Я герой? Нет, не может быть!

Проснулась Женя от того, что желудок скрутило в тугой узел. Она лежала в футоне, чувствуя, как голод буквально выгрызает её изнутри. Вчера она почти ничего не ела — сначала забыла, потом не успела, а потом просто не хотелось. Сейчас организм требовал своё. ‎ ‎Она встала, натянула любимую мягкую кофту и поплелась на кухню, потирая заспанные глаза. ‎ ‎На кухне уже сидела вся маленькая семья. Хиросу листал что-то в телефоне, Юмэри пила свой вечный зелёный чай, а Харуки, уже освоившийся и даже начавший улыбаться, уплетал кашу с такой скоростью, будто боялся, что еда исчезнет. ‎ ‎— Доброе утро... — Женя заглянула в холодильник, надеясь найти что-то съедобное. ‎ ‎— Доброе, — Хиросу оторвался от телефона, наблюдая за её манипуляциями. — Ищешь что-то конкретное или просто решила устроить ревизию продуктов? ‎ ‎— А... Просто есть хочется, — буркнула Женя, закрывая холодильник, в котором, к её разочарованию, не оказалось ничего готового, что можно было бы схватить и съесть. ‎ ‎Она подошла к плите, открыла кастрюли. Пюре, котлета — вчерашние, но вполне съедобные. Она наложила себе полную тарелку и уселась за стол, чувствуя, как слюна собирается во рту. ‎ ‎— Приятного аппетита, — улыбнулась Юмэри. — Кстати, Жень, у меня к тебе важный разговор. ‎ ‎Женя подняла глаза. Голос Юмэри был серьёзным, без привычной теплоты. Значит, действительно что-то важное. ‎ ‎— Хорошо, сейчас покушаю, — коротко кивнула она и принялась за еду, стараясь не затягивать. ‎ ‎Ела она быстро, почти не чувствуя вкуса, только механически отправляя пищу в рот. Голод был слишком сильным, чтобы наслаждаться. Харуки поглядывал на неё с любопытством, но ничего не спрашивал — уже привык, что Женя иногда ест так, будто кто-то может отнять тарелку в любой момент. ‎ ‎Когда тарелка опустела, Женя быстро сполоснула её и пошла за Юмэри, которая уже направилась в её комнату. ‎ ‎--- ‎ ‎— Закрой дверь, — сказала Юмэри, когда они вошли. ‎ ‎Женя послушалась и села на футон, чувствуя, как внутри зарождается тревога. Юмэри присела рядом, положила руки на колени и посмотрела на неё долгим, внимательным взглядом. ‎ ‎— Я подала твои документы в Юэй, — начала она без предисловий. ‎ ‎Женя моргнула. В Юэй? Академию героев? Её? ‎ ‎— Экзамен через четыре дня, — продолжила Юмэри. — Письменный и практический. Документы уже одобрили, электронная подача сработала на ура. — Она помолчала. — Ты готова? ‎ ‎— Я... — Женя растерянно смотрела на неё. — Я же беспричудная. Зачем мне Юэй? Я не смогу... ‎ ‎— Сможешь, — твёрдо перебила её Юмэри. — Ты сильная, умная, и у тебя есть то, чего нет у многих причудливых — воля и умение драться. Академия принимает беспричудных, если они проходят испытания. Были прецеденты. — Она взяла Женю за руку. — Я не заставляю тебя. Если не хочешь — мы найдём другой путь. Но я верю, что у тебя получится. ‎ ‎Женя молчала, переваривая информацию. Юэй. Академия, где учатся будущие герои. Место, о котором она когда-то мечтала, глядя на плакаты с героями, даже не веря, что такое возможно. ‎ ‎— Я попробую, — сказала она наконец. ‎ ‎Юмэри улыбнулась и сжала её руку. ‎ ‎— Вот и молодец. ‎ ‎--- ‎ ‎Следующие четыре дня превратились в ад. ‎ ‎Женя училась с утра до ночи. Хиросу таскал её на крыши и заставлял отрабатывать паркур снова и снова, пока ноги не начинали гореть, а дыхание не сбивалось. Юмэри натаскивала её по теории — история героев, законы, правила поведения на экзамене, типы причуд и их слабые места. ‎ ‎— Если столкнёшься с кем-то, чья причуда тебя сильнее, — говорила она, — не лезь в лобовую. Используй окружение, используй их слабости, используй их самоуверенность. Ты умнее, быстрее и хитрее. Помни об этом. ‎ ‎Харуки приносил ей воду и еду, когда она забывала поесть, и сидел рядом, молча поддерживая своим присутствием. Он ещё не до конца понимал, что происходит, но видел, что Жене это важно, и старался помочь как мог. ‎ ‎Женя спала по четыре часа в сутки, вставала затемно и продолжала готовиться. Ночи напролёт она сидела над учебниками, вдалбливая в голову даты, имена, законы. Руки были в мозолях от постоянных тренировок, мышцы ныли, голова гудела от информации, но она не останавливалась. ‎ ‎В последний вечер перед экзаменом Юмэри зашла к ней и застала Женю за чтением в третий раз одного и того же раздела. ‎ ‎— Хватит, — сказала она, закрывая учебник. — Ты готова. Ложись спать. ‎ ‎— Я не всё повторила, — попыталась возразить Женя. ‎ ‎— Ты повторила всё по три раза. Если не выучила до сих пор — уже не выучишь. Отдыхай, завтра нужны силы. ‎ ‎Женя хотела спорить, но Юмэри посмотрела на неё так, что спорить расхотелось. Она кивнула, залезла в футон и уставилась в потолок. ‎ ‎— Юмэри-сан, — позвала она, когда женщина уже была у двери. ‎ ‎— М-м? ‎ ‎— А если я не сдам? ‎ ‎Юмэри обернулась. В темноте её лица было не разглядеть, но голос звучал мягко. ‎ ‎— Значит, не сдашь. Это не конец света. Ты уже больше, чем просто экзамен. Спи. ‎ ‎Дверь закрылась. Женя лежала, прижимая к себе лисёнка, и думала о завтрашнем дне. Сердце колотилось где-то в горле, пальцы дрожали. Она не боялась экзамена — она боялась разочаровать. Хиросу. Юмэри. Харуки, который смотрел на неё с надеждой. Себя. ‎ ‎— Всё будет хорошо, — прошептала она в темноту. И почти поверила. ‎ ‎--- ‎ ‎Утро экзамена ‎ ‎Юэй встретила её огромными воротами, которые казались больше, чем на фотографиях. Женя стояла у входа, чувствуя себя маленькой и ничтожной. Вокруг собирались другие абитуриенты — уверенные, сильные, многие уже демонстрировали свои причуды, кто-то метал искры, кто-то парил в воздухе. ‎ ‎— Ты справишься, — шепнул Хиросу, который вызвался её сопровождать. — Вспомни всё, чему мы тебя учили. Ты сильнее, чем кажешься. ‎ ‎Женя кивнула, поправила лямку рюкзака и шагнула вперёд. ‎ ‎Письменный экзамен прошёл... сносно. Вопросы были сложными, но не непосильными. Женя отвечала на одни, гадала на других, пропускала третьи. Когда время вышло, она вышла из аудитории с чувством, что сделала всё, что могла. ‎ ‎Практическая часть должна была начаться через час. Женя нашла скамейку, достала бутылку воды и попыталась успокоить дыхание. Вокруг неё кипела жизнь — абитуриенты обсуждали задания, кто-то нервничал, кто-то хвастался. Женя старалась не слушать, но слова сами врезались в память. ‎ ‎— ...беспричудная, представляешь? Зачем она вообще пришла? ‎ ‎— Наверное, надеется на чудо... ‎ ‎— Зря. Без причуды в Юэй не берут. ‎ ‎Женя сжала бутылку так, что пластик захрустел. Она не обернулась, не ответила. Только сделала глубокий вдох и заставила себя успокоиться. ‎ ‎--- ‎ ‎Когда её вызвали на практическую часть, она стояла в группе из тридцати человек на огромной полигоне, имитирующем городскую застройку. Инструктор — герой, которого она не узнала — объяснял правила: нужно набрать очки, обезвреживая роботов-противников разного уровня сложности. ‎ ‎— Вопросы? — спросил инструктор. ‎ ‎— У меня есть, — раздался голос сзади. ‎ ‎Женя обернулась. Парень, который говорил о ней на скамейке, поднял руку. ‎ ‎— Что насчёт беспричудных? — спросил он, и в голосе его звучала откровенная насмешка. — Они тоже участвуют? Или для них отдельные условия? ‎ ‎Инструктор нахмурился. ‎ ‎— Все участники равны. Если абитуриент сдал документы и прошёл предварительный отбор, он имеет право участвовать. Следующий вопрос? ‎ ‎Но парень не унимался. Он обернулся к Жене, и его лицо расплылось в самодовольной улыбке. ‎ ‎— Слышишь, беспричудная? Может, тебе сразу пойти домой, пока никто не пострадал? А то роботы — штука опасная, вдруг покалечат кого случайно... ‎ ‎Вокруг засмеялись. Женя чувствовала, как кровь приливает к лицу, как кулаки сжимаются сами собой. Она сделала шаг вперёд, но инструктор перехватил её взглядом. ‎ ‎— Всем занять позиции! — рявкнул он. — Начало через три минуты! ‎ ‎Парень хмыкнул и отошёл, бросив на Женю последний насмешливый взгляд. ‎ ‎--- ‎ ‎Старт дали, и полигон ожил. ‎ ‎Роботы выкатывались из укрытий, абитуриенты бросались в бой. Женя не стала ждать — она сразу рванула вперёд, используя всё, чему научил её Хиросу. Перекат, прыжок, удар телескопической дубинкой — первый робот рухнул, искря. Второй — она обошла, используя скорость. Третий — сбила, метнув обломок арматуры, который предусмотрительно прихватила с собой. ‎ ‎Счётчик очков показывал рост. Женя двигалась быстро, используя здания как укрытия, заходя с флангов, атакуя неожиданно. Она чувствовала, как адреналин наполняет кровь, как тело работает на пределе. ‎ ‎— Неплохо для беспричудной, — раздался голос сбоку. ‎ ‎Тот парень. Он стоял на крыше соседнего здания, его причуда, судя по всему, позволяла управлять металлом. Вокруг него кружились обломки роботов, которых он уже уничтожил. ‎ ‎— Свали, — коротко бросила Женя, не останавливаясь. ‎ ‎— А вот это вряд ли, — ухмыльнулся он. — Я просто хочу посмотреть, как ты справляешься. Ты же такая крутая, да? ‎ ‎Он поднял руку, и один из обломков металла сорвался с места, просвистел в воздухе и ударил в робота, который шёл на Женю сзади. Робот рухнул в трёх метрах от неё. ‎ ‎— Видишь? — парень спрыгнул с крыши, приземлившись рядом. — Без меня бы ты не справилась. Может, тебе стоит поблагодарить? ‎ ‎Женя сжала дубинку. ‎ ‎— Я не просила о помощи. ‎ ‎— А я и не предлагал, — его улыбка стала шире. — Просто помогаю слабым. Это же долг героя, да? ‎ ‎Он сделал шаг вперёд, и в этот момент из-за угла выехал огромный робот — самый крупный, которого Женя видела. Парень отвлёкся, и Женя рванула вперёд, чтобы атаковать, но он опередил её — металлический обломок врезался в ногу робота, но задел и Женю, сбив её с ног. ‎ ‎— Ой, извини, — крикнул он с улыбкой. — Не специально. ‎ ‎Женя вскочила, но в этот момент к ним подбежал инструктор. ‎ ‎— Стоп! — рявкнул он. — Экзамен прерван! ‎ ‎Парень замер, его улыбка исчезла. Женя тоже остановилась, не понимая. ‎ ‎— Оба — ко мне, — приказал инструктор. — Немедленно. ‎ ‎--- ‎ ‎В комнате для разбора было холодно и официально. Инструктор сидел за столом, напротив — Женя и тот парень, который, как выяснилось, звался Като Рен. ‎ ‎— Вы оба нарушили правила, — сухо сказал инструктор. — Като — использование причуды против другого абитуриента. Имаи — провокация и участие в конфликте во время экзамена. ‎ ‎— Я не провоцировала! — вырвалось у Жени. — Он первый начал! ‎ ‎— Слово «первый» здесь не работает, — отрезал инструктор. — Вы оба показали, что не способны работать в команде, не способны контролировать свои эмоции и ставить задачу выше личных обид. Это не те качества, которые мы ищем в будущих героях. ‎ ‎Като попытался возразить, но инструктор поднял руку. ‎ ‎— Решение принято. Вы отстраняетесь от дальнейшего прохождения экзамена. Результаты аннулируются. Можете подавать документы в следующем году, если захотите. ‎ ‎Женя сидела, глядя в одну точку. Она не слышала, как Като что-то кричал, как его вывели, как инструктор что-то говорил ей про «понимание ситуации» и «надежду на лучшее в будущем». В голове пульсировало только одно: она провалилась. Не потому, что не справилась. Потому что кто-то решил, что она не имеет права здесь быть. ‎ ‎Она вышла из здания Юэй, не помня, как прошла по коридорам, как миновала ворота. Хиросу ждал её у входа, но она прошла мимо, не поднимая глаз. ‎ ‎— Женя? — окликнул он, обеспокоенный. ‎ ‎Она не ответила. Просто шла вперёд, не разбирая дороги, пока не свернула в какой-то переулок. Там она остановилась, прислонилась к стене и дала волю слезам. ‎ ‎Они текли по щекам, горячие и солёные, и она не могла их остановить. Женя плакала навзрыд, как не плакала даже тогда, на крыше, когда поняла, что боится смерти. Она била кулаками по стене, сдирая кожу, и не чувствовала боли. Она ненавидела того парня, ненавидела инструктора, ненавидела Юэй, ненавидела себя за то, что не смогла промолчать, не смогла стерпеть, не смогла просто пройти мимо. ‎ ‎— Дура, — шептала она сквозь слёзы. — Дура, дура, дура... ‎ ‎--- ‎ ‎Домой она вернулась только к вечеру. Глаза опухли, на руках были ссадины, и она выглядела так, будто прошла через войну. ‎ ‎Юмэри встретила её на пороге, и по её лицу Женя поняла, что Хиросу уже всё рассказал. ‎ ‎— Женя... — начала Юмэри. ‎ ‎— Не надо, — перебила Женя, проходя мимо. — Я не хочу об этом говорить. ‎ ‎Она закрылась в своей комнате, заперла дверь и рухнула на футон. Лисёнок смотрел на неё пустыми глазами, и ей показалось, что даже он её осуждает. ‎ ‎— Я не смогла, — прошептала она, прижимая его к груди. — Я не смогла. ‎ ‎В дверь постучали. Тихий, робкий стук. ‎ ‎— Женя? — голос Харуки. — Ты как? Я тебе чай принёс... ‎ ‎— Не сейчас, — ответила она, чувствуя, как горло снова сжимается. ‎ ‎— Хорошо... — мальчик помолчал. — Я тут, если что. ‎ ‎Шаги удалились. Женя лежала, глядя в потолок, и не могла заснуть. В голове крутились обрывки экзамена, лицо Като, его насмешливая улыбка, голос инструктора, объявляющего об отстранении. ‎ ‎Она не выходила из комнаты три дня. Ела через силу, когда Юмэри приносила еду и ставила у двери. На разговоры отвечала односложно или не отвечала вовсе. Спала урывками, просыпалась от кошмаров, в которых её снова и снова отстраняли, а она стояла и не могла ничего сказать. ‎ ‎Хиросу пытался поговорить с ней, но натыкался на глухую стену. Юмэри приходила, садилась рядом, молча гладила по голове. Харуки приносил ей рисунки, которые оставлял под дверью. ‎ ‎На четвёртый день Женя наконец вышла. Она была бледной, исхудавшей, с тёмными кругами под глазами, но на ногах держалась. ‎ ‎— Я в душ, — коротко сказала она и скрылась в ванной. ‎ ‎Никто её не останавливал. ‎ ‎--- ‎ ‎Через неделю пришло первое письмо. Женя сидела на кухне, пила чай и смотрела в одну точку, когда Юмэри положила перед ней конверт. ‎ ‎— Из академии Кесе, — сказала она. — Принимают на геройский факультет. ‎ ‎Женя взяла письмо, прочитала. Обычный текст, стандартная форма. Принята. Может начать обучение со следующего семестра. ‎ ‎— Мне всё равно, — сказала она, откладывая письмо. ‎ ‎На следующий день пришло второе. Потом третье, четвёртое. Академии, которые Женя даже не рассматривала, вдруг стали предлагать ей места. Кто-то узнал о её случае в Юэй, кто-то просто искал способных абитуриентов, проваливших экзамен по неспортивным причинам. ‎ ‎— Академия Сикай, — читала Юмэри список. — Технический университет Мусата, факультет поддержки героев. Академия Хокуто... ‎ ‎— Остановись, — перебила Женя. — Что за академия Хокуто? ‎ ‎Юмэри заглянула в письмо. ‎ ‎— Частная академия. Небольшая, но с хорошей репутацией. Тесно сотрудничает с Юэй — у них общие программы обмена, совместные тренировки. Готовят в основном операторов поддержки, аналитиков, но есть и геройский факультет. Принимают беспричудных. ‎ ‎Женя взяла письмо, перечитала. Хокуто. Не Юэй. Не то место, о котором она мечтала. Но... место, где её готовы принять. Где она сможет учиться. Где не будут смеяться над ней за то, что она родилась без причуды. ‎ ‎— Соглашайся, — сказала она. ‎ ‎Юмэри посмотрела на неё внимательно. ‎ ‎— Уверена? ‎ ‎— Да. ‎ ‎--- ‎ ‎В день, когда пришло официальное подтверждение о зачислении, Женя сидела на крыше своего дома и смотрела на город. Солнце садилось, окрашивая небо в розовый и золотой. ‎ ‎Хокуто. Не Юэй. Не то, что она хотела. Но... что-то. ‎ ‎Она думала о том, что случилось на экзамене. О парне, который решил, что она не имеет права там быть. Об инструкторе, который даже не попытался разобраться. О том, как легко её выбросили, как ненужную деталь. ‎ ‎— Но я всё равно здесь, — сказала она вслух. — И я не сдалась. ‎ ‎Сзади послышался шорох. Женя обернулась — на крышу выбрался Хиросу. ‎ ‎— Думал, ты захочешь побыть одна, — сказал он, присаживаясь рядом. — Но потом решил, что одной, наверное, тяжело. ‎ ‎Женя промолчала, но не отодвинулась. ‎ ‎— Хокуто — хорошая академия, — продолжил он. — Мы с Юмэри смотрели их программу. Они делают упор на тактику, аналитику, работу с информацией. Для тебя это идеально. Ты же у нас будущий гений информационной войны. ‎ ‎— Не надо меня утешать, — тихо сказала Женя. ‎ ‎— А я и не утешаю, — пожал плечами Хиросу. — Я говорю факты. Ты не прошла в Юэй — это не конец. Это просто... другой путь. Может быть, даже лучший. ‎ ‎Женя посмотрела на него. Он улыбался — той своей тёплой, немного дурашливой улыбкой, от которой всегда становилось легче. ‎ ‎— Ты правда так думаешь? ‎ ‎— Уверен. ‎ ‎Она вздохнула и, сама не зная почему, прижалась плечом к его плечу. Хиросу не отодвинулся, только положил руку ей на голову, как делал когда-то отец, которого у неё никогда не было. ‎ ‎— Спасибо, — прошептала она. ‎ ‎— Не за что, мелкая. ‎ ‎--- ‎ ‎Вечером Женя лежала в футоне, прижимая к себе лисёнка. В голове крутились мысли о Хокуто, о новой школе, о том, что ждёт её впереди. Страшно было. Но не так, как раньше. ‎ ‎Раньше она боялась только смерти. Теперь она боялась разочаровать тех, кто в неё верит. ‎ ‎— Завтра будет новый день, — прошептала она в темноту. — И я с ним справлюсь. ‎ ‎Лисёнок молчал, но она знала — он верит в неё. ‎ ‎С этой мыслью Женя и уснула. Тяжело, тревожно, но с маленькой искоркой надежды, которая, вопреки всему, продолжала теплиться в груди. ‎