Псих

Ты не сразу понял, что дома никого нет. Обойдя несколько комнат, окончательно в этом убедился. Феликса не было, но зато была записка на кухонном столе, написанная аккуратным ровным почерком. Не скажешь, что писал врач. «Хёнджи, я на работу, не скучай. Дверь никому не открывай! Твой Ликс» Твой Ликс. Улыбка коснулась губ. Он и вправду, можно сказать, был твоим. Утро ты провел не спеша, до конца изучая квартиру. Она была достаточно просторной. Огромный зал, который плавно перетекал в коридор. Комната Ликса была очень уютной и также внушительный размеров. Минимализм, но теплый и уютный. Ванная комната тоже удивляла своей эстетикой и размерами. Но больше всего тебя привлек балкон. Свежий воздух. Утро. Ты аккуратно вступил внутрь, подбираясь ближе к окнам. Высоко. Город жил своей жизнью, как будто человеческий организм. Много машин, людей и животных, а самое главное, у каждого своя цель. Постояв немного ты зашел обратно внутрь, думая чем тебе сегодня заняться. *** (действия будут идти в третьем лице) Феликс устало откинулся в кресле своего кабинета. Заполняя отчеты на все обследования, шея сильно затекала. Дверь в кабинет распахиваться, параллельно впуская вопли коллеги: — Где Хван Хёнджин?! — Феликс совсем забыл, что Хван был пациентом этой больницы. Хотя это и случилось прошлой ночью. Зато сейчас он мирно спал у него в комнате, переставая быть жертвой медицинского центра. Блондин прекрасно понимал, что все действия, которое происходят в этих стенах строиться на влиятельных людях, которое готовы подкупить людей ради своей выгоды. В том числе заточение Хёнджина в отделение психбольницы. В этом и есть реальность жестокого мира. Он не спал ночами и днями напролет, чтобы выяснить в чем был подвох. И он выяснил. Почти. Муж тиран, которому не понравилась идея расставания. Влиятельные люди слишком собственники, не давая даже шанса покуситься на то, что принадлежало или принадлежит им. Он явно был не здоров. Весь сюжет Феликсу был пока неизвестен, но он продолжал ворошить бумаги и задавать аккуратные вопросы коллегам. — Мне откуда знать где Хван. — Парень даже не поднял взгляда в сторону двери, продолжая разминать шею. Голос был тверд, лжи в нём не чувствовалось. — Мы все камеры пересмотрели, нигде его не было, — продолжал говорить врач. — Он твой пациент, тебя вообще не волнует? — Волнует, но не я работаю здесь охранником, — наконец подняв взгляд, ухмыльнулся Феликс. Врач напоследок грозно посмотрел и с громкий стуком ушёл прочь. Ли продумал каждую деталь, начиная от списков тех, кто дежурил в ночь «похищения» и заканчивая стиранием записи с кемер. Признаться, это было его первое в жизни «преступление». В душе он всё же надеялся, что сделал всё правильно. Но каждый может ошибиться. Весь рабочий день отделение психиатрической больницы стояло на ушах, пытаясь найти хоть что-то, что могло помочь отыскать пропавшего. Феликс весь оставшейся день просидел в кабинете, переодически интересуясь у коллег успехами поисков, но, к его счастью, их не было. Когда уже начало темнеть, Ли начал собираться домой, радуясь мысли о том, что где-то сейчас в квартире Хван Хёнджин с нетерпением ждёт его возвращения. Ключ повернулся, закрывая кабинет, а вместе с тем раздался грубый, уже когда-то знакомый, голос в конце коридора: — Как это сбежал?! Вы здесь все идиоты что ли?! Как можно было упустить психа! — Раз за разом голос обретал всё страшнее и громче тона. И вот он показался из-за угла. Бан Кристофер Чан. Заметив Феликса, он резко замолчал, надвигаясь навстречу к нему. — Ты! Это ты его выпустил! — Блондина взяли за больничный халат, притягивая на себя, почти лицом к лицу. Грозный взгляд, холодные руки и агрессивная аура вокруг этого человека ужасно напрягали. — Господин, отпустите. — Голос вовсе не дрожал. — Я никого не выпускал. Пронзительный взгляд все также в упертую смотрел напротив. Злой настолько, насколько это было возможно, Чан всё же отпустил парня, не желая, чтобы другие наблюдали за его агрессии. В голове он сделал пару заметок на счет блондина, и цокнув удалился. Странный. *** (Действия от второго лица) Ты услышал как повернулся замок входной двери, но было всё равно. Кафель в ванной довольно холодный, полностью олицетворяя чувства внутри. С глаз водопадом текли хрустальные слёзы, а руки крепкой хваткой схватились за каштановые волосы. Ты начинал вспоминать. Цепи. Насилие. Избиение. Какое-то темное помещение. Хотелось укрыться где-то в тихом месте и забыть всё, что было в стенах чужого ужасного дома. Ты слышал нежный голос Феликса. Он тебя звал, с каждой секундой чувствовалось волнение. Ты не выдержал, проронив громкий плачь, тем самым привлекая внимание младшего. — Хёнджи! — Он упал перед тобой на колени, резко обнимая, — что случилось? Ты не ответил, крепче прижимаясь к нему. Чужие руки гладили по твоим непослушным волосам. Комната погрузилась в тишину с тяжелым дыханием. Ты и не заметил как вскоре уснул на руках блондина, изнеможенный своими же мыслями. *** Ночью тебя неожиданно толкнули. Ты резко проснулся, вскакивая и смотря на Феликса. Тот боязливо сжимался в постели, что-то бормоча. — Не трогай его! — Громкий шепот тебя знатно напугал. Хотелось как-то успокоить , поэтому ты накрыл его одеялом, утраиваясь рядом и обнимая за талию. У двоих были свои переживания, свои эмоции, мысли и проблемы. Ты почувствовал вину, став причиной его кошмаров. Такой светлый парень может полностью сломать себе жизнь, если его раскроют. Но он сделал это. Он помог. Но тебе ужасно страшно. И Обидно. Нужно было что-то с этим делать. И ты сделаешь. Потом. А сейчас ты крепко-крепко обнимал его, словно в последний раз.