Там, где поют кораллы

ed sheeran — take me back to london

      Черный автомобиль проносится на очередном повороте, прежде чем сбавить скорость перед светофором. В салоне пахнет кожей, парфюмом от Тома Форда и орхидеями. Бросив взгляд за окно, развалившийся на заднем сиденье парень проверяет, как долго еще ехать. Устало вздохнув, он ерзает на месте и, достав телефон, проверяет, нет ли новых сообщений. Пусто. Задрав обтянутую дорогой тканью новеньких брюк ногу, он поправляет ворот рубашки и протяжно вздыхает. Влажный асфальт слегка блестит после ночной мороси, а в воздухе еще висит прохладная дымка. Машина мчит по узким улочкам, между темными кирпичными фасадами, чугунными оградами и рядами уютных домов с белыми оконными рамами. Двухэтажные автобусы выезжают на маршруты, такси снуют мимо, а на тротуарах появляется все больше еще сонных прохожих с дымящимся кофе.       Джордж Расселл всегда считал Лондон лучшим городом на планете, потому что здесь, как нигде больше, он чувствует себя на своем месте. Его не пугают и не отталкивают серость неба и угрюмость чужих лиц. В отличие от многих, Джордж всегда чувствует легкость, превосходство и власть, которыми он так умело распоряжается.        — Только не встань в пробку, — бросает он водителю, и тот отвечает коротким кивком, поймав взгляд Джорджа в зеркале.        Джордж: Еще минут сорок, и буду у тебя       Он смотрит в экран телефона, но даже когда сообщение оказывается прочитанным, в ответ ничего не приходит. Нахмурив брови, Джордж нервно поправляет рукава рубашки и вздыхает, кажется, в сотый раз за это утро. Отвернувшись к окну, он решает отвлечься, разглядывая мелькающие улицы. Колеса шуршат по разметке, и город быстро сменяется кадрами: мосты над Темзой, повороты у маленьких скверов, забитые остановки и стеклянные офисы. Наслаждаясь видом Джордж думает о том, что уже завтра он будет вдали отсюда: наслаждаться пляжем под палящим солнцем с прохладным коктейлем в руке.        Покинув пределы города, автомобиль въезжает на территорию знаменитого графства. Поездка по Суррею занимает около получаса, прежде чем автоматические ворота распахиваются и впускают гостя на территорию семейства Пиастри — в поместье Уилмор-Холл. Старинное здание величественно возвышается над окружающим ландшафтом, храня внутри вековые тайны. Фасад из светло-коричневого камня, высокие арочные окна, обрамленные резными наличниками, и крыша из темно-серой черепицы. Машина проезжает по подъездной дорожке, выложенной крупными булыжниками, по обе стороны от которой растут высокие кипарисы и белые розы. Когда водитель открывает дверь, Джордж выходит из машины, преисполненный странного внутреннего возбуждения. Однако тот факт, что его лучший друг так и не ответил на сообщение, заставляет парня напрячься.        — Мистер Расселл, — дворецкий вежливо кивает, пропуская гостя в просторный светлый холл и указывает рукой в сторону гостиной. — Мистер Пиастри на веранде.       — Сделаю ему сюрприз, — кивает Джордж, но дворецкий спешит за ним, преграждая путь с озадаченным и слегка виноватым видом.        — Боюсь, вам придется подождать в гостиной, сэр, — он выдерживает паузу, и Джордж удивленно вскидывает бровь. — Он сейчас беседует с отцом.        Джордж выдает протяжное: «Оу» и, развернувшись на каблуках своих дорогих туфлей, уходит в гостиную. Он нервно трясет ногой, переписываясь со своей помощницей и уточняя, все ли готово. Мысленно Джордж изо всех сил убеждает себя перестать волноваться. Он слишком долго ждал эту поездку и все, чего он хочет, — чтобы ничто не испортило ее. Когда Оскар неожиданно и почти беззвучно, словно привидение, входит в комнату, Джордж вздрагивает.       — Привет, — натянуто улыбнувшись, Оск протягивает ему руку, и Джордж встает.         — Прошло не очень? — с виноватым видом, Расселл хлопает парня по плечу и делает шаг назад, чтобы взглянуть Оскару в глаза. Тот мотает головой, и его взгляд говорит куда больше, чем слова. — Мне жаль.       — Неважно, — отмахнувшись, юный Пиастри, сует руки в карманы брюк и пожимает плечами. — Я не хочу, чтобы это повлияло на нашу поездку.        Джордж тепло улыбается ему и кивает.        — Поверь мне, я собираюсь сделать ее незабываемой! — он сверкает глазами, преисполненный хитрых планов, и это наконец заставляет приунывшего Оскара улыбнуться.       — Берта сделала чай в саду, идем, — кивнув на двери, Оск выходит первым, и Джордж послушно следует за ним, спрятав телефон в карман.        И хотя на лице сияет улыбка, на душе у него паршиво. Джордж знает, что «проблема», как называет ее сам Оскар, никуда не денется, и мысль о ней будет преследовать их все каникулы.        Будучи вторым сыном лорда Расселла, Джордж не унаследовал права возглавить империю отца, так как эта роль в будущем достанется его старшему брату. И если в детстве совсем юный Джордж был огорчен этим фактом, то сейчас он чувствовал, что ему это только на руку. Предоставленный сам себе с огромным влиянием в обществе, трастовым фондом в миллионы фунтов стерлингов и потрясающим вкусом во всем, Джордж сам выстраивает свой путь по жизни. Пусть порой некоторые из его выборов и не устраивают отца, так или иначе, Джордж не жалуется.        Оскару Пиастри повезло куда меньше. Единственный и любимый сын в семье, от которого требуют куда больше, чем следовало бы, всегда подвергается давлению и осуждению. Навязанные стандарты и правила душат и делают из него послушную марионетку во властных руках Криса Пиастри. Но даже когда что-то шло не так, как этого хотел Оскар, он никогда не жаловался. Никогда вплоть до того дня, когда в ужасе сообщил Джорджу, что отец подобрал для него невесту. Это стало пределом терпения юноши.        Это произошло почти год назад, когда Крис посчитал, что юная Элизабет Уэйн станет невероятно подходящей партией для его сына. Элизабет и ее семья гостили в поместье Пиастри множество раз, но после неоднократных бесед Лиззи и Оскар так и не нашли общего языка. Это была катастрофа. Оскар сделал совершенно все, что только мог, чтобы попытаться расторгнуть эту помолвку, но его отец был непреклонен. Выдав замуж свою младшую дочь полгода назад, Крис теперь готов был женить и сына, окончательно решив вопрос с выгодными браками своих детей.       Сегодня Оскар предпринял свою последнюю попытку переубедить отца, но ничего не вышло. И теперь все, что у них с Джорджем осталось — три недели совместного отпуска на солнечном Барбадосе, прежде чем они вернутся в Англию, и в поместье Уилмор-Холл отгремит еще одна роскошная свадьба, которая навсегда оставит Оскара несчастным.        После чая они поднимаются наверх, и Джордж валяется в кровати Оскара, пока тот проверяет, все ли вещи собрал. Решив дать ему немного времени, Джордж молчит. Пролистывая одно забавное видео за другим, он чешет подбородок под тихое ворчание друга, когда дверь внезапно открывается. Оторвав взгляд от экрана телефона, Расселл замечает знакомую светлую макушку и расплывается в обаятельной улыбке.        — Ваше высочество, — дразнит он, отложив телефон, — почтили нас своим присутствием?        — Отсюда шел жуткий запах разложения, так что я решила, что кто-то умер, — фыркает Хэтти, входя внутрь. — Но, похоже, это были мечты Оска.        Повернувшись с недовольным видом, Оскар окидывает сестру своим самым раздраженным взглядом, но та посылает ему воздушный поцелуй и падает на кровать рядом с Джорджем. Подняв руку, тот приобнимает Хэтти, и она с тихим вздохом прижимается к груди парня.        — Все еще не понимаю, почему вы — два придурка, не могли поехать в отпуск до того, как я вышла замуж, — ворчит она, и Джордж слышит, как Оскар недовольно бормочет, не поворачиваясь к ним:       — Очевидно, чтобы не брать тебя с нами.       — Ты отвратительный, — Хэтти говорит это без тени злобы, и Джордж довольно хихикает.        — Вот-вот! Я бы с радостью взял вас с собой, ваше высочество, — он нагло врет, и все трое это отлично знают, просто ему нравится делать вид, что он в этой комнате — самый лучший человек.        — Джордж Расселл, ты всегда был моим любимым братом, — Хэтти вздыхает, толкая его ногой, и Джордж играет бровями, когда ловит на себе недовольный взгляд Оскара.        — Может, мне уступить ей свое место? — тот наконец отрывается от вещей и, сложив руки на груди, недовольно разглядывает развалившихся на его кровати друга и сестру.       — Что ты! — Джордж с притворным ужасом хватается за грудь. — При всей моей любви к принцессе, она только вернулась из свадебного путешествия. А тебе не помешает хороший загар, чтобы выглядеть роскошно под венцом.        — Мама уже выбрала тебе костюм, ты знал? — подначивает Хэтти, и Джордж едва сдерживает смех, видя, как багровеет лицо бедного Оскара.       Нет, он не бесчувственный, ему ужасно жаль Оска, но Джордж никогда не упускает возможность подразнить лучшего друга. Даже если повод для веселья не самый подходящий. Таков уж Джордж.        — Само собой, — Оскар разводит руками и отворачивается, швыряя ремень в раскрытый на полу чемодан. — Еще кто-то хочет выбрать что-то за меня?        — Я выбрал нам абсолютно все, не переживай, — Джордж улыбается, потому что это абсолютная правда.        Эта поездка — его подарок Оскару, чтобы попрощаться с холостяцкой жизнью, так что Джордж взял на себя смелость выбрать все, начиная от места отдыха, заканчивая отелем и даже списком мероприятий. Атлантический океан кажется идеальным вариантом, Джордж так давно хотел оказаться на Барбадосе: прозрачная вода, ром и крикет с карибской расслабленностью. То, что нужно и ничего лишнего.       — Отлично, — тот кивает, вздохнув. — Надеюсь, у тебя запланировано плавание с акулами.        — Нет, — Джордж вдруг садится, нахмурив брови. — А ты хочешь? Я могу добавить.        Это кажется ему неплохой идеей. Джорджу нравятся опасные вещи, в отличие от Оскара. Но тот вдруг закатывает глаза, и Джордж понимает, что это был сарказм.       — Да. Надеюсь, одна из них сожрет меня, — фыркает парень. — Тогда мне не придется возвращаться сюда.        — Идиот, — Джордж тоже закатывает глаза, и Хэтти вдруг поворачивается, будто вспомнив что-то важное.       — Мама попросила тебя остаться на ужин, Джорджи, — радостно протягивает она, и Расселл довольно кивает, расплываясь в улыбке.        Николь — чудесная женщина. Пусть она и мало что могла сделать для детей вопреки воли их отца, но она старалась быть хорошей и любящей матерью. А еще она любила Джорджа. Возможно, даже гораздо больше, чем его собственные родители. Так что Джордж был не против.        — Это замечательно, дорогая! — воркует он, и они оба поворачиваются к Оску. Тот обреченно вздыхает и прячет лицо в руках.

𓆝 𓆟 𓆞

      Вся прелесть богатства в том, что любые дороги всегда открыты. Джорджу нравится быть богатым, ведь он может позволить себе вещи, которые некоторым людям даже не снились. Оскар с ним не согласился бы, потому что, в отличие от Джорджа, он видел минусы в своей аристократичной жизни и распоряжался исключительно деньгами семьи, так как все еще не получил доступ к собственному фонду. Но, хоть Оскар и был занудой, нытиком его уж точно нельзя было назвать, поэтому все невзгоды своей участи принимал с присущим ему достоинством.        Частный самолет садится в международном аэропорту Грантли Адамс около пяти вечера, и, размяв конечности, Джордж с самодовольным видом спускается по трапу. Щурясь от солнца, Оскар следует за ним. Их встречают на должном уровне: fast-track, отдельный коридор, водитель с табличкой и вода с лаймом. Чувствуя приятное волнение в груди, Джордж без устали теребит свои голубые джинсы, разглядывая пейзажи за окном, сменяющие друг друга с каждым новым поворотом. Оскар же, спрятав взгляд за стеклами темных очков, сохраняет спокойствие и молчит всю дорогу до их нового дома. Стараясь дать ему время на осмысление, Джордж не мучает друга, потому что отлично знает, что Оскару просто нужно побыть наедине с собой, прежде чем он сможет полноценно переключиться с тревожных мыслей на заслуженный отдых.        Дорога до роскошной виллы, выбранной Джорджем, занимает около получаса, за которые Расселл успевает сделать несколько фотографий, шуточно поспорить с водителем и даже завезти болтовню с местными, пока они стоят на светофоре. Оскар же время от времени проверяет телефон, и Джордж лишь надеется, что отец сможет оставить парня в покое и дать ему по-настоящему расслабиться. В конце концов, это и без того будет трудно, учитывая, что все мысли Оска заняты переживаниями о предстоящей женитьбе.        Слева мелькают низкие домики с выцветшими от соли крышами, яркие фасады — мятные, лимонные, коралловые — и узкие лавки, где у дороги сушатся связки бананов. За окнами пальмы, редкие вспышки бугенвиллей и внезапные просветы, в которых виднеется океан. Чем ближе к побережью, тем сильнее ощущается соленый ветер. Дорога то поднимается, то уходит вниз, и в этих перепадах открываются панорамы: волны, разбивающиеся о коралловый край, и светлая линия пляжа, до которого Джорджу не терпится добраться. Он хочет зарыться пальцами в горячий песок, а затем нырнуть в манящие лазурные воды.       Вилла встречает их роскошью, к которой так привыкли молодые наследники: светлый камень, широкие ступени, стеклянные раздвижные двери во всю стену. Выйдя из машины, Джордж потягивается, снимая очки и разглядывая аккуратный сад с подсвеченными дорожками, пальмами и шезлонгами у бесконечного бассейна. До океана рукой подать, и Джордж, довольно улыбнувшись, поворачивается к Оскару. Кажется, столь потрясающий вид, или, быть может, чудесная погода, смягчают настрой его спутника, и Оск одаривает его мягкой довольной улыбкой, прежде чем управляющая — миссис Карлтон — приглашает их войти.       Внутри царят прохлада и простор: высокие потолки, отделка из натурального дерева и светлая мебель. Гостиная открытая, почти без границы с террасой, где-то тихо работает кондиционер, а внутри все равно слышен океан. Им проводят небольшую экскурсию, и, несмотря на то, что Джордж уже изучил все на фотографиях, он все равно остается довольным.        — Все ли вам нравится, сэр? — спрашивает управляющая, и Джордж кивает. — Каждое утро вас будет ждать легкий завтрак на террасе в десять тридцать. Машина и водитель в вашем распоряжении круглосуточно. Ваш секретарь прислала мне план мероприятий на завтра, и я…       — План мероприятий? — Оскар хмыкает, и управляющая растерянно переводит взгляд с него на Джорджа, после чего вновь улыбается и кивает.        — Сегодня вы после дороги. В восемь у вас массаж, а ужин будет подан снаружи. Завтра для вас будет готова яхта, как вы и просили. В середине недели — гольф и небольшая экспедиция в пещеры. Также крикет и вечер на катамаране.         — Прошу, Джордж, скажи, что там есть время на отдых, — Оск почти стонет от отчаяния, прежде чем женщина с вежливой улыбкой протягивает ему распечатанный лист.       — Оставьте себе, — говорит она, когда Оскар опускает взгляд в текст. — У меня есть копия.       — «Йога на террасе»? — восклицает Пиастри, в изумлении выгнув брови. — «Остановка у рифа с шампанским».       — Так, все, дай сюда, — закатив глаза, Джордж пытается вырвать лист, но Оскар, рассмеявшись, отпрыгивает от него, продолжая читать.        — «Ланч в ресторане; столик с видом на океан», «Дегустация рома; частная дегустация + небольшая экскурсия по бочкам».       — Дай сюда!       — «Вечер джаза», «Дайвинг», Джордж, ты сошел с ума?       — Я сказал: отдай! — он успевает выхватить список из рук друга до того, как тот успеет озвучить еще хотя бы один пункт. — Благодарю, миссис Карлтон, — ворчит Джордж, сминая лист в руке и обиженно глядя на Оска.       Что ж, это хотя бы заставило его друга рассмеяться. Надменный говнюк.       — Хорошего вечера, господа, — женщина кивает и отходит к двери. — Я оставила свой контакт на столике на кухне.        Повернувшись ко все еще хихикающему Оскару, Джордж бросает в него скомканным листом и, показав средний палец, отправляется наверх, чтобы отыскать свою спальню и проверить, все ли вещи перенес водитель.        Потратив немалое количество времени на распаковку вещей, Джордж наконец расслабляется, принимает душ и спускается вниз в легкой хлопковой рубашке и светлых широких брюках. Водитель отвозит их на массаж и после небольшой прогулки по набережной привозит обратно, где на террасе с потрясающим видом на океан для них уже накрыли ужин. При виде стола, заполненного всевозможными изысканными блюдами, желудок Джорджа урчит, и парни поспешно садятся за еду. Оставшийся с ними официант предлагает напитки на выбор: Оскар берет сок, а вот Джордж все же решает начать отпуск с коктейля. Им приходится обсудить список, составленный Джорджем, и Расселл все же соглашается с тем, чтобы убрать несколько «лишних» пунктов. Хотя он искренне не видит ничего такого в полете на параплане, но Оскар хотя бы соглашается на дегустацию рома, а это уже достижение.        — Уже не терпится, чтобы наступило завтра, — откинувшись на спинку плетеного кресла, Джордж блаженно вздыхает и похлопывает себя по животу.        — Я все еще не уверен, что готов заглянуть в пещеры, может, мы просто отдохнем на яхте? — тихонько спрашивает Оскар, разглядывая очищенную креветку в его тарелке. Джордж закатывает глаза. — Нет, правда. Или, может, просто побудем дома? Или прогуляемся к океану? Найдем дикий пляж.       Сузив глаза, Джордж смотрит на друга, и тот выглядит как умоляющий щеночек, но он на это не поведется. Вскинув руку, Джордж мотает головой, давая понять, что намерен воплотить все свои затеи. Обреченно вздохнув, Оскар доедает креветку и, пробормотав что-то себе под нос, допивает остатки сока.        — Перестань быть занудой! — Джордж повышает голос, не намереваясь мириться с этой трагедией на лице Пиастри. — Я серьезно, Оск. Я знаю, ты подавлен, но именно для этого мы здесь. Я расписал каждый чертов час этой поездки, и у тебя не будет ни единой свободной минуты, чтобы остаться наедине со своими мыслями, чтобы ты не смог снова начать ковыряться в себе и сожалеть. Тебе понятно?       Кажется, его пламенный настрой заставляет Оскара поверить в эти слова. Тихонько вздохнув, парень проводит рукой по отросшим волосам и кивает. Кивнув в ответ, Джордж допивает свой коктейль и потягивается в кресле. Бросив взгляд на океан, он мечтательно улыбается, преисполненный этим сладостным чувством предвкушения.        — Хочешь окунуться перед сном? — спрашивает он, поднимаясь, но Оскар мотает головой.       — Я, пожалуй, лягу пораньше, раз уж мне понадобится множество сил на завтра, — он хмыкает с легкой улыбкой, и это заставляет Джорджа подарить ему ответную улыбку.        Он наблюдает за тем, как Пиастри неспешно встает и двигается в сторону дома.        — Эй, Оск? — окликнув его, Джордж вдыхает глубже и, когда парень оборачивается, говорит: — Мы здесь, чтобы отключиться от настоящей жизни и пожить немного в этой островной мечте. Не забывай об этом и не запирай себя в этой невидимой клетке, которую ты привез с собой, хорошо?       Он говорит серьезно, даже с легким волнением в голосе, и, нахмурив брови, Оскар выдерживает недолгую паузу, прежде чем все же кивает. Отвернувшись, он возвращается в дом. Проводив его долгим взглядом, Джордж расправляет плечи, развернувшись к океану, закрывает глаза и втягивает носом приятный солоноватый воздух.        Свобода. Это то, зачем они здесь. Джордж собирается урвать каждый ее кусочек, прежде чем они вернутся домой.