Сердце Победителя: Пять Путей Судьбы

Выручай-комната приняла их в свои объятия, когда замок погрузился в ночную тишину. В этот раз она трансформировалась не в уютную гостиную, а в просторный тренировочный зал с высокими сводами, мягкими матами на полу и множеством манекенов для заклинаний. Гарри стоял в центре, тяжело дыша. Пот градом катился по его лицу — он только что закончил серию уклонений от атакующих заклятий, которые в него одновременно посылали Гермиона и Дафна. — Неплохо, Поттер, — Дафна опустила палочку, её лицо оставалось бесстрастным, но в глазах светилось уважение. — Твои рефлексы на высоте, но ты слишком полагаешься на физическую силу. В битве с драконом тебе не хватит места для бега. Тебе нужна абсолютная защита. — Она права, Гарри, — Гермиона подошла к нему и вытерла его лоб краем своего платка. — Твой «Протего» силен, но он стандартный. Он рассеивает энергию, а не поглощает её. Флёр, сидевшая на краю тренировочного помоста и наблюдавшая за ними, грациозно поднялась. Её присутствие в комнате ощущалось как незримое давление — магия вейлы была дикой и древней. — В Шармбатоне нас учат, что магия — это танец, — сказала она, подходя к Гарри. — Ты борешься с ней, как с врагом. Попробуй почувствовать её как продолжение своего дыхания.  Она встала позади него и накрыла его ладонь, сжимающую палочку, своей рукой. Гарри почувствовал, как по его руке пробежал электрический разряд.  — Закрой глаза, — прошептала Флёр ему на ухо. — Девочки, помогите ему. Лира, которая до этого тихо стояла в стороне, подошла и взяла Гарри за левую руку. Дафна и Гермиона переглянулись и встали по бокам, замыкая круг.  — Что мы делаем? — тихо спросил Гарри, чувствуя, как его собственная магия начинает вибрировать в такт их присутствию. — Резонанс, — ответила Дафна. — Мы объединяем наши ауры, чтобы ты мог черпать силу из нашей поддержки. Это древняя техника, почти забытая. Она требует полного доверия. Ты доверяешь нам, Гарри? — Да, — без колебаний ответил он. В ту же секунду комната вспыхнула мягким золотисто-голубым светом. Гарри почувствовал, как его сознание расширяется. Он больше не чувствовал усталости. Вместо этого он ощущал тепло Гермионы, холодную решимость Дафны, нежность Лиры и обжигающую страсть Флёр. Все эти эмоции вливались в него, превращаясь в чистую, необузданную магическую энергию. — Теперь, — голос Флёр звучал будто изнутри его головы, — представь щит. Не стену, а сферу. Сферу, которая не просто защищает, а любит тебя. Гарри взмахнул палочкой, и вместо привычного полупрозрачного щита комнату залило ослепительное серебряное сияние. Сфера окружила их пятерых — она была настолько плотной, что казалась твердой, как алмаз, и по её поверхности пробегали сполохи пламени и молний. — Невероятно... — выдохнула Гермиона, глядя на творение рук Гарри. — Такое заклинание не пробьет даже драконий огонь. Когда свет погас и они разомкнули руки, Гарри пошатнулся, но четыре пары рук не дали ему упасть. Он смотрел на них — раскрасневшихся, с сияющими глазами — и чувствовал, что между ними только что родилось нечто большее, чем дружба или союз против Турнира. Это была связь душ. — Ты готов, Гарри, — Лира мягко коснулась его плеча. — К первому заданию ты выйдешь не один. Мы будем на трибунах, и наша магия будет с тобой. Дафна подошла ближе и, вопреки своей обычной холодности, быстро поцеловала его в другую щеку.  — Не заставляй нас волноваться слишком сильно, Поттер. Нам еще нужно решить, кто пойдет с тобой на Святочный бал. Гарри рассмеялся, чувствуя себя по-настоящему счастливым. Он знал, что впереди его ждут опасности, но теперь, глядя в глаза этим четырем девушкам, он понимал: он не просто выживет. Он победит.

***

Пламя и Сталь Утро Первого задания было пропитано ледяным ветром и запахом жженого пороха. Хогвартс гудел. Тысячи зрителей заполнили трибуны специально возведенной арены, но для Гарри мир сузился до размеров палатки чемпионов. Он сидел на скамье, сжимая в руках свою палочку. В голове всплывали наставления Грюма, схемы Гермионы и тот самый момент резонанса в Выручай-комнате. — Поттер! Твой выход! — крикнул Бэгмен. Гарри глубоко вдохнул и вышел на залитую солнцем арену. Оглушительный рев толпы на мгновение дезориентировал его, но затем он увидел *её*. Венгерская хвосторога — гора черной чешуи, изрыгающая пламя, — охраняла золотое яйцо. Он мельком взглянул на трибуны. В первом ряду, прямо напротив него, сидели они. Гермиона сжала кулаки, Дафна сидела неестественно прямо, Лира махала ему, а Флёр (которая уже прошла свое испытание и выглядела слегка измотанной, но решительной) пристально смотрела ему в глаза. Гарри почувствовал это. Тонкая, едва заметная нить магии потянулась от каждой из них к нему. Это не было нарушением правил — это была поддержка, которую не смог бы зафиксировать ни один датчик. — *Акцио, «Молния»!* — выкрикнул Гарри. Метла прилетела через несколько секунд. Он взлетел, описывая крутые виражи под рев дракона. Но хвосторога оказалась хитрее, чем он думал. Она не просто плевалась огнем — она использовала свой шипастый хвост с точностью снайпера. Один из ударов едва не сбил Гарри с метлы. Он завис в воздухе, и в этот момент дракон раскрыл пасть для решающего залпа. Пламя, белое от жара, устремилось к нему. — *Ну же, Гарри...* — прошептал он себе под нос, чувствуя, как магия девочек вскипает в его жилах. Вместо того чтобы увернуться, Гарри выставил руку вперед. — ПРОТЕГО РЕЗОНАНТИС! Серебристая сфера, точно такая же, как в Выручай-комнате, вспыхнула вокруг него. Огненный поток ударился в щит, но не обжег Гарри. Напротив, он почувствовал прилив сил. Щит поглощал энергию драконьего пламени, окрашиваясь в ярко-рыжий цвет. Толпа ахнула. Судьи вскочили со своих мест. Ни один четвершекурсник не мог создать щит такой плотности. Гарри, используя накопленную энергию щита, рванулся вниз, как живая комета. Дракон, ошеломленный тем, что его пламя не сработало, на мгновение замешкался. Этого мгновения Гарри хватило. Он пронесся в сантиметрах от когтей чудовища и сомкнул пальцы на холодном золоте яйца. — ОН СДЕЛАЛ ЭТО! — голос Бэгмена потонул в реве восторга. Гарри приземлился на дрожащих ногах, тяжело дыша. Прежде чем к нему успели подбежать санитары или судьи, на арену, нарушая все протоколы, вырвались четверо. Гермиона была первой — она буквально врезалась в него, обнимая за шею. — Ты сумасшедший! Совсем безумный! Но это было потрясающе! Лира и Дафна подбежали следом. Лира смеялась и плакала одновременно, а Дафна, отбросив всю свою аристократическую маску, крепко сжала его руку. — Ты использовал нашу технику... Это было рискованно, Поттер, но гениально. Флёр подошла последней. Она мягко отстранила Гермиону и посмотрела на Гарри долгим, пронизывающим взглядом. — Ты заставил мое сердце биться слишком быстро, Гарри. Теперь ты в долгу перед нами всеми. Она наклонилась и поцеловала его в губы — быстро, но властно, прямо на глазах у всей школы. В тишине, наступившей после этого жеста, было слышно лишь, как яйцо в руках Гарри тихонько покатилось по земле. Гарри улыбнулся, глядя на своих защитниц. Он знал, что впереди — новые загадки, бал и испытания, но теперь он точно знал, ради кого он будет сражаться до конца.

***

Вызов на танец После Первого задания жизнь Гарри превратилась в вихрь. Он больше не был «лже-чемпионом» или «изгоем». Теперь он был героем, чье имя шепотом произносили в коридорах. Но куда громче обсуждали другое: ту самую сцену на арене и поцелуй Флёр Делакур. Когда профессор Макгонагалл объявила о проведении Святочного бала, Гарри почувствовал, как по спине пробежал холодок. Танцы? Он предпочел бы еще раз сразиться с хвосторогой. — Гарри, ты — чемпион. Ты *обязан* открывать бал танцем, — наставляла его Гермиона в библиотеке, листая книгу «Этикет для магических торжеств». — И тебе нужна партнерша. Гарри открыл рот, чтобы что-то сказать, но его перебили. — Одна партнерша? Как скучно, Грейнджер, — Дафна Гринграсс появилась из-за стеллажей, как всегда безупречная. Она грациозно опустилась на стул рядом с Гарри. — Весь Хогвартс, Болтон и Шармбатон только и ждут, кого выберет «Золотой мальчик». Если он выберет одну, он обидит остальных. — И что ты предлагаешь, Дафна? — прищурилась Гермиона. — Я предлагаю... нарушить правила, — раздался мелодичный голос. Лира Малфой подошла к ним, лукаво улыбаясь. — В конце концов, Гарри уже доказал, что правила Турнира на него не распространяются. Почему бы не превратить этот бал в наше общее заявление? Вечером того же дня «Совет пяти» снова собрался в Выручай-комнате. На этот раз комната превратилась в роскошный примерочный зал с огромными зеркалами и манекенами, на которых висели изысканные ткани. Флёр стояла перед зеркалом, прикладывая к себе отрез серебристого шелка. — В моей стране говорят: если мужчина не может выбрать между прекрасными розами, он берет весь букет, — она обернулась к Гарри, её глаза сияли. — Мы обсудили это. Мы не хотим ссориться из-за тебя, Гарри. Мы решили, что этот бал станет нашей общей демонстрацией силы. Гарри сглотнул. — То есть... вы все четверо... пойдете со мной? — Именно, — кивнула Дафна. — Ты войдешь в зал с Флёр и мной под руки. Гермиона и Лира будут следовать сразу за нами. Мы организуем твой «почетный караул». Никто не посмеет усомниться в твоем статусе. — Но как же первый танец? — спросил Гарри. — Там же только пары! Гермиона заговорщицки улыбнулась: — Мы нашли в архивах описание древнего «Танца Стихий». Его исполняет лидер и его круг. Это не обычный вальс. Это магический перформанс. Ты будешь в центре, а мы — твоими спутницами. Следующие недели превратились в изнурительные тренировки. Гарри учился не только правильно двигаться, но и координировать свою магию с движениями девушек. Каждая из них привносила в танец что-то свое:    Гермиона отвечала за ритм и структуру заклинаний.   Дафна добавила в движения холодную элегантность и грацию высшей аристократии.    Лира наполнила танец искрами и неожиданными поворотами.    Флёр превратила его в чувственное зрелище, от которого захватывало дух. В ночь перед балом Гарри почти не спал. В его шкафу висела парадная мантия, сшитая по заказу Дафны — из темно-изумрудного бархата с серебряным шитьем, которое переливалось при каждом движении. Когда двери Большого зала распахнулись для начала бала, разговоры мгновенно стихли. Первым шел Гарри. Он выглядел как истинный лорд магии. По правую руку от него шла Флёр в платье, которое казалось сотканным из лунного света. По левую — Дафна в полночно-синем наряде, подчеркивающем её ледяную красоту. Сразу за ними следовали Гермиона, поразившая всех нежно-розовым шелком и укрощенными кудрями, и Лира в дерзком серебряно-черном платье. Это был не просто выход чемпиона. Это был выход короля и его свиты. Когда зазвучала музыка, вместо обычного вальса Гарри поднял палочку вверх. Над залом вспыхнуло созвездие. Девушки окружили его, их движения были синхронны и наполнены магией. Они не просто танцевали — они создавали вокруг Гарри ореол силы. Потоки огня, воды и света сплетались в воздухе, повинуясь их жестам. Рон Уизли, стоявший у стены, едва не выронил стакан с пуншем. Виктор Крам смотрел на это с нескрываемым восхищением. Каркаров хмурился, а Дамблдор лишь мягко улыбался в бороду, видя, какую невероятную поддержку нашел Гарри. В финале танца, когда музыка достигла апогея, девушки одновременно прильнули к Гарри с четырех сторон. Зал взорвался аплодисментами. — Кажется, мы только что объявили войну всему светскому обществу Хогвартса, — прошептала Лира ему на ухо, когда они направились к столам. — И мне это чертовски нравится, — ответил Гарри, чувствуя, как его ладони сжимают руки Дафны и Гермионы. Однако вечер только начинался. В тени колонн Гарри заметил странную фигуру, которая внимательно наблюдала за ними. Кто-то, кому не понравился этот триумф...