На грани

Они ехали по шоссе уже который час, и Юта постепенно сменялась выжженными горизонтами. В салоне стояла такая тишина, что Стив слышал, как Энн сопит во сне, прижавшись щекой к его куртке. Он вел машину одной рукой, а вторая безвольно лежала на подлокотнике. И все еще постоянно косился на Мелиссу, которая выглядела крайне неважно, она выглядела так, будто из нее вынули стержень — бледная, с покрасневшими глазами, она просто смотрела в окно, механически накручивая прядь волос на палец. Ему хотелось что-то сказать ей, но он не мог, словно все слова казались слишком мелкими после того созданного Энни одуванчика. Харрингтон до сих пор чувствовал ее боль, как свою собственную — тупую, ноющую, засевшую где-то под ребрами.   — Холодно? — разрезая своим голосом эту тишину негромко спросил он, заметив, как она поежилась.   — Немного, — отозвалась Мел, не оборачиваясь.   Стив, не убирая взгляда от дороги, сначала включил печку, а затем быстро снимая с себя свитер, перекинул ей его на колени, оставшись в одной прилипшей к телу футболке. Его пальцы на секунду коротко коснулись ее руки, почти невесомо, но обоих будто прошило током. В этом жесте не было вызова, только какая-то щемящая нежность, от которой у Мел снова подозрительно заблестели глаза.   — Надень, — мягко скомандовал он, — В пустыне обманчивый ветер, буквально еще пара часов и снова будет жечь солнце, — посмотрев на нее, сказал Харрингтон, — Но имей ввиду, он насквозь провонял моим страхом и этой проклятой иллюзией, — на что у девушки неосознанно дернулись уголки рта. Через несколько секунд она уже послушно натянула свитер, закрывшись курткой сверху. Он был ей велик, рукава закрывали ладони, и Мелисса вдруг почувствовала себя маленькой и защищенной, как Энн.    — Стив... — она наконец повернулась к нему, и окинула взглядом его профиль, — Про то, что ты видел… Про Брайта… — брюнетка на секунду осеклась, будто сказала лишнее, но потом продолжила, — Я не хотела, чтобы ты теперь смотрел на меня как на разбитую вазу.   Парень неосознанно крепче сжал руль, а внутри него при упоминании Брайта все равно что-то болезненно дернулось, на секунду ему показалось, что ревность никуда не ушла, а просто трансформировалась в глухую злость на того придурка, который так и не понял, какую девушку держал в руках.   — Я не смотрю на тебя как на вазу, Мел, — стараясь говорить как можно мягче, ответил Стив, попутно переключая скорость, — Я смотрю на тебя как на девушку, которую люблю, — он замолчал, подбирая слова, — Просто... Я все равно хочу ему врезать. Не за то, что он был с тобой, а за то, что он сделал с тобой.   — Он в прошлом, Стив, — Мелисса лишь слабо улыбнулась, но в душе все равно была тоска при упоминании Дэвида, несмотря ни на что, он был хорошим человеком, — Его больше нет.   Стив кивнул, понимая, что дальше продолжать обсуждать Брайта нет смысла. О покойниках все же не стоит вспоминать в плохом ключе, даже если они ошибались.         Они свернули с основной трассы из-за ремонта дороги, и теперь внедорожник петлял по каким-то пыльным проселкам, где карта превращалась в бесполезный кусок бумаги, а указатели стояли, словно их ставил ребенок наобум. Больше не выдержав этого издевательства Стив затормозил у старой заправки, заставленной ржавыми бочками. Пока он пытался сообразить, куда их занесло, и как выбираться из этого лабиринта Мелисса, уже сидевшая без верхней одежды, в одной футболке, надев и поправив кепку, вышла из машины разузнать дорогу у единственного живого существа в радиусе мили у огромного лысого байкера в кожаном жилете на голое тело.   Парень все еще сидел за рулем и уткнувшись эту карту, минут пять пытался понять, где они вообще находятся: — Это не дорога, — недовольно пробормотал он, — Это… Издевательство какое-то… Сзади зашуршало, и Энн встала между сиденьями, оперевшись руками о подлокотники, заглядывая Стиву за плечо, пытаясь посмотреть, что он там делает: — Ты вверх ногами держишь, — наконец заключила девочка.   Он медленно перевел взгляд сначала на нее, затем на карту и потом снова на нее. Перевернул, и после паузы лишь добавил: — Это все равно не меняет ситуацию.   — Вообще-то меняет, — уперла руки в пояс Энни, нахмурив брови. Он хотел что-то ответить, но не успел, потому что взгляд сам ушел вправо, туда, где стояла Мелисса.   — Пап, ты чего там увидел? — Энн, еще больше высунула голову между креслами, пытаясь проследить куда смотрит отец, — Опять Мел караулишь?   — Я не караулю, Энн, я... Оцениваю ситуацию, — буркнул Харрингтон, не отводя глаз от Мел, через правое боковое стекло, — Ну конечно… — тихо добавил он, отслеживая взглядом ее каждое движение.   — О, она с дядей, — сразу оживилась Энн, проследив за его взглядом.   — Я вижу, — процедил парень.   — Он ей улыбается.   — Я тоже это вижу.   — И она ему улыбается.   Не выдержав, Стив резко протянул руку и аккуратно всеми пятью пальцами правой руки, уперся Энн в голову, настойчиво отодвигая ее обратно к задним сидениям.   — Он к ней ближе подошел, — тут же, словно пружина девочка вернулась обратно, просовываясь между, как и была.   — Энн, — процедил Стив, все так же не смотря на дочь, а только отслеживая девушку взглядом за стеклом, чувствуя, как внутри уже все негодует.   За пределами машины байкер что-то увлеченно рассказывал, активно жестикулируя татуированными руками, показывая между делом на своей бумажной карте, а Мелисса... Мелисса смеялась. Искренне, немного запрокинув голову назад. Парень почувствовал, как внутри него начинает закипать что-то горячее и очень нелогичное.   — Мне всегда так смешно, когда ты злишься, — Энн хихикнула и ткнула его пальцем в щеку, — Ты становишься похож на надутую рыбу.   — Энн, сядь на место, — не выдержал он, чувствуя, как в руках сминается бумажная карта, которую он только что с таким интересом изучал, — И я не надутая рыба, — ответил он девочке, но тут же нервно дернул плечом, видя, как байкер положил руку на плечо Мел, указывая направление.   — Ты подглядываешь! — обвиняюще заявила дочь, — Мел просто спрашивает, где дорога, а ты сейчас дырку в стекле просверлишь.   Это стало последней каплей, и Стив рывком открыл дверь и выскочил из машины, едва не уронив Энн обратно на заднее сиденье, он шел по гравию так, будто собирался вызвать этого лысого мужика на дуэль.   — Все в порядке? — громко, с нажимом произнес парень, чувствуя, как сильно печет солнце, подходя ближе к ним.    — Это кто? — байкер замолчал, окинув Стива оценивающим взглядом от взъерошенных волос до помятой футболки, — Муж что ли? — басом спросил мужчина, обращаясь к девушке.   — Да, — отрезал Стив раньше, чем Мел успела открыть рот, подходя вплотную и бесцеремонно обнимая Мелиссу за талию, притягивая к себе, — Я ее муж. И мы очень торопимся, — фальшиво, но вежливо улыбнулся Харрингтон и обратился уже к девушке, — Дорогая, сколько мне еще тебя ждать? Ребенок уже извелся в машине, и я тоже. Пойдем.   Росс лишь едва заметно закатила глаза, но спорить не стала, в ее взгляде читалось снисходительное «ты серьезно?», но Стив был слишком занят тем, что метал молнии глазами в сторону байкера.   — Держи, милая, — напоследок мужчина протянул Мелиссе визитку, полностью  игнорируя Стива, будто бы его здесь и не было, — Если вдруг решишь сменить этот семейный фургон на что-то более мощное — звони. Покатаю, — Но Стив резко выхватил картонку из рук Мелиссы быстрее, чем она успела ее коснуться.   — Мы перезвоним. Обязательно, — процедил парень, направляясь в сторону автомобиля, а байкер так и остался стоять, напоследок сочувственно лишь помахав Мелиссе рукой.   По дороге к машине Стив шел впереди, яростно раздирая визитку на мельчайшие кусочки, и как только он сел за руль, он демонстративно выкинул ошметки в окно.   — Стив, это был владелец мастерской, он сказал, где объезд, — спокойно заметила Мел залезая на пассажирское сидение, пристегиваясь.   — Нам не нужны никакие мастерские, где работают такие подозрительные типы, — буркнул Стив, резко дергая рычаг передач.   — Папа злится! Папа злится! — с заднего сидения раздался звонкий смех Энн, — Мел, он все время пока ты разговаривала с дядей подглядывал и сопел как паровоз!   — Я просто заботился о нашей безопасности, Энн! — крикнул Стив, вдавливая газ в пол и поднимая тучу пыли, чтобы поскорее оставить байкера позади, — И вообще, он выглядел очень подозрительно!   Они проехали уже пару миль, но парень все еще крепко сжимал руль, изредка поглядывая в зеркало заднего вида, словно проверяя, не несется ли за ними татуированный кавалер на своем Харлее. Мел молча наблюдала за его профилем, подперев голову рукой. В салоне стояла тишина, нарушаемая только шуршанием фантика — Энн нашла заначку в кармане сиденья и тут же приступила к важному делу.   — Знаешь, Стив, — вдруг протянула Мелисса, максимально невинным тоном, а глаза ее сверкнули, — А ведь он был прав. — В каком смысле? — Стив даже не повернул головы, но его плечи снова напряглись при упоминании этого лысого мужика.   — Ну, у него в визитке, которую ты зверским образом уничтожил, было написано, что он мастер по ходовой части, а наша машина на кочках стонет так, будто она на последнем издыхании. Плюс... — она сделала паузу, делая вид, что рассматривает свой ногти, — У него был отличный вкус.   — Вкус? В чем? — фыркнул Стив, сморщившись, — В жилетках на голое тело?    — В женщинах, Харрингтон, — Мел наконец посмотрела на него и лукаво прищурилась, — Он сказал, что я очень эффектно смотрюсь. И, честно говоря, я никогда не ездила на мотоцикле. Говорят, это... Круто. Ветер в волосах, кожа, мощный мотор между ног. Есть в этом что-то... Первобытное.   Стив резко затормозил перед знаком «стоп», так что машина клюнула носом, а Энн охнула, чуть не ударившись головой на заднем сидении.    — Первобытное?! — он развернулся к ней, а его глаза округлились от возмущения, — Мел, у него на плече была набита русалка с лицом бульдога! И от него несло перегаром и старым вонючим маслом! — начал закипать парень, — Если ты хочешь «первобытного», я могу… Я не знаю… Могу начать охотиться на зайцев в этой пустыне! Но никаких байкеров. Слышишь? Никогда.   Мелисса не выдержала и громко рассмеялась, откидываясь на спинку сиденья, ощущая, как не может больше сдерживаться: — О боже, Стив, ты такой предсказуемый, твое лицо сейчас краснее, чем задние фары этой тачки. — Папа, ты опять рыба! — закричала сзади Энн, хлопая в ладоши, — Мел, скажи ему, что он надутая рыба!   — Тише, Энн, — Мел сквозь смех дотянулась до руки Стива, которая все еще судорожно сжимала рычаг передач, и накрыла ее своей, — Твой папа не рыба. Он просто очень грозный муж. Почти настоящий.   Стив проворчал что-то нечленораздельное, но руку не убрал, а лишь снова вдавил газ, чувствуя, как внутри все еще бурлит ревность, смешанная с дурацким, нелепым счастьем от того, что его «жена» все-таки смеется над ним, а не уезжает в закат на чужом мотоцикле.         Небо над Невадой почернело за считанные минуты, словно кто-то разлил тушь по горизонту. Резкий, тяжелый ливень обрушился на Шевроле стеной, превращая пыльную обочину в скользкое месиво. Когда машину повело вправо и раздался характерный хлопающий звук лопнувшей шины, Стив выругался так, что Энн на заднем сиденье на всякий случай прикрыла уши ладошками.    — Только этого не хватало!.. — парень плавно притормозил на раскисшей обочине.   — Это было колесо? — Мелисса наконец подала голос, перепугавшись от выстрела из-под машины.   — Похоже на то, — Харрингтон уже выскочил из салона, быстро закрывая дверь, ливень мгновенно превратил его волосы в сосульки, а светлую футболку в мокрую вторую кожу, которая облепила плечи и спину, подчеркивая каждое движение мышц. Дождь противно хлестал по лицу и телу, смывая с него остатки дорожной пыли и утренних слез. Вода была повсюду. Она заливала глаза, текла за шиворот, смешиваясь с грязью от проезжающих мимо фур. Парень осмотрел всю машину и остановился у заднего пассажирского колеса, которое было спущено.   — Сука! — не в силах сдержать гнев выругался он, со всей дури зарядив ногой по резине, — Твою мать! — треснув еще раз и не почувствовав облегчения, Харрингтон обратил внимание, как Энни смотрит в окно, а ее нос похож на пятачок и перестал. Стив лишь очередной раз чертыхнулся, начиная доставать запаску из-под днища, руки скользили по мокрой грязи, мазут вперемешку с грязью пачкал ладони.   Щелкнула пассажирская дверь и Мелисса, не в силах оставаться без дела, вышла, накинув бомбер, и направила мощный луч фонаря на заднее колесо. Стив мельком глянул на нее снизу вверх. Из-под козырька ее кепки стекали струи воды, а лицо в резком свете фонаря казалось, как у статуи.   — Посвети сюда, Мел, — хрипло попросил он, устанавливая домкрат, — Грязи по колено, ничего не видно.   Девушка присела рядом, держа фонарик, и в этом свете она видела, как Стив, напрягаясь, крутит ключ, его бицепсы вздулись, а по мокрой шее стекали капли, и Мел поймала себя на том, что смотрит не на болты, а на то, как опасно низко сползли его джинсы, промокшие насквозь. Парень чувствовал ее взгляд кожей, и он жег сильнее, чем ледяной дождь. Его вожделение по ней, накопленное за почти пять лет и подогретое утренним разговором, теперь пульсировал в висках тяжелым молотом. Он резко дернул ключ, срывая последний болт, и на секунду замер, оказавшись лицом к лицу с Мелиссой. Между ними было не больше десяти сантиметров. От Мел пахло мокрым асфальтом и тем самым американо, а ее промокшая черная футболка облепила грудь.    Росс молча смотрела на него, она видела, как под намокшей футболкой играют мышцы на его спине, как он упирается ногами в скользкий грунт, стараясь не соскользнуть. В этом было столько простой, грубой силы и надежности, что внутри у нее что-то окончательно дрогнуло. Это не был пафосный агент в идеальном костюме — это был ее мужчина, грязный, мокрый, который прямо сейчас на коленях в грязи боролся за то, чтобы они поехали дальше.   — Дай помогу, — она пододвинулась еще ближе, совершенно не заботясь о том, что ее джинсы моментально стали коричневыми от жижи.   — Куда ты лезешь, Мел? Испачкаешься же, — Стив попытался ее отодвинуть плечом, но она упрямо схватилась за тяжелую запаску, помогая насадить ее на ось.   — Поздно уже, Харрингтон. Крути давай.   Когда последний болт был крепко затянут, парень выпрямился, тяжело дыша. Его лицо было в пятнах мазутной смазки от колес, а футболка насквозь пропиталась грязной водой, а от рук отчетливо пахло машинным маслом. Мелисса теперь тоже выглядела не лучше — бомбер с футболкой в пятнах грязи, волосы прилипли к вискам, не говоря уже о джинсах. Они стояли в полуметре друг от друга под проливным дождем, а фонарь все также валялся на земле, подсвечивая их снизу, превращая их фигуры в два длинных силуэта.   — Ты вся грязная, Мел, — прохрипел он, глядя на ее губы, — Ну и вид у тебя, если честно, — Стив усмехнулся, вытирая лоб грязным предплечьем, — В волосах песок, лицо в мазуте.   — Ты выглядишь не лучше, — выдохнула она и ее дыхание смешалось с паром от его горячего тела, — От тебя воняет бензином и старым псом.   — Я даже спорить не буду, — Стив издал короткий, злой смешок, и его пальцы, испачканные в машинной смазке, едва не коснулись ее обнаженной шеи, но он вовремя отдернул руку. Мелисса хмыкнула, чувствуя, как внутри разливается странное, спокойное тепло, несмотря на холод. — Садись, — он быстро приоткрыл пассажирскую дверь.   Они залезли в салон, принося с собой запах дождя и железа. Дверь Блейзера захлопнулась, отсекая шум ливня. В салоне воцарилась влажная тишина, прерываемая только тяжелым дыханием Стива, который все еще пытался расслабиться после смены колеса. Он был мокрым до нитки, светлая футболка прилипла к плечам, став почти прозрачной, а с кончика носа капало прямо на руль.   Стив дрожащими пальцами провернул ключ, и мотор взревел, а следом и спасительная печка, которая пока гнала лишь ледяной воздух.   — Господи Иисусе… — простонал Стив, откидываясь на сиденье, — Я не чувствую пальцев… — продрожал он голосом, и посмотрел на девушку, которую трясло так, что зубы выбивали чечетку, — Знаешь, Мел, — парень дрожащими пальцами выкрутил колесико печки на максимум, — Я всегда думал, что смена колеса под дождем — это как в тех фильмах, которые крутят по телеку поздно ночью, — Мелисса, чей бомбер насквозь пропитался водой, стянула его и с наслаждением нырнула в сухую куртку Стива, которую он предусмотрительно перекинул с заднего сиденья, — Ну, знаешь, где герой весь такой в каплях воды, мышцы блестят, он эффектно кидает ключ в багажник, а героиня смотрит на него и сразу все понимает, — Стив шмыгнул носом и поправил зеркало заднего вида, чтобы видеть чем занимается Энн, — А в реальности я просто дважды уронил домкрат в грязь, один раз чуть не отдавил себе палец и, кажется, чуть не проглотил какого-то залетного жука.   — Мышцы у тебя и так блестят, Харрингтон, — она мельком глянула на его промокшую насквозь светлую футболку, которая облепила торс как вторая кожа, — Но жук определенно добавил твоему образу драматизма, — Мелисса тихо фыркнула, плотнее кутаясь в его огромную куртку, а в салоне стоял запах мокрой шерсти и нагретого пластика.   Стив уже быстро стянул через голову липкую мокрую противную холодную ткань и зашвырнул ее на коврик, и натянул свой свитер, который познал все прелести этой дороги. Харрингтон замер, уткнувшись носом в воротник, и принюхался.   — О боже… — он поморщился. — Шикарно. Теперь я точно пахну не просто мокрой собакой, а какой-то очень старой, очень уставшей вонючей овчаркой, которая все это путешествие провела в багажнике, — все также скривившись он посмотрел на девушку и во взгляде читалась одна сплошная безнадежность.   — Меньше драмы, Харрингтон, — зубы у брюнетки все еще легонько постукивали, но она уже расплывалась в кресле, пытаясь согреться, — Ты герой. Мокрый, вонючий герой.   — Папа, ты пахнешь как мох! — подала голос Энн с заднего сиденья. Она, в отличие от них, была сухой и совершенно довольной, — Мел, не садись к нему близко, а то задохнешься!   — Поняла, Энни, — Мелисса не удержалась и слабо улыбнулась, глядя, как Стив комично пытается учуять собственный запах, выгибая шею.   — Спасибо за поддержку, дорогая, — проворчал он, чувствуя, как печка наконец начала гнать живительное тепло. В салоне стало стремительно теплеть. Стив посмотрел на Мел, ее мокрые волосы вились у ее лица, а его большая куртка делала ее еще более хрупкой. Взгляд парня снова невольно задержался на ее губах, и все то напряжение, что копилось в нем после их утреннего примирения, вдруг ударило в голову. Адреналин от всего случившегося ушел, оставив место другому, куда более горячему чувству.   — Так, все, — Стив перехватил руль, и его голос стал решительным, — Время половина шестого, до Вегаса еще час, — он выдохнул и переключив скорость выжал сцепление, —Мы не останавливаемся, никаких туалетов, никакой еды, — он укорительно посмотрел в зеркало заднего вида и продолжил, — Мы едем в отель. В самый нормальный отель, где боже мой, есть ГОРЯЧАЯ ВОДА, — Харрингтон на мгновение зажмурился, и его голос стал почти мечтательным, — Клянусь, я готов отдать почку за душ. Настоящий душ, чтобы вода шпарила по спине минут сорок. А потом мы наденем чистую одежду…   — А где мы ее возьмем? — спросила Энн, болтая ногами в кресле.   — Что за глупый вопрос, Энн, купим конечно, — парень развел руками, выруливая обратно на шоссе.   — Стив, мы выглядим как банда бомжей, кто нас пустит в магазин, — Мелисса насмешливо оглядела их «экипаж».   — Мне наплевать… В конце концов, ты сама видела, у меня даже футболки теперь нет, все мое достояние — это вонючий свитер, — грустно выдохнул Стив, протирая влажное лицо рукой, — И потом мы пойдем и съедим что-нибудь нормальное, а не эти резиновые бургеры от которых меня уже тошнит.   — И мороженое! Я хочу мороженое! —  Энн запрыгала на сиденье.   — Будет тебе мороженое, — Стив подмигнул дочке в зеркало, а потом снова посмотрел на Мелиссу. Глубоко и будто бы обещающе, а она в свою очередь смотрела на него, и несмотря на холод и сырость, внизу живота у нее предательски задрожало и потеплело. То, как он на нее посмотрел жадно, но с какой-то невыносимой нежностью, выбивало почву из-под ног получше любого «адреналинового» примирения, — Но сначала — душ. Мел, клянусь, я готов отдать все свои деньги за один кусок мыла и чистую ровную кровать, — говорил Харрингтон, чуть не плача, от того, как сильно ему хотелось помыться и смыть с себя всю эту вонючую невадскую грязь, — Завтра мы уже будем во Флагстаффе, — начал он.   — Надо позвонить Оуэнсу, — перебила его брюнетка, кивая, — Сегодня, на всякий случай.   — Да, конечно, обязательно позвони… — согласился с ней Стив, но тут же на несколько секунд напрягся, начиная думать о том, что может быть завтра, когда они наконец-то доедут до Аризоны. Что ждет Энн, как Сэм ей сможет помочь, что будет со всеми ними? Вернутся ли они обратно в Хоукинс и что будет вообще дальше? Вопросы — на которые у него пока не было ответов.   — Ты чего замолчал? — спросила Мел, посмотрев на него, заглядывая прямо в глаза, не понимая причины его внезапного молчания.   — Я просто задумался, — выдохнул он, тверже сжимая руль, и прищуриваясь, чтобы разглядеть дорогу сквозь пелену дождя.   — О чем?    — Все о том же, Мел, что ждет нас завтра, когда мы наконец-то доедем, — он понизил голос и немного наклонился в ее сторону, чтобы Энни не слышала, — Что будет с Энн? Чем Оуэнс ей поможет? Как вообще выбраться из всего этого дерьма? А ты, что будет с тобой?   — Сэм обязательно поможет нам, и конечно же Энн, я уверена, что он знает, что делать, — девушка тоже понизила голос, — Все будет нормальное, самое важное сейчас — это пересечь Аризону и все. Тогда можно будет точно вздохнуть, хотя бы не надолго, — выдохнув Мелисса, положила пальцы на его руку, которая лежала на рычаге коробки передач, пытаясь подбодрить его, хотя сама была не до конца уверена, что все может получиться, ведь Кроуфорд точно не из тех, кто будет до последнего сидеть сложа руки, и это чувство начало угнетать сильнее после слов Стива, но девушка решила оставить это у себя в голове, и стараться не думать и не переживать попусту.   Парень лишь кивнул на ее слова, и Блейзер резче рванул с места, разрезая лужи и уходя в сторону сияющего горизонта Невады, где среди залитой пустыни уже робко начинали пробиваться и зажигаться огни самого безумного города на земле.