Сорбция

      Фос вновь очнулась на кушетке. В этот раз перед ней сидела лишь одна Рутил. — Фос, вас с каждым разом всё сложнее собирать. Прошу, на этот раз постарайтесь не раскалывать сами себя. — Просто не собирай меня, и всё, — вздохнула Фос, присаживаясь. — Я врач. Я не могу не собирать вас. Напомню, что в вашем составе теперь присутствует халькопирит. — Да, да. Я помню это, — Фос с тяжёлым вздохом свесила золотые руки вниз. — Сколько я спала? — В предыдущий раз вы спали несколько месяцев, сейчас проспали полгода, — Рутил направила взгляд в окно, где царствовала тихая ночь. — На дворе начало весны.       Рутил привстала с пола, на котором отдыхала, и присела к задумавшейся Фос на кушетку. — Халько хотела, чтобы вы с Киноварь были вместе, — проговорила она, — так что не упускайте свой шанс, Фос. — Я попробую.       Фос вдруг зажглась неведомой надеждой. Это Халько внутри неё решила активизироваться? Её апатия заменилась на жгучую решимость, и Фос сию же секунду выскочила в окно. Её агатовые ноги коснулись прохладной ночной земли. По мятным волосам пробежался ветерок. Луна отражалась в её сверкающей поверхности. Фос знала, куда нужно бежать. Знала и бежала к своей цели. Рассекая траву и прохладу, она позволяла золотому сплаву подталкивать её вперёд. — Киноварь, ты тут?! — спросила Фос у пустоты, разглядывая тёмные поля, где обычно вела свой дозор ночная патрульная. — КИ-НО-ВААААРЬ! — Чё те надо? — раздался гневный голос из-за спины. — Всю школу перебудишь своими визгами.       Вот она — цель. Алая королева ночи, окутанная паутиной светящейся ртути. Киноварь недовольно смотрела на Фос, будто ничуть не была рада её пробуждению. — Киноварь… прости, я виновата, — пробормотала Фос, растеряв всю былую решительность. — Мне нужно было лучше защищать Халько, я… — Заткнись! — Киноварь в гневе оборвала речь Фосфофиллит. — Мою единственную напарницу забрали луняне! А самый дорогой мне самоцвет винит в этом себя! Мне от этого ничуть не легче!       Фос молча уставилась на вмиг покрасневшее лицо Киноварь. Поняв, что Фос заметила смущение красного самоцвета, Киноварь вновь попыталась разозлиться: — Н-нет, забудь, что я сказала! Я не в себе, ляпнула бред! Оставь меня в покое!       Киноварь сердито топнула ногой по земле и направилась прочь в густоту ночного мрака. — Киноварь… Я ведь знаю, что ты не злишься, — мягко проговорила Фос. — Ты ведь хотела быть со мной в паре? — Чего? Да ни во век, — со злостью прошипела та, ненадолго остановившись. — Я меньше всего на свете хочу быть с тобой в паре. — Послушай, Халькопирит дала мне часть себя, чтобы я залатала дыру в груди и смогла стать твоей напарницей… — Значит, она дура! — Фос услышала в этих словах ложь и обиду. — Я не хочу быть твоей напарницей! Я не собираюсь зависеть от тебя! — с этими словами Киноварь вновь зашагала прочь. — Да ты сама только что назвала меня самым дорогим тебе самоцветом. — Я же сказала, что просто головой ударилась, вот и ляпнула эту чушь. И вообще, чё ты за мной прёшься? Отвянь.       Киноварь побежала по лугу, освещая свой путь частичками ртути. Фос погналась следом, вспоминая, как перед своим раскалыванием точно так же бегала от Халько, а ещё раньше уже гонялась так за Киноварь. — Хватит меня преследовать, чокнутая! — Так не убегай от меня — я и не буду!       Киноварь остановилась. Фос тоже. — И чё те надо от меня? Напарницей твоей я не буду, — Киноварь нахально качнула головой. — Пожалуйста, стань ею, — вновь попросила Фос. — Я ведь обещала тебе новую работу. — Ты мне её уже давно обещала… Но… — от наглости Киноварь не осталось и следа, теперь она выглядела такой беззащитной, что у Фос даже рот от удивления сам собой открылся. — Ты без борьбы отдала меня Халькопирит. Даже не попыталась возразить. Какое тебе до меня дело?       Фос сама не ожидала от себя такого, но она вдруг подошла вплотную к хрупкой патрульной и мягко провела ладонью по её щеке. Ртуть вблизи Фос начала испаряться, а щёки красного самоцвета засверкали алым сиянием. — Я с самого начала не хотела тебя отдавать, — мягко прошептала Фос. — Но я посчитала, что если дорожу тобой, то должна тебя отпустить, чтобы ты смогла стать по-настоящему счастливой.       Киноварь испытала странное чувство, будто что-то нереально хорошее вдруг случилось в её жизни. Она вздрогнула, когда рука Фос коснулась её шеи и смущённо спрятала лицо за волосами. — Моё счастье вовсе не в работе, а в_ — она резко прикрыла рот. — Отвали, — Киноварь оттолкнула от себя Фос и нацепила на себя маску гнева. — Я пошла. Не преследуй меня.       Фос осталась стоять на месте, вглядываясь в отдаляющуюся фигуру Киноварь. — Так мы напарницы?! — крикнула она уже в пустоту, но вполне ожидаемо не получила ответ.       С утра Фосфофиллит окружили самоцветы. Все были рады её очередному пробуждению, тем более они и сами только недавно очнулись от зимовки. Фос со всеми дружелюбно приветствовалась, в тайне смущаясь и надеясь поскорее спрятаться куда-нибудь в отдалённое от чужих глаз местечко. Она всё ещё чувствовала вину за похищение Халько лунянами и не считала, что заслуживает подобных почестей. Её взгляд пал на задний план. Там, за одной из колонн, стоял одинокий самоцвет, наполовину скрываясь за цилиндрической постройкой. Фос сразу узнала в этой одинокой особе свою почтинапарницу. — Киноварь! — громогласно озвучила Фос, чем заставила и других самоцветов повернуть головы в сторону ночной дозорной. — Ты пришла!       Она побежала навстречу Киноварь, но так и остановилась на полпути, натолкнувшись на угрожающий взгляд таких очаровательных алых глаз. — М-мы ведь напарницы? — неуверенно пробормотала Фос, повторив свой ночной вопрос.       Киноварь вышла из-за колонны, и взор её был столь холоден, что Фос подумала, будто вновь наступила зима. — Слышь, я главная. Поняла? — грубо, коротко и чётко расставила границы Киноварь. — Будешь слушаться меня, если хочешь быть со мной в паре и оставаться целой. — И я рада тебя видеть… — Фос уже чёт пожалела, что так уговаривала Киноварь стать своей напарницей.       «Капец, она хуже Борт…» — подумалось ей. Но затем она вспомнила выражение лица тёмного алмаза и всё же поняла, что более жуткого самоцвета, чем Борт, быть не может. — И что тебя переубедило? — подскочила Фос к своей напарнице. — Моя неотразимость? — Неважно. — А всё же? — Не думай, что у меня появилось до тебя дело. Это просто дань Халькопирит. Она бы этого хотела, не более того.       Фос решила не доматывать и без того взбалмошную Киноварь, поэтому лишь молча последовала за своей молчаливой напарницей, которая без каких-либо комментариев зашагала на улицу. Фос оглянулась на других самоцветов, те лишь в молчаливом шоке смотрели на всё это и не решались что-либо сделать. Лишь Алма счастливо улыбалась, рисуя в своём воображение невесть что.       Молчаливые патрули продолжались несколько недель. Утром Киноварь приходила к школе, ждала там Фос, затем они, совершенно не разговаривая, патрулировали территорию, а вечером Киноварь уходила ночевать в пещеру.       В какой-то из таких дней, когда солнце вновь начало заходить за горизонт, Фос не пошла в свою комнату, а последовала за Киноварь. — Чё прёшься за мной? — заговорила напарница. — Я спать иду. — Знаю. Но почему бы тебе не переночевать в школе? — Во сне я не контролирую яд, — раздался тихий ответ после нескольких секунд молчания. — А ты в другой комнате, поэтому не сможешь испарять ртуть. — Я могла бы спать с тобой… — Чё? — А?       Киноварь остановилась. Фос тоже. Ни одна из них ничё не поняла. — Я чёт ляпнула, сама не поняла что, — пролепетала Фос, пытаясь найти оправдание своим словам. — Хе-хе. Вот я дурочка… — Я не против. — Я просто пошу… Что ты сказала? — Фос удивлённо округлила глаза.       Лицо Киноварь засияло красным свечением. То ли это блики от волос, то ли пудра подстёрлась… Фос вдруг и сама налилась красным. Она так и застыла, наблюдая за такой смущённой и уязвимой подругой. Настоящая Киноварь открывалась так редко, но всегда в эти моменты она становилась самым милым самоцветом на свете. Фос любовалась этим сиянием, этой поистине прекрасной напарницей. — Киноварь, идём в школу, — мягко попросила Фос, вновь касаясь её лица. — Ляжем вместе. — Я не… не знаю… — испуганно прошептала Киноварь. — Прости… я… н-не уверена… — Идём, всё хорошо.       Фос аккуратно взялась за хрупкую руку Киноварь и со странным трепетом взглянула в её глаза. — Ты красивая, — с улыбкой прошептала Фос. — Д-дура что ли? — Киноварь смущённо отвернулась, но даже не попыталась отстраниться.       Два самоцвета вернулись в школу. Тихо проклацали каблуками обуви по полу. Фос завела Киноварь в свою комнату и любезно предоставила ей свою кровать. — Ложись, — она мягко усадила подругу на постель. — А ты? — Я на полу посплю. — Может, ну… — Киноварь поёжилась, словно замёрзла. — Ты со мной… при… ну… приля-жешь…       Фос со смущением потупила взгляд, а Киноварь резко накинула на себя одеяло. — Забудь… — пролепетала она, замуровавшись под тканью. — Ты всегда мне нравилась, — проворковала Фос, и Киноварь вдруг почувствовала прикосновение через одеяло.       Фосфофиллит аккуратно прилегла на край кровати, а Киноварь свернулась калачиком, укрывшись под одеялом с головой. От смущения и непонятных новых чувств она не могла показать своего лица. — Я всегда мечтала об этом моменте, — вновь раздался чарующий голос Фос. — Теперь ты в безопасности.       И вправду, Киноварь вдруг ощутила себя в тепле. Она стала нужной, любимой, о ней заботятся. — Я… Я тоже… мечтала об этом… — пробормотала она, чувствуя, как руки Фос обнимают её поверх одеяла. — Спи спокойно, моя дорогая Киноварь.       Но Киноварь не могла уснуть, не сказав ещё кое-что… Что-то такое, что уже давно хотело вырваться из неё: — Я… я тебя… — она так разволновалась, что вновь затряслась и яд пополз по её телу.       Фос стянула одеяло с головы Киноварь и нежно заглянула ей в глаза. — И я тебя люблю, — с улыбкой произнесла она. — Засыпай.       Яд Киноварь испарился, а сама она впервые блаженно уснула, согретая объятиями Фос.

***

— Киноваааарь! — Чё?       Киноварь оторвалась от любования цветочком и чуть дышать не перестала, когда Фос налетела на неё с обнимашками. — Смотри, какой я тебе венок сплела.       Фос надела на красную головушку Киноварь венок из самых прекрасных цветов самых разных цветов и размеров. Киноварь так и покраснела от смущения. — Д-да, к-красивый, — запинаясь, произнесла она. — Прямо как ты. — Ты че_       Киноварь даже понять ничего не успела, как вдруг её речь прервало нежное касание губ Фос к её губам. По всему телу алого самоцвета пробежала дрожь, и стало невероятно жарко. Фосфофиллит отстранилась и с любовью заглянула в смущённое личико ненаглядной подруги. — Ч-что это? — пролепетала Киноварь. — Не знаю, — честно ответила Фос. — Но это так приятно, да? — А если… нас увидят? — И что?       Фос вновь прикоснулась к губам своей красавицы-напарницы, и они растворились в чудесном поцелуе. Киноварь ещё никогда не была столь счастлива и, обхватив талию Фос, прижала её ближе… — Борт, быстрее! — крикнула Алма, направляясь к красно-мятной парочке. — Они дерутся!       Алма неслась по полю к Фосфофиллит и Киноварь, чтобы разнять драку, но тут Борт встала перед ней могучей чёрной стеной, не пропуская её дальше. — Борт, их надо разнять! Они же расколятся! — Они не дерутся, — с непривычной нежностью произнесла Борт. — Идём, не стоит им мешать.       Алма всмотрелась в красный и мятный самоцветы и вдруг засияла сильнее прежнего. — Неужели они… — ахнула она. — Борт, они что, делают то же, что и мы делали?       Борт замерла на месте и в смущении резко обернулась к напарнице. — Замолчи! — краснея, прошипела она. — Идём патрулировать!       Борт подпрыгнула в воздух и приземлилась на землю уже в отдалении. Алма с нежностью глянула на свою любимую сестрицу. — Борт, ты такая стесняшка.