Мастодонт неудачных свиданий

Самолёт приземлился в Лос-Анджелесе в час дня по местному времени, и Петра сразу же накрыло. Воздух здесь был совсем другим — не питерским, сырым и тягучим, а пыльным, сухим, пахнущим бензином, океаном и чем-то неуловимо сладким. То ли жасмин цвёл где-то в скверах, то ли просто кондитерская рядом. Петр вышел из зоны прилёта, зажмурился от солнца, которое даже через стёкла терминала жарило немилосердно, и понял, что его питерская бледность сейчас станет местной достопримечательностью. Такси долго петляло по шоссе. Петр смотрел в окно на пальмы, на бесконечные рекламные щиты с улыбающимися лицами, на людей в шортах и тапках, мирно прогуливающихся, которые казались ему кем-то вроде инопланетян. Мысли текли лениво, как расплавленный асфальт за окном. Квартира оказалась точно, как на фото в объявлении: маленькая, но чистая, с белыми стенами и огромным окном, выходящим на бирюзовый прямоугольник бассейна во дворе, укрытого в тени деревьев. Петр бросил сумку посередине комнаты, рухнул на кровать и уставился в потолок. Кондиционер гудел ровно, навевая дремоту. Тренировка только завтра. А сегодня — только борьба со сменой часовых поясов и странное чувство свободы, когда никто не знает, где ты и чем занят. Ни знакомых, ни родителей, ни обязательств. Только он и этот чужой город. Он достал телефон. Пролистал новости, ответил на пару сообщений в семейный чат, зачем-то залез в инстаграм. Первое же сторис — Илья Малинин, как обычно, выкладывал видео с тренировки. Светлые волосы прилипли ко лбу, глаза блестят, на губах улыбка человека, который только что сделал невозможное и знает это. Петр задержал взгляд на экране на секунду дольше, чем следовало, потом пролистнул дальше. Илья Малинин. Гений. Омега, который прыгает четверные так, будто это разминка перед завтраком. Они виделись на соревнованиях несколько раз, но никогда не общались. Только взгляды через раздевалку, только «привет-пока» в микст-зонах. Петр знал о нём всё как о спортсмене и ничего — как о человеке. И знать не особо стремился. До этого момента. Петр отложил телефон, но через минуту взял снова. Пальцы сами открыли “App Store”, набрали в поиске гриндер. Он не был завсегдатаем сайтов знакомств. Скорее, относился к ним как к тому самому дну моря, где алмазов быть не может по определению. Мутная вода, обломки кораблей, старые покрышки и изредка — что-то блестящее, что при ближайшем рассмотрении оказывается просто битым стеклом. Но иногда хотелось нырнуть. Просто чтобы посмотреть, кто тут плавает. Вдруг попадётся кто-то, с кем можно выпить кофе, поболтать, кто сможет показать местные заведения. И если повезёт — горячий омега на одну ночь. А если нет, то хотя бы приятная компания на вечер, чтобы не ужинать в одиночестве, пусть и с красивым видом. Петр создал профиль. Фото без лица — его спина на фоне питерского заката, тот самый кадр, который когда-то сделал его лучший друг, Влад, и сказал: «Смотри, даже у тебя бывает человеческий вид». Возраст, статус «альфа», лаконичное био: «Спортсмен, не ищу ничего серьёзного». Честно, по крайней мере. И начал листать. Это оказалось затягивающим. Здесь были все и на любой вкус: блондины, брюнеты, накачанные до неестественности и худые до прозрачности, с профессиональными фото и селфи в тусклом свете ванных комнат. Петр свайпал почти не глядя, дочитывая описания только если попадалось что-то забавное. Его критерии были просты: симпатичное лицо, не слишком навязчивое описание, возраст около его. И главное — не задавать себе вопрос «зачем я это делаю». И тут ему попался он. Профиль с верифицированной галочкой, что означало платную подписку — Петр даже не знал, что на гриндер такое есть и что это дает. Фото, где было видно лицо крупным планом: светлые волосы, голубые глаза, мальчишеская улыбка с ямочкой на левой щеке. В анкете значилось: «Илья, 21, омега, фигурист. Ищу интересного собеседника, не для быстрых встреч. Только серьёзные намерения». Петр сел на кровати, чувствуя, как внутри что-то ёкнуло. Илья Малинин. Тот самый. В той же Калифорнии, судя по геолокации. Он перечитал анкету ещё раз. Потом ещё. И расхохотался — в пустоту квартиры. — Ну и развод, — сказал он вслух. Сделал скриншот. Отправил в чат с Владом и ещё парой друзей, подписав: «Смотрите, до чего мошенники дошли. Теперь и профили подделывают. Мне очень интересно, сколько альф на это повелось». Ответ от друга пришёл через минуту: «А вдруг настоящий?» Петр закатил глаза, он, кажется, нашел целевую аудиторию таких разводов. Петр: Зачем настоящему Малинину приложение для знакомств? У него наверняка самых разных фанатов в инстаграме очередь. Влад: Логично, но ты проверь. Чисто из спортивного интереса Петр посмотрел на экран. Палец завис над кнопкой. А потом — сам не зная зачем — он свайпнул вправо. Совпадение. Профиль ответил взаимностью. — Ну дела, — пробормотал Петр и отложил телефон. — Алгоритмы, что ли специально, сводят живых с фейками? Но писать не стал. Пусть повисит. Он перелистнул дальше, и через полчаса бездумного пролистывания ему попался парень по имени Тайлер. Двадцать два года, омега, брюнет, на фото — симпатичный, но слегка выбивался из того типажа, который Петр обычно лайкал. Петру нравились светленькие, с голубыми или зелеными глазами. Это было не принципиально, просто — нравились. Как мороженое с определённым вкусом, который выбираешь зная, что не прогадаешь. Но Тайлер улыбался на фото открыто, в био было написано «люблю кофе, долгие разговоры и могу показать лучшие места в ЛА», и Петр решил: это как раз то, что нужно. Они списались. Тайлер оказался местным, знал все приличные заведения в округе и предложил встретиться завтра вечером в кофейне в Венис-Бич. Тайлер: Там лучший холодный кофе в городе и шикарный вид на океан. Тебе понравится. Петр согласился. Зачем — он и сам не знал. Весь следующий день прошёл в тренировках. Арутюнян гонял его так, что к вечеру Петр едва держался на ногах. Ныли мышцы, гудела голова, хотелось только одного — принять душ и лечь. Но встреча была назначена, и он, как человек слова, поплёлся в душ, переоделся и вызвал такси.

***

Кофейня называлась «The Little Drip» и находилась в двух кварталах от океана. Петр приехал на полчаса раньше — водитель попался быстрый, а может, просто пробок не было. Он зашёл внутрь, огляделся. Помещение было маленьким, но уютным: деревянные столики, живая зелень на подоконниках, приглушённый свет. За стойкой возился бариста — светловолосый парень примерно его возраста, с аккуратной бородкой и руками, которые двигались с ленивой грацией человека, знающего своё дело. Петр замер у входа. Потому что этот бариста был именно тем типом, который ему всегда были по душе. Именно таким, каких он обычно искал. Светлые волосы и цепляющие глаза, лёгкая улыбка, пока он принимал заказ у девушки за стойкой. Он двигался легко, будто танцевал, и в каждом его жесте было что-то неуловимо притягательное. Петр поймал себя на том, что смотрит на него уже целую минуту. — Добрый вечер, — бариста заметил его. — Что будете заказывать? Петр подошёл поближе к стойке, чувствуя себя неловко. Он заказал айс-американо, расплатился, отошёл к столику у окна. Сел так, чтобы видеть и вход, и стойку. И понял, что попал. Потому что образ притягательного бариста застрял в голове намертво. И как бы альфа ни пытался её отогнать, он там и останется — на весь вечер, на всё свидание, на всё время, которое он сейчас должен провести с Тайлером. «Ничего нового, Гуменник», — думал Петр, делая первый глоток кофе. — «Ты пришёл на свидание с одним, а пялишься на другого. Молодец. Просто отлично». Тайлер пришёл через десять минут. Петр увидел его сразу — тот самый брюнет с фото, только в реальности выглядел... иначе. Фото явно были сделаны в лучшие времена, возможно, года два назад. Сейчас Тайлер казался старше, уставшим. Мешки под глазами, кожа с нездоровым оттенком, и двигался он как-то неуклюже, будто постоянно спотыкался о невидимые препятствия. — Петр? — Тайлер подошёл к столику, протянул руку. Ладонь была влажной и слишком мягкой. — Да, — Петр пожал руку и тут же захотел её вытереть о джинсы. — Присаживайся. Они сели. Тайлер заказал латте, Петр допивал свой американо и продумывал, как бы быстрее свернуть вечер. — Рассказывай, — Тайлер улыбнулся, обнажая неровные зубы. — Как тебе ЛА? Впервые здесь? — Впервые, — Петр кивнул, — пока успел увидеть каток и дорогу до него. — О, я тебе столько всего покажу! — омега оживился. —Ты надолго здесь? Петр ответил. И началось. Он включил свою любимую стратегию, отработанную годами разных мероприятий и неловких разговоров с незнакомыми людьми: задавать вопросы. Много вопросов. Про работу, про хобби, про семью, про любимые места в Лос-Анджелесе. Вопросы — это щит. Пока ты спрашиваешь, ты не обязан говорить о себе. А говорить о себе на английском, после изматывающей тренировки, когда мозг плавится от жары и джетлага — последнее, чего хотелось. Тайлер ничего не смущало, он говорил. Очень много. Про свою коллекцию фигурок аниме, которую он собирал десять лет. Про свою кошку Мэйбл, которая любит спать на подушке и царапает обои. Про свою работу в каком-то офисе, где он мечтает о повышении, но начальник его не ценит. Про своего бывшего альфу, который его бросил, потому что «не понимала его тонкую душевную организацию». Петр кивал, задавал новые вопросы и краем глаза следил за баристой за стойкой. Тот мыл чашки, улыбался другим посетителям, иногда поглядывал в его сторону. Каждый раз, когда их взгляды почти встречались, альфа отводил глаза и чувствовал, как внутри разливается раздражение — на себя, на эту ситуацию, на Тайлера, который говорил без умолку. — ...и тогда я сказал ему: если ты не ценишь мои идеи, я уйду к конкурентам! — Тайлер рассмеялся собственной шутке. — Представляешь? — Представляю, — Петр сделал глоток уже из пустой чашки. В голове крутилась мысль: «Господи, сделай так, чтобы этот вечер закончился». Мысль была некрасивая, зато честная. Прошёл час. Тайлер заказал второй латте, Петр отказался от второго напитка — он надеялся наладить режим сна, а не лежать полночи гипнотизируя потолок. — Слушай, — наконец сказал Петр, когда Тайлер сделал паузу, чтобы перевести дух. — Уже поздно, а у меня завтра тренировка рано. Тайлер посмотрел на часы, удивлённо поднял брови: — О, действительно. Как время летит, когда интересно разговаривать! Петр внутренне содрогнулся. Он не помнил, чтобы разговор был интересным. Он помнил только бесконечный поток слов про аниме, кошку и работу. — Давай я тебя провожу до машины? — предложил Тайлер, вставая. — Я на такси, — Петр поднялся следом. Они вышли из кофейни. На улице уже стемнело, воздух стал прохладнее, пахло океаном и жасмином. Омега остановился, повернулся к Петру и посмотрел на него с надеждой. — Мы так хорошо провели время, надо будет обязательно повторить, — сказал он. — Ты такой... внимательный слушатель. Мало кто умеет так слушать. Альфа понял, к чему дело идёт. И когда Тайлер потянулся к нему, мягко отстранился. Петр находился в восхищении с инициативности местных омег. — Извини, — сказал он. — Я по-другому воспитан. Не в первый вечер. Тайлер замер. На его лице мелькнуло разочарование, быстро заменённое пониманием. — О, конечно, я понимаю. Ты прав, не стоит торопиться, — искренности в этих словах не ощущалось. — Может, тогда ещё увидимся? — Посмотрим, — Петр выдавил дежурную улыбку. — Спасибо за вечер. Он поймал такси через пять минут. Всю дорогу до апартаментов смотрел в окно на огни Лос-Анджелеса — рекламные щиты, витрины магазинов, фары встречных машин — и чувствовал только опустошение. Никакой романтики, никакой искры, только бесконечный поток чужих слов и чувство, что он потратил вечер впустую. Он себе представлял это по-другому В апартаментах он рухнул на кровать, даже не раздеваясь. Включил кондиционер на полную, уставился в потолок. Телефон пиликнул. Сообщение от Тайлера. «Ты мне очень понравился. Спасибо за вечер. Надеюсь, увидимся ещё». Петр посмотрел на экран и усмехнулся. Конечно, понравился. А как иначе? Он слушал, кивал, задавал вопросы — идеальный собеседник. Омега и не заметил, что Петр не сказал о себе ни слова. Ни о спорте, ни о Питере, ни о том, что на самом деле думает. Петр нажал «заблокировать» и отложил телефон. — Первый блин комом, — сказал он в пустоту. Закрыл глаза. Перед внутренним взором всплыло лицо баристы из кофейни. Потом оно сменилось лицом Ильи Малинина с той анкеты. Второй образ хотелось удержать в голове подольше. Петр открыл глаза и уставился в потолок. Он полежал ещё минуту, потом достал телефон и открыл гриндер. Тот самый профиль все еще был там и светился в онлайне. — С ума сойти, — пробормотал он. — Судьба, что ли? Что он там вчера говорил про развод и мошенников? Петр посмотрел на фото, на короткое описание, снова на фото. Палец завис над кнопкой «написать». «Привет, ты тот самый Илья Малинин?» Он набрал это и тут же стёр. Слишком глупо. «Привет. Угадай, кто сегодня был на худшем свидании в своей жизни?» Еще хуже, кто вообще пишет такое привлекательным омегам. Петр выключил телефон и отложил его на тумбочку. Завтра. Если завтра этот профиль всё ещё будет там, может, он что-нибудь придумает. А пока — спать.

***

В другой части Лос-Анджелеса, в квартире с видом на океан, Илья Малинин лежал на диване и листал анкеты. Он зарегистрировался здесь неделю назад — от скуки и от отчаяния. После того, как очередной ухажёр в инстаграме попросил прислать фото «в более откровенном виде», Илья психанул и решил попробовать что-то новое. Платная подписка, думал он, поможет отсеять хотя бы часть тех, кому нужно только одно. Не помогло, конечно. Но сообщений стало чуть меньше и качество чуть выше. Те, кто писал, хотя бы пытались казаться заинтересованными в нём, а не в его теле. Хотя заинтересованность быстро испарялась, когда он не соглашался на встречу в первый же вечер. Илья пролистывал анкеты без особого энтузиазма. Он уже собирался закрыть приложение, когда наткнулся на профиль без лица. Фото — спина на фоне заката. Питерский закат, узнаваемый, с этими низкими облаками и разлив Невы. Не самый типичный фон, для установленной им геолокации. Возраст — 23. Вторичный пол — альфа. Описание гласило: «Спортсмен, не ищу ничего серьёзного». Илья хмыкнул. Честно, по крайней мере. Он посмотрел на фото внимательнее. Что-то в этом силуэте показалось знакомым. Разворот плеч, линия спины, манера держаться даже на таком любительском снимке. Илья напряг память и вдруг вспомнил. Петр Гуменник. Он подписан на него. Тот самый фигурист, который всегда катается так, что дух захватывает. Которого он видел на соревнованиях ни один раз. Который тоже тренируется у Арутюняна, но они, кажется, никогда не пересекались лично. Илья подумал о том, чтобы написать. Но что писать? «Привет, узнал тебя по спине»? Глупо. Слишком прямо. Слишком... отчаянно. Он посмотрел на экран ещё раз. Потом вздохнул и пролистнул дальше. Но мысль об альфе осталась. Где-то на задворках сознания, лёгкая, как калифорнийский бриз. Он и не знал, что через несколько дней эта мысль разрастётся в нечто гораздо большее.