Синие волны

      Прошла неделя. Игорь уже начал отвыкать от качки, но к берегу всё равно привыкал тяжело. Тело всё ещё иногда ловило фантомные вибрации, когда он ложился спать, и казалось, что кровать покачивается. Варя к этому времени уже вытащила из него всё, что можно и про корабли, и про пиратов, и про то, почему у папы такие большие руки и что за птицы набиты на руке среди других картинок.       С утра он отвёл её в сад, потом тупо проторчал дома, перебрал какие-то старые вещи, даже попытался посмотреть телевизор, но бросил. К двум часам попёрся в душ, долго стоял под горячей водой, разглядывая плитку. В голове было пусто и одновременно какая-то муть. Мысли о море, о контракте, о том, что через время снова уходить. И о Варьке, конечно. И ещё, некстати, о том придурке, который так ловко тогда развернулся и ушёл. Игорь помнил его красные щёки и злые глаза. Чурка ты с глазами — это было неожиданно и даже смешно, если подумать. Но внутри всё равно сидел неприятный осадок.       К половине пятого он натянул джинсы, белую футболку, которая обтягивала грудь и плечи так, что Танька потом сказала бы «ну ты и пижон», но Таньки рядом не было, а Игорь просто не парился. Сверху набросил свитшот, завязал рукава на шее, чтобы болтался на спине — так удобно, не жарко и не холодно. На нос — тёмные очки, солнце хоть и не палило, но светило в глаза. По пути к саду заскочил в ларёк, купил Варе мелкие сладоски, сунул в карман.       В саду Варька вылетела первой, с рюкзаком на одном плече, с разрисованной ладошкой.       — Папа! Папа, папа, папа! — повисла на ноге. — А пойдём к дяде Леве?       Игорь поперхнулся воздухом.       — К кому?       — К дяде Леве! Он в библиотеке работает. Мы с ним вчера не дочитали про Незнайку, он сказал, что у него есть другая книжка, про весёлых человечков. Тётя Таня обещала, что мы сходим, но она на работе. А ты не тетя Таня и ты не на работе. Пойдём?       Варя смотрела на него своими тёмными глазищами, и отказать было невозможно. Игорь вздохнул. Библиотека. Парень. Лев. Тот самый.       — Далеко?       — Нет, тут рядом! Где старые дома, помнишь, мы с тобой ходили в прошлый раз за хлебом? Там ещё вывеска такая!       Игорь помнил. Районная библиотека имени кого-то там, старая двухэтажка с облупленной лепниной. Он сто лет там не был. Идти не хотелось, но Варька уже тащила его за руку.       — Ладно, — буркнул он. — Только быстро. Книжку взяли и домой.       Библиотека внутри пахла так, как пахнут только библиотеки — старой бумагой, пылью и чем-то ещё, неуловимым, вроде клея и тишины. Высокие стеллажи уходили в полумрак, на подоконниках стояли горшки с цветами, засохшими наполовину. За стойкой, спиной к входу, кто-то возился с картотекой.       Варя отпустила Игорёву руку и побежала вперёд.       — Дядя Лева! А мы пришли!       Человек обернулся. Игорь сначала даже не понял, что это тот самый синий. Парень был в светлой рубашке с коротким рукавом и в тёмной жилетке сверху — строго, почти по-старомодному. Волосы, те самые, синие, но сейчас уложены аккуратно, не торчат в разные стороны, лежат волнами, и на макушке очки для чтения, задвинутые в волосы, как ободок. Тонкие черты лица, нос с горбинкой, губы пухлые, а глаза карие, живые, смотрят на Варю с теплотой, а потом переводят на Игоря, и в них что-то мелькает. Настороженность? Узнавание?       Игорь снял очки, сунул за ворот футболки. Лев смотрел на него пару секунд, и Игорь видел, как меняется его лицо — сначала вежливое ожидание, потом лёгкое недоумение, а потом… Потом Лев опустил глаза и стал ровным, холодным, как лёд. Не подал виду, что узнал. Или правда не узнал? Вряд ли, Игорь конечно выглядел сейчас иначе: свежий, подстриженный, без щетины, в обтягивающей футболке, которая подчёркивала каждый мускул. Но глаза те же, серые, тяжёлые. Он почувствовал себя неловко, будто его разглядывают под микроскопом.       — Здравствуй, Варь, — голос у Льва оказался приятный, чуть низковатый. — Ты за книжкой?       — Ага! И папу привела. Это мой папа. Он моряк! — Варя гордо ткнула пальцем в Игоря. — Он приехал, и теперь мы будем каждый день ходить!       Лев коротко глянул на Игоря, кивнул сухо:       — Добрый вечер.       — Привет, — Игорь кашлянул, не зная, что сказать. Стоять истуканом посреди библиотеки было глупо. — Варя сказала, там книжку надо. Про… человечков каких-то?       — Про весёлых человечков, — подтвердил Лев, уже обращаясь к Варе. — Я отложил, сейчас принесу. Подожди тут.       Он вышел из-за стойки, скрылся между стеллажами. Игорь остался стоять, разглядывая корешки книг на ближайшей полке. Варя крутилась рядом, трогала какие-то формуляры.       — Пап, а у дяди Левы волосы красивые, да? Как небо. Я тоже хочу такие, когда вырасту.       — Ты у нас и так принцесса, — отмахнулся Игорь, думая о своём. Лев вернулся быстро, с двумя книжками в руках. Яркие обложки с картинками.       — Вот, — протянул Варе. — Одна про Незнайку, другая сборник, там и про других. С картинками. Читать будешь?       — Ага! Папа мне почитает перед сном, — Варя прижала книги к груди. — Дядя Лева, а Вы придёте к нам в гости? Папа печенье привёз из-за границы, вкусное.       Игорь внутренне напрягся. Лев посмотрел на него, и в глазах мелькнуло что-то похожее на усмешку, но быстро пропало.       — Спасибо, Варь. Но я занят. В другой раз, может быть. — Он снова отвернулся к картотеке, делая вид, что заполняет бумажки.       Игорь понял, что надо что-то сказать. Повисла неловкая пауза, Варя перелистывала книгу, не замечая ничего. Игорь шагнул ближе к стойке, понизил голос:       — Слушай… Я тогда, на площадке… это… — Он запнулся. Слова не лезли. — Ну, извини, если что не так. Я… Не хотел тебя обидеть.       Лев поднял голову, посмотрел прямо в глаза. Взгляд холодный, но не злой. Усталый, что ли.       — Забудьте, — сказал ровно. — Вы просто устали с дороги. Бывает.       И снова уткнулся в свои карточки, давая понять, что разговор окончен. Игорь постоял ещё пару секунд, чувствуя себя полным идиотом. Сказать больше было нечего, да и не хотелось навязываться.       — Пошли, Варь, — позвал он. — Дома почитаем.       — Пока, дядя Лева! — Варя помахала рукой. — Мы зайдём ещё!       — Конечно, — Лев улыбнулся ей, и в улыбке этой было столько тепла, что Игорь на мгновение завис. Потом Лев снова посмотрел на него, кивнул сухо, и Игорь, развернувшись, пошёл к выходу, чувствуя спиной этот взгляд.       На улице солнце уже клонилось к закату, длинные тени легли на асфальт. Варя прыгала вокруг, прижимая книги.       — Пап, а почему дядя Лева такой грустный? Он всегда весёлый, а сегодня какой-то… — она задумалась, подбирая слово. — Не такой.       — Не знаю, Варь. Может, устал, — Игорь пожал плечами, но внутри заноза. Он извинился. Вроде всё нормально. Но этот холодный взгляд и это «забудьте» как от стенки горох. Лев явно не хотел с ним разговаривать. Или делал вид, что ему всё равно.       Дома Варя сразу убежала мыть руки, а потом уселась на диван листать книги, комментируя каждую картинку. Игорь сварил пельмени, они поужинали, и он уложил дочку спать, прочитав ей одну из новых книжек про Незнайку. Варя уснула быстро, уткнувшись носом в подушку.       Игорь вышел на кухню, закурил у открытого окна. Вечерний город шумел где-то внизу. Он снова думал о Льве. О том, как тот смотрел на Варю — тепло, почти нежно. И как на него — холодно, отстранённо. Странный парень. Волосы синие, а сам в жилетке, как старый библиотекарь. И в очках этих… Смешно. Но что-то в нём было. Не то чтобы симпатия, а скорее любопытство. И чувство вины, которое никак не отпускало, хотя он извинился.       Игорь затушил сигарету, постоял ещё у окна. Вспомнил, как Лев в первый раз вспыхнул, ответил дерзко. А сегодня он сдержанный, вежливый, но чужой. Как будто Игорь для него пустое место.       — Блядь, — выдохнул Игорь сам себе. — Заморочился на ровном месте.       Но лёг спать с мыслью, что в библиотеку они ещё зайдут. Варя ж захочет. И он, наверное, тоже. Просто чтобы ещё раз глянуть на этого… Убедиться, что он не обижается. Или просто потому что…       Игорь не додумал, провалился в сон.

***

      На следующий день он забирал Варю из сада, и она снова попросилась к Льву. Игорь не возражал. Они зашли в библиотеку, но Льва не было. Пожилая женщина за стойкой сказала, что Лев Витальевич сегодня во второй половине дня, работает с фондом, и вообще у него обычно выходной по графику. Варя расстроилась, но Игорь пообещал, что зайдут завтра.       Дома он поймал себя на мысли, что разочарован. Ну не придурок ли?       Через пару дней они снова пошли. На этот раз Лев был на месте. Опять в рубашке, но без жилетки, волосы рассыпаны, синие, яркие. Варя подбежала к нему, затараторила про книжки, прочитанные с папой. Лев слушал, улыбался, но на Игоря почти не смотрел. Только когда Варя отвлеклась на витрину с новыми поступлениями, Лев мельком глянул на Игоря и тут же отвёл глаза.       Игорь чувствовал себя неловко, но решил больше не лезть с разговорами. Просто стоял в стороне, ждал, пока Варя наговорится. В библиотеке было тихо, пахло книгами, и почему-то это успокаивало. Он разглядывал стеллажи, корешки, а краем глаза видел Льва, как тот склоняется к Варе, поправляет ей волосы, что-то объясняет. Движения у него были мягкие, плавные, не то что у Игоря, порывистые, тяжёлые.       Варя выбрала ещё две книги, и они ушли. На прощание Лев кивнул Игорю, сухо, официально, и снова уткнулся в бумаги.       — Пап, а почему дядя Лева с тобой не разговаривает? — спросила Варя на улице.       — Не знаю, малыш. Может, стесняется.       — А ты с ним поговори! — Варя посмотрела на него с упрёком. — Вы же взрослые. Взрослые всегда разговаривают.       — Не всегда, — усмехнулся Игорь. — Ладно, придумаем что-нибудь.       Но внутри опять заскребло. Вина. И непонятное желание, чтобы этот Лев перестал на него смотреть как на пустое место. Чтобы хоть что-то сказал. Послал бы даже и то уже легче. А это равнодушие бесило.       Дома Игорь долго крутился перед зеркалом в ванной. Разглядывал себя. Нормальный мужик, вроде. Не урод. Чего этот библиотекарь так взъелся? Или правда не взъелся, а просто пофиг? Но Варе-то он рад, с ней тёплый, как кот на солнце. А с ним — лёд.       Игорь хмыкнул, отошёл от зеркала. Да плевать. Пройдёт отпуск и в море. Забудутся все эти синие волосы и странные взгляды. Главное Варька.       Но перед сном, лёжа в кровати, он снова думал о парне. О том, как тот улыбался Варе. О его голосе, тихом, ровном. О том, как он одет, аккуратно, чисто, не как большинство парней в их районе. И о том, что хочется увидеть его снова. Не потому что надо извиниться, а просто… Интересно.       — Ты долбоёб, Мелихов, — сказал он себе и повернулся на другой бок. Но заснул не сразу.

Продолжение следует….