кожа. Лишь на лобке короткий узкий островок светло-русых волос.       – Нравится? – оскалился гость.       – Весьма, – совершенно правдиво ответил Кхайен, ладонью с нажимом проводя от горла до лобка.       Член гостя заинтересованно дернулся. Кхайен сбросил с себя штаны, белья под ним не было, и наклонился к худому животу, кусая тонкую кожу и ощущая, как поджимаются под ней мышцы. Руки гостя тут же вплелись в волосы, легли на затылок, предупреждая, что в зоне опасности можно и по башке получить за издевательства. Почему-то Кхайен не сомневался, что ему навешают, стоит промедлить. Гость совсем недавно был в душе, от него пахло чем-то травяным и мятой, легкий привкус капли на головке растекся по языку. Кхайен ожидал, что сейчас ему толкнутся в горло, но недооценил выдержку партнера. Тот, наоборот, застыл, глубоко дыша и слушая собственные ощущения. Отдал полный контроль и прикрыл глаза, бесстыдно наслаждаясь и позволяя решать, как глубоко его хотят и с каким ритмом.       Кхайен увлекся, наслаждаясь гладкой теплой кожей, проступающими все четче венами и тяжелеющим дыханием. Руки в волосах сжались, оттягивая пряди и предупреждая. С пошлым влажным чпоком Кхайен выпустил член изо рта, оборвав бриллиантовую нить слюны. Осторожно пережав у основания, Кхайен длинно провел языком по животу.       – Не так быстро.       Перекатившись по кровати, Кхайен достал из тумбочки лубрикант. Вряд ли они остановятся на одном разе, а слюна очень плохая смазка. Как и сперма… Прозрачный гель без вкуса и запаха оказался холодным для разгоряченного тела. Гость выгнулся и дернулся неловко, тут же зашипев – член Кхайен из кулака не выпустил.       Со смазкой пошло веселее. Слегка вернувшийся из нирваны гость перехватил инициативу. Выгнувшись и сместившись, он опрокинул Кхайена на постель, собрал смазку из кулака на язык и наделся ртом на немаленький агрегат мужчины. Тот уже успел прикинуть, что, если закашляется и стошнит, нахер пойдет все настроение… но вместо этого запрокинул голову и откровенно застонал. Да, с мальчиками-хостами ему бы точно было скучно. Ни один из них не умел так по-блядски правильно и профессионально расслаблять горло, перекрывая себе кислород в угоду чужому удовольствию.       Движения оставались все так же скупыми, четкими, рассчитанными на максимально быстрый результат. Гость вдыхал глубоко, со свистом и вновь наклонялся, придерживая Кхайена за бедра, не давая двигаться самому. А хотелось до дрожи. Подняв глаза, гость встретился с голодным взглядом, выдохнул, приподнимая голову, взял руки Кхайена и положил себе на щеки, дернув бровью. Тот с шипением выдохнул, встряхнулся и медленно на пробу приподнял бедра. Член вошел в расслабленное горло, гость выгнул спину, упираясь руками в постель. Кхайен отпустил контроль. Точнее потерял его, наращивая темп и слыша только тяжелое дыхание, звук вязкой слюны. Каким-то чудом удалось остановиться.       – Ну ты даешь, – восхищенно присвистнул Пханават, снова меняя их местами. Скользкие пальцы растерли остатки смазки по гладкой светлой коже под поджатыми бархатистыми яичками, Кхайен выдавил еще из тюбика, аккуратно раскрывая для себя гладкие стенки и стараясь, чтобы как можно больше лубриканта попало внутрь. Кому-то придется нелегко. Они прилично разнились по габаритам, а, судя по тому, как туго шло, снизу гость бывал давно.       – Хватит, надоело.       Запястье туго перехватили, светлые глаза теперь казались совершенно безумными. Из них ушел дым опьянения, зато появился выгоревший пепел желания. Кхайен не стал упрямиться и играть. Он вытащил презерватив, помедлив всего миг, вопросительно глядя на гостя, предлагая ему самому выбрать удобное положение. Тот демонстративно наморщил лоб и развел колени.       Первый толчок внезапно выбил из него стон. Низкий гортанный и внезапно облегченный. Как будто он добился того, что очень долго хотел. Хотя… Кхайен запретил себе анализировать, перенес вес на локти, опускаясь ниже и толкнулся глубже. Еще один стон. Руки на плечах сжались, короткие ногти ощутимо царапнули. Чуть ускорившись, Кхайен позволил и ему и партнеру легко и просто завершить первый раунд. Самое удивительное, что они подстроились друг под друга… внезапно точно совпав по углам и изгибам. Судя по стонам, Кхайен попадал точно туда, куда надо, а его собственный член входил ровно так, как надо ему самому, чтобы быстро догнаться до точки невозврата.       Долгий стон разрядки был куда громче предыдущих. Кхайен тоже не стал сдерживать голос, дав понять, что ему тоже хорошо. Пару минут они просто дышали в унисон, затем гость поерзал, снимаясь и снимая использованную резинку. Ловко сменил ее на новую, перевернул Кхайена на спину и уселся сверху.       – Погнали дальше? – фыркнул он в губы, небрежно чмокнул, подразнил, прихватив нижнюю острыми зубами, и сжал коленями бедра. – Держись, лошадка… будет быстро.