Сердце Победителя: Пять Путей Судьбы

Победа во втором задании сделала Гарри не просто фаворитом — в глазах школы он стал почти легендой. Но сам Гарри чувствовал, как удавка затягивается. Его шрам болел всё чаще, а сны наполнялись холодным смехом и вспышками зеленого света. — Они не выпустят тебя живым из лабиринта, Гарри, — Дафна Гринграсс стояла у окна в Выручай-комнате, глядя на то, как на стадионе для квиддича возводят огромные стены из живой изгороди. — Лабиринт — это идеальное место для «несчастного случая». Там не будет зрителей, только судьи, которые увидят лишь то, что им позволят. — Именно поэтому мы проведем Ритуал Связывания, — Гермиона выложила на стол древний фолиант, обтянутый кожей дракона. — Это старая магия, еще до времен Основателей. Она не сделает тебя неуязвимым, но она создаст резонанс. Если твоя магия начнет иссякать, ты сможешь черпать её у нас. Мы станем твоими якорями. — Это опасно? — спросил Гарри, глядя на сосредоточенные лица девушек. — Для нас — лишь временная слабость, — Флёр подошла к нему и поправила воротник его мантии. — Но для тебя это означает, что ты никогда не будешь один. В самом сердце тьмы ты будешь чувствовать наше тепло. Лира Малфой достала из мешочка пять серебряных кинжалов. — Моя семья хранила это знание веками. Это не темная магия, Гарри. Это магия крови и доверия. Самая чистая форма связи. В центре Выручай-комнаты вспыхнул магический круг. Гарри встал в центр, а девушки образовали вокруг него квадрат — по четырем сторонам света.  — Я — Твердость, — произнесла Дафна, и её ладонь засияла холодным голубым светом. — Я — Знание, — прошептала Гермиона, и золотистые искры окружили её. — Я — Страсть, — голос Флёр зазвенел, как струна. — Я — Хитрость, — Лира улыбнулась, и её аура окуталась серебристым туманом. Гарри закрыл глаза. Он почувствовал, как четыре тонкие нити магии пронзили его грудь, сходясь в районе сердца. Это было не больно, но невероятно мощно. Словно в него влился океан силы. Его шрам вспыхнул и тут же затих, подавленный коллективной волей его защитниц. — Теперь, — голос Гермионы звучал словно издалека, — что бы ни случилось в Лабиринте, мы будем с тобой. День Финала. Стадион ревел. Лабиринт казался живым существом, дышащим туманом и угрозой. Гарри вошел в него первым, как лидер общего зачета. Едва стены из живой изгороди сомкнулись за его спиной, звуки трибун исчезли. Тишина была абсолютной. Гарри двигался быстро. Благодаря ритуалу его чувства обострились. Он чувствовал ловушки еще до того, как они срабатывали. Сфинкс, соплохвосты, акромантулы — всё это казалось досадными помехами.  Но внезапно туман сгустился, приобретая очертания. Перед Гарри возникла фигура. Это не был монстр. Это был Седрик Диггори, но он выглядел странно — его глаза были пустыми, а палочка направлена прямо в сердце Гарри. — Седрик? — Гарри замер. — Ты не должен был выжить в озере, Поттер, — голос Диггори был лишен эмоций. — Ты забрал всё внимание. Ты забрал славу. Гарри почувствовал резкий укол страха, но тут же в его сознании вспыхнул голос Лиры: *«Это морок, Гарри! Не верь глазам!»* И следом голос Гермионы: *«Используй Релашио на землю, разрушь иллюзию!»* Гарри ударил заклинанием в почву. Иллюзия Седрика рассыпалась прахом. На его месте стоял Виктор Крам, находящийся под заклятием Империус. Его глаза бешено вращались. — Прости, Виктор, — шепнул Гарри и точным ударом оглушил его, посылая в небо красные искры, чтобы болгарина забрали. Путь к Кубку был открыт. Посреди поляны, залитый призрачным синим светом, стоял трофей Турнира Трех Волшебников. Гарри подошел к нему. Он чувствовал, как через магическую связь девушки передают ему свою тревогу.  *«Гарри, что-то не так... Кубок фонит порталом!»* — это была Дафна. Но было поздно. Едва Гарри коснулся ручки Кубка, пространство вокруг него вывернулось наизнанку. Его вышвырнуло на старое, заброшенное кладбище. Тишина здесь была мертвой. В центре, над огромным котлом, стояла фигура в плаще, держащая на руках нечто, напоминающее уродливого младенца. — Ты опоздал, Том, — произнес Гарри, крепче сжимая палочку. Он не дрожал. Он чувствовал, как за его спиной незримо стоят четверо. Его личная армия. — Пришел... — прошипел голос из свертка. — Мальчик, Который Выжил... Пришел, чтобы накормить меня своей кровью. Хвост! Начинай! Из тени вышел Питер Петтигрю. В его руках блеснул нож. — Кровь врага... — начал Питер, дрожа от страха. Но Гарри лишь усмехнулся. Благодаря ритуалу его кровь больше не принадлежала только ему. Она была связана с кровью вейлы, древних родов Малфоев и Гринграсс и силой чистейшего разума Грейнджер. — Ты хочешь мою кровь, Том? — Гарри сделал шаг вперед, и кладбище озарилось вспышкой пяти цветов. — Попробуй взять её. Но предупреждаю: она может тебя отравить. Хвост дрожащими руками поднес нож к предплечью Гарри. Лезвие полоснуло по коже, и несколько капель крови упали в кипящее варево. Но как только кровь коснулась поверхности зелья, котел задрожал не от темной мощи, а от неистового, чистого света. — К-кровь врага... взятая силой... — пролепетал Петтигрю, отпрянув. Котел взорвался белым пламенем. Из него поднялась фигура, но это не было то худое, костлявое существо, которое Гарри помнил по видениям. Волан-де-Морт обрел плоть, но он кричал от боли. Его кожа шла трещинами, сквозь которые пробивалось сияние — золото Гермионы, серебро Лиры, лазурь Дафны и изумруд самого Гарри. — Что... что ты сделал со своей кровью, мальчишка?! — прорычал Темный Лорд, рухнув на колени. Его новое тело отвергало саму суть магии, которой он пытался его наполнить. Он хотел силы врага, но получил единство пяти душ, которое его тьма не могла поглотить. — Я не один, Том, — Гарри стоял прямо, чувствуя, как через связь в его жилах пульсирует сила четырех девушек. — Ты искал бессмертия в одиночестве и крови. Мы нашли силу в верности. Волан-де-Морт в ярости выхватил палочку. — Авада Кедавра! Зеленый луч сорвался с тисовой палочки, но на его пути возник не физический щит, а призрачные очертания. За плечом Гарри на мгновение проявился силуэт Дафны с поднятой рукой — магия «Твердости» отклонила заклятие в сторону, взорвав надгробие. — Мой черед, — Гарри вскинул палочку. — *Экспеллиармус!* Красный луч столкнулся с черным потоком магии Волан-де-Морта. Началось *Приори Инкантатем*, но на этот раз оно было иным. Золотая нить, соединившая палочки, начала разветвляться. Из неё вышли четыре призрачные фигуры — не тени погибших, а живые проекции Гермионы, Флёр, Дафны и Лиры. — Держись, Гарри! — услышал он голос Гермионы в своей голове. — Мы отдаем тебе всё! Свет стал невыносимым. Проекции девушек коснулись палочки Гарри, и общий поток магии просто смел защиту Темного Лорда. Волан-де-Морта отбросило назад, его только что обретенное тело начало распадаться на тени, не в силах выдержать чистоту резонанса. — Это еще не конец, Поттер! — взвыл он, и прежде чем тени окончательно развеялись, Хвост, подхватив остатки мантии своего господина, активировал запасной портал. Гарри тяжело дышал. Кладбище опустело. Он подошел к Кубку, который всё еще светился синим. — Мы победили? — прошептал он в пустоту, чувствуя, как связь с девушками начинает медленно остывать, оставляя после себя приятную тяжесть. — Почти, Гарри, — раздался тихий голос Лиры в его сознании. — Теперь возвращайся. Мы ждем тебя. Гарри коснулся Кубка. Секунда дезориентации — и он рухнул на траву перед трибунами Хогвартса. Музыка оркестра, крики радости, огни... и тишина, которая наступила, когда все увидели его — израненного, в разорванной мантии, но с горящими глазами. К нему первыми подбежали они. Четыре девушки, которые за последние месяцы стали для него дороже всего на свете. Они не спрашивали, что случилось — они видели это через связь. Дамблдор поспешил к ним, но Дафна Гринграсс преградила ему путь, холодно взглянув на директора. — Он жив, Альбус. Но теперь правила игры изменились. Больше никакой «жертвы ради общего блага». Гарри поднялся, поддерживаемый Гермионой и Флёр. Он посмотрел на замок, на учителей, на затаившего дыхание Грюма (который на самом деле был Краучем-младшим). — Волан-де-Морт вернулся, — громко произнес Гарри, и его голос разнесся по всему стадиону. — Но он совершил ошибку. Он думал, что любовь — это слабость. Сегодня он узнал, что это — самое мощное оружие в мире.

***

Прошло несколько недель. Турнир был официально завершен, победителем объявлен Гарри Поттер, хотя золото он разделил с Седриком (которого нашли в лабиринте живым, хоть и оглушенным). Мир магии стоял на пороге великой войны, но на этот раз всё было иначе. Не было растерянности. Благодаря влиянию семей Гринграсс и Малфой (тех, кто выбрал сторону Лиры), Министерство не смогло замолчать возвращение врага. В последний вечер перед отъездом домой Гарри и девушки сидели на берегу Озера. — Что теперь? — спросила Гермиона, положив голову на плечо Гарри. — Теперь мы будем готовы, — ответила за него Флёр, глядя на закат. — Мы создали то, чего он боится больше всего. Единство. Лира вертела в руках серебряную монету с гербом Малфоев. — Мой отец в ярости, но он напуган. Он видел, что мы сделали на кладбище. Он понимает, что старые методы больше не работают. Дафна взяла Гарри за руку. — Мы не просто друзья и не просто союзники. Мы — нечто большее. И если Темный Лорд решит напасть снова... — ...он встретит нас всех пятерых, — закончил Гарри. Он знал, что впереди трудные времена. Но глядя в глаза тех, кто рискнул ради него всем, он впервые в жизни был абсолютно спокоен.  Турнир закончился. Началась новая эра. КОНЕЦ.