Телохранитель в очках

      Серхио подошёл к морозилке, достал два маленьких пакета со льдом, обернул каждый в тонкое кухонное полотенце и вернулся к Ракель. — Приложи к щеке, — сказал он, присаживаясь к ней на диван и протягивая один пакет со льдом.       Ракель послушно прижала лёд к покрасневшей щеке. Резкий, обжигающий холод пронзил кожу. Она невольно задержала дыхание на пару секунд, брови слегка сдвинулись к переносице, а пальцы инстинктивно сжались вокруг пакета. Но уже через секунду жжение начало утихать, сменяясь блаженным онемением, и это простое физическое облегчение неожиданно принесло с собой и душевное. Ракель тихо выдохнула, осознавая, что самое страшное позади, и только боль в ноге напоминала о пережитом.       Серхио, устроившись поудобнее, аккуратно взял её ногу в свою ладонь, положил к себе на колено и приложил второй пакет со льдом, не отрывая взгляда от тёмных женских глаз. — Холод снимет отёк и немного облегчит боль, — произнёс он, погладив женскую лодыжку большим пальцем. — Спасибо, — она невольно вздрогнула от прикосновения льда, но больше — от его виноватого и напряженного взгляда. — Мне так жаль, Ракель… Это моя вина.       Её взгляд мгновенно стал острым, сканирующим — профессиональная привычка инспектора включилась сама собой. Она внимательно всмотрелась в лицо мужчины, подмечая тень вины в его глазах. — Если бы я не позвонил тебе тогда, ты бы не примчалась в участок спасать меня. И он бы не пришёл сюда.       Он говорил искренне, просто констатировал то, что считал правдой. В этот момент Серхио ненавидел себя за то, что втянул её в эту ситуацию, за то, что снова заставил столкнуться с кошмаром из прошлого.       Ракель на мгновение замерла, как губка впитывая его слова. Осознав, она медленно опустила вниз руку с пакетом льда, откладывая его в сторону. В её глазах отразилось сначала недоумение, следом — протест. — Нет, — твёрдо сказала она, отрицательно качнув головой. — Не смей так думать, Сальва.       Взгляд мужчины безжизненно уткнулся в пол, будто там можно было отыскать убежище от тяжелых мыслей. — Я должен был предвидеть это, — продолжал Серхио, будто не слыша полностью противоположного мнения Ракель, её слова словно разбивались о невидимую стену его самообвинений. — Сальва, ты ни в чём не виноват! — голос слегка повысился, стал более настойчивым, чтобы её слова наконец достигли самых глубин его сознания, прорвались сквозь эту неожиданную пелену самобичевания.       Серхио резко поднял голову и заглянул ей в глаза. Ракель, не раздумывая, коснулась ладонью его щеки, создав физический контакт, который, как она думала, вернёт его к здравому смыслу. Он накрыл её руку своей и сжал чуть сильнее, чем ожидал. — Я была твоим единственным спасением на тот момент, и ты правильно сделал, что позвонил именно мне.       Серхио медленно наклонился и нежно поцеловал женщину в лоб. В следующее мгновение его губы нашли её висок. Он ставил там ощутимый поцелуй, проведя кончиками пальцев вдоль линии её скулы, и на мгновение замер, вдыхая тонкий аромат её волос. В нём бушевали разные эмоции, одна дополняя другую: облегчение, что она в безопасности, ярость, что ей пришлось это пережить, и любовь, которую он был не в силах отрицать.       Ракель прикрыла веки, наслаждаясь близостью мужчины, и чуть повернула голову, потёршись своей щекой о его щёку — мягкое, почти кошачье движение, полное безоговорочного доверия.       Серхио откинул в сторону пакет со льдом. Осторожно придержав её больную ногу, он придвинулся ближе, стараясь не причинить дискомфорта. Его ладонь легла ей на спину и медленно сползла к пояснице, очерчивая изгиб тела. Ракель расслабилась в его объятиях, словно наконец нашла то место, где можно не бояться быть уязвимой и неправильно понятой, а главное — счастливой. Её рука скользнула к затылку мужчины, и пальцы нежно перебрали густые пряди черных волос.       Она чуть приподняла голову, чтобы заглянуть ему в глаза. Серхио замер на секунду, утонув в глубине её взгляда. В этих глазах он увидел всё: усталость, пережитую боль, но главное — доверие, которое она дарила только ему. В груди что‑то сжалось, а затем разлилось теплом, заполняя каждую клеточку тела.       А затем он не спеша накрыл её губы поцелуем. Ракель ответила сразу, доверчиво подавшись к нему, её пальцы осторожно коснулись его щеки, скользнули вдоль линии челюсти. На короткий миг весь мир за пределами этой комнаты перестал существовать. Остались только они двое, их дыхание, биение сердец и ощущение, что так и должно быть. — Больше никто и никогда не посмеет тебя обидеть, — уверено произнёс он, разорвав поцелуй. — Я обещаю. Пока не знаю, как именно, но я сделаю всё для того, чтобы подобное больше никогда не повторилось.       Ракель слабо улыбнулась, глядя на мужчину сквозь пелену подступивших слёз. Впервые за долгое время она почувствовала не просто поддержку, а настоящую, безусловную защиту. Не формальную, не дежурную, а ту, что идёт из глубины души. И от этого стало легче, будто тяжёлый груз, который она носила годами, начал понемногу отступать.