Контракт на краю Бездны

Черное солнце Эреба никогда не грело, но сегодня в Подземном царстве было по-настоящему жарко. Аякс, сын Посейдона, стоял у подножия обсидиановой лестницы, ведущей к трону, и тяжело дышал. Его рыжие волосы слиплись от пота и речной воды Стикса, а футболка с эмблемой Лагеря Полукровок была разорвана на плече, обнажая бледную кожу, покрытую ссадинами.У его ног, поскуливая всеми тремя головами, укладывался Цербер. Огромный пес не был побежден, он был скорее озадачен тем, что этот смертный пытался не пробежать мимо, а запрыгнуть ему на загривок с криком: «А ну-ка, покажи, на что способен песик Аида!» — В моем царстве принято соблюдать тишину, — голос раздался из глубины зала, холодный и ровный, как отполированный базальт. — И я не помню, чтобы в списке прибывших на сегодня значился кто-то столь… живой.Чжун Ли медленно спустился по ступеням. Он не был похож на классическое изображение Аида. На нем был строгий длинный сюртук цвета ночного неба с золотой вышивкой, а его глаза — два колодца расплавленного золота — смотрели на Аякса с вековым спокойствием. — Живой и жаждущий крови! — Аякс оскалился, вскидывая гидро-клинки, которые вибрировали от его собственного азарта. — Ты ведь Владыка Мертвых? Говорят, ты — самая неприступная скала в этом проклятом мире. Я пришел проверить это лично.Чжун Ли остановился в трех шагах. Его аура была настолько тяжелой, что Аякс почувствовал, как невидимый пресс давит на плечи, заставляя колени дрожать. Но он лишь шире улыбнулся. — Твое невежество граничит с безумием, дитя морей, — Чжун Ли сложил руки за спиной, слегка склонив голову набок. — Ты нарушил границы, избил моих слуг и потревожил покой теней. За это полагается вечность в Полях Наказаний. Почему я не должен отправить тебя туда прямо сейчас? —Потому что тебе скучно, — Аякс сделал дерзкий шаг вперед, сокращая дистанцию. — Я вижу это в твоих глазах. Здесь всё слишком правильно, слишком тихо. Тебе нужен хаос. Тебе нужен я.Чжун Ли молчал долго, изучая взглядом каждую деталь облика юноши: от бешеного пульса на шее до того, как его пальцы судорожно сжимают рукояти мечей. — Ты предлагаешь себя в качестве развлечения? — в голосе бога проскользнула опасная насмешка. — Я предлагаю пари, — выдохнул Аякс. — Сразись со мной. Если я смогу хотя бы коснуться твоей кожи своим клинком — ты дашь мне то, что я попрошу. — А если проиграешь? — Чжун Ли приподнял бровь. — Тогда делай со мной что хочешь. Запри в клетке, сделай своим рабом или… — Аякс замолчал, когда Чжун Ли вдруг оказался вплотную к нему.Бог был выше, массивнее и пах благовониями, старой бумагой и чем-то необъяснимо притягательным — запахом разогретого камня после грозы. Его пальцы, длинные и изящные, внезапно обхватили подбородок Аякса, заставляя того смотреть прямо в золотые глаза.— «Что захочу» — это слишком широкое понятие для того, кто владеет вечностью, — прошептал Чжун Ли. От его голоса по телу Аякса прошла первая волна странной, пугающей вибрации. — Ты согласен на контракт, скрепленный не только словом, но и кровью? — Согласен, — выдохнул Аякс, чувствуя, как его губы пересохли. — Хорошо. Но учти, Аякс… — Чжун Ли медленно провел большим пальцем по нижней губе юноши, слегка оттягивая её вниз. — В моем доме за поражение платят не только свободой, но и стыдом. Ты будешь молить о том, чтобы я просто убил тебя, прежде чем этот месяц закончится.Аякс хотел ответить что-то дерзкое, но в этот момент золотая энергия хлынула от пальцев Чжун Ли. На предплечье Аякса, прямо под кожей, вспыхнула и начала проявляться татуировка в виде замысловатого гео-узора. Она жгла так сильно, что полубог вскрикнул, теряя равновесие. — Это твои кандалы, — Чжун Ли отпустил его, глядя сверху вниз. — Первая тренировка начнется в сумерках. Постарайся не разочаровать меня, маленький шторм.

***

Сумерки в Подземном царстве были густыми, как разлитые чернила. Асфоделевые поля за пределами дворца затихли, и лишь редкий шелест сухих колосьев нарушал тишину. Чжун Ли стоял в центре тренировочной площадки, вымощенной плитами из темного гранита. Он снял тяжелый сюртук, оставшись в тонкой шелковой рубашке, которая облегала его широкие плечи, и жилете, расшитом золотыми нитями.Аякс ворвался в круг света, как сорвавшийся с цепи пес. Он уже успел сменить рваную футболку на легкий тренировочный доспех, который, впрочем, мало что скрывал. — Я думал, ты заставишь меня ждать вечность, — Аякс крутанул в руках гидро-клинки. Вода переливалась в его ладонях, принимая форму зазубренных лезвий. — Вечность — это слишком долго даже для меня, — спокойно ответил Чжун Ли. В его руке из золотых искр соткалось копье, тяжелое и древнее. — Правила просты: коснись меня. Любым способом.— С удовольствием! — Аякс сорвался с места.Он двигался как ртуть. Первый выпад был обманным — он метнул один клинок в лицо богу, тут же перекатываясь и атакуя сбоку. Чжун Ли даже не шелохнулся. Копье в его руке совершило ленивый оборот, сбивая водяной снаряд, а затем древко с глухим стуком встретило ребра Аякса. — Слишком много лишних движений, — заметил бог. — Ты дышишь так, будто уже проиграл. — Это только разогрев! — прорычал Аякс.Он увеличил темп. Сталь и магия сталкивались, высекая искры. Аякс атаковал серией яростных ударов, его клинки превратились в сплошное голубое марево. Он намеренно шел на сближение, надеясь на свою скорость. В какой-то момент ему удалось проскользнуть под замах копья. Он видел цель — незащищенное плечо Чжун Ли.Аякс торжествующе оскалился, но в ту же секунду земля под его ногами вздрогнула. — Резонанс, — негромко произнес Чжун Ли.Внезапно воздух вокруг стал плотным, как свинец. От каждой плиты, от каждого камня пошла низкая, утробная вибрация. Она прошла сквозь подошвы сапог Аякса, поднялась по позвоночнику и ударила прямо в пах, заставляя внутренности сжаться в сладком и пугающем спазме. Клинки в руках полубога дрогнули и рассыпались брызгами.Аякс охнул, его ноги подогнулись. Это не было болью — это было чистое, концентрированное давление на нервные окончания. — Что… что ты делаешь? — выдохнул он, пытаясь подняться.Чжун Ли медленно подошел к нему. С каждым его шагом вибрация становилась всё отчетливее. Татуировка на предплечье Аякса вспыхнула янтарем, откликаясь на зов своего создателя. Она жгла кожу, пульсируя в ритм с сердцем бога.— Я лишь настраиваю твое тело на чистоту этой земли, — Чжун Ли наклонился над ним, и его тень накрыла Аякса целиком. — Твой шторм слишком шумный. Тебе нужно научиться подчиняться ритму камня.Бог перехватил копье одной рукой, а другой схватил Аякса за ворот, рывком поднимая его на ноги и вжимая в ближайшую колонну. Гранит за спиной полубога тоже вибрировал. Аякс почувствовал, как по его коже поползли мурашки, а лицо залил густой румянец стыда — он, великий воин, дрожал от одного лишь присутствия этого мужчины.Чжун Ли прижал колено между бедер Аякса, усиливая давление. Свободной рукой он прошелся по груди юноши, намеренно задевая пальцами те места, где ткань доспеха натирала кожу. Когда его большой палец надавил на сосок через тонкую ткань, Аякс издал звук, похожий на придушенный стон. — Посмотри на меня, — приказал Чжун Ли.Аякс поднял затуманенный взгляд. Его губы приоткрылись, ловя холодный воздух Эреба. — Ты обещал мне битву, — прошептал Аякс, хотя его голос сорвался. — А не… это. — В Подземном царстве битва и страсть — это две стороны одной монеты, — Чжун Ли наклонился к самому его уху, его дыхание опалило кожу. — Ты хотел коснуться бога? Считай, что я разрешаю тебе попробовать. Но за каждое касание я заберу у тебя частицу твоей воли.Вибрация усилилась. Теперь она концентрировалась в татуировке на руке, заставляя пальцы Аякса непроизвольно сжиматься и разжиматься. Он чувствовал себя абсолютно обнаженным под этим золотым взглядом, хотя на нем еще была одежда. — Твоя кожа такая горячая, — Чжун Ли прикоснулся губами к пульсирующей вене на шее Аякса. — Ты ведь хочешь, чтобы я продолжал? Или ты уже готов признать поражение в первый же вечер? Аякс рванулся. Это было инстинктивно — движение раненого зверя, который не привык к клетке. Его лопатки с силой ударились о вибрирующий гранит колонны, а пальцы впились в предплечья Чжун Ли, пытаясь оттолкнуть эту неподвижную, золотую массу. — Хватит! — выплюнул Аякс, его голос дрожал от ярости и чего-то гораздо более постыдного. — Это не честный бой. Ты используешь магию, ты… ты просто играешь со мной!Чжун Ли даже не шелохнулся. Его руки ощущались как отлитые из бронзы браслеты, замыкающиеся на теле полубога. — Контракт не подразумевал «честности», Аякс. Он подразумевал победу, — Чжун Ли наклонил голову, и прядь его темных волос мазнула по щеке юноши. — Ты злишься потому, что твои мышцы не могут противостоять резонансу? Или потому, что твое тело предательски откликается на него? — Заткнись, — Аякс зажмурился, когда новая волна вибрации прошла по его бедрам. — Я пришел сюда сражаться с Богом Мертвых, а не становиться его… игрушкой.Чжун Ли издал тихий, грудной смешок. Этот звук был страшнее любого крика. — Игрушкой? Нет. Игрушки ломаются. Ты же — стихия. Тебя нужно обуздать.Бог медленно, намеренно потянул за край тренировочного доспеха Аякса, разрывая кожаные ремешки. Ткань соскользнула вниз, обнажая тяжело вздымающуюся грудь. Кожа полубога была покрыта испариной, а соски затвердели — то ли от холода Эреба, то ли от невыносимого напряжения.Чжун Ли прижал ладонь к центру его груди, прямо над сердцем. Аякс вскрикнул, чувствуя, как татуировка на руке вспыхнула синхронно с касанием бога. Золотое свечение узора стало почти осязаемым, впиваясь в плоть. — Смотри на свою руку, Аякс, — приказал Чжун Ли, его голос стал ниже, приобретая властные нотки. — Видишь, как золото пьет твою силу? Оно знает, кому ты принадлежишь. — Я… я принадлежу только морю, — выдавил Аякс, хотя его пальцы уже слабели, а хватка на руках Чжун Ли превратилась в судорожное цепляние за опору. — Море переменчиво. Камень же вечен, — Чжун Ли большим пальцем начал медленно очерчивать ореол его соска, вызывая у Аякса серию рваных вдохов. — Ты так стараешься казаться сильным. Но твои губы… они дрожат. Ты хочешь, чтобы я их коснулся? — Нет, — соврал Аякс, отворачивая голову. — Убей меня лучше. Это будет милосерднее. — Милосердие — не моя специализация, — шепнул Чжун Ли.Он перехватил обе руки Аякса одной своей, поднимая их высоко над головой и прижимая к камню. Вторая рука бога скользнула ниже, к завязкам штанов полубога. Аякс дернулся всем телом, его бедра непроизвольно толкнулись вперед, и он тут же застыл, вспыхнув от чудовищного стыда. — Ты только что подался мне навстречу, маленький герой, — констатировал Чжун Ли, глядя ему прямо в глаза. — Твое сопротивление — лишь декорация. Внутри ты уже сдался этой вибрации. — Пошел ты… — Аякс закусил губу до крови, пытаясь подавить стон, когда пальцы Чжун Ли проникли под ткань, касаясь самого сокровенного.— Тише, — Чжун Ли приник к его губам, но не поцеловал, а лишь обдал горячим дыханием. — Если ты признаешь, что тебе это нравится, я уменьшу резонанс. Если нет — я заставлю каждую твою кость вибрировать до тех пор, пока ты не забудешь собственное имя. Ну же. Скажи это.Аякс чувствовал, как мир вокруг рассыпается на куски. Золотой свет татуировки, тяжесть божественного тела и эта сводящая с ума пульсация внизу живота.— Я нена… — начал он, но Чжун Ли резко усилил давление, и Аякс сорвался на крик, который тут же превратился в хриплый мольбу. — Пожалуйста… Чжун Ли… — «Пожалуйста» — это хорошее начало, — бог наконец накрыл его рот властным, собственническим поцелуем, затыкая все протесты. Голос Чжун Ли стал едва различимым рокотом, который, казалось, шел не из его горла, а от самих стен Аида. Он не просто коснулся Аякса — он заставил его стать частью этого каменного монолита. — Твое тело слишком шумное, Аякс, — прошептал бог, и новая волна вибрации прошила позвоночник полубога. — Оно кричит о желании, пока твой рот пытается лгать.Чжун Ли прижал ладонь к обнаженной груди Аякса, и тот вскрикнул, выгибаясь дугой. Кожа бога была обжигающе горячей, контрастируя с ледяным воздухом Подземного мира. Его пальцы, длинные и безжалостные, обхватили набухший сосок юноши, сдавливая его с такой силой, что грань между болью и экстазом окончательно стерлась. — Смотри на меня, — приказал Чжун Ли. — Не смей закрывать глаза.Аякс подчинился, хотя его зрачки расширились так, что от голубизны остался лишь тонкий ободок. Он видел золото в глазах Чжун Ли и чувствовал, как татуировка на его собственном предплечье начинает пульсировать в такт движениям бога. Гео-печать буквально впивалась в мышцы, заставляя руку Аякса непроизвольно дергаться, прижимаясь ближе к источнику этой мучительной силы. — Пожалуйста… останови это… или закончи… — простонал Аякс, его голова откинулась назад, ударяясь о колонну.— Закончить? Мы еще даже не начали изучать твой предел, — Чжун Ли сместил руку ниже, усиливая резонанс.Теперь вибрировал не только камень за спиной. Аякс чувствовал, как внутри него всё превращается в расплавленный свинец. Каждая клетка его тела дрожала на такой частоте, что он перестал чувствовать свои конечности — осталось только это невыносимое, концентрированное возбуждение.— Твоя самоуверенность была такой… твердой у ворот, — Чжун Ли снова потянулся к его груди, теперь уже накрывая губами второй сосок, прикусывая его и одновременно усиливая приток гео-энергии через ладонь. — Где же она теперь? Почему ты дрожишь, маленький шторм? — Я ненавижу тебя… — выдохнул Аякс, но его бедра совершили отчаянный, ищущий толчок вперед, втираясь в колено бога.Стыд вспыхнул в нем с новой силой. Он, сын Посейдона, который должен был быть свободным и неукротимым, сейчас плавился под руками этого древнего существа, как воск. Его собственные губы были искусаны в кровь, а по подбородку стекала ниточка слюны — он больше не контролировал даже свои вдохи. — Ненависть — прекрасное топливо для контракта, — Чжун Ли отстранился от его груди, оставляя на коже влажный, горящий след. — Но сейчас ты будешь петь другую песню.Бог резко усилил вибрацию. Аякс почувствовал, как его сознание белеет. Он больше не мог сопротивляться. Его руки, зажатые над головой, обмякли, а пальцы судорожно скребли по камню. Он издал долгий, ломаный стон, переходящий в хрип, когда резонанс достиг апогея, прошивая его насквозь электрическим разрядом. — Признай это, — пророкотал Чжун Ли, прижимаясь своим пахом к его бедру. — Признай, чья сила держит тебя на плаву в этой темноте. — Твоя… — Аякс всхлипнул, окончательно теряя опору под ногами и повисая на руках бога. — Твоя, Чжун Ли… пожалуйста… сделай что-нибудь… — Я сделаю, — пообещал бог, и в его голосе впервые промелькнула темная, собственническая нежность. — Но только на моих условиях.