Невеста вампира

      Ночью девушке, когда она спала, приснился странный сон.       Эмили медленно боязливо шла по узкому тёмному коридору, в конце которого что-то очень ярко сверкало и переливалось разными цветами. От бледно-голубого до цвета морской волны и ярко-голубого, и небесно-синего. Эмили шла и шла, казалось, коридор этот никогда не закончится. Но вскоре она вышла в свет.       Перед ней на постаменте лежал сапфировый камень в серебряном обрамлении. Он-то и переливался всеми этими цветами, окрашивая ими стены помещения. А через мгновение Эмили услышала, как кто-то тихо зовёт её по имени, повторяя имя спустя каждую минуту.       Девушка подошла к постаменту, прикрывая глаза руками от яркого света. Когда она подошла достаточно близко, её имя раздалось в помещении громче прежнего.       — Кто? — спросила Эмили, оглянувшись. — Кто зовёт меня?       «Обернись», — послышалось ей в ответ.       Эмили обернулась и… увидела перед собой за постаментом саму себя. Но та «она» выглядела немного иначе. Стройная красавица с длинными каштановыми волосами, от кончиков до середины седыми, одетая в длинную опоясанную тунику бордового цвета и в чёрную кожаную кирасу с юбкой из пластин.       — Этого не может быть, — ахнула Эмили, глядя на другую «себя», как в зеркало. — Ты — не я.       Однако та дружелюбно улыбнулась девушке:       — Ты не права, Эмили. Я — это ты, а ты — это я. Но в совсем давнюю эпоху, пятьсот лет назад — в рассвет позднего средневековья, во времена тьмы и тумана. И меня зовут Даниэла, я — родоначальница семьи Юджина Уильямса, и основательница Древнего Ордена Ночных Стражей, которому мои дети, внуки, правнуки и праправнуки служили и служат на протяжении всех пяти веков. А ты — моя реинкарнация, — пояснила Даниэла, не отходя от постамента с самоцветом. — И вот откуда у тебя с рождения есть дар видеть сверхъестественных сущностей.       — Почему ты звала меня? — осторожно спросила Эмили.       — Время пришло, — сообщила ей Даниэла, мягко улыбнувшись. — Назревает межрасовая война, в которую будут вовлечены вампиры, вервольфы и люди, считающиеся нашими союзниками. Виной этому послужил медальон, который я создала и наделила своей магией. Однако я не хотела войны, никогда не хотела. Я создавала его для защиты людей от этих вшивых псин.       Эмили поняла, что Даниэла имела в виду вервольфов.       — И что ты хочешь от меня? — задала она вопрос вампирской воительнице.       — Предотврати войну, Эмили, — попросила та с глазами, полными вины и страдания. — Не допусти кровопролития. Если ситуация начнёт выходить из-под контроля, прими твёрдое и бесповоротное решение, уничтожь медальон. Магия, вложенная в него, при уничтожении перейдёт к тебе, и медальон уже тебе не понадобится. Ты станешь такой же сильной и отважной, какой была в своей прошлой жизни.       — Даниэла, — промолвила Эмили, размышляя над её словами.       — Да? — та вопросительно взглянула на неё.       — Скажи мне правду. Юджин… Он… Я чувствую, что ему одиноко, несмотря на наличие друзей. И… Меня почему-то тянет к нему, сильно… Есть ли у него какие-то чувства ко мне кроме дружбы?       Даниэла, услышав вопрос, тихо хихикнула:       — Бедный мой мальчик, ай-ай-ай, — покачала она головой. — Да, Юджин испытывает к тебе самые искренние чувства. И сам он это знает и понимает, но в силу появившихся обстоятельств отрицает их… Милая Эмили, если ты уверена в своём решении быть с ним, быть его второй половинкой, я благословляю вас на этот союз. И знай, если он посмеет обидеть тебя, то я явлюсь ему призраком и хорошенько накажу непослушного пра-пра-правнука.       — Спасибо, Даниэла, — улыбнулась Эмили.       — Прикоснись к медальону, и ты проснёшься. Скоро рассвет.

***

      Вечер выдался дождливым. Эмили задержалась у школе — она помогала Кейт готовиться к семинару по социологии. Когда они наконец закончили, часы показывали без пятнадцати девять вечера.       — Я провожу тебя до остановки, — предложила Кейт.       — Не надо, я сама, — улыбнулась та. — Домой идти всего пятнадцать минут, а у тебя ещё столько работы.       Подруга всё же проводила её до выхода, обняла на прощание и убежала обратно в здание. Эмили вздохнула, натянула капюшон и шагнула под моросящий дождь.       Шла быстро, стараясь не обращать внимания на тревожное чувство, которое всё нарастало. Медальон под свитером стал тёплым — не обжигающим, но ощутимо тёплым. Эмили невольно ускорила шаг.       За поворотом улицы её ждал сюрприз: трое мужчин в кожаных куртках стояли у входа в парк, перегородив дорогу. Один из них — Маркус Грей — сделал шаг вперёд.       — Эмили Джонс, нам нужно поговорить, — его голос звучал спокойно, однако в нём чувствовалась угроза.       Эмили остановилась. Сердце забилось чаще.       — О чём? — она старалась говорить ровно, хотя руки слегка дрожали. Ещё свежа была память о встрече с одним из них в волчьем обличье.       — Ты знаешь о чём, — Маркус сделал ещё шаг. — Медальон. Отдай его нам, и мы больше не будем тебя беспокоить.       Двое других вервольфов начали обходить её с боков. Эмили отступила назад, прижимаясь к мокрой стене здания.       — Он не принадлежит вам, — твёрдо заявила она. — И я не отдам его.       Маркус вздохнул:       — Жаль. Мы не хотели этого.       Он подал знак. Вервольф в коричневой куртке резко рванулся вперёд, протягивая когтистые руки к Эмили. В тот же миг медальон обжёг грудь — сигнал опасности. Но прежде чем вервольф успел схватить девушку, из темноты выскользнула юркая тень. Это была Жасмин. Новая подруга дематериализовалась из ниоткуда и встала перед Эмили, заслоняя её собой.       — Думаю, разговора не будет, — холодно произнесла она.       — Вампир, — оскалился Маркус. — Так я и знал. Чтоб вас.       В этот момент из-за угла выбежала бдительная Анна Вейл. В её руке блеснул амулет охотников — он засветился голубым светом, создавая вокруг Эмили и Жасмин защитный купол.       — Отступите, — громко потребовала Анна. — Вы нарушаете договор.       — Он не распространяется на артефакты, угрожающие балансу! — зарычал один из троицы вервольфов.       Жасмин шагнула вперёд:       — Баланс — это не то, что вы решаете. Медальон выбрал Эмили. Он служит добру, а не разрушению.       Маркус колебался. Он видел, что ситуация выходит из-под контроля — вампиры и охотники явно готовились к бою. Но приказ лидера был чётким: получить медальон любой ценой.       — Последний шанс, — бросил он Эмили. — Отдай медальон, и мы уйдём.       Эмили глубоко вдохнула. Она чувствовала, как медальон пульсирует под рукой, будто передавая ей силу.       — Нет, — твёрдо сказала она. И в этот момент в голове пронеслись слова Даниэлы: «Если ситуация начнёт выходить из-под контроля, прими твёрдое и бесповоротное решение, уничтожь медальон. Магия, вложенная в него, при уничтожении перейдёт к тебе, и медальон уже тебе не понадобится». — Не дождётесь, волчары.       Эмили вынула медальон из-под свитера, взглянула на него в последний раз и…       — Эмили, что ты делаешь? — испугалась Жасмин.       — Не делай этого, — взмолилась Анна.       … и с силой бросила на каменную мостовую. Раздался резкий звон — артефакт разлетелся на сотни сверкающих осколков. На мгновение всё замерло.       Затем из осколков вырвался поток серебристого света. Он окутал Эмили, словно кокон, поднимая её над полом и отгоняя вервольфов прочь. Друзьям девушки свет не причинил вреда, лишь мягко коснулся их. Он пульсировал, переливался, проникая в Эмили — через кожу, волосы, глаза.       Немного припозднившиеся Юджин и Оливер стали свидетелями невиданного чуда.       — Что происходит? — громко спросил он у Жасмин.       — Она разбила медальон, теперь его магия переходит в неё саму, — ответила та. — Что-то толкнуло её на это.       Юный глава клана Уильямс инстинктивно шагнул было вперёд, но Оливер удержал его:       — Не лезь.       Между тем Эмили закрыла глаза. Её тело светилось изнутри, черты лица стали чётче, острее, словно высеченные из мрамора. Волосы, казалось, заискрились. Она внешне становилась похожей на себя в прошлой жизни.       Через несколько секунд свет начал угасать, медленно втягиваясь в тело девушки. Эмили, тяжело дыша, опустилась на землю. Юджин бросился к ней:       — Эмили! Ты в порядке?       Она подняла голову — все замерли. Её глаза теперь отливали серебром, а в глубине зрачков мерцали искорки магии.       — Да, — прошептала Эмили. — Я… я чувствую всё. Звуки, запахи, движения за стенами. Слышу сердцебиение мисс Вейл. Вижу ауры вокруг вас.       Сама Анна, стоявшая в стороне, осторожно подошла ближе:       — Это… невероятно. Медальон не просто передал силу — он пробудил что-то древнее в тебе.       Жасмин улыбнулась:       — Теперь ты не просто носитель артефакта. Ты — самый настоящий маг.       Эмили, успокоившись, оглянулась, пытаясь отыскать вервольфов.       — А где…?       — Убежали, поджав хвосты, — беззаботно ответил Оливер.       — Отступили — по крайней мере, на время, — добавил Юджин, сощурившись. — Что ж, объясни-ка, дорогуша, — он сердито глянул на Эмили, — что подтолкнуло тебя на уничтожение медальона, который сотни лет служил моей семье?       — Не что, а кто, — осторожно поправила она, виновато потупившись. — Это Даниэла.       — Что?! — окружавшие Эмили люди и нелюди удивлённо разинули рты и раскрыли глаза.

***

      Следующие дни Эмили провела в особняке Юджина. Он выделил ей просторную комнату на верхнем этаже — светлую, с большим окном и видом на парк. Также распорядился, чтобы Скарлет и Лайла начали готовить еду для смертной магички.       Первое время Эмили было сложно. Чувства обострились настолько, что она едва могла сосредоточиться:       — звуки с улицы доносились так, будто она стояла на тротуаре;       — запахи еды из кухни вызывали головокружение;       — ауры окружающих пульсировали перед глазами, мешая смотреть на лица.       Юджин терпеливо учил её контролировать новые способности:       — Вспомни те упражнения, которые я давал тебе, — говорил он, стоя напротив неё в саду. — Вспомнила?       — Да, — ответила Эмили.       — Теперь повтори их.       Девушка закрывала глаза, сосредотачивалась — и постепенно шум города затихал, запахи становились приглушёнными, ауры — менее яркими.       — Получилось! — радостно воскликнула она однажды утром. — Я слышу только твой голос и пение птиц рядом. Остальное — как сквозь вату.       Юджин, прикрыв глаза и испытав облегчение, улыбнулся:       — Отлично. Сейчас повтори упражнение номер два. Затем сосредоточься на одном звуке — например, на капле, падающей с крыши.       Постепенно Эмили научилась:       — «включать» и «выключать» обострённые чувства;       — видеть ауры и определять по ним эмоции;       — чувствовать присутствие сверхъестественных существ на расстоянии;       — создавать небольшие защитные барьеры — пока ещё слабые, но ощутимые.

***

      Тренировки проходили каждый день. Юджин отвечал за контроль и защиту, Жасмин — за скрытность и маскировку, Оливер — за скорость и реакцию, Каролина — за распознавание угроз.       Однажды утром Юджин привёл её в подвал особняка — там была оборудована тренировочная зона с манекенами и защитными барьерами.       — Сегодня попробуем атаку, — сказал он. — Не физическую, а магическую. Представь, что перед тобой враг. Собери энергию внутри — она должна собраться в ладонях.       Эмили сосредоточилась. Она почувствовала, как сила течёт по венам, скапливается в кончиках пальцев. Перед руками задрожал воздух, образуя мерцающий шар.       — Теперь отпусти, — скомандовал Юджин.       Эмили махнула рукой — шар сорвался с ладони и полетел в манекен, ударившись в него, он отбросил его к стене.       — Получилось! — она засмеялась, но тут же пошатнулась. — Только… я устала.       Юджин поддержал её за локоть:       — Так и должно быть. Магия — штука энергозатратная. Со временем ты научиться расходовать её экономнее.       Жасмин подошла ближе:       — А теперь попробуй скрыть свою ауру. Представь, что ты — пустое место. Никто не должен тебя видеть или чувствовать.       Эмили снова сосредоточилась. Секунда за секундой её аура начала тускнеть, сливаться с фоном. Через минуту она стала почти невидимой — даже Юджин с трудом различал её силуэт.       — Впечатляет, — кивнул Оливер. — Через месяц ты сможешь пробраться в штаб вервольфов незамеченной, — подытожил он, и тут же бокал у него в руке лопнул, разлетелся на осколки от чьего-то магического воздействия, а кровяной раствор пролился, испачкав костюм. — Всё, молчу, молчу.

***

      Однажды вечером, когда Эмили сидела у камина, к ней подошёл Юджин:       — Я хотел сказать… спасибо.       Она удивлённо подняла глаза:       — За что? Я же уничтожила медальон.       — Именно поэтому, — он сел напротив. — Ты приняла решение, основанное на доверии и смелости. Не побоялась неизвестности. И теперь у нас есть шанс не просто защищаться — а действовать.       Он протянул ей небольшую книгу в кожаном переплёте:       — Это записи о подобных пробуждениях. Возможно, там найдётся что—то о твоей силе. Мы будем учиться вместе.       Эмили открыла книгу. На первой странице было выведено на латыни старинным каллиграфическим почерком: «Potestas non in rebus sed in iis qui eas gerunt residet. Vera magia est electio».       — Что здесь написано? — спросила, взглядом указав на надпись.       — Сила не в предметах, а в тех, кто их носит, — перевёл вампир. — Истинная магия — это выбор.       Она улыбнулась:       — Значит, будем учиться вместе. И остановим вервольфов.       Юджин кивнул:       — Да. Вместе.       За окном шумел дождь, но в особняке было тепло и спокойно. Эмили чувствовала, как магия течёт в ней — не как чужая сила, а как часть её самой. Теперь она была готова к тому, что ждёт впереди.