Часть 6
25 марта 2026 г., 02:57
Август 1993 г.
Гарри промыли желудок в больнице и выписали кучу лекарств, в том числе антидепрессанты. Родители не спускали с неё глаз. Они никогда не обсуждали случившееся.
Гарри каждое утро вставала, завтракала, принимала все положенные таблетки и снова ложилась в постель до ужина. Она не задумывалась о том, что случилось, но чувствовала, что с каждой принятой таблеткой всё больше теряет себя.
Гарри не могла дождаться, когда начнётся семестр в колледже, и она сможет уехать из родительского дома. Её родной Уокинг печально знаменит лишь тем, что именно оттуда в «Войне Миров» Герберта Уэллса началось инопланетное вторжение, а герой стихотворения Киплинга умолял похоронить его где угодно, хоть в море, только не в Уокинге.
В Гилфорде всё будет по-другому…
Хуже всего ей становилось по ночам. Гарри снились кошмары, которые она не могла вспомнить после пробуждения, хотя вскакивала каждую ночь от невыносимого жара.
Она похудела, потому что не могла есть, и стала больше нравиться себе. Почти незнакомое лицо в зеркале с очерченными тенью скулами и трагическим выражением глаз казалось ей даже красивым.
В день перед отъездом, когда чемоданы уже были собраны, Гарри переступила порог дома, словно границу магического круга, который сама же очертила, и побрела куда глаза глядят. Она не рассчитывала на долгую прогулку и не собиралась чувствовать себя щенком, который скулит перед расставанием с хозяином.
Гарриет шла по улице, пытаясь впитать всем телом тепло уходящего лета, когда за спиной раздался гудок. Обернувшись, она увидела машину Дэнни. Он сам махал ей рукой из окна.
— Садись! — крикнул парень, когда они поравнялись.
Гарри никак не прореагировала, стояла у края тротуара и стискивала кулаки.
— Пожалуйста, Гарри! Нам надо поговорить! — Дэнни хотел уже выйти из машины, но Гарри сама села к нему.
Автомобиль рванул с места.
— Только вокруг квартала, иначе родители поднимут на уши полицию, — ей было неприятно находиться к нему так близко.
— Как ты?
Боковым зрением Гарри видела, что Дэнни разглядывает её вместо того, чтобы следить за дорогой.
— Нормально.
— Послушай, я понимаю, что облажался, — сказал он. — С тобой так нельзя. Ты ведь не шлюха какая… Что было то прошло. У нас всё изменится!
— Ошибаешься, — перебила она, улыбнувшись. — Я шлюха. Останови машину.
Дэнни послушно затормозил. Гарри открыла дверцу, чтобы выйти:
— И хватит таскаться за мной. Я уезжаю.
Она выбралась из машины. Дэнни достал из бардачка самокрутку, руки у него подрагивали.
— Курнёшь напоследок?
Покачав головой, Гарри развернулась и медленно зашагала к дому.
***
2005 г. Клара ничего о ней не знала, и это нравилось Гарри. Стоило подумать о её хрупком теле с выступающими рёбрами, о тонких пальчиках с розовым маникюром, как к низу живота приливала горячая волна. Гарри разрешила себе чувствовать это: стремление доставить удовольствие другому человеку. Она мечтала сделать так, чтобы Кларе было приятно. Едва проснувшись, она начинала искать Клару. Когда она видела удаляющийся по улице Кларин силуэт, Гарри тут же хотелось вернуть её обратно и никогда не отпускать. Они проводили всё больше времени вместе, пока не привыкли друг к другу настолько, что решили съехаться… Гарри как раз готовила мясной хлеб, когда из душа, замотанная в полотенце, вышла Клара. — Я тут подумала… — начала она робко. — Мы могли бы пожениться. Гарриет подошла к раковине и принялась тщательно мыть руки. Клара шагнула, обняла её сзади: — Рано или поздно тебе придётся сделать выбор. Я хочу семью, Гарри. Настоящую семью. Мы можем обвенчаться в церкви, завести ребёнка… У Гарриет закололо сердце. Расстаться будет сложнее, чем она думала. — Я не хочу тратить время на отношения, которые закончатся ничем… — не получив ответа, Клара отстранилась. — Можем покончить с этим прямо сейчас, — сухо сообщила Гарри. Она принялась измельчать зелень хлебным ножом. Клара вскинула голову: — Чего ты боишься? Ответственности? Гарри вздохнула: — Я не ребёнок. — Я знаю, — кивнула Клара. — Тогда в чём дело? Ты меня не любишь? — Господи! Конечно, люблю! Клара приблизилась вплотную и положила ладони ей на грудь. От тепла её тела, от сладкого запаха Гарри совершенно потерялась. — Я прошу: только подумай об этом, — прошептала Клара. Полотенце упало на пол.***
Октябрь 1980 г. Они ждали поодаль от школьного крыльца. Впереди Мишель Аддерли — безупречные блондинистые локоны. За ней ещё двое: Джемма Картер и Лора Фили. Не столь безупречные, но тоже «золотые девочки». Все трое держали в руках комья земли. Гарриет замерла, потом дёрнулась в сторону и бросилась бежать, уронив в грязь новенький ранец. Первый комок прилетел ей в спину, когда она сворачивала за угол, второй — когда бежала по улице. — Грязнуля! Замарашка! — кричали ей вслед девочки, такие же первоклашки, как и она. Всхлипнув, Гарри приостановилось, чтобы ответить. И тут ей в голову угодил третий. На мгновение она покачнулась, потеряв ориентацию в пространстве, затем припустила так, как не бегала никогда в жизни. Добежав до своего дома, она остановилась. Никто её не преследовал. Тяжелое дыхание с хрипами вылетало изо рта. Пытаясь успокоиться, Гарри поднялась на крыльцо. Мама наверняка будет ругаться, когда узнает: она очень нервная последнее время из-за того, что в животе у неё толкается ребёночек и не даёт ей покоя. Гарриет вскинула руку, чтобы постучать, когда дверь сама по себе открылась. За порогом стоял тот, кого она никак не ожидала увидеть. — Господи! — произнёс наконец дядя Джек. — Что с тобой стряслось, малышка? Гарри не ответила. Она уже решила, что никому не расскажет, чтобы её не наругали. — Иди в ванную, умойся, — велел дядя Джек. — В моё время девочки не возвращались из школы все в грязи. Где твои вещи? Гарриет вымыла лицо как смогла. Комочки земли застряли в волосах, но она побоялась расплетать косички. — Где мама? — спросила она. — С ней всё в порядке? — У тебя родился братик, Гарриет. Поздравляю. Гарри вытаращила глаза и покачала головой. Она, конечно, знала: когда-нибудь это случится, но надеялась, что не скоро. — Ты с кем-то подралась? — продолжал задавать вопросы дядя Джек. Гарриет покачала головой и уселась за кухонный стол. — Мама скоро вернётся? Она вдруг почувствовала себя такой маленькой и несчастной, что едва не расплакалась. — Как поживают твои три подружки? — снова спросил дядя Джек. — У меня нет подружек, — пожала плечами Гарри. — Это они тебя побили? — Джек показал в окно. Там кривлялись и грозили кулаками девочки, которые невзлюбили Гарри с первого дня в школе. — Мама говорит, они просто глупые. — Мама права, Гарриет, — дядя Джек вздохнул. — Но это не значит, что тебе нельзя себя защищать. Гарри непонимающе посмотрела на него. — Мама говорит: девочки не дерутся. — Они только бросаются грязью, верно? Пойдём. Они вышли на задний двор, где почва была мягкой и влажной после вчерашнего дождя. — Я буду нападать, — сказал дядя Джек, — а ты должна защищаться. Гарри нехотя кивнула. Первые пять раз она не устояла на ногах. Новая клетчатая юбочка окончательно стала серой от грязи. Поднимаясь раз за разом, она начала злиться. — Выпусти свою злость, — велел дядя Джек, — Иначе ничего не получится. Когда он протянул руку, Гарри была готова и ударила по руке изо всех сил. — Отличный удар! — похвалил Джек. — Я знал, что ты сможешь. Завтра после школы я зайду за тобой. — Зачем? — Трое на одного это много, — строго сказал дядя Джек. — Мы разберёмся с ними вместе.
