«Преисподняя полна добрыми намерениями, а небеса полны добрыми делами».

День выдался на редкость хорошим, погода преподнесла приятный сюрприз и уже с утра, над обычно мрачным Питером светило солнце: грело тёплыми лучами торопливых прохожих, стремительно бегущих по своим делам, а лёгкий весенний ветерок навевал цветущие ароматы черемухи. Обычно, такое явление сопровождалось по традиции майскими похолоданиями, но именно сегодня – природа решила расщедриться и выдать целых 20° градусов тепла и ясное голубое небо, испещрённое лишь в отдалении белыми, как мел облаками. Сергей Разумовский – известный миллиардер, филантроп и кумир современной молодёжи, прямо сейчас стоял возле большого зеркала в своей огромной гардеробной комнате и придирчиво осматривал своё отражение в полный рост. Как же он ненавидел официальные мероприятия! Молодого мужчину всегда триггерили шумные скопления людей, чужие голоса и эмоции, которые не то, что не всегда были искренними – они априори сквозили пафосом, хорошо замаскированной желчью и рассчитаны были на то, чтобы отчитаться перед прессой или социальными сетями. Ничего искреннего и человеческого в них не было. Сергей привык к подобному, но никак не желал смиряться. Если человек, чем-то был неприятен ему, Разумовский предпочитал не скрывать этого, наоборот показывая своё отношение, не стремясь быть хорошим для всех, не угождая глупым, безответственным и аморальным людям. Сегодня был день исключение. Ну, почти. Сегодня миллиардер должен присутствовать на официальном открытии детского дома, под названием «Радуга». Он сам провел много лет в стенах данного учреждения, выпустился по достижению совершеннолетия и начал стремительно развивать свою карьеру, пока не стал одним из самых молодых, богатых и влиятельных людей Петербурга. Но даже будучи взрослым тридцатилетним мужчиной, Сергей не переставал помогать своему бывшему дому. Пусть это и не совсем правильное слово, ведь «как дома» пожалуй, там себя ни один ребёнок не чувствовал, но всё же, поддержка сирот, таких же как он сам – сейчас единственная отдушина для мужчины. То самое здание, в котором рос Сергей, уже давно стало аварийным. Стены дали трещины, пол кое-где обвалился, а в санузлах обосновалась неприятная чёрная плесень. Поэтому миллиардеру ничего не оставалось, как помочь финансово в получении заново отстроенного здания, отвечающего всем требованиям санпина и стандартам, для комфортного проживания сирот. Сергей сам выбирал место, разрабатывал проект, совместно с администрацией города, чтобы детям было выделено больше пространства, на территории преобладало озеленение, а так же зоны для детского отдыха и спорта. Естественно, к сожалению, сие действо не осталось в секрете от местных чиновников и олигархов, которые тут же подхватили эстафету. В нынешнее время благотворительность была в моде. И если Сергей вкладывался в неё из личных, можно сказать пережитых побуждений, то весь остальной бомонд просто жаждал похвалы и лайков, а кто-то может и рассчитывал даже прибрать к рукам тот или иной фонд, проверить туда ли действительно направлены средства, а если нет, то перенаправить их конечно же себе в карман. Именно поэтому, Разумовский не горел желанием сегодня появляться на открытии детского дома. Приглашенные бизнесмены, хоть и внесли свою копеечку в довесок самому миллиардеру, всё же придут туда посветить лицом и сделать вид, что их, хоть сколько-нибудь заботит благополучие одиноких брошенных детей, а не своё эго, репутация и общественное мнение. Добравшись до нужного места, Сергей мысленно настроил себя на то, что он не будет здесь задерживаться дольше, чем положено. Скажет пару слов на камеру репортёрам, перережет торжественную красную ленту и, услышав шквал фальшивых аплодисментов от наблюдающей толпы, сразу перейдёт к самому приятному. А именно: немного пройдётся и посмотрит на радостных детей, которые будут прыгать от восторга и визжать, воодушевлённые новым местом жительства. Конечно, здесь всё новое, красивое, удобное, места намного больше и пространство светлее. Каждый ребёнок найдёт здесь свой уединённый уголок. Сергей озаботился, чтобы в одном из больших залов сделали современную библиотеку, не только пополнили запасы новыми печатными изданиями разнообразных книг и учебников, но и поставили хорошие мощные компьютеры, для учёбы и времяпрепровождения детей. Конечно же детские площадки и спортивный городок под окнами, даже небольшой бассейн, а так же довольно просторный парк для прогулок на свежем воздухе. Эх, если бы у самого Сергея в его детстве всё это было, возможно, он был бы чуточку счастливее. Но, в его детские годы были лишь тараканы, ползающие даже по обеденным столам, несколько железных и травмоопасных турниров на маленьком стадионе во дворе и скрипучие качели, с которых постоянно его сгоняли либо бойкие девчонки, либо хулиганы покрупнее. С мыслями о турниках пришли и более болезненные недавние воспоминания. День, когда Разумовскому в руки попала похоронка. Олег Волков, его лучший друг и самый близкий человек – признан погибшим на чужой земле, командующий операцией по спасению заложников в Сирии. Олег... Сергей никогда не забудет того угрюмого темноволосого мальчика, который однажды защитил его от старших ребят, которые заперли Сергея в тёмной кладовой, зная на сколько сильно он боится темноты. Мужчина до сих пор отчётливо помнил тот животный страх, когда остался совсем один за глухой дверью, в замкнутом пыльном пространстве, без какого-либо источника света и кожей ощутил какой-то могильный холод, идущий из дальнего особо тёмного угла. Тогда он начал истошно кричать и барабанить по двери, в надежде спастись от чего-то ужасного, что подбиралось к нему со спины. Он тогда думал, что мальчишки, закрывшие его, просто ушли и не знал, что те притаились за дверью и тихонько смеются над его криками и слезами, намеренно нагнетая атмосферу. Тогда то и вмешался Олег. Новенький мальчик, невысокого роста, но умеющий высказаться и постоять не только за себя, но и за тех, кого обижают. Именно Олег растолкал хулиганов, открыл дверь и вывел Сергея на свет. Прижимал его к себе, успокаивая. Тогда то и зародилась их дружба. Со временем Сергею стало казаться, что между ними двумя происходит что-то большее. Будто какая-то невидимая нить тянется от одного к другому, намертво пришитая к их сердцам. По мере взросления выяснилось, что Сергей абсолютно не вписывался в рамки. Пока все подростки обжимались с девчонками украдкой по углам, рыжеволосый нескладный паренёк всё чаще задерживал взгляд на своём лучшем друге, испытывая к нему огромную гамму эмоций: это и симпатия к человеку, эстетическое наслаждение внешними данными, близость мировоззрения, схожие моральные идеалы и много чего ещё, что сам парень до конца не мог себе объяснить тогда. Всё изменилось радикально в один миг. На этапе выпуска из детского дома, Олег Волков поставил перед фактом – армия. Сергей, выбравший первостепенной задачей получение высшего образования, был разочарован предстоящей разлукой. Это далось ему нелегко. Потом начались кратковременные созвоны, с чем-то не озвученным в конце разговора. А позже закончились, когда Сергей уже украсил маленькую квартирку воздушными шариками и собственноручно нарисованным плакатом «С возвращением домой», мрачной виноватой улыбкой – беру контракт. Сколько слез выплакал Разумовский, не исчислить. Ночь прощания вышла такой странной. Они просто лежали и смотрели друг другу в глаза, не зная, что сказать, как начать и стоит ли вообще. Но Сергей запомнил приятную тяжесть от большой теплой ладони Олега, погрузившийся ему в медную копну волос. Сейчас, эта ладонь ощущается фантомным, но болезненным грузом, как будто рука всё ещё покоится на том же месте, бесплотным призраком некогда дорогого человека. Часть Сергея умерла вместе с Олегом, и теперь он был наполовину пуст изнутри. Казалось , что это пространство уже невозможно будет заполнить. Прогуливаясь по коридорам, заполненным веселящимися детьми, Сергей проходил мимо небольшого холла, соединяющего коридор между бассейном и спортивным залом. Его внимание привлекло нечто странное. А именно, парочка человек. Взрослый и ребенок. Девочка лет пяти, совсем ещё малышка, разговаривала не с кем иным, как Кириллом Гречкиным. Да, конечно же, Разумовский видел и его наглую рожу, среди всех этих стервятников, налетевших ради пиара на островок искренности, который пытался построить здесь сам миллиардер. Сынок прокурора Гречкина прикатил как всегда на своей красной Ламборджини, вёл себя по хамски, как король с прислугой, светил золотыми зубами и давал отвратительно мерзкое интервью о том, как важно богатым и влиятельным людям, помнить о тех, кто по стечению обстоятельств попал в трудную ситуацию, а особенно о бедных детях. Сергея прямо воротило от этого неприкрытого лицемерия, и он поспешил скорее сделать обход и покинуть данное мероприятие, намереваясь приехать сюда уже через несколько дней, когда здесь не будет всех этих гиен. Но сейчас мужчина приостановился и мягкой поступью подошёл чуть ближе к говорившим. На девочке было надето праздничное по случаю голубое платьице с белыми рюшами, а светлые волосы заплетены в две маленькие жидкие косички, перевязанные светлыми лентами. Девочка что-то говорила Гречкину и чтобы расслышать, Сергею пришлось тихо приблизиться на несколько шагов, встав позади Кирилла. — Ну и почему ты тут одна, а не с другими детьми, а, мелкая? — Спросил парень, слегка наклоняясь с высоты собственного роста, для того чтобы стать чуточку ближе к ребёнку. — Я не хочу со всеми, мне скучна, — до слуха Сергея долетел тоненький голосок, с неправильным детским произношением, — меня надеи в платье, а я платья не юбью. Шолтики, штанишки юбью...бегать удобна, а есё я юбью лазить по девевьям и плыгать с воот такой высоты! — Малютка подняла тоненькие ручки над головой и показала наглядно, с какой большой высоты она прыгает. — Ничосе ты даёшь, мелочь, ну и каша у тебя во рту. — Засмеялся на реплику ребёнка Гречкин, но как-то без ехидства, по-доброму. — Я юбью с мачишками иглать, а с девачками мне не интеесно. Длаца могу, но в шутку конешно, длаца по-настоясиму – плоха! — Ответила улыбающаяся кроха, с совершенно серьёзным видом. — Понятно, малая. Я тоже драться не люблю, точнее не умею, — отозвался Кирилл, а потом вдруг опустился перед ребёнком на корточки, — а туфли сама надевала? — Сама! — Гордо ответила девочка. — Оно и видно! — Кирилл покачал головой.— Смотри, у тебя туфельки не правильно надеты. Левую и правую перепутала. Давай-ка я тебе помогу? — Гречкин аккуратно взял девочку чуть ниже подмышек и усадил на близстоящую низенькую скамью. Он неспеша снял обе туфельки с детских ножек и поменяв их местами, обул ребенка обратно, только уже правильно. — Ну вот и все, готово! — Кирилл улыбнулся. — Спасибо! А это тебе подавак, я сама сделала из бусин. Ну мне тока немного помогала Юмила Анеевна...А так я сама! —Проговорила девчушка и стащила с собственной шейки розово-голубые бусинки, с перламутровыми вкраплениями. — Ого, спасибо! Я люблю подарки, мелюзга. Только мне это будет как браслет, а не бусы, но тоже покатит, буду носить. — Ответил парень, смеясь, и действительно натянул на левую руку в два оборота как браслет разноцветные бусы. Девочка засмеялась, а застывший Разумовский, вдруг слишком громко шаркнул по полу кроссовком, стараясь переместить свой вес равномерно. От чего Гречкин с малюткой мгновенно обернулись в сторону источника звука. А откуда ни возьмись, тут же, в коридор ворвался шквал других орущих детей, вместе с взрослыми. И одна из подошедших женщин подбежала к девочке: — Ой, Машенька, вот ты где! А Людмила Андреевна тебя там обыскалась, Господи, зачем ушла?! — Бормотала женщина и улыбалась при этом Сергею и Кириллу, как-то смущённо. Гречкин, заметивший Разумовского рядом с собой, мгновенно потух и быстро поднявшись на ноги, зашагал на выход не говоря ни слова, лишь подмигнул Машеньке украдкой. Естественно, Кирилл не желал видеть Разумовского, от слова совсем! « Тоже мне, Робин Гуд херов» – пронеслась мысль в голове Кирилла.

***

Его знакомство с Разумовским случилось где-то с месяц назад, причём чисто случайно. Парень как обычно зависал в ночном клубе, мацая очередную красотку под коротенькой юбочкой и уже был довольно сильно угашен. Крепкий алкоголь в стакане плавно лёг, на пару втянутых через нос дорожек белого. От чего в голове стало совсем легко и пусто, а настроение поднялось до состояния эйфории. Выйдя покурить, Кирилл прямо на территории курилки столкнулся с человеком. Какой-то индивид даже не попытался посторониться и пропустить Кирилла на довольно узенькой дорожке, ведущей на улицу. Наоборот, его очень сильно бортанули плечом, от чего Кир даже выронил айкос из рук. Тот отлетел на землю и немного пострадал, покоцав корпус. — Эй, блин, поосторожнее нельзя, чел? Смотреть надо, куда прёшься! Ща будешь мне новый айкос покупать, придурок. — Кирилл крикнул вслед тёмной фигуре с рыжими волосами, которая стремительно удалялась вглубь дверей клуба — Еблан... Кириллу пришлось стрельнуть дешёвую сигарету у какого-то пацана в курилке, от которой он закашлялся и сплюнул горькую, противную слюну. Позже, вернувшись в клуб, блондин принял ещё одну дорожку и пошел справить нужду в уборную. Сделав свои дела и ополоснув руки, Кирилл уже выходил из туалета, как вдруг, неприятный инцидент снова повторился. Тот же самый человек в чёрном, толкнул плечом Гречкина на выходе из дверей. Тут уже парень не выдержал и, развернувшись, вошёл обратно в маленькое помещение. — Слышь, хуила, ты такой с рождения отбитый или это приобретённое? — громко крикнул Кир в спину своему немому оппоненту. Тот вдруг резко, Кирилл даже не заметил как, развернулся и кинулся на него, вжав его в стену лопатками со всего размаха. Плюсом Кир ударился головой о кафель, которым была выложена стена в туалете. В глазах заплясали звёзды, а в уши проник тонкий писк ультразвука от удара. Видимо, нападавший совсем не контролировал свою силу. — Я бы на твоём месте был более культурным, с незнакомым тебе человеком. — Выплюнули парню прямо в лицо. — Т..ты..меня второй раз уже сам первый толкаешь. — Кирилл не сразу смог ответить из-за боли, пронзивший его затылок. — Так ты ходи аккуратнее и не путайся под ногами, — ореховые глаза блеснули золотом, а взгляд прошёлся по лицу Кирилла, — а ещё пить и долбить надо меньше. — Уже с отвращением сказал мужчина и отпустил наконец-то парня. Гречкин, только сейчас узнал в нём Сергея Разумовского – айти гения и главную надежду Петербурга, на светлое современное будущее. — Долбить тебя твой дружок будет, а я таким не увлекаюсь. — Зачем-то ляпнул Кирилл, злорадно ухмыльнувшись. И тут же пожалел о своих словах, впрочем, держать язык за зубами он не умел никогда, а фильтровать собственные мысли и подавно. За что, видимо, и получил от взбесившегося не на шутку мужчины. Тот, резко схватил Кирилла за волосы и потащил его к умывальникам. Кир не просто офигел, он знатно так испугался и пока что, даже не понимал до конца, что происходит. Злой, как черт, Разумовский, с силой толкнул парня и заломил тому руку за спину. Кирилл завизжал от боли и затрепыхался, но безуспешно, так как захват был приличным, и он не мог выскользнуть из крепкой хватки. Тем временем, Разумовский, открыл кран с водой и окунул под ледяную струю голову Кирилла. Вода неприятно попала в нос, глаза и даже затекла в уши. Испуганный парень тут же начал фыркать и отплёвываться. — Совет на будущее – держи свою пасть закрытой, а то не досчитаешься зубов, может потом хоть нормальные тебе вставят, а не золотые, как у старика. — Шипел змеёй Разумовский, не переставая, до сильной боли, грубо заламывать чужое плечо — Ну, а пока, вымоем тебе рот с мылом. И действительно, мужчина, всё так же удерживая парня лицом в раковине, выдавил из дозатора несколько капель мыла себе на пальцы, после чего поднёс их ко рту ёрзающего и скулящего парня, и жёстко приказал: — Открой рот и смотри не укуси, а то точно зубы выбью. Кирилл, с которым так грубо никто и никогда ещё в жизни не обращался, послушно открыл рот от шока. А потом замычал в панике, потому что на самом деле почувствовал во рту отвратительный привкус дешёвого мыла и ощутил рвотный рефлекс, когда чужие пальцы начали втирать его в дёсны и язык. Благо, это длилось не долго, и уже через минуту парня отпустили. Кирилл тут же начал отплёвываться и промывать рот водой, при этом прижимая пострадавшую ранее руку к себе. Было действительно неприятно: плечевой сустав словно вывихнули, и тот отдавался противными уколами боли по нервным окончаниям. Помимо всего прочего, его волосы намокли, и по футболке стекала вода, делая её неприятно липкой к телу. Разумовский же, молча смотрел на беснующегося Гречкина лёгким презрительным взглядом, после чего подошёл к нему вплотную. Кирилл попытался отстраниться, но упёрся задом в раковину. Ему было не приятно и страшно находиться рядом с этим неадекватом. — Ну вот, теперь рот у тебя чистый, поэтому постарайся не осквернять его потоком своего скудного лексикона на людях, а то все мои усилия пойдут насмарку. — Довольно спокойно проговорил мужчина. Кирилл немного подрагивал от ледяного незапланированного душа, а так же страха, перед этим человеком. Отвечать что-либо не хотелось, и он просто потупил взгляд вниз, в надежде, что-либо кто-то наконец зайдёт уже в этот туалет и тем самым спасет его, или самому мужчине уже надоест над ним издеваться. Слёзы предательски навернулись на глаза и парень по инерции шмыгнул носом. — Ну-ну, не плачь. Ничего страшного не случилось. Просто надо извиниться за своё хамское поведение. — Мягко проговорил Разумовский. — Посмотри на меня. Мужчина слегка приподнял за подбородок лицо Кирилла, тем самым заставив того, посмотреть себе в глаза. Одинокая слезинка, всё же сорвалась и покатилась по щеке парня, когда он взглянул мужчине в лицо. Тот не выглядел уже таким диким и взбешённый, как прежде. — Извини...Я не хотел тебя обидеть. — Тихонечко пролепетал Кирилл. — Умничка. Я тоже не хотел тебя обидеть. — Ответил миллиардер и смахнул слезу с щеки сжавшегося от страха парня. После чего, удалился из туалета, оставив Кирилла одного потирать ушибленную об стену голову, приводить дыхание и мысли в порядок.

***

Конечно же, после данного инцидента, желание встречаться с Разумовским у Кирилла отсутствовало. От чего парень поспешил скорее покинуть общую территорию. И надо было уже выбираться с этого мероприятия, от которого уже начинала болеть голова. Кирилл ни за что бы не поехал вообще на открытие детского дома, зная, что там будет присутствовать этот тип. Но отец настоял. Сказал, что Кириллу нужно вникать в общественную жизнь города и знакомиться не только с девками в клубах, но и с влиятельным, выгодными людьми. Именно поэтому, Кир сейчас здесь и находился. Честно говоря, он решил где-нибудь уединиться, чтобы принять небольшую дозу волшебного порошка, поднимающего настроение. И уже было обрадовался своему счастью, находясь совершенно один в каком-то зале, пахнущим новизной, как вдруг услышал позади себя шорох. А обернувшись, увидел ребёнка – маленькую девочку, подошедшую к нему. Кирилл детей не любил, ну, точнее, с ними ему и общаться-то не приходилось. Поэтому, парень даже не знал, о чём можно поговорить с ребёнком, тем более в стенах детского дома. Каких-то жалостливых чувств парень не испытывал по отношению к сиротам, но и шутить над этим тоже не стремился. Но девчушка сама начала тараторить на ломаном русском, от чего Киру стало очень смешно. Видимо, ребенок только учится говорить правильно, и это, в принципе, нормально для её возраста, но уж очень она коверкала слова и не выговаривала буквы. Хотя, это даже было мило, как посчитал Кирилл. В результате девчонка так умилила парня своей детской непосредственностью, что он даже снизошёл до того, что сам захотел её переобуть, а то вдруг ещё навернётся ненароком. А полученный неожиданно подарок в виде браслетика, вообще сделал Кириллу настроение и без белого порошка, который так и остался лежать в кармане. А вот Разумовский, по-тихому подкравшийся к ним с девчонкой сзади, абсолютно точно насторожил и расстроил Кирилла. Слава богу, что в зал пришли люди, и он смог быстренько ретироваться под шумок, куда подальше. Но видимо, радовался парень рано, потому что почувствовал вдруг, как его плеча коснулась чья-то рука, и парень вынужден был обернуться. Перед ним стоял Разумовский собственной персоной. Кирилл огляделся и, поняв, что они опять как не к стати одни, но уже в другом помещении, неприятно поёжился, вспомнив сцену в клубе. — Кирилл, постой, — Сергей оставил между ними приличное расстояние в пару шагов, — я возможно был слишком груб с тобой и немного перегнул палку, извини. — Сказал мужчина. — Немного?! Да ты мне рот с мылом вымыл, в прямом смысле и руку вывихнул. — Ответил Кирилл. Он решил общаться с этим психом аккуратно, не повышая голоса, хотя высказаться хотелось, но, всё же, парень опасался. — Да, и за это, повторюсь, прошу прощения. Просто ты попал под горячую руку. Я тогда был подавлен, зол и не контролировал себя. — Кивнул Сергей и серьёзно посмотрел на Кирилла. — Как рука кстати? — Даже как-то виновато произнёс Разумовский. — Болела несколько дней потом, сейчас всё уже нормально. — Честно ответил Кирилл и немного расслабился. Всё-таки, видимо, тот не совсем отмороженный и даже извинился за свои действия. — Мне правда жаль. Я сейчас видел, как ты разговаривал с ребёнком, с той девочкой и мне показалось, что ты был...Не знаю, таким искренним. В отличии от твоей речи на публику, часом ранее. Вот я и решил, что нужно извиниться за своё поведение. — Пояснил Сергей. — Ну, как сказать. Я бы сюда сам конечно не приехал, если бы отец не заставил. Но блин, это же не значит, что я буду как урод к мелкой пигалице относиться. Могу быть честным: мне их всех не особо то и жаль, но девчонка прикольная, вот я с ней и поболтал. — Парень посмотрел на мужчину уже без боязни и встретил спокойный мягкий взгляд напротив. — Ты просто элементарно не способен понять, весь трагизм ситуации нахождения детей в таком месте, в силу того, что родился в богатой семье. А вот я, как раз – выходец из данного заведения и именно поэтому, мне важно оказывать этим детям, хоть какую-то помощь. — Отозвался миллиардер. — Да, я в курсе, что ты из бедного и несчастного, обратился в богача. — Хмыкнул Гречкин. — И если ты думаешь, что это было легко, то ты сильно заблуждаешься. — Тут же более грубовато проговорил мужчина. — Я этого не говорил. Ежу понятно, что не просто тебе было. Если ты думаешь, что я совсем тупой, то нет, кое-что понимаю, — Кирилл убрал руки в карманы и покачался с пятки на носок — поверишь, если я сам скажу, что даже мне сложновато порой бывает вывозить? — От части поверю. Деньги очень портят человека, а большие – могут полностью лишить души. С этим действительно тяжело бороться, особенно, когда ты с рождения не знаешь, каково это – не иметь на завтрак чёрной икры в холодильнике. — Сергей усмехнулся, но был достаточно серьёзен в своей интонации. — Ой, да пошёл ты! — Кирилл понял уже на сколько промахнулся, посчитав извинения Разумовского за чистую монету. Тот определённо издевался над ним — ты понятия не имеешь о моих проблемах! — Почему же? Наркота, алкоголизм, избалованность, отсутствие элементарной ответственности за собственные поступки. — Сергей с каждым произнесенные словом загибал палец, как будто считалку перечислял. — Ты же не знаешь, почему я их принимаю, да? Может мне плохо? Да и потом, почему ты считаешь, что я должен решать чьи-то проблемы, кроме своих? Мне то вот, что-то помощь никто не предлагает, а я, видите ли, должен всем убогим? — Честно возмутился парень. — А тебе нужна помощь? Если так, то просто попроси по-человечески. Глядишь, и люди к тебе потянутся. А если тебя так задевает то, что я тебя считаю избалованной пустышкой – так исправь это. Приходи сюда через пару дней. Я приеду провести время с детьми и проконтролировать, как функционирует новое здание. Если хоть не поможешь, так просто понаблюдаешь, как ведут себя нормальные люди. — Закончил свою речь Разумовский. — Пфф... Очень надо! Я ничего тебе не должен доказывать, и уж твоя помощь мне точно не нужна! Ты вообще псих, тебе опасно находиться рядом с детьми, просто об этом никто, видимо, не знает. — В ответ бросил Кирилл. Слова Разумовского о пустышке, почему-то в душе очень больно кольнули парня. — Как знаешь. Нянчится с тобой я не собираюсь! Но на будущее скажу – твоё лицемерие видно за версту, а дети такое считывают мгновенно. Так что, да, такой род деятельности не для тебя, не потянешь. Твоя стезя – это передознуться в обоссаном сортире, конечно. — Зло ответил мужчина, и неприятно ухмыльнувшись, оставил Кирилла одного в пустом коридоре. — Козлина ебаная! — В сердцах воскликнул Кирилл и тут же полез в карман, за спасительным белым. Не особо боясь уже спалиться, парень втянул ноздрями порошок, и всё нервное напряжение тут же испарилось, укол боли от слов наглого Разумовского растворился в привычной яркой смеси эйфории и приятной лёгкости в голове. Сейчас он соберётся с силами и погонит зависать с новыми знакомыми, с которыми на днях закорешился в очередной псевдо кальянной. Молодые ребята были не местные. Туристы охотно зазывали Кира к ним в съёмный коттедж. Одеты были прилично, обещали тёлочек и выпивку, ну, и конечно же, разного рода вещества. От такого приглашения Кирилл просто не мог отказаться.