Ритм одного сердца

28 сентября 2022 Музыка в зале хореографии стихла, но в моих ушах все еще продолжал пульсировать ритм - резкий, ломаный, заставляющий каждую мышцу гореть от перенапряжения. Я замерла в финальной позе: пальцы направленны к потолку студии, грудная клетка тяжело поднимается и опускается, а пот градом катится по телу.  В зеркалах во всю стену я видела свое отражение, растрепанную, немного уставшую, но с горящими глазами.  — Это было мощно, Джулия, - наш хореограф мистер Кларк, медленно захлопал в ладоши, — Все свободны, Джулия, останься на пару минут. Я почувствовала на себе косые взгляды других танцовщиц. В престижной студии Рестона, конкуренция была дикой, абсолютно такой же, как и у Ильи на льду. Быть «русской девочкой с идеальной классической базой» - это клеймо, которое нужно подтверждать каждый день. Я вытирала лицо полотенцем, стараясь не смотреть на «подруг», которые молча собирали вещи. Подругами их назвать было сложно, мы общались, могли шутить, но когда дело заходило до танца, расстановки, мы превращались в конкуренток. —Подойди сюда, - мистер Кларк разложил на станке списки. —Мы долго совещались. Осеннее шоу-это наш главный выход перед спонсорами нашей студии, и главную роль в постановке «Отражение» мы решили отдать тебе. Сердце пропустило удар. Главная роль. Та самая, о которой я мечтала с момента переезда в Рестон, ради которой я стирала ноги в кровь и оставалась в зале после основной репетиции.  —Спасибо, мистер Кларк,я не подведу.-мой голос дрогнул. —Я знаю, но помни, эта роль требует не только техники, но и полной эмоциональной отдачи зрителю, ты должна прочувствовать ее, прожить. Репетиции будут каждый день после школы до позднего вечера, справишься? —Да, конечно.  Когда я вышла из студии уже стемнело. Сентябрьский воздух Вирджинии был свежим и прохладным. Я едва передвигала ногами, чувствуя как сильно забились мои ноги, от долгой нагрузки. Каждый шаг отзывался ноющей болью в щиколотках. Я достала телефон, собираясь вызвать такси, как вдруг я увидела знакомый черный автомобиль. Это был Илья. Он сидел за рулем, прислонившись головой к стеклу. Как только я подошла он тут же выпрямился и в свете фонарей я увидела его ясный немного уставший взгляд. Он всегда знал и будто чувствовал когда у меня заканчивались силы.  Я забралась на пассажирское сиденье и салон тут же наполнился ароматом его парфюма - смесью хвои, и чего то морозного.  —Ты с ума сошел, Малинин? - выдохнула я, откидываясь на спинку, —У тебя же завтра ранняя тренировка, ты зачем приехал? —Привет, Лисичка, - он мягко улыбнулся, не заводя машину. —Мама сегодня сказала что ты ушла какая то особенно нервная и заведенная сегодня. Решил, что такси это слишком скучно для будущей звезды. Ну? Судя по твоему лицу у тебя хорошие новости. —Илья, я получила роль, - с радостью сказала я, повернувшись в пол оборота к нему, на мгновение усталость ушла на задний план, —Главную роль! Отражение! Ту самую ради которой я пахала столько лет! Он замер на секунду, будто его ударили током, а потом его лицо озарила искренняя улыбка и настоящая гордость. —Юлька… Я и не сомневался, ты же лучшая! Никто в этой студии и рядом не стоит с твоей энергетикой. Он протянул мне руку и на мгновение сжал мою руку. Его пальцы были горячими, это прикосновение прошибло меня до кончиков пальцев, будто заряд тока прошелся по моему телу.  —Поехали домой, герой, тебе нужно поспать, а то завтра на репетиции свалишься.  Как только машина тронулась и мягко покатилась по улочкам Рестона, тишина и тепло начали убаюкивающе действовать на меня. Я смотрела на мерцающие вывески витрин, капли от прошедшего дождя на стекле, мои веки становились тяжелее. Я хотела спросить у Ильи про его новую программу, про четверной лутц, но слова и мысли спутались в голове.  Последнее что я помню - тихий звук радио, и то как моя голова тяжело опускалась на плечо. Pov Илья Она заснула через десять минут. Просто вырубилась, после тяжелой тренировки. Ее голова сползла ей на плечо, я не хотел мешать ее сну, поэтому мягко и аккуратно объезжал каждую кочку, сбавил скорость. Свет встречных фар на мгновенье освещал ее лицо, такое расслабленное, беззащитное. Темные ресницы подрагивали, а на лбу выступила небольшая морщинка, словно она все еще прокручивала в голове танец.  Я осторожно, едва касаясь, поправил прядь волос, упавшую ей на лицо, мои пальцы дрожали. В такие моменты маска «старшего брата» становилась для меня непосильной ношей. Мне хотелось остановить машину где-нибудь на обочине, обнять её и никогда не отпускать. Сказать ей, что я горжусь её ролью больше, чем всеми своими медалями. Сказать, что каждый раз, когда она называет меня «братом», во мне что-то умирает. Но я просто продолжал вести машину, слушая ее ровное дыхание.Мы приехали к их дому. Я заглушил мотор, но не спешил её будить. В салоне воцарилась абсолютная, звенящая тишина. В свете уличного фонаря её кожа казалась фарфоровой. Моя рука сама собой потянулась к её лицу, я замер в паре сантиметров от её щеки.  «Всего лишь один раз... она ведь всё равно спит», — пронеслось в голове. Но я сжал кулаки и отстранился. Я не мог так поступить. Это было бы предательством того доверия, которое она так щедро мне дарила. Она верила мне. Она считала меня своей крепостью. Если я разрушу эту иллюзию сейчас, когда она так слаба, я потеряю её навсегда. Я просидел так еще минут пятнадцать, просто охраняя её сон в темноте автомобиля. Я был готов сидеть здесь до самого утра, лишь бы она чувствовала себя в безопасности. — Юль... — тихо позвал я, коснувшись её плеча. — Лисичка, просыпайся. Мы приехали. Она что-то пробормотала во сне, смешно сморщив нос, и медленно открыла глаза. Пару секунд она смотрела на меня непонимающе, а затем, осознав, что спала, резко выпрямилась. — Ой... Илья, прости. Я... я совсем отключилась. Давно мы приехали? — Только что, — соврал я, надевая свою привычную, беззаботную улыбку. — Ты храпела как трактор, Юлька. — Врешь! — она легонько ударила меня кулаком в плечо, и мы оба рассмеялись. — Ладно, я пойду. Спасибо, что забрал. Ты... ты самый лучший. Она быстро чмокнула меня в щеку — мимолетно, по-дружески — и выскочила из машины, прижимая сумку к груди.  Я смотрел ей вслед, пока за ней не закрылась тяжелая входная дверь. Кожа на щеке, там, где коснулись её губы, казалось, горела огнем.  Я откинулся на сиденье и закрыл глаза, сжимая руль до белизны в костяшках.  — Самый лучший брат, — прошептал я в пустоту салона. — Будь он проклят, этот «брат». Завтра была тренировка. Завтра были прыжки. Но сегодня моим единственным достижением было то, что я не выдал себя, когда она была так близко. И я не знал, радоваться этому или ненавидеть себя еще сильнее.