Монаксия. Город одиночек

      Он дурак. Он просто такой дурак... Теперь он осознавал, почему тогда хихикала Иветт и почему Амарин смотрел так странно. Как он сам мог не понять себя же?! Конечно, для него такое чувство было в новинку и он был к нему не привыкший, но он всё равно был дураком.       — Так, смотри. Я зайду к тебе завтра вечером, буду собирать список нужных товаров из города. Только попробуй куда-нибудь деться к сумеркам!       — Завтра вечером я не смогу...       — Чего это?       — У меня по плану прогулка с Рин. Мы не можем передвинуть её.       Лололошка тогда не совсем понимал, почему ощущал себя неловко, почему отводил глаза и говорил тише, менее разборчиво. Он проводил с Рин время, это не было таким уж секретом, но их прогулки... Они были чем-то уже куда более личным. Ещё и Чак так смотрел с прищуром! Это не делало обстановку легче или приятнее, только больше хотелось спрятать голову в песок. Однако вместо претензии и закатанных глаз раздался смех. Странненький, насмешливо-добрый.       — Так ты чё, в Рин нашу втётерился?       Вспоминая вчерашний разговор, Ло казалось, что он снова ощущал этот жар на щеках. Он горел, ужасно горел и дело было явно не в обычной для кузницы высокой температуре.       — Чак!       — Да чего ты возмущаешься! Взрослые вы, нормально это.       Чак ещё долго посмеивался, даже оставил "вечер для парочек" в покое. Однако свои планы выездов он ни для кого менять не собирался, просто зашёл посреди дня. Лололошка выбрал не задумываться о том, как бы долго он ещё шёл до хоть какой-то мысли о любви, если бы ему не заявили в лоб. Вряд ли Чак знал об этом наверняка, просто поддевал, но для парня это значило намного, намного больше. Его ткнули носом в самое очевидное, что только могло быть. И он был безмерно благодарен. Теперь его мучал иной вопрос.

А думала ли Рин о нём не как о друге?

      Парню не было известно, как получить ответ, но было известно, что ему самому стоило сделать. Как с тайнами. Сделай шаг, и к тебе пойдут навстречу. Если повезёт...       Их прогулки очень быстро стали традицией. Они встречались почти под ночь, бродили по городку, вместе глядели на уходящее солнце. Да, бесспорно, они выделялись на фоне горожан, спешащих домой к семье после долгих часов на рынке, в лавках и на прочих рабочих местах. Но в то же время наступающая темнота скрывала их. Никто не вглядывался в их лица, кроме них самих. При большом желании, их можно было опознать, но было ли это кому-нибудь нужно? Нет.       В эти вечера они были нужны разве что друг другу. Лололошка и Рин делились правдой. Они откровенно сообщали, как и чем жили до своего прибытия в Монаксию. Ничего не препятствовало. После первого признания все последующие давались куда проще.       Рин рассказала о своих мечтах о свободе. Ло поведал о том, как держался за матушку.       Рин рассказала о днях, когда скрывалась от преследования. Ло о том, как начал проникать в эльфийское общество.       В один из откровенных вечеров, парень показал уже свою маску. Деревянную, самодельную. Тогда он с усмешкой говорил о своих былых надеждах скрыться таким примитивным образом в месте, где все друг друга знали. Он никогда бы не позволил себе насмехаться над маской Рин, над её выбранным способом прятаться.       Тогда он дал ей забрать маску, чтобы она могла изучить интересную форму. Позволил, даже не мучая себя лишними раздумьями. Он доверял. Он доверял и чувствовал, что это правильно.       Сегодня они решили воздержаться от длительной ходьбы по улочкам, забрались на небольшой холм чуть за городом. Оттуда открывался хороший вид на природные просторы, которые в такой компании казались Лололошке ещё красивее.       Парень взял с собой одеяло, девушка прихватила фрукты в корзинке, которые купила на рынке днём (Ло был очень счастлив, что Рин начала выбираться из дома чаще и стала восстанавливать публичную жизнь).       Сегодня у них не было особенного настроя на лёгкие, или наоборот задушевные, разговоры. Они просто сидели рядом, наслаждаясь свежим воздухом, едва долетающим шумом и запахом ночных цветов. Тихое умиротворение, тихая близость.       — Лололошка.. сегодня очень красиво, ты так не думаешь? — Рин заговорила первой, немного ёрзая на месте. Ло ощутил краткое прикосновение одного из её пушистых хвостов. Чуть повернувшись, он заметил, как девушка прижимала конечность к одеялу руками.       — Я тоже так считаю. — он легко улыбнулся, ощущая небольшой жар от встречи с жёлтыми глазами. Он надеялся, что не краснел.       — Я... — начала Рин, но смутилась и потянулась к корзинке. Уже через пару секунд она достала...       Маску.       Белую, но не свою. Другую. Уши выглядели иначе, морда другая... Волчья, Ло не сомневался. И расписана она была не красным, а чёрным.       Лололошка недоумённо взглянул на девушку, принимая вещь в руки.       — Это...       — Она твоя. Да. — Рин опустила глаза в землю. — Я помню, что мы хотим перестать прятаться!.. но когда ты рассказал мне о том, что раньше пытался сделать маску, я не смогла перестать думать об этом. Я пойму, если ты посчитаешь такой подарок глупым или каким-то оскорбительным, но я правда... — она быстро говорила, старалась оправдаться, хоть для этого и не было никакой причины.       — Помоги мне надеть её, пожалуйста. — он прервал её, прикладывая маску к лицу и разворачиваясь к девушке затылком.       Этот подарок не был глупым и оскорбительным. И дело даже было не в том, что Ло испытывал к Рин чувства. Это... Если у них возникло бы желание, они могли бы уехать вместе, спрятаться за масками. Рин говорила, что у её маски есть значение, а у его?       Чёрные ленты были завязаны на затылке. Странное ощущение. Он медленно повернулся к девушке. Рин следила за каждым его движением, это было видно.       — И... Как? — он склонил голову вбок. Рин приблизилась, как он думал, чтобы рассмотреть поближе. Уже было довольно темно, так что это было бы разумно, но...       — Прекрасно. Она прикоснулась губами к маске. Она. Поцеловала его. Через. Маску. Лололошка впал в ступор. Он не мог этого ожидать. Совсем не мог. Слова не лезли через горло, руки не поднимались.       Он развязал ленты, как только вернул контроль над своим телом. Рин отвернулась, не смотрела на него. Наверняка тоже горела, как и он.       — Рин, я... — Ло запнулся. Однако он должен был сказать это, лучше момента могло и не быть. — Ты мне нравишься... Чак говорит, это нормально. — он сглотнул слюну, а она хихикнула. Рин повернулась обратно к нему, улыбаясь. Судя по её взгляду, такому горящему, яркому, его просто не мог ожидать отказ.