«MinModels»

             Выходные дни всегда проходили для Тэхёна однообразно. В основном выбор падал на походы в магазины и спа-центры, чтоб восстановить уставшие за тяжелую неделю мозг и тело.       Поднявшись, он лениво пошел в ванную, умылся прохладной водой, которая освежила и окончательно прогнала остатки сонливости. В зеркале отразилось его спокойное лицо, привычно уверенное и довольное собой.       На кухне он приготовил себе легкий завтрак, включающий в себя немного фруктов и чашку ароматного, травяного чая. Омега ел медленно, смакуя каждый кусочек и наслаждаясь неторопливым утром, растягивая удовольствие. Вспомнилась вчерашняя фотосессия. Что интересно нашло на Чонгука? Обычно тихий и незаметный, вчера он решил сам подойти и пообщаться с Тэхёном.       И все-таки Чон горяч. Милое юношеское лицо и невероятно шикарное тело. Хотелось пообщаться с ним подольше. Вне работы, в более располагающей обстановке. Почему-то омега был уверен, что Чонгук более глубокая и интересная личность, чем кажется на первый взгляд.       Глубоко вдохнув, Тэхён почувствовал запах собственного возбуждения. Мысли об альфе заставили его тело завестись, и аромат ореховой смазки наполнил комнату.       Тихонько простонав, омега осознал свое влечение к Чону и, встряхнув головой, пошел собираться в спа, решив, что подумает об альфе и своих чувствах позже.       Открыв дверь в гардеробную, омега беглым взглядом осмотрел вешалки и решил остановить свой выбор на удобном и стильном спортивном костюме от Gucci.       Быстро покидав в сумку все необходимое, Тэхён схватил ключи от машины и вышел, тихонько хлопнув дверью.       Омега приехал в спа-центр ближе к полудню. Уже у входа его встретил мягкий обволакивающий аромат эфирных масел – смесь лаванды и цитрусовых, которые должны были настраивать на расслабление.       Тэхён выбрал полный комплекс уходовых процедур. Молоденький альфа проводил его в раздевалку и оставил наедине, где Тэхён переоделся в легкий халат и тапочки.       Первым пунктом был глубокий массаж всего тела. В отдельной комнате с приглушенным светом и тихой музыкой он лег на массажный стол, предварительно поприветствовав своего массажиста – бету средних лет – Юнсока. Теплое масло скользнуло по коже, и мастер начал прорабатывать зажатые мышцы. Сначала легкие поглаживания, чтоб расслабить тело омеги. Затем более уверенные движения с ощутимым и немного болезненным давлением. Начав с шейного отдела, Юнсок медленно продвигался вниз по телу, не упуская ни одного сантиметра. Тэхён любил массаж, и то удовлетворение, что он ему приносил. Омега ощущал, как развязывается сковывающий узел в поясничном отделе, как расслабляются забитые бесконечными тренировками бедра. А когда массажист начал проминать стопы и пальчики ног, Тэхён и вовсе не сдержал стон облегчения, почувствовав, как тело становится легким, будто сбросило груз усталости.       — Юнсок-ши, у вас волшебные руки, — повернув голову в сторону беты тихо проговорил Тэхён, — я так рад, что однажды наткнулся на этот центр и нашел вас.       — Благодарю, — мягко улыбнулся бета, — Тэхён-ши, сегодня ваше тело особенно напряжено, вам нужно привести свои мысли и эмоции в порядок и больше отдыхать, — взяв одноразовое полотенце, чтоб вытереть руки от масла, пробормотал Юнсок. — Мы закончили, можешь вставать.       — Спасибо, все было замечательно, и не беспокойся обо мне, переживаю немного о предстоящем показе. — не став загружать мужчину, приукрасил Тэхён и поспешил на менее приятную, но все же необходимую процедуру. Тело модели должно быть гладким, без единого волоска на теле.       Мастер, после предварительной подготовки кожи аккуратно и последовательно избавлял ее от лишних волос – руки, ноги, спина, грудь, и самое неприятное – паховая зона.       Тэхён набрал полные легкие воздуха и закусил губу, когда бета начал убирать волосы между его ягодиц. И не сдержал легкого стона, когда воспаленных мест коснулся охлаждающий и успокаивающий гель. Кожа опять приобрела гладкость и ровность, а легкая прохлада давала ощущение свежести.       После небольшого перерыва и кружки ароматного чая, омега прошел в кабинет на маникюр и педикюр. Все его конечности погрузили в теплые ванночки. Обработка ногтей не занимала много времени, ведь омега, кроме придания формы, срезания кутикулы и полировки поверхности ничего не требовал. На ногах же убрали слегка огрубевшую кожу, сделав пяточки словно у младенца.       Финальным аккордом стал уход за волосами. В отдельном помещении ему сделали мягкое очищение кожи головы, нанесли питательную маску и оставили под теплым компрессом. Пока действовало средство, ему сделали легкий массаж головы, от чего разморенный Тэхён почти задремал. После смывания волосы стали легкими и послушными, и локоны приобрели естественный объем.       По завершению всех процедур, Тэхён переодеваясь в раздевалке осмотрел себя в зеркале. Лицо свежее, кожа сияет, руки и волосы ухоженные.       Потрясающее место.       Омега вышел из спа-центра, когда город окутывал нежный свет заката. Тэхён решил, что отличным окончанием дня станет какая-нибудь вечеринка в клубе и спонтанный секс. Давно у него никого не было, уже и нервный стал вот, явно от недотраха.       Он открыл шкаф и долго выбирал одежду. В итоге остановился на своем любимом образе. Черная полупрозрачная рубашка, с расстёгнутыми пуговицами, открывающая соблазнительный вид на медовые ключицы и часть грудной клетки. Тонкая изящная подвеска, призывно спускающаяся к пупку, завлекающая и в тоже время элегантная. Классические брюки, расклешенные снизу, но плотно обтягивающие его ягодицы.       Тэхён как обычно не стал пользоваться блокаторами. Ему нравилось быть открытым миру. Да и вывести его из себя не так-то просто.       Такси уверенно скользило по вечерним улицам, а омега смотрел в окно, чувствуя, как внутри нарастает предвкушение. Город сиял огнями, и он был готов раствориться в этой ночной энергии.       Элитный клуб встретил его гулом басов и разноцветными вспышками света. Толпа людей двигалась в такт музыке, смех и разговоры сливались в единый поток. Тэхён направился к бару, заказал коктейль и сделал первый глоток. Холодный вкус алкоголя приятно обжёг горло, расслабляя ещё сильнее. Второй коктейль он пил уже медленнее, наблюдая за людьми вокруг.       И вдруг его взгляд зацепился за знакомый силуэт. В толпе, среди танцующих и смеющихся людей, он увидел Чонгука — своего фотографа. Тот выглядел непривычно свободным: улыбался, смеялся с друзьями, казался совершенно счастливым.       Тэхён замер, держа в руках бокал. Он привык видеть Чонгука за камерой — сосредоточенным, внимательным, иногда даже слишком серьёзным. А здесь перед ним был другой человек: живой, лёгкий, сияющий.       Внутри у Тэхёна что‑то дрогнуло. Он не ожидал встретить его именно здесь, в этой атмосфере. И от этого неожиданного столкновения вечер вдруг приобрёл совершенно иной оттенок. Неприятное чувство, похожее на ревность опалило грудную клетку.       Тэхён встал, поправил рубашку, провёл рукой по волосам. Каждый шаг через толпу давался с усилием — не физическим, а внутренним. Он чувствовал, как сердце бьётся быстрее, чем обычно.       Чонгук заметил его не сразу. Но когда их взгляды встретились, улыбка на лице фотографа чуть изменилась — стала мягче, теплее.       — Ты? — удивлённо произнёс Чонгук, перекрикивая музыку.       Тэхён остановился прямо перед ним, чуть наклонился ближе, чтобы его слова не потерялись в шуме.       — Я. — Он улыбнулся уголком губ. — Не ожидал тебя здесь увидеть.       Чонгук рассмеялся, и в этом смехе не было ни капли.       — А я не ожидал увидеть тебя вне съёмок, — альфа сделал глоток из своего бокала, — ты один тут? Или...       — Один, а что малыш? — Тэхён положил руку на плечо Чонгука и с нажимом повел вниз по руке, наслаждаясь перекатами бугрящихся мышц, представив, как эти руки поднимут его и альфа будет трахать его на весу, — хочешь составить мне компанию? — Придвинувшись в плотную, томно прошептал на ухо Чонгуку, после чего легонько прикусил мочку, пуская у юноши мурашки по всему телу.       — Тэхён, — чуть отодвинул от себя омегу Чонгук и посмотрел в его глаза, — твой аромат сводит с ума всех в этом клубе, — в подтверждении альфа повел носом и закатил в наслаждении глаза, — но знаешь, я бы не хотел стать твоим развлечением на одну ночь, и быть после выброшенным и ненужным.       — Фууу, — демонстративно скривился омега, — таким я тебе кажусь? Бесчувственным и ветренным? Даже как-то обидно, — насупившись и скрестив руки на груди в защитном жесте прошипел Тэхён.       — Я не хотел обидеть тебя, но и себя в обиду не дам, — Чонгук сделал шаг ближе к омеге и прикоснулся к его запястью, потянув на себя, — я хочу быть большим для тебя, и, если ты можешь с уверенностью сказать, что утром не исчезнешь, я пойду с тобой куда угодно.       — Хммм, а ты куда напористее и смелее чем я думал, малыш Гуки, — вновь погладив его, только теперь уже по груди, проурчал Тэхён, — хорошо, я не исчезну, а теперь заканчивай болтать, и поехали, покажешь мне, на что способен, — подмигнув, омега развернулся к альфе спиной, и с плавным покачиванием бедер двинулся к выходу из клуба не оборачиваясь, будучи полностью уверенным, что Чонгук идет за ним.       Тэхён уже сидя в такси и наблюдая как рука горячего альфы поглаживала его бедро, не мог понять, что же он творит. Секундная вспышка ревности привела к тому, что он практически парнем обзавелся. Конечно, Чонгук его привлекает. Высокий, мускулистый, дерзкий, да еще и как оказалось вполне уверенный в себе.       Да и феромон Чонгука очень приятный, и при приближении даже слегка кружит голову. Но разве они не торопятся? Ведь им еще работать вместе... Хотелось просто снять напряжение, а не думать обо всем этом.       Омега вздрогнул, когда сильные пальцы увереннее сжали его бедро. Чонгук без слов сообщил, что они приехали. Интересно... Тэхён помнил, что Чонгук студент, и что младше него на пару лет. Это, собственно, были все скудные познания об альфе. Распахнул в неверии глаза, ведь такси остановилось у огромного небоскреба в Каннаме.       — В особняк не повезу, слишком долго ехать, — с ухмылкой впитывая реакцию омеги сообщил Чонгук, — сегодня проведем ночь в моей квартире в городе.        — Как? Но? — Тэхён на секунду потерял дар речи, — Зачем ты работаешь у нас фотографом, если у тебя столько денег? И ОТКУДА у тебя столько денег?       — Слышал когда-нибудь о «JeonСorporation»?       Да, Тэхён знал... Самая богатая и известная корпорация в Корее. Они монополизировали все строительство в стране. Но какое отношение к этому может иметь Чонгук? Хотя .... Погодите-ка.... ЧОН....       — Ты наследник... ты чеболь и наследник корпорации, боже....       — Ну да, это что-то меняет? Фотография мое хобби, до выпуска я могу заниматься чем хочу, а потом я займу место отца. Поэтому я и говорил, что меня интересуют лишь серьезные отношения. Ни тебе ни мне не стоит светиться в прессе в нелицеприятном свете.       — Но почему я никогда тебя не видел? Ты же постоянно должен был быть на всех благотворительных мероприятиях, как сын главы.       Вмиг помрачнев, Чонгук опустил взгляд и шумно втянул воздух, —давай поднимемся, я тебе расскажу, только не убегай от меня, — протянув руку омеге предложил Чонгук.       — Хорошо, — Тэхён кивнул и взял альфу за руку. В тишине они поднимались в такой одновременно знакомый, но и новый мир.       Молча они прошли мимо консьержа и поднялись на лифте на самый верхний этаж, в такой же оглушающей тишине зашли в пентхаус. Чонгук проводил Тэхёна к дивану, а сам отошел за графином с водой и двумя бокалами.       Наконец присев рядом, альфа вытянул ноги и выдохнул. Его взгляд был устремлён куда‑то в сторону, будто он видел не стены квартиры, а воспоминания, которые оживали перед глазами.       — У меня был старший брат, — начал он тихо, и голос его прозвучал непривычно глухо. — Чон Гоён. Все всегда говорили, что именно он станет главой компании. Он был умным, решительным, умел держать людей в руках. Я… я всегда жил в его тени. И меня это устраивало.       Он сделал паузу, сжал пальцы на бокале так, что костяшки побелели.       — Полгода назад случилась авария. Машина… — Чонгук замолчал, будто слова застряли в горле. — Скорая не успела. Он погиб на месте.       Тишина повисла между ними. Тэхён не перебивал, только внимательно слушал, и это давало Чонгуку силы продолжать.       — После этого всё изменилось. Я привык, что могу делать всё, что угодно. Жить свободно, без оглядки. Но теперь… — он тяжело выдохнул. — Теперь я единственный наследник. И на меня смотрят все: акционеры, сотрудники, семья. Я должен взять на себя то, к чему никогда не готовился.       Он поднял глаза на Тэхёна, и в них читалась усталость, смешанная с решимостью.       — На новогодней вечеринке корпорации они собираются объявить это официально. Перед всеми. Что я — новый глава.       Чонгук замолчал, наконец сделал глоток воды и откинулся на спинку дивана. Его плечи дрожали от напряжения, но в голосе уже звучала твёрдость:       — Я не могу подвести его память. Даже если мне страшно, даже если я не уверен в себе. Теперь это моя ответственность.       Тэхён смотрел на него и впервые видел Чонгука таким — не только фотографом, не только коллегой, а человеком, который несёт на плечах груз, слишком тяжёлый для негт одного.       Тэхён долго молчал, переваривая услышанное. Он видел, как Чонгук сидит напротив него — внешне спокойный, но в каждом движении, в каждом взгляде чувствовалось напряжение.       Тэхён откинулся на спинку дивана, потом чуть подался вперёд, опершись локтями о колени. Его голос прозвучал мягко, но уверенно:       — Ты не обязан притворяться, что тебе легко. Потерять брата — это не просто трагедия, это пустота, которую ничем не заполнить. И то, что ты сейчас сидишь здесь и говоришь об этом… уже говорит о твоей силе.       Чонгук поднял взгляд, и в его глазах мелькнуло удивление — он явно не ожидал услышать такие слова.       — Ты думаешь, я справлюсь? — тихо спросил он.       Тэхён кивнул.       — Я думаю, что ты уже справляешься. Ты боишься — и это нормально. Но в этом и есть твоя человечность. Ты не обязан быть идеальным главой, каким был бы твой брат. Ты можешь быть собой. И, может быть, именно это и нужно компании сейчас.       Он сделал паузу, позволив словам осесть. Потом добавил:       — И ещё… тебе не нужно нести это в одиночку. У тебя есть люди рядом. Я рядом.       Чонгук опустил взгляд, сжал пальцы на бокале, но уголки его губ дрогнули — почти незаметная, но настоящая улыбка.       — Иди сюда, — омега потянулся к немного дрожащему парню, в надежде подарить спокойствие и нежность.       Приобняв альфу, Тэхён перекинул одну ногу через бедра Чонгука и уселся сверху на него, легонько притираясь.       — Знаешь, — запутав свои пальцы в голове альфы начал Тэхён, — я и правда не замечал тебя, но сегодня, увидев с другими... увидев каким ты можешь быть счастливым и довольным. Я понял, что во мне бушует ревность. Понял, что Я хочу заставлять тебя чувствовать счастливым, — проговорив в быстром темпе, словно скороговорку, омега потянулся к губам Чонгука и томно простонал, когда их языки сплелись в нежном танце.       Ароматы в комнате сгущались. Феромоны Тэхёна, обычно легкие и нежные, становились более насыщенными, полными нетерпеливого, но нежного ожидания. Чонгук, в свою очередь, излучал мощную, успокаивающую ауру кардамона и чего-то глубоко древесного, которая окутывала Тэхёна, заставляя его расслабиться еще глубже. Эта химическая близость, усиленная физическим контактом, делала каждый вдох особенным.       Чонгук запустил руку в волосы Тэхёна, его пальцы нежно перебирали мягкие пряди у основания черепа. Это движение было медленным, почти ритуальным, и Тэхён подался вперед, прижимаясь щекой к ключице Чонгука. Он чувствовал, как сердцебиение Чонгука отзывается в его собственной груди — ровное, сильное, как барабанный бой.       — Ты специально все делаешь так медленно? — повозившись на коленях у альфы, не в силах унять желание простонал вопрос в губы Чонгука.       — Я наслаждаюсь тобой. — Чонгук наклонился и повел носом возле шеи омеги, — ты так одуряюще пахнешь, что меня бросает в дрожь.       — Мммм… ты тоже ничего, — с улыбкой в глазах прошептал омега на ухо.       — Какая же ты вредина, — зарывшись в каштановые локоны и чуть оттянув их прорычал Чонгук.       Тэхён провел ладонью по щеке альфы очерчивая скулы парня. Медленно, аккуратными касаниями спускался к плечам, оглаживая точеный подбородок и мощную шею.       — У тебя красивое тело, и пахнешь ты вкусно — ласково проурчал Тэ, сжимая плечи и пробираясь пальчиками к пуговицам на рубашке.       — На твое я молюсь ежедневно, — вторил ему Чон, сминая тонкую талию и подбираясь легкими невесомыми движениями к кромке брюк.       Чуть сильнее сдавив бока омеги и вырвав у него легкий стон, альфа один палец завел внутрь брюк, подбираясь к сочным ягодицам и поднял взгляд на поплывшего омегу.       — Позволишь? — Чон вопросительно смотрел на омегу, одновременно с этим подбирался к застежке ремня, и потянул на себя, заставив омегу вжаться в него всем телом.       — Да... да... — руки Тэ уже вовсю шарили по голому торсу.       Тэхён очерчивал ладонями мускулистую грудную клетку, легонько сминал соски, стимулируя их. Гладил мощный пресс и сходил с ума от тела и густого феромона альфы.       Почувствовав руки Чонгука на своих ягодицах, омега закатил глаза и вжался в парня еще сильнее, проехавшись задницей по стоящему члену альфы.       — Малыш, я же не железный, давай чуть сбавим темп, — Чонгук с силой сжал упругие половинки и присосался к ароматной влажной шее, оставляя незаметные метки.       — Слушай меня Чон Чонгук, — Тэхён прикусил мочку уха, а руку уверенно положил на пах альфы, — если ты сейчас же не разденешь и не трахнешь меня, я перегрызу тебе глотку.       И в подтверждение своих слов вцепился зубами в ключицу Чона.       — Нетерпеливый, жадный волчонок, — альфа подхватил Тэхёна на руки, словно омега ничего не весил, и с драгоценной ношей отправился в спальню.       Тэхён на ходу скинул с них рубашки и впился мокрым поцелуям в возбужденный и так призывно стоящий сосок альфы, усердно вылизывая и причмокивая.       — Боже... малыш, у меня от тебя крыша едет, — Чонгук просунул руки в белье омеги и самодовольно ухмыльнулся, почувствовав, как сильно потек Тэхён. — Так сильно хочешь меня? Сгораешь от нетерпения?       — Ой заткнись уже а, и дай мне свой член, — омега накрыл желанные губы в поцелуе и опрокинув их на кровать, залез в брюки Чонгука.       Под громкое шипение альфы схватил крупный венистый член, покрытый предсеменем от возбуждения.       — А сам то, — весело хмыкнул Тэ, — истекаешь как омежка от желания.       Тэхён выбил первый низкий стон у альфы, пережав член у основания и мягко огладив головку.       — Мне нравится, — любовно протянул омега, — не могу дождаться, когда он будет таранить меня.       Чонгук зарычал, глаза полностью почернели и в один миг он перевернул их местами, нависнув сверху. За секунду лишив омегу остатков одежды альфа приставил один палец к омежьему входу и мягко протолкнул внутрь, не почувствовав сопротивления.       — Ах... Гуки... я готовился, — громко сказал – простонал Тэхён от такого одновременно желанного и недостаточного проникновения.       Палец Чонгука длинный, плотный, надавливал на чувствительные стеночки изнутри, заставляя скулить и сжимать кулачки. Ох что же будет когда Чонгук войдет? Да он же умрет от кайфа...       Чонгук тем временем вставил два пальца в дырочку омеги, собрал как можно больше ореховой смазки, затем, смотря горящими глазами прямо на Тэхёна поднес пальцы испачканные в омежьих соках к носу, а затем и ко рту, с причмокиванием облизав их.       — Верни обратно, — насупился Тэхён, — если ты думаешь, что такими действиями меня можно смутить, то ты горько ошибаешься. И хватит уже возиться как с девственником, вставляй давай уже свой огромный член и трахни меня.       Омега в нетерпении согнул ноги и притянул альфу ближе, одновременно с этим раскрываясь для парня еще больше и просяще поглядывая на него.       Их члены соприкоснулись и по комнате разнеслись синхронно омежий стон и альфье рычание.       Чонгук совершил пару движений бедрами, проехавшись по возбуждению омеги и не став больше мучить вошел одним плавным движением.       — Ого... агрх... малыш Гуки, а ты вовсе не малыш, — часто дыша прохрипел Тэхён, — подожди пару секунд, надо привыкнуть к такому гиганту, — допустил мелкий смешок омега, заметив чуть покрасневшие щеки и шею альфы.       — Это я еще двигаться не начал, — ласково оглаживая тело омеги подмигнул альфа.       Тэхён прибывал в эйфории. Член альфы так хорошо подходил ему. Чувствуя максимальную наполненность и пульсацию горячей плоти внутри, омега чуть повел бедрами на пробу, и не почувствовав болезненных ощущений, дал альфе зеленый свет.       И вот тут-то звезды посыпались перед глазами. Чонгук двигался с нечеловеческой скоростью, вовсе не жалея тело Тэхёна, а ему это было и не нужно.       Все бывшие партнеры осторожничали с ним, боясь навредить, ведь он же такой «хрупкий и нежный». А Тэ хотелось, чтоб из него душу и мысли вытрахали. Чем как раз сейчас и занимался альфа с остервенением вдалбливая его тело в кровать.       Нет ну кто бы мог подумать а, малыш Гуки...       Все мысли разом вылетели из головы, когда Чонгук приподнял Тэ, поменял угол проникновения и стал, не щадя, раз за разом проезжаться по простате.       — Ооооо дааааа… боже…, знал бы, давно бы залез на твой шикарный член, — Тэхён мечется по кровати, не зная куда себя деть. Удовольствие прошибает каждую клеточку тела.       Чон не останавливается ни на секунду, как отбойный молоток долбит омегу в грубом темпе. До синяков сжимая бока и кусая все, до чего может дотянуться.       Громкие хлюпающие звуки разносились в стенах спальни, смешиваясь с феромонами парней, составляя поистине опьяняющий коктейль.       — Гуки… ах... я сейчас…, — задрожав всем телом, Тэхён начал судорожно сжиматься на члене альфы, словно выдаивая его.       Белесая струйка спермы обильно испачкала вздымающуюся грудь и плоский живот. Впрочем, Чонгук не прерывался, лишь дал секундную передышку омеге, прочувствовать оргазм, и по новой.       Сверхчувствительная стимуляция приносила болезненное удовлетворение. У Тэхёна уже даже не осталось сил чтоб подмахивать. Распластавшись на кровати, омега отдал свое тело в полное пользование альфы.       Чонгук, воспользовавшись податливостью и мягкостью омеги, сгреб Тэхёна в объятия, поднял с кровати и, прижав к своему телу, начал трахать его на весу.       Тэхён повис безвольной куклой, уткнувшись лицом в шею альфы, языком слизывая пот и наполняя легкие кардамоном. При таком положении их члены соприкасались и терлись друг о друга.       — Ты так хорошо и туго меня сжимаешь крошка, — Чонгук подкидывал омегу, прокатывая на члене вновь и вновь, — побудешь хорошим мальчиком для меня? Кончишь еще раз?       — Вообще то... ммммгхх... яя...аааах... твой хён, — еле смог выдавить из себя Тэхён сквозь собственные стоны и крики.       Чонгук легонько прикусил запаховую железу у основания шеи и это стало последней каплей. Протяжно и громко простонав, Тэхён забился в руках альфы, закатывая глаза. За такой короткий промежуток времени, два крышесносных оргазма...       Организм вообще переживет такое?       Альфа прорычал что-то невнятное и в два последних особенно мощных толчка кончил с низким стоном внутрь омеги.       Победно улыбнувшись и переведя дыхание, Чонгук аккуратно уложил вымотанного омегу на кровать.       — Лежи крошка, я о тебе позабочусь, — прошептал на ухо альфа и направился в сторону ванной, чтоб вскоре вернуться с теплым и мокрым полотенцем.       Медленно приходя в себя, Тэхён широко распахнутыми глазами уставился на Чонгука, который любовно обтирал его тело от следов пота, смазки и спермы.       Закончив ухаживать, альфа пристально посмотрел в глаза омеги и с волнением в голосе чуть слышно спросил, — Ты же останешься?       Тэхён без слов потянул Чонгука на себя, оставив нежный поцелуй на губах, и только после этого спокойно ответил.       — Даже если бы я захотел уйти, я не смог бы, — Тэхён показал альфе, что не может поднять тело с постели, — ты, — ткнул его пальцем в грудь омега, — словно дикий изголодавшийся зверь вытрахал из меня все силы.       Заметив, как напрягся Чонгук, Тэхён поспешил закончить, — но не переживай, мне все очень понравилось. — омега нежно погладил альфу по щеке, — И я же тебе обещал, что не уйду. Иди ко мне малыш Гуки, — по-доброму улыбнулся Тэ, — давай спать.       Чонгук опустился на кровать и раскинул руки, приглашая омегу в свои объятия. Тэхён подтянулся под бок альфы, и наслаждаясь теплотой и уютом горячего тела, мгновенно провалился в сон.