Fpe: Страный Охраник

— «Это превышает все мыслимые и немыслимые нормы… Роберт, ты мой единственный охранник в этом аду, и теперь я узнаю, что ты почти мёртвый валяешься на посту охраны!» Голос женщины звучал резко и раздражённо, почти эхом отражаясь от стен большого тёмного кабинета. Она ходила из стороны в сторону быстрыми шагами, словно пыталась выплеснуть накопившееся раздражение движением. Кабинет был погружён в приглушённый свет, и на фоне тёмных стен её фигура выделялась особенно резко. Белые волосы женщины казались почти светящимися в полумраке комнаты. Они спадали на плечи мягкими прядями, среди которых отчётливо виднелись чёрные рога. Один из них был сломан почти у основания, и на месте излома оставался неровный, шероховатый край. На ней была аккуратная зелёная рубашка и длинная строгая чёрная юбка, которая тихо шуршала при каждом её шаге по полу. Роберт сидел напротив её стола, немного сгорбившись. В руке он держал пакет гранатового сока и время от времени делал из него короткие глотки. Напиток был тёплым и неприятно терпким на вкус, но, по словам Блуми, он должен был помочь восстановить потерянную кровь. Окровавленную форменную рубашку охраны он уже снял. Вместо неё на нём теперь была простая синяя футболка — та самая, в которой он пришёл на работу утром. На шее под бинтами всё ещё пульсировала тупая боль, напоминая о произошедшем. Он отчаянно не хотел сюда идти. Честно говоря, после перевязки он собирался просто остаться в посту охраны, спокойно отсидеться там до конца смены и надеяться, что никто не поднимет лишнего шума. Но Блуми решила иначе. Она буквально вытащила его из комнаты охраны и почти силой привела в кабинет директора. И теперь его отчитывали так, будто он был школьником, устроившим драку на перемене. Роберт устало провёл рукой по лицу и снова сделал глоток сока, терпеливо слушая поток возмущения. Внутри у него медленно нарастало раздражение. Не из-за крика. А из-за того, что всё происходящее казалось совершенно несправедливым. — «Грейс, признай: ты злишься только потому, что это не ты мне почти глотку перегрызла…» Слова сорвались с губ Роберта с усталой, почти ленивой язвительностью. В ту же секунду он понял, что зря это сказал. В кабинете повисла тяжёлая тишина. Зрачки женщины резко сузились, став почти крошечными, как булавочные головки. Её лицо медленно побледнело от злости, а пальцы сжались в кулаки. В следующую секунду она с силой ударила ладонями по столу. Глухой удар разнёсся по комнате. — «Повтори… что ты сказал?» Её голос был тихим. Почти шёпотом. Но в этом шёпоте чувствовалось столько скрытой ярости, что воздух в комнате будто стал холоднее. Роберт невольно вжался глубже в кресло. Он хорошо знал этот тон. Грейс могла кричать, могла спорить, могла даже швыряться вещами — но когда она начинала говорить так, это означало, что её терпение закончилось. Женщина продолжала смотреть на него тяжёлым, прожигающим взглядом. Но вдруг её выражение изменилось. Глаза слегка сузились. Она наклонила голову, внимательно рассматривая его шею. На секунду в её взгляде мелькнуло нечто другое — не злость. Тревога. Она заметила отсутствие чего-то важного. Того, что всегда было на нём. Того, что она видела каждый день. Того, из-за чего её сердце болезненно сжималось всякий раз, когда её взгляд случайно останавливался на его груди. — «Роберт…» Её голос стал заметно тише. — «Где… где твоё кольцо?» Она медленно выпрямилась. — «То, которое ты носишь на шее.» Слова прозвучали почти осторожно. Роберт сначала не понял. Он моргнул, глядя на неё. Затем его глаза резко расширились. Он машинально поднял руку и провёл пальцами по шее, пытаясь нащупать знакомую тонкую цепочку. Пальцы скользнули по коже. Задели бинты. Но цепочки там не было. Ни холодного металла. Ни кольца. Роберт резко выпрямился в кресле и снова провёл рукой по шее, уже быстрее, словно надеясь, что просто ошибся. Пусто. Он тихо выругался сквозь зубы. — «Сука…» — тихо выдохнул Роберт. — «Наверное, Агния забрала его, когда убегала… но зачем оно ей?» Он отвёл взгляд в сторону, словно пытаясь избежать встречи с глазами Грейс. Женщина некоторое время молча наблюдала за ним. Затем тихо вздохнула, обошла стол и медленно подошла ближе. Её шаги были почти неслышны на мягком ковре кабинета. Остановившись перед ним, она наклонилась и осторожно схватила его за подбородок, заставляя поднять голову. Роберт недовольно нахмурился, но сопротивляться не стал. Грейс повернула его лицо к свету и внимательно посмотрела на бинты на его шее. — «Было больно?» — тихо спросила она. Её голос звучал почти шёпотом. Роберт посмотрел на неё. И сразу же заметил этот взгляд. Тот самый. Взгляд, который он ненавидел больше всего. В нём не было ни злости, ни раздражения — только тревога и тихая, болезненная забота. Взгляд его жены. Роберт тяжело вздохнул. Он поставил пакет с гранатовым соком на край стола. — «Я в норме… правда.» Он слегка повёл плечом, словно пытаясь показать, что всё не так уж серьёзно. — «Блуми, несмотря на то что она учитель химии… оказывается, довольно хороший медик.» — «Роберт…» — начала Грейс. Она собиралась сказать что-то ещё, но он не дал ей договорить. — «Грейс, нет…» — тихо, но твёрдо перебил её Роберт. — «Мы больше не женаты. И мои проблемы — только мои.» Он сделал короткую паузу. — «Сейчас я с Агнией.» Он старался говорить спокойно. Сдержанно. Ровно. Но всё равно чувствовал, как в голосе предательски появляется лёгкая дрожь. Он надеялся, что Грейс этого не заметит. Но, конечно, она заметила. Женщина медленно прищурилась. Её взгляд стал холодным и тяжёлым. — «Она почти убила тебя!» — резко прорычала Грейс. В её голосе больше не было спокойствия. — «А ты всё равно сидишь здесь и говоришь, что она тебя любит?» Она резко отпустила его подбородок, словно вдруг не захотела больше к нему прикасаться. Грейс развернулась и быстрым шагом вернулась к своему столу. Стул тихо скрипнул, когда она села. Несколько секунд она молча смотрела на столешницу, словно пытаясь взять себя в руки. Затем она выдвинула ящик стола. Достала оттуда лист бумаги. Ручка тихо заскрипела по бумаге, когда она быстро написала несколько строк. В кабинете снова повисла тишина. Только шорох бумаги и редкие тяжёлые вдохи Роберта нарушали её. Закончив писать, Грейс протянула лист через стол. — «Вот.» Роберт взял бумагу. — «На сегодня ты свободен. Сходи домой и отдохни.» Её голос снова стал строгим. Почти официальным. Грейс подняла взгляд и сурово посмотрела на него — так, как директор смотрит на подчинённого. Но где-то глубоко в её глазах всё ещё пряталось что-то другое. Тревога. И злость, которую она не могла ни на кого выплеснуть. Вздохнув, Роберт встал из-за стола. Он коротко кивнул Грейс, не глядя ей в глаза, затем направился к двери, открыв её, он вышел из кабинета, дверь тихо закрылась за его спиной, теперь он стоял в пустом коридоре школы. Несколько секунд Роберт просто стоял неподвижно, пытаясь взять себя в руки. Но внутри всё кипело — злость, усталость, боль, и та тяжёлая моральная пустота, которая всегда приходила после подобных разговоров. Вдруг он резко ударил кулаком по стене. Раздался глухой удар. Затем ещё один. И ещё. Он бил стену снова и снова, пока костяшки пальцев не начали кровоточить. Краска на стене треснула, оставляя небольшие следы от ударов. Роберт тяжело дышал, стараясь успокоиться. — «Сука…» — тихо выругался он. Он провёл рукой по лицу, затем засунул руку в карман и достал телефон, несколько секунд он просто смотрел на экран, пытаясь собраться с мыслями, затем начал листать список контактов. Наконец он нашёл нужное имя. Роберт нажал кнопку вызова и поднёс телефон к уху. Гудки тянулись несколько секунд. — «Алло, Хистер… привет…» — сказал он, когда на другом конце ответили. Его голос всё ещё был тяжёлым и хриплым. — «Мне… мне надо с тобой поговорить…» ------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------------ Вокруг царила густая, почти осязаемая тьма. Это было не просто отсутствие света — пространство казалось пустым, бесконечным и холодным, словно сама реальность здесь была выжжена до черноты. Ни пола, ни неба, ни стен нельзя было разглядеть до тех пор, пока они не появлялись из темноты. И вдруг эту мёртвую тишину разорвал рев. Глухой, яростный, полный звериной злобы звук прокатился по пустоте. Огромное чудовище металось в этом мрачном пространстве, словно запертый в клетке хищник. Его тело было массивным и искажённым, а каждое движение несло с собой разрушение. Оно с яростью бросалось на стены, которые поднимались из темноты, словно сама реальность пыталась удержать его внутри. Чудовище крушило их огромными когтями, разрывая камень так легко, будто это была гнилая древесина. Каменные блоки разлетались во все стороны, потолок трескался, колонны рушились под ударами. Но стоило обломкам коснуться земли, как тьма снова сгущалась, и разрушенные стены начинали восстанавливаться. Камень поднимался обратно, трещины затягивались, словно сама клетка отказывалась позволить своему пленнику вырваться наружу. Тогда чудовище ревело снова. Его ярость становилась только сильнее. Оно бросалось на стены вновь и вновь, ломая их, крушило потолок, разрывая пространство вокруг себя, будто надеялось однажды всё-таки пробить эту бесконечную темницу. Но каждый раз всё повторялось: стены возвращались, потолок восстанавливался, а клетка оставалась целой, пока его рев снова разносился по бескрайней темноте. — «Долго ты будешь ломать мою комнату?… Прости, сестра, но тут… виновата ты…» Девушка сидела на стуле посреди темноты. Она была одета в белую рубашку с воротником и длинными рукавами ненасыщенного серо-голубого оттенка, застёгнутую на две белые пуговицы. Рукава были повреждены — на ткани виднелись надрывы. Её шею украшало чёрное ожерелье с треугольником, перечёркнутым двумя линиями. Комплект дополняла чёрная длинная юбка с белым поясом. На подоле юбки тянулись белые полукруглые узоры, между которыми располагались маленькие точки. На ногах были белые носки и чёрные туфли. Чудовище тяжело дышало. Его массивное тело начало медленно уменьшаться, сжимаясь и теряя свою чудовищную форму, пока наконец не превратилось в Агнию. Она упала на колени и продолжала тяжело дышать. Затем подняла голову. Её взгляд остановился на более молодой девушке, сидящей в темноте. Агния тяжело дышала. Грудь резко поднималась и опускалась, будто каждый вдох давался ей с трудом. Тёмные волосы прилипли ко лбу, пальцы сжались в кулаки, а плечи всё ещё подрагивали от остаточной ярости. Она медленно подняла голову и уставилась на девушку, сидящую на стуле посреди темноты. — «Заткнись…» — прохрипела Агния. Её голос звучал грубо и хрипло, словно горло всё ещё помнило звериный рёв, который недавно заполнял всё пространство. Девушка на стуле не выглядела напуганной. Она лишь слегка наклонила голову набок и спокойно наблюдала за сестрой, будто происходящее было для неё чем-то привычным. — «Ты злишься,» — тихо сказала она. — «Очень.» Агния зарычала снова, и на мгновение её пальцы дёрнулись, словно когти могли снова прорезать кожу. — «Не смей…» Она попыталась подняться, но ноги дрогнули. Агния пошатнулась и тяжело опёрлась рукой о пол. — «Ты почти потеряла контроль,» — продолжила девушка тем же спокойным голосом. — «Ещё немного — и ты бы его убила.» В темноте повисла тяжёлая пауза. Агния замерла. Её дыхание стало ещё громче. — «Я… не хотела…» — выдавила она сквозь зубы. Девушка на стуле слегка улыбнулась — едва заметно, почти печально. — «Но всё равно сделала.» Агния резко подняла голову. В её глазах снова вспыхнула злость. — «Замолчи!» Тьма вокруг на мгновение дрогнула, словно её крик прошёлся по самому пространству. Девушка не сдвинулась со своего места. Она лишь сложила руки на коленях и тихо вздохнула. — «Сестра…» Её голос стал мягче. — «Ты боишься не того, что чуть не убила его.» Она посмотрела прямо в глаза Агнии. — «Ты боишься, что однажды действительно это сделаешь.» — «Закрой свой блядский рот, Алиса!» — резко выкрикнула Агния. Она вскочила на ноги так внезапно, что стул рядом тихо скрипнул по полу. В несколько быстрых шагов она оказалась перед девушкой и нависла над ней, словно тёмная тень. — «Я люблю его!» — её голос сорвался на крик. — «Люблю больше собственной, чёртовой жизни!» Она тяжело дышала, грудь резко поднималась и опускалась, а пальцы сжимались в кулаки так сильно, что побелели костяшки. — «Но она… но они!..» Слова путались. Мысли разбегались. — «Я… я не хочу его терять…» Последние слова прозвучали уже совсем тихо. Голос надломился. Ярость, которой ещё мгновение назад было полно её лицо, начала медленно исчезать. Вместо неё появилась усталость… и страх. Агния опустила голову. Её плечи дрогнули. Тихий всхлип сорвался с губ, и она попыталась отвернуться, будто стыдилась того, что происходит. Алиса всё это время не двигалась. Она просто сидела и спокойно смотрела на сестру, не перебивая её и не пытаясь остановить. Когда Агния наконец замолчала, Алиса медленно поднялась со стула. Она подошла ближе. Без резких движений. Без слов. И осторожно обняла сестру. Агния сначала напряглась, словно собиралась вырваться. Но силы уже закончились. Через несколько секунд она медленно опустила голову и уткнулась лбом в плечо Алисы. Её пальцы слабо сжали ткань рубашки. Тихие всхлипы эхом разнеслись по тёмному пространству. Алиса лишь мягко погладила её по волосам, позволяя сестре выплакать всё, что она так долго держала внутри. Алиса продолжала тихо гладить её по волосам. Её движения были медленными, спокойными, почти убаюкивающими. Вокруг всё ещё простиралась густая тьма, но теперь она больше не дрожала от ярости. Пространство словно успокоилось вместе с Агнией. Только её тяжёлое дыхание и редкие всхлипы нарушали тишину. Агния всё ещё стояла, уткнувшись лбом в плечо сестры. Пальцы её сжимали ткань рубашки так, будто она боялась, что если отпустит — всё снова развалится. — «Я не хотела…» — наконец прошептала она. Её голос был глухим, надломленным. — «Я не хотела делать ему больно.» Она закрыла глаза, и перед внутренним взглядом снова вспыхнула та сцена: кровь на его шее, его хриплый крик, запах железа в воздухе. От воспоминания её пальцы дрогнули. — «Я сорвалась…» Алиса ничего не сказала. Она лишь продолжала мягко проводить рукой по её волосам. Агния медленно отстранилась. Её глаза всё ещё были влажными. — «Я ненавижу это,» — тихо сказала она. — «Ненавижу себя за это.» Она опустила взгляд на свои руки, словно ожидала снова увидеть на них кровь. — «Не потому что я демон…» — добавила она сквозь зубы. — «А потому что я причинила ему боль.» Тьма вокруг едва заметно дрогнула. Алиса внимательно смотрела на неё. — «Ты не хотела его ранить,» — тихо сказала она. — «Но ранила!» — резко ответила Агния. Она провела рукой по лицу, будто пытаясь стереть остатки слёз. Несколько секунд она молчала. Затем медленно сунула руку в карман. Пальцы коснулись холодного металла. Она достала тонкую цепочку. Кольцо на ней тускло блеснуло в темноте. Агния смотрела на него долго. Слишком долго. — «Оно упало…» — тихо сказала она. — «Когда я…» Она не закончила фразу. Но Алиса и так поняла. Агния медленно сжала кольцо в пальцах. — «Я не хотела, чтобы оно осталось там…» Её губы дрогнули. — «Я знаю, что оно значит для него.» Она отвернулась. — «Это кольцо от неё.» В её голосе появилось напряжение. — «От той женщины.» Она даже не произнесла имя. Алиса заметила, как её пальцы сильнее сжали цепочку. — «Я её не знаю,» — продолжила Агния тихо. — «Никогда не видела.» Она посмотрела на кольцо. — «Но я знаю, что он её любил.» Слова прозвучали почти как признание. — «И, может быть… всё ещё любит.» Её голос стал глухим. Агния резко сжала кольцо в ладони. — «Я ненавижу это.» Она тяжело выдохнула. — «Ненавижу то, как он смотрит на него иногда…» На секунду в её глазах вспыхнула ревность. — «Будто это часть его, которую я никогда не смогу заменить.» Она опустила голову. — «И я…» Слова застряли в горле. — «Я разозлилась.» Она открыла ладонь и снова посмотрела на кольцо. — «Я забрала его.» Алиса тихо спросила: — «Чтобы он не думал о ней?» Агния медленно покачала головой. — «Нет.» Она сжала цепочку в кулаке. — «Потому что я ревновала.» Тишина снова растеклась по темному пространству. Агния тяжело вздохнула. — «И теперь я ещё и почти убила его.» Она закрыла глаза. — «Отличная работа, правда?» Алиса некоторое время молчала. Она смотрела на сестру внимательно и спокойно, словно пыталась разглядеть в её лице не только злость и боль, но и то, что скрывалось глубже. Тьма вокруг них оставалась неподвижной. Только дыхание Агнии всё ещё звучало тяжело и неровно. — «Ты ревновала,» — наконец тихо сказала Алиса. Это не звучало как обвинение. Скорее как простое наблюдение. Агния слабо усмехнулась. — «Ревновала?» — хрипло повторила она. — «Я почти вырвала ему горло.» Она опустилась на край стула, словно силы внезапно покинули её. — «Это уже не ревность.» Её пальцы всё ещё сжимали цепочку. Кольцо тихо звякнуло, когда она опустила руку. — «Это безумие.» Алиса слегка наклонила голову. — «Это страх.» Агния резко подняла взгляд. — «Я не боюсь.» — «Боишься,» — спокойно ответила Алиса. Она подошла ближе. — «Ты боишься потерять его.» Агния ничего не ответила. Но её пальцы снова крепче сжали кольцо. Алиса заметила это. — «Ты думаешь, что однажды он посмотрит на тебя так же, как когда-то смотрел на неё.» Тьма вокруг едва заметно дрогнула. Агния медленно отвела взгляд. — «Он уже смотрит.» Её голос был тихим. — «Иногда.» Она тяжело выдохнула. — «Когда думает, что я не замечаю.» Алиса наблюдала за ней несколько секунд. — «И это делает тебя злой.» — «Это делает меня слабой,» — резко ответила Агния. Она поднялась со стула и начала ходить по тёмному пространству, будто не могла стоять на месте. — «Я должна быть сильнее этого.» Она остановилась. — «Я должна быть той, кто защищает его.» Её голос стал тише. — «А не той, от кого его нужно защищать.» Алиса смотрела на неё внимательно. — «Но ты всё равно остановила кровь.» Агния замерла. — «Что?» — «Когда ты увидела, что он падает.» Алиса медленно подошла ближе. — «Ты не убежала сразу.» Агния молчала. — «Ты прижала полотенца к ране.» Её голос был спокойным. — «Ты пыталась удержать его здесь.» Агния медленно опустила взгляд. Она вспомнила. Кровь на руках. Ткань, которая мгновенно становилась тёмной. Его лицо. Слишком бледное. Её дыхание стало тяжелее. — «Я думала, что он умрёт…» Слова прозвучали почти неслышно. Алиса мягко улыбнулась. — «Но он не умер.» Она посмотрела на кольцо в руках сестры. — «И ты всё ещё держишь это.» Агния медленно разжала пальцы. Кольцо тихо блеснуло в темноте. — «Я не знаю, что с ним делать.» Алиса слегка пожала плечами. — «Можешь вернуть.» Агния горько усмехнулась. — «После того, как почти его убила?» Она покачала головой. — «Отличная идея.» Алиса спокойно ответила: — «Тогда оставь.» Агния нахмурилась. — «Что?» — «Оставь его.» Алиса посмотрела на неё. — «Пока не разберёшься, почему оно так тебя злит.» Агния молчала. Затем тихо сказала: — «Меня злит не кольцо.» Она снова сжала цепочку. — «Меня злит то, что я не она.» Тьма вокруг снова стала тихой.