Могильщик Демонического Культа

Кровь Чхве Гана ещё не свернулась. Тёмная лужа расползалась по камню, медленно, вязко. Запах железа забивал ноздри — густой, сладковатый, знакомый. Я сидел в той же позе. Левая нога согнута, правая вытянута. Так быстрее встать. Так меньше площадь поражения. Вокруг меня — девяносто два человека. Девяносто три, если считать труп. Никто не подходил. Никто не смотрел прямо. Они смотрели сквозь меня, поверх, в сторону. Так смотрят на могилу — знают, что там, но отводят взгляд. Страх. Зрачки расширены. Дыхание поверхностное. Кто-то сглатывает — сухо, без слюны. Они видят не убийцу. Они видят неизбежность. Прошло двенадцать минут. Из арки вышел Рю Джин. Чёрные одежды, белая металлическая маска. В руках — свиток и кисть. Он не посмотрел на труп. Подошёл ко мне. Остановился в двух шагах. — Единица 734. Следуй за мной. Голос ровный. Без эмоций. Без оценки. Как чтение приговора. Я поднялся. Колени не хрустнули. Дыхание не сбилось. Мы пошли через амфитеатр. Послушники расступались. Не потому что боялись Рю Джина. Потому что боялись меня. Отметили. Запомнили. Теперь я либо мишень, либо инструмент. Инструмент выживает дольше. Мишени умирают первыми. Коридор вёл вглубь пещеры. Стены менялись — от грубого камня к тёсаным блокам. Факелы чаще. Воздух суше. Административный сектор. Инструкторы. Реестры. Очки Заслуг. Здесь решают, кто живёт. Кто умирает. Кто получает шанс. Я шёл в шаге позади Рю Джина. Слушал. Скрип кожаных сапог. Шорох одежды. Дыхание — ровное, контролируемое. Он не волнуется. Он никогда не волнуется. Он — система.

Кабинет Рю Джина находился в глубине пещеры, за третьей аркой. Помещение небольшое — четыре на четыре метра. Стены из тёсаного камня. На столе — свитки, кисти, чернильница. Никаких украшений. Никаких личных вещей. Запах — чернила, старая бумага, масло лампы. И ещё что-то. Формалин? Нет. Спирт. Для очистки кистей. Он чистит кисти после каждого имени. После каждой записи. Педант. Или параноик. Или то и другое. Он сел за стол. Указал на стул напротив. Я сел. Спина прямая. Руки на коленях — ладони вверх, пальцы расслаблены. Так сидят те, кто готов к удару, но не ждёт его. Рю Джин развернул свиток. Провёл кистью по бумаге. Записывал что-то. Чернила впитывались медленно. Бумага грубая, волокнистая. — Единица 734, — сказал он, не поднимая глаз. — Профессия: бальзамировщик. Возраст: четырнадцать лет. Семья: мертва. Обстоятельства смерти семьи: не задокументированы в реестре Культа. Пауза. Перо скрипнуло. — Ты убил Единицу 512. Чхве Гана. Восемь месяцев в Культе. Не продвинулся. Отчаян. Он поднял глаза. Маска блеснула в свете масляной лампы. — Ты не дрался. Ты демонтировал. Он заметил. Он всегда замечает. Он записывает всё. Каждое движение. Каждый удар. Каждый результат. — Поясни. — Я перерезал ему лучевую артерию на запястье. Затем бедренную. Затем сонную. Три удара. Тридцать секунд до потери сознания. Рю Джин кивнул. Записал. — Ты знаешь анатомию. — Мой отец был бальзамировщиком. Я вскрывал трупы с семи лет. — Сколько? — Четыреста двенадцать. Официально. Неофициально — больше. Перо заскрипело быстрее. — Полезно, — сказал Рю Джин. — Культ тратит ресурсы на обучение адептов анатомии. Ты уже обучен. Экономия ресурсов. Культ не тратит лишнего. Культ считает. Как я. Он отложил кисть. Сдвинул свиток в сторону. — В Культе есть валюта. Очки Заслуг. Ты слышал? — Да. — Очки покупают еду. Очки покупают защиту. Очки покупают жизнь. Без Очков ты труп через семь дней. Семь дней. Сто шестьдесят восемь часов. Десять тысяч восемьдесят минут. Время — ресурс. Очки — время. Рю Джин достал из ящика стола маленькую деревянную табличку. На ней вырезаны цифры: 734. И ещё одни: 10. — Стартовый баланс. Десять Очков. Хватит на пять дней риса. Потом — голод. Он положил табличку на стол. — Есть способы набрать Очки быстрее. Испытания. Задания. Особые поручения. Пауза. Длинная. Рю Джин смотрел на меня. Я смотрел на него. Маска скрывала лицо. Но я видел глаза. Узкие. Холодные. Считали. — Ты заинтересован? — Зависит от условий. — Условия простые. Ты выполняешь поручение. Ты получаешь Очки. Ты не задаёшь вопросов. Ты не говоришь никому. — Какое поручение? Рю Джин достал из другого ящика второй свиток. Меньше первого. Перевязан чёрной нитью. Шёлк. Чёрный. Крашеный. Не стандартная нить. Специальная. Для особых документов. — В Пещере Асуры есть послушники, которые не должны выжить. Не потому что они слабые. Потому что они опасны для Культа. Он развязал нить. Развернул свиток. — Единица 428. Ли Минхо. Два года в Культе. Набрал достаточно Очков для перехода во Внешний Круг. Но он ведёт переговоры со Светлыми кланами. Продаёт информацию. Рю Джин повернул свиток ко мне. Имя. Фотография. Описание. Ли Минхо. Девятнадцать лет. Рост — сто семьдесят пять. Вес — шестьдесят восемь. Шрам над левой бровью. — Его нужно устранить. До рассвета. Смерть должна выглядеть естественно. Убийство. Не испытание. Не бой. Казнь. Естественно. Значит, без следов насилия. Без крови. Без борьбы. — Почему я? — Потому что ты бальзамировщик. Ты знаешь, как сделать смерть естественной. Инфаркт. Удушье. Внутреннее кровотечение. — Если я откажусь? — Ты не откажешься. Рю Джин сказал это без угрозы. Как констатацию факта. — У тебя десять Очков. Пять дней риса. После этого — голод. Голод делает человека слабым. Слабых убивают. Логика. Простая. Неизбежная. Он придвинул свиток ближе. — Пятьдесят Очков за работу. Это двести дней риса. Или защита. Или оружие. Пятьдесят Очков. В пять раз больше стартового баланса. Цена риска. Риск — поимка. Риск — провал. Риск — смерть. Награда — жизнь. — Что если меня поймают? — Тебя не поймают. Ты бальзамировщик. Ты знаешь, как не оставлять следов. Рю Джин встал. Обошёл стол. Остановился рядом. Тень от лампы упала на меня. Холодная. — Ли Минхо живёт в нише 37. Северная стена. Охраны нет. Он спит с полуночи до четырёх утра. Он положил руку на моё плечо. Не давил. Просто обозначил присутствие. Вес руки — около трёх килограммов. Давление — минимальное. Контроль. — У тебя есть четыре часа. Рассвет в четыре тридцать. Я взял свиток. Бумага плотная, грубая. На ощупь — как саван. — Почему он опасен для Культа? — Потому что он думает, что может торговать с двумя сторонами. Культ не терпит предателей. Светлые кланы не терпят свидетелей. Две стороны. Одна смерть. Система работает. Рю Джин вернулся за стол. Сел. Взял кисть. — Иди. Время идёт.

Коридор вёл к северной стене. Факелы горели редко — один на десять метров. Тени прыгали по камню, искажали очертания. Я шёл бесшумно. Перекатывал стопу. Дыхание — через нос, медленно. Ниша 37. Северная стена. Спит с полуночи до четырёх. Сейчас — два семнадцать. Два часа сорок три минуты. Достаточно. Я достал из ножен тесак. Проверил лезвие. Острое. Без зазубрин. Блеск стали в свете факела. Холодный. Мёртвый. Ли Минхо. Два года в Культе. Набрал Очки. Хотел перейти во Внешний Круг. Начал торговать информацией. Ошибся. Теперь он труп. Почему я? Потому что я новый. Никто не знает меня. Никто не свяжет смерть с убийцей. Инструмент. Рю Джин прав. Коридор повернул. Впереди — ряд ниш. Вырублены в камне. Две на два метра. Без дверей. Без замков. Я считал. 29… 30… 31… 32… Цифры вырезаны над каждым входом. Глубоко. Навечно. Кто-то вырезал их. Долго. Терпеливо. Кто-то считал, что это важно. Ниша 37 была в конце ряда. Последняя перед тупиком. Я остановился в трёх метрах. Прислушался. Дыхание. Ровное. Глубокое. Спит. Частота — двенадцать вдохов в минуту. Норма. Хорошо.

Я вошёл в нишу. Ли Минхо лежал на спине. Руки вдоль тела. Лицо расслаблено. Молодой — девятнадцать, может двадцать. Шрам над левой бровью. Старый. Заживший. Боевое ранение. Или несчастный случай. Неважно. Он мёртв. Я встал на колени рядом. Положил тесак на пол. Бесшумно. Камень холодный. Сырой. Инфаркт. Естественная причина. Молодые тоже умирают от инфаркта — если перегрузить сердце. Но нужен доступ к грудной клетке. Или — тампонада сердца. Кровь заполняет перикард. Сердце не может сокращаться. Смерть от остановки. Выглядит как естественная причина. Я достал шило из скрытых ножен на предплечье. Тонкое. Острое. Длина — пятнадцать сантиметров. Диаметр — три миллиметра. Точечный удар. В правое предсердие. Через межрёберный промежуток. Четвёртое-пятое ребро слева от грудины. Глубина — четыре сантиметра. Угол — тридцать градусов. Кровь заполнит перикард. Тампонада сердца. Смерть через три минуты. Выглядит как естественная остановка. Я нащупал ребро. Провёл пальцем. Нашёл промежуток. Кожа тёплая. Пульс на шее — шестьдесят ударов в минуту. Норма. Ли Минхо задышал глубже. Во сне мышцы расслаблены. Боль не разбудит — шок наступит раньше. Я поднял шило. Замер. Он не угрожал мне. Он не знал о моём существовании. Он просто хотел выжить. Как я. Он набрал Очки. Хотел перейти во Внешний Круг. Хотел жить. Но он предал Культ. Культ убивает предателей. Я не судья. Я инструмент. Инструмент не судит. Инструмент работает. Шило опустилось. Удар. Точно в промежуток. Глубина — четыре сантиметра. Ли Минхо дёрнулся. Один раз. Рефлекторно. Глаза не открылись. Я удержал шило. Ждал. Кровь течёт в перикард. Медленно. Вязко. Сердце бьётся. Но пространство вокруг заполняется. Ещё минута. Тридцать секунд. Дыхание стало поверхностным. Грудная клетка поднималась на полсантиметра. Тампонада началась. Шестьдесят секунд. Дыхание остановилось. Я вытащил шило. Вытер о его одежду. Вложил обратно в ножны. Тампонада сердца. Кровь заполнила перикард. Сердце не может сокращаться. Смерть от остановки. Выглядит естественно. Молодые умирают от инфаркта. Особенно в Культе — перегрузки, стресс, яды в пище. Никто не спросит. Никто не проверит. Инструкторы не вскрывают послушников. Это трата ресурсов. Я встал. Осмотрел нишу. Ничего лишнего. Одеяло. Чашка. Ножны у изголовья — пустые, оружие при нём. Никто не придёт до утра. Утренний перекличка в шесть ноль-ноль. Два часа до обнаружения. Достаточно. Я вышел из ниши. Пошёл к выходу из коридора. Тени прыгали по стенам. Факелы догорали. Время — два тридцать восемь. Рю Джин ждёт.