Принцесса

      Наконец-то настал день бала. Гильдия «Фейри Тейл» преобразилась до неузнаваемости. Она сияла огнями тысяч свечей и магических шаров, а также… нервным ожиданием, которое висело в воздухе, смешиваясь с ароматом цветов, духов и жареного мяса.       Макаров, как и обещал, развернул масштабную, даже чрезмерную рекламную кампанию. Учитывая, что в разлетевшихся по всему Фиоре загадочных буклетах и плакатах красовалось провокационное заявление: «Главный приз вечера — СЛАДКАЯ НОЧЬ С ЭРЗОЙ СКАРЛЕТТ!», — неудивительно, что к гильдии привалила чуть ли не вся состоятельная публика королевства. И даже некоторые загадочные личности из соседних стран. И уж совсем неожиданно — пара демонов с проклятого острова Галуна.       — Я уже сделала предварительную ставку на вас, Грей, — лепетала одна из демонесс с алыми рожками.       Грей почесал затылок, чувствуя, как ледяная броня его хладнокровия даёт трещину под таким прямым натиском. Он стоял, закутанный с ног до головы в парадный тёмно-синий фрак, и выглядел так неловко, будто его заковали в доспехи.       — Грей-сама-а-а-а… — Джувия, в платье цвета морской волны, рыдала в углу, сжимая в руках свой скромный, но готовый к жертве кошелёк. — Не волнуйтесь! Я сделаю такую ставку, которую никто и никогда не перебьёт! Я продам душу, если понадобится!       Люси, стоявшая рядом с Нацу у колонны, не могла не заметить, как необычайно привлекательно он сегодня выглядел. Вместо потертых шаровар и чёрной жилетки на нём был идеально сидящий чёрный костюм-тройка, подчёркивающий его широкие, атлетичные плечи и узкую талию. Даже его вечно растрёпанные розовые вихры были насильно уложены и зафиксированы каким-то чудодейственным гелем (после долгих, изматывающих уговоров Люси и молчаливых, но очень красноречивых угроз со стороны Эрзы). Он вертел головой, словно воротник душил его.       — Ну что, готов опозориться? — спросила Люси, поправляя складку платья.       Нацу ухмыльнулся, и в его глазах, несмотря на непривычную «упаковку», вспыхнули знакомые, дикие огоньки.       — Ты о чём? Это они не готовы к тому, как мы сейчас всё здесь порвём! — заявил он, расстёгивая душащую верхнюю пуговицу.       Макаров, стоявший на импровизированной сцене в нелепом, но очень дорогом костюме кота (полосатый фрак, уши на обруче и даже пушистый хвост), хлопнул в ладоши, призывая к тишине:       — Терпение, дорогие друзья и особенно щедрые гости! Сначала — конкурс на лучшую пару! Покажите нам свою магию, свою гармонию! Пара номер один — Грей Фулбастер и Джувия Локсар!       Люси вдруг почувствовала, как Нацу сжал её руку в своей.       — Эй, а мы под каким номером?       — Под седьмым, — ответила Люси, осознав, что её сердце бешено колотится не только в предвкушении выступления и страха перед горящим платьем… Было что-то ещё. Что-то, что заставляло кровь приливать к щекам, когда его пальцы сжимали её руку.       Конкурс обещал быть зрелищным — по условиям Миры, танец нужно было сопроводить магическим шоу, демонстрирующим единство пары.       Зрители расступились, освобождая центр зала. Грей, к удивлению Люси, всё ещё был в рубашке (видимо, специально для такого случая). Он с видимым усилием над собой подхватил Джувию за талию, и её глаза тут же наполнились такими счастливыми слезами, что они буквально заблестели, как алмазы.       — Т-только, ради всего святого, не разревись! — прошептал он, чувствуя, как она подрагивает в его руках от переизбытка эмоций.       Но Джувия уже превратила свои слёзы в оружие очарования. Сверкающие радугой капельки рассыпались вокруг них, как миниатюрный фейерверк. Они закружились в безумном вальсе, а под их ногами выросла ледяная, сияющая лестница, каждая ступень которой была усыпана хрустальными розами невероятной красоты.       Джувия сложила руки — и в воздухе, переливаясь сине-бирюзовым сиянием, застыли буквы: «ГРЕЙ-САМА, Я ВАС ЛЮБЛЮ!!!» Её глаза сияли таким восторгом, что это граничило с безумием.       Лицо Грея исказилось в гримасе ужаса — но зал взорвался овациями и воплями.       Люси похолодела внутри, глядя на эту красоту.       — Такое нам, пожалуй, не переплюнуть… — прошептала она себе под нос.       Нацу, стоявший рядом, нахмурился, ощущая её нервозность как свою собственную.       — Че тут сложного? — фыркнул он. — Мы вообще огонь. В прямом смысле.       Люси вздохнула, мысленно возвращаясь к их репетициям: танцевальные па под её счёт, Нацу, путающий правую и левую ногу, постоянная угроза поджечь что-нибудь «по чистой случайности» и её отчаянные попытки научить его хоть капле грации…       Но отступать было некуда. Конкурс набирал обороты.       — Это было поистине невероятно! — голос Мираджейн разнёсся по залу. — Что же подготовили для нас следующие участники? Встречаем — Леви МакГарден и Гаджил Рэдфокс!       Леви стояла у края площадки, теребя оборки своего лимонного, воздушного платья. Высокая талия подчёркивала её хрупкость, а нежные рюшки на рукавах трепетали от каждого её вздоха. Её голубые кудри были уложены с необычайной тщательностью.       Гаджил подал ей руку. Его лицо оставалось каменной маской невозмутимости, но в глубине глаз горел сдержанный огонь.       — Пойдём, мелкая, — произнёс он рычащим басом, и Леви почувствовала, как дрогнули его тёплые пальцы, обхватившие её руку.       Они вышли на середину зала. Музыка заиграла — нечто среднее между торжественным маршем и лирической мелодией.       Гаджил подхватил Леви в воздух, заставив её вскрикнуть от неожиданности и вцепиться в его могучие плечи. В тот же миг по полу вокруг них расползлись, словно живые, металлические тени, и превратились в силуэты драконов, которые начали кружить вокруг пары, создавая движущуюся стену из блестящего металла.       — Т-ты… — прошептала Леви, не в силах оторвать взгляд от его глаз.       — Молчи, — сквозь зубы процедил Гаджил. Его руки, обнимающие её талию, были удивительно нежны.       Они закружились в стремительном танце, где каждый шаг Гаджила был точен как удар клинка, а Леви в его руках была легка как перо, повинуясь малейшему движению. Тени-драконы взмывали вверх, складываясь в огромные, полупрозрачные крылья за их спинами, и на миг казалось, что они парят.       Зал затих, заворожённый.       Даже Нацу, вечно готовый к сарказму и критике, разинул рот.       — Чёрт… — пробормотал он. — Они что, тайно репетировали? Или он её на тренировках так в воздухе крутил?       Люси была не в состоянии ответить.       Пара замерла в глубоком поклоне, а металлические тени рассыпались в воздухе.       Зал взорвался аплодисментами.       — Вот это я понимаю — магия в каждом движении! — провозгласила Мираджейн.       Леви, вся алая от смущения и переполняющих чувств, прятала пылающее лицо в ладонях, а Гаджил, как ни в чём не бывало, уже отводил её в сторону. Лишь самые наблюдательные могли заметить, как его рука на её спине задержалась на секунду дольше необходимого, а уголок рта дрогнул в улыбке.       — Следующая пара… — Мира сделала паузу для драматизма, сверкнув глазами. — Эрза Скарлетт и… её бушующий танец мечей!       — Чего? — шепот недоумения пробежал по залу. Зрители переглядывались.       — У неё что, нет пары? — Люси разинула рот. — Это вообще по правилам конкурса?       — Ну это же Эрза, — развёл руками Хэппи, устроившийся на её плече. — У неё свои правила.       В этот момент Эрза вышла в середину зала. Её доспехи «Дьяволицы» сверкали в свете софитов так, что было больно смотреть. Она стояла в полном одиночестве, и в этой одинокой фигуре была такая мощь и такая… печальная недосягаемость.       Музыка заиграла — резкая, боевая, с рокотом барабанов, совсем не похожая на вальс.       И тогда…       Она начала танцевать. Одна.       Её мечи взмыли в воздух, кружась вокруг неё как смертоносные, но преданные партнёры. Каждое движение её тела — отточенный удар, каждый поворот — молниеносный выпад, но всё это сливалось в гипнотический, захватывающий ритм. Она сражалась с невидимыми врагами, парировала несуществующие удары, атаковала пустоту. И делала это с такой грацией, яростью и тоской, что по коже бежали мурашки.       Люси прижала руки к груди.       — Она действительно… танцует одна… — прошептала она.       Нацу пробормотал, глядя куда-то в сторону:       — Ну и пофиг. Зато никто не осмелится сказать, что она не умеет.       Когда Эрза закончила, ударив клинками о пол с оглушительным, чистым звоном, который прокатился эхом по залу, тишина продлилась ещё несколько секунд…       А потом зал взорвался аплодисментами, самыми громкими и продолжительными за весь вечер.       Следующими вышли Биска и Альзак. Их выступление началось с нежного вальса, а затем в воздухе вспыхнули огненные сердца, по которым Биска открыла прицельный огонь из своих пистолетов. Альзак парировал разлетающиеся искры своими ножами-бабочками, создавая вокруг них сверкающий салют. Когда танец закончился, оба стояли, избегая взглядов друг друга, краснее спелых помидоров.       — Ну… это было… — пробормотал Альзак, поправляя свою шляпу.       — Да… было… — Биска ковыряла пол носком своей остроносой туфельки.       Зал взорвался тёплыми аплодисментами.       Затем произошло нечто, от чего прибалдела вся гильдия и приглашённые гости.       На сцену выкатились (буквально) Эльфман и Эвергрин.       Эльфман, превратившийся в свою звериную форму, больше напоминал разъярённого минотавра, втиснутого в смокинг, чем танцора. Эвергрин же, кружась на своих золотых крыльях, парила вокруг него, словно капризная фея, пытающаяся укротить непослушное, но милое чудовище.       — Это… что, считается танцем?! — прошептал кто-то в первом ряду.       — МУЖЧИНА НЕ ТАНЦУЕТ! МУЖЧИНА ДЕМОНСТРИРУЕТ СВОЮ МУЖСКУЮ МОЩЬ! — проревел Эльфман, вильнув хвостом, и снёс декоративный столик с фруктами.       Несмотря на всю абсурдность и хаотичность зрелища, зал взорвался аплодисментами и хохотом — слишком уж обаятельной и подлинной была эта странная пара.       Мираджейн, сияя как новогодняя ёлка, вышла вперёд:       — А теперь, дорогие друзья… кульминация! Главное событие нашего конкурса! Те, из-за кого, можно сказать, всё и затевалось! Встречайте — Люси Хартфилия и Нацу Драгнил!       Люси почувствовала, как капля холодного пота скатилась по её спине. Сердце колотилось, отдаваясь в висках, ладони вспотели и даже пальцы дрожали от нервов. Но когда Нацу повернулся к ней, и ухмыльнулся, сжимая её ладонь в своей, все страхи отступили, растаяли в огне его взгляда.       — Идём, Люси! Покажем им, кто тут настоящий огонь!       — Угу! — она сжала его ладонь и улыбнулась так тепло, что от её улыбки внутри Нацу что-то зашевелилось. Он потёр свою грудную клетку и подумал, что нервничает перед выступлением.       Вся гильдия замерла в ожидании. Правда не потому, что ждала шедевра или тонкого искусства — слухи о том, что «Нацу Драгнил будет танцевать на публике», разнеслись молниеносно, и все, от мала до велика, готовились к грандиозному провалу. Кто-то потирал руки в предвкушении хаоса, кто-то ухмылялся, кто-то просто жалел Люси…       — Удачи! Не подведите! — Хэппи подтолкнул их лапкой, явно готовый либо к пожару, либо к вечному материалу для шуток на ближайшие десять лет.       Музыка заиграла. Нежный, лирический вальс.       И тогда…       Нацу, сосредоточив всё своё внимание, обнял Люси за талию, а она положила руку ему на плечо, как учили. Они закружились, будто два первоклассника, впервые ступившие на школьный паркет. Нацу смотрел себе под ноги, его лицо было искажено гримасой предельной концентрации — он старался. Люси шёпотом считала: «Раз-два-три… раз-два-три…»       Зал затих. Не было ни смешков, ни ухмылок.       Никто не ожидал… такого.       Ни дыма.       Ни взрывов.       Ни внезапного возгорания.       Только двое, кружащиеся под нежную музыку.       И тогда, когда музыка набрала силу, а они, наконец, вошли в ритм…       Нацу вдруг остановился.       — Люси.       — Ч-что? — прошептала она, чувствуя, как сердце уходит в пятки.       Он наклонился к её уху, и его горячее дыхание обожгло её кожу:       — Держись крепче. Сейчас будет шоу.       — ЧТО?!       Но было поздно предупредить или остановить.       Нацу откинул голову назад, и яркая, ослепительная вспышка алого пламени взмыла от его рта к самому потолку, рассыпавшись под куполом тысячей золотых и багровых искр, как самый роскошный, миниатюрный огненный салют.       Зал взорвался восторженными, изумлёнными криками.       — Вот и всё, — расплылся в широкой улыбке Нацу. Он всё ещё держал Люси за талию, как будто забыл, что уже пора отпустить. — Скажи же, что мы крутые?       Глаза Люси сияли восторгом. Она смотрела на него, и в её взгляде читалось что-то такое, чего он ещё не видел. То, от чего у него сердце забилось быстрее.       — Мы справились, Нацу! Мы реально справились!       А гильдия кричала так, будто они только что победили в великой войне, а не просто станцевали вальс.       — Сладкая парочка!!! — на всю гильдию, объявил Хэппи, махая лапкой.       Конкурс завершился, и пока счётная комиссия в лице трясущейся от восторга Мираджейн подводила итоги тайного голосования, гости рассредоточились между столиками, ломящимися от яств.       Особенно оживлённой была мужская половина зала — все с нетерпением ждали главного события: аукциона и того самого, загадочного «главного приза». Но и девушки не отставали. Люси краем уха слышала, как какая-то дама в павлиньих перьях уже сделала довольно крупную анонимную ставку за танец с Греем. Ну что ж, ледяной красавчик всегда был в «цене». А вот кто, спрашивается, в здравом уме будет платить за танец с Эльфманом? Или, что ещё смешнее, с Нацу? Все журналы и газеты вечно проходились по нему, называя его чуть ли не стихийным бедствием в человеческом обличье. Хотя… их с Люси выступление, кажется, несколько подняло его в глазах некоторых девушек? Она заметила пару заинтересованных взглядов, брошенных в его сторону.       — Вку-у-сная рыбка, — Хэппи жмурился, облизывая лапки после пятой подряд порции жареного угря в соевом соусе.       — Эй, Люфи, прифоединяйфя! — Нацу размахивал вилкой, с набитым до отказа ртом картошки с мясом. Крошки летели во все стороны, а соус капал на его парадный жилет, оставляя жирные пятна.       — Аппетит пропал… — пробормотала она, отодвигая свою нетронутую тарелку.       — О-о-о, — Грей, проходя мимо их столика с бокалом чего-то шипучего, ухмыльнулся. — У нашей принцессы слишком нежный желудок для настоящей еды простых смертных?       — Лучше нежный желудок, чем вечно голый торс! — парировала Люси, не задумываясь.       Грей дёрнулся, выпучив глаза.       — Чёрт! Опять!       — С-соперница… — прошипела невесть откуда взявшаяся Джувия, покусывая краешек столовой салфетки. — Ты… ты специально его дразнишь…       — Да никакая я не соперница, Джувия, я просто… — Люси вздохнула и продолжила: — Он сам себя раздевает! Это его натуральное состояние!       Джувия наклонилась к Люси ближе, размахивая вилкой как крошечным кинжалом:       — Тогда почему он всегда краснеет и злится, когда вы спорите?! Почему он смотрит на тебя?!       Люси закатила глаза, чувствуя приближение мигрени.       — Потому что он идиот! Потому что у него в голове вместо мозгов — ледяная ванна! Потому что…       Вдруг со стороны Нацу раздался громкий, выразительный хруст.       Он с преувеличенной небрежностью разломил куриную ножку пополам. Его взгляд, острый и цепкий, был устремлён на Грея, и в нём читался вызов.       — Чё-то не так, пустоголовый? — Грей навис над Нацу.       — Чё сказал, извращенец отмороженный? — Нацу встал, и они столкнулись лбами, как два барана. Между ними запахло морозом и гарью.       — Грей, штаны… — простонала Люси, прикрыв глаза ладонью.       — У него трусы в синих снежинках! — захихикал Хэппи, указывая лапкой.       Дамы ахнули и завелись веерами, мужчины загоготали.       — Грей-сама… — Джувия чуть ли не плакала. То ли от восторга, то ли от ужаса, что соперниц с каждой секундой становится всё больше.       — ХА! — заржал Нацу, торжествуя. — Ты специально их под этот случай заготовил?! Чтобы всех поразить своим ледяным шиком?!       Люси опустила голову на стол, стукнувшись лбом о тарелку.       — Опять они за своё…       Мираджейн, стоявшая на сцене, прокричала в микрофон:       — Кажется, у нас появился новый фаворит аукциона! Кто даст больше за эксклюзивное свидание с Греем Фулбастером в фирменных снежинковых трусах? Ставки возрастают!       Грей издал звук, похожий на предсмертный хрип феникса, и бросился натягивать валявшиеся рядом штаны, которые кто-то услужливо подкинул.       — Похоже, Грей, «сладкой ночи» в компании прекрасной дамы тебе сегодня не избежать… — заметила Люси.       — Хм, это мы ещё посмотрим, — объявила Эрза, доедая очередной кусочек торта.       Конечно, она уже знала истинный смысл этих слов. И ночь бесконечных тортиков, эклеров и клубничного мусса в лучшей кондитерской города она просто никак не могла уступить никому другому. Иначе как бы она вообще разрешила публиковать эту двусмысленную рекламу с такими грязными намеками?       Но другие не знали. Люси вытаращила глаза, Нацу подавился куриной костью, Хэппи остолбенел, впервые в жизни не придумав ни одного ехидного комментария.       — Я не проиграю! — Эрза щёлкнула пальцами. Вспышка розового света окутала её фигуру, и когда он рассеялся…       Перед заинтригованной публикой предстала… девушка-кролик. В откровенном чёрном боди с кружевами, в сетчатых чулках и с пушистыми розовыми ушками на голове. Её маленький помпон хвостик весело подрагивал в такт заигравшей вдруг задорной музыке.       — Ну, Эрза, я тебе не проиграю!!! — вскрикнула Мираджейн, загораясь духом соперничества. И в следующее мгновение, щёлкнув пальцами…       Превратилась в девушку с головой гигантского, ярко-красного краба. Её блестящий панцирь переливался под светом люстр, а длинные, тонкие усики колыхались в воздухе.       — Краб!!! — глаза Хэппи стали огромными и влажными, изо рта тут же начала капать слюна.       — Сладкая ночь будет моя! — проскрежетала она (как умела) крабьими челюстями.       Грей побледнел и врезался в стол с закусками. Фондю качнулось, но не упало.       — Ох ты ж… Это уже кошмар наяву! Я в аду?!       Люси сползла под стол, натянув на себя скатерть:       — Я… вообще-то здесь случайно. Просто проходила мимо. Меня тут нет.       — Ты что, не собираешься побороться за приз, Люси? — с полным ртом картошки, спросил Нацу. — У тебя же тоже есть всякие извращенские костюмчики.       — Ни за что на свете! — взвизгнула Люси из-под стола. — Сам «выигрывай» эту дурацкую ночь, если хочешь!       — Да кому в здравом уме захочется танцевать с этим тупоголовым оболтусом? — ухмыльнулся Грей, оправившись от шока. — Даже ты, Люси, на аукционе его бы не выбрала! Сознайся!       — Нарываешься, снежинковые трусы?! — Нацу вспыхнул, как факел, сжигая остатки своей порции.       Люси застонала, чувствуя, как ситуация снова катится в преисподнюю:       — О, великие небеса, ну почему я всегда оказываюсь между вами, как бутербродная прослойка?!       Хэппи подмигнул:       — Может, ты просто им обоим нравишься?       Острый, как сонар, слух Джувии уловил эти слова моментально. Её лицо исказилось.       — СОПЕРНИЦА!!! — её крик сотряс стеклянные бокалы на ближайших столах, а аура вокруг стала чернее самой тёмной морской бездны. Вода в кувшинах и бокалах закипела, превращаясь в клубы пара.       Люси отпрыгнула назад, увидев, как Джувия достаёт из складок своего платья что-то очень острое, блестящее и подозрительно похожее на вилку.       — П-погоди! Это не так! Я вообще-то тут просто стояла!       Но Джувия уже неслась на неё, размахивая столовыми приборами, которые в её руках покрылись водяным вихрем и заострились, как кинжалы:       — Ты украла внимание Грея-сама! Ты смеёшься над его трусами!       Грей закрыл лицо руками:       — Опять эта драма?! Каждый раз!       Нацу, вместо того чтобы помочь или остановить, раздул пламя в ладонях:       — Давай, Люси! Покажи этой водяной истеричке, кто здесь главная!       Люси взвизгнула, уворачиваясь от летящей в неё мокрой вилки, и в панике схватила первое, что попало под руку — огромный, многоярусный торт с кремом и клубникой, стоявший на соседнем столе для торжественного разрезания.       — Получай, Джувия, и остынь!       Торт, описывая в воздухе дугу, прилетел в лицо водной волшебнице, оставив кремовые усы и ягодные очки.       На секунду воцарилась тишина.       А потом…       — М-мой… м-мой т-тортик… — дрожащим, детским, бесконечно расстроенным голоском прошептала… девушка-кролик. Её пушистые ушки печально поникли, а большие глаза наполнились самыми настоящими, крупными слезами, которые покатились по её щёчкам.       «Как же это мило и трогательно…!!!» — пронеслось в головах у зрителей. Ставка росла в геометрической прогрессии.       Люси вздрогнула и застыла, как статуя, ощущая, как по её спине пробежал ледяной поток животного ужаса. Она повернула голову в сторону Эрзы-кролика.       — ЛЮСИ, БЕЖИМ, ПРОСТО БЕЖИМ ОТСЮДА!!! — Нацу схватил её за запястье и рванул прочь от эпицентра надвигающейся катастрофы, оставляя за собой огненный след на паркете. Его инстинкт самосохранения выл сиреной.       — КТО. ЭТО. СДЕЛАЛ. С. МОИМ. ТОРТОМ?! — рёв Титании (уже без всяких кроличьих ушек, в полном боевом облачении) сотряс стены гильдии. Столы задрожали, а несколько хрустальных бокалов на ближайшем столике лопнули от резонанса, рассыпавшись бриллиантовой пылью.       «Совсем не мило!!!» — переменили мнение зрители, мигом протрезвев. Но смотреть не перестали — напротив, в их глазах вспыхнул тот самый азарт, который предвосхищает кровавую драку.       Джувия, стоявшая в двух шагах с размазанным по лицу тортом, подняла руку, указывая пальцем (торчащим из крема) в сторону убегающих Люси и Нацу:       — Э-это была она… Это несчастная случайность… она первой начала…       — П-погоди, Эрза, не торопись с выводами! — Грей, движимый сумасшедшим героизмом (или желанием просто выжить), вступился, оглядываясь вокруг в поисках запасного торта или хоть какого-нибудь десерта для умиротворения. — Может, всё можно исправить… торт…       Но время на дипломатию вышло.       Послышался треск и свист рассекаемого воздуха. Грей отправился в впечатляющий, свободный полёт через весь зал, приземлившись в мягкие объятия декоративной пальмы в углу.       — Грей-сама… — Джувия, сбросив с себя остатки торта, бросилась к нему, прижимая к себе так крепко, что у того затрещали рёбра. — Вы… вы защитили Джувию! Вы мой герой!!!       Грей, ещё не пришедший в себя после полёта и объятий, только пробормотал, глядя в потолок:       — Я… я просто хотел выжить…       И благополучно отключился.       Эрза, судя по фырканью, осталась удовлетворена. Она нашла уцелевший кусок торта на другом конце стола и принялась методично его уничтожать, бросая на Грея и Джувию тяжёлые, подозрительные взгляды.       А тем временем Люси и Нацу, спрятавшиеся за массивной барной стойкой, переглянулись. На полу, в тесном пространстве среди ящиков, они сидели вплотную друг к другу, прижавшись бок к боку в леденящей панике. Люси чувствовала, как часто и громко бьётся сердце Нацу сквозь ткань его костюма, ритм почти совпадал с её собственным.       — К-кажется… пронесло… — выдохнул Нацу, его дыхание сбилось.       — Д-да… На этот раз… — прошептала Люси.       Она отпрянула, когда осознала, насколько они близки в полумраке за барной стойкой. Она могла пересчитать каждую его ресницу, разглядеть мельчайшие золотистые искорки в его тёмных, расширенных от адреналина глазах, почувствовать его горячее, прерывистое дыхание на своих губах. Сердце застучало о рёбра, она толкнула его в плечо.       — Эй, ты чего толкаешься?! — Нацу нахмурился, потирая ушибленное место.       — Ничего… просто… от тебя курицей воняет! — выпалила Люси, краснея до самых кончиков ушей.       — Разве? — Нацу понюхал свою ладонь, затем рукав. — Но это же приятный запах! Настоящей еды!       — Разве что для тебя и для Хэппи… — пробормотала Люси, отворачиваясь.       Нацу поднял брови. Разве кому-то в мире может не нравиться запах жареной курицы? Это же один из лучших запахов на свете! Он даже немного обиделся за курицу.       — Чем это вы тут в темноте занимаетесь… — хихикнул где-то сверху Хэппи. Его мордочка высунулась из-за края стойки.       Люси и Нацу моментально выскочили из укрытия, стараясь выглядеть так, будто они просто случайно там оказались и совсем не прижимались друг к другу в панике. Но было поздно — кое-кто из гильдии (Джет, Дрой, а также пара любопытных гостей) уже поглядывал в их сторону, перешёптываясь и посмеиваясь.       Тем временем толпа в зале загудела с новой силой — кульминация вечера, аукцион на танцы, была уже на носу. Мира, уловив настроение и успокоившись после своего крабьего превращения, взобралась на сцену, хлопнув в ладоши.       — Дорогие, самые щедрые гости! Внимание, прошу внимания!!! — её голос, усиленный магией, перекрыл общий шум. — Мы собрали первоначальные, анонимные взносы, и теперь настал момент, которого, я знаю, многие ждали с замиранием сердца!       Зал взорвался аплодисментами и возбуждённым гулом.       — Скоро вы сможете побороться за право одного танца с избранным волшебником или волшебницей гильдии «Хвоста Феи»!       Нацу повернулся к Люси, заставив её кудри подпрыгнуть от порыва воздуха.       — О, это же про меня сейчас будет! — заявил он, подбоченясь. — Я же самый популярный, да?       — В твоих самых смелых грёзах, может быть, — фыркнула Люси.